Отец и сын Ильины — о своих корнях, любимой профессии и крутых поворотах судьбы

Караван историйЗнаменитости

Александры Ильины: старший и младший

Эта знаменитая актерская династия насчитывает уже три поколения. О своих корнях, любимой профессии и крутых поворотах судьбы рассказывают отец и сын Ильины.

Беседовала Марина Порк

Фото: Павел Щелканцев. Продюсер: Екатерина Шутылева

Давайте начнем с родоначальника — Адольфа Алексеевича. Он ведь первым пришел в актерскую профессию.

Александр: Отец родился под Псковом, в Опочке. Когда учился в пятом классе, семью раскулачили, выслали кого в Сибирь, кого на Урал. Он оказался на Урале. Началась война, отец добавил себе год и ушел добровольцем. Вернувшись с фронта, поступил в студию при Свердловском драмтеатре, потом его взяли в труппу. Женился. Наша мама работала детским врачом, а отец играл на сцене и преподавал в театральном училище.

Сначала родился мой старший брат Володя, а через пять лет я. Когда мне исполнилось десять, родители развелись. Отец женился на своей ученице Нелли Андреевне, они уехали в Новосибирский театр «Красный факел». Потом работали в Минске, Воронеже.

— Театр и вас захватил в свой плен...

— Так ведь отец колесил по стране с гастролями, и мы с ним. Торчали за кулисами, все спектакли знали наизусть. Иногда там же, за кулисами, и спали. Ляжешь на рояль, накроешься кулисой и спишь. Вова, окончив школу, пошел в Свердловское театральное училище. После работал в Казанском ТЮЗе. С будущей женой, актрисой Театра на Таганке Зоей Владимировной Пыльновой, Володя познакомился в Свердловске, куда труппа Юрия Любимова приехала на гастроли.

Они поженились, и брат перебрался в Москву. Сразу устроиться в театр не смог, свободного времени было полно, он писал картины, сочинял стихи. Режиссер Светлана Врагова тогда оканчивала ГИТИС, с Володей они познакомились в актерской компании, и Светлана пригласила его сыграть в ее дипломных отрывках. Экзамены принимал Андрей Александрович Гончаров. Он впечатлился игрой брата и пригласил Володю в Театр Маяковского. Через несколько лет туда пришел работать и наш отец.

Фото: Телекомпания Ren TV/кадр из фильма «Желанная»
Адольф Алексеевич в свое время преподавал в театральном училище. Нелли Андреевна Гуцол была его студенткой. Она стала второй женой отца
Фото: www.kino-teatr.ru

А потом дошла очередь и до меня. Я уже успел окончить Новосибирское театральное училище, потому что в Свердловское меня не взяли. Когда я поступал, курс набирал мастер, который только что выпустил Владимира. Я прошел все туры, а на коллоквиуме педагог меня спросил:

— У нас учился Ильин, вы ему случайно не родственник?

— Это мой старший брат.

— Ой, нет-нет-нет! Нам одного достаточно, на второго нервов не хватит!

Фото: из архива семьи Ильиных/спектакль «Иван-царевич» в театре им. Маяковского

Окончив училище в Новосибирске, я распределился в театр в закрытом городе на Урале, сейчас он называется Озерск. Наш главный режиссер учился у Гончарова на курсах повышения квалификации, показывал ему экспликации своих спектаклей. Я играл всех — от Мюнхгаузена до Карлсона. Андрей Александрович поинтересовался:

— Что же за артист у вас такой, что все роли играет?

— Ильин.

— Как?! У меня тоже есть двое Ильиных!

— Мой лучше!

— Еще лучше? Тогда пусть позвонит!

Я взял паспорт, отправился на почтамт (связаться с внешним миром можно было только таким образом) и позвонил. Гончаров сказал:

— Приезжайте ко мне работать.

— Что ж вы кота в мешке покупаете? Вы же меня не знаете.

— Ах, вы так ставите вопрос? Тогда приезжайте показываться. Знаю, у вас тоже идет «Банкрот» Островского, вы играете Подхалюзина. Текст не меняли?

— Нет.

— И мы нет, приезжайте и сразу играйте спектакль.

Но я был так плотно занят в репертуаре, что вырваться в назначенный день не смог, приехал позже. Пришел в театр, на доске расписаний вижу: мне назначена репетиция с Гундаревой, Ромашиным и Карповой. На следующий день показали три отрывка из «Банкрота», сыграл отрывок из «Скапена» и прочитал рассказ Шукшина «Волки». В коридоре подошел завтруппой и сообщил: «Вы зачислены в штат». Так мы с отцом и братом оказались в одном театре.

Характер у главрежа был будь здоров! Зато уж если актер прошел школу Гончарова, выслушал его крики и визги и не сломался, никакие другие режиссеры ему не страшны. Но в то же время Андрей Александрович ценил талантливых людей и всегда за них заступался. Например однажды мы репетировали спектакль, пьяный актер зашел за кулисы и говорит:

— Хватит работать! Водка нагревается!

Мы ему:

— Ты с ума сошел? Тихо, Гончаров в зале!

— Щас все уладим!

И проходя от портала к порталу и глядя в зал на сидящий там ареопаг, шипит на них, словно заклиная:

— Хватит-хватит-хватит-хватит!

Там продолжение было, но дословную цитату в журнале дать не могу. Завтруппой нагибается к Гончарову и спрашивает:

— Ну что, Андрей Александрович, увольняем?

— Да перестаньте, он же пьяный!

Вокруг Гончарова всегда сидел ареопаг — директор, ассистент, завлит, заведующий постановочной частью, завтруппой... Из Театра на Малой Бронной частенько наведывалась его жена — актриса Вера Жуковская, на репетициях что-то постоянно нашептывала ему на ушко. Все решалось прямо в зале.

А вот еще забавный случай. Гончаров опять в зале, вокруг него опять ареопаг. Он внимательно смотрит на сцену и говорит:

— Встаньте в свет, пожалуйста! Я вам, вам говорю! Вы меня слышите? — поворачивается к ассистенту: — Кто это? Вы где ее взяли?

— Андрей Александрович, — робко замечает ассистент, — это статуя!

Видимо, декорация была плохо освещена.

Работать с Гончаровым было непросто, но все искупал результат: театр гремел, публика валом валила на спектакли. Я полжизни прослужил в «Маяковке». Семь лет назад вышел на пенсию. Никогда не думал, что уйду из театра, в самых страшных снах мне такое не снилось. Но Андрей Александрович умер, театр принял Сергей Арцибашев, многие ребята — Виторган, Рома Мадянов, Шаврин, Рубеко — поуходили. Я терпел пять лет. Арцибашев мой земляк, родился в Свердловской области. Поскольку человека уже нет в живых, не хочу говорить о нем ничего плохого. Было бы что-то хорошее, рассказал бы.

Саша: Я интересовался у папы, почему так долго не уходит. На мой взгляд, было давно пора. А он говорил: «Не могу, у меня ответственность перед театром».

Александр: Если б не ушел, меня бы уже в живых не было! Сейчас расскажу. Идет спектакль, сижу на сцене, кто-то произносит реплики, а у меня пауза, нет текста. Сижу, смотрю в зал, зрители чему-то радуются, хлопают, мы несем какую-то ахинею... И вдруг краска бросилась в лицо — так стало за себя стыдно. Еле досидел до конца, весь пунцовый, опустив глаза.

После спектакля отправился в дирекцию, хорошо, секретарша оказалась на месте, не ушла домой в антракте, положил на стол заявление об уходе. Можно было пошутить, написать: «Прошу уволить меня по собственному желанию главного режиссера» — но уже и шутить-то не хотелось. Написал как положено.

А надо же месяц дорабатывать, доигрывать спектакли. Люди узнали, стали в антракте наведываться в гримерную. Знакомые и незнакомые садились на диванчик, кто-то однажды притащил бутылку коньяка. Я опрокинул рюмочку, а конфетку проглотить — закусить — уже не смог. Не полезла в горло. И тут с диванчика раздался женский голос: «Я врач, завтра утром жду вас у себя в кабинете». Почему-то пошел, хотя после того как належался в больницах, к врачам хожу, лишь когда припечет. Сдал анализы, сделал снимок. Вердикт был такой: рак пищевода. Еще чуть-чуть, и метастазы прошли бы в бронхи. Меня тут же отправили в онкоцентр на Каширку, прооперировали — удачно.

Фото: Павел Щелканцев, продюсер: Екатерина Шутылева

Операция длилась девять часов. Володя и его жена Зоя — люди воцерковленные. В свое время Зоя ушла из Театра на Таганке и стала регентом церковного хора. Так вот она договорилась в монастыре: все эти девять часов монашки молились о моем здравии. А Зоя время от времени звонила Татьяне: «Скоро там закончат? Люди уже девять часов стоят на коленях!» Спасибо им и врачам. Моя жена Татьяна Васильевна потом, когда все обошлось, призналась: «Мы будто прошли по проволоке над пропастью. Все уже позади, а колени еще долго будут трястись».

Фото: Persona Stars

Саша: Ну вырезали отцу две трети пищевода, а так все нормально. Навещали мы его каждый день, старались не плакать, не давать волю эмоциям, держались. Правда, складывалось впечатление, что все разом заболели насморком — хлюпали носами, похрюкивали. Внешне никто не убивался, наоборот, все сплотились и поддерживали отца. Вообще то, что папа выжил, одно из самых лучших событий в моей жизни.

Александр: А могло ведь в юности все закончиться. Когда мне исполнилось шестнадцать лет, я попал под поезд. С детства был хулиганом. Постоянные драки — двор на двор, улица на улицу. Визовские (Верх-Исетский завод) приходили драться за Ленина, 5, а мы — за Ленина, 52, где Уральский политехнический институт. Сходились врукопашную у Вечного огня!

После одной из таких стычек мы с товарищем оказались на железнодорожных путях. Шли, а мимо несся состав, друг друга из-за грохота не слышали, он случайно посмотрел назад, и по застывшему в его глазах ужасу и движению губ: «Шеф, ты что?!» (кличка у меня была такая) я понял — что-то не так. Хотел повернуться, убрал ногу с рельса, и тут налетел другой поезд. Результат — скорая, больница, перелом позвоночника.

Врачи хотели испытать на мне новый метод, вставить скобы. Я отказался, сказал: лечите старым способом. Кровать стояла под углом, голова в наморднике, привязанном к спинке, под спиной мешочки с песком. Правая сторона отнялась, а форточка была слева, рука до нее доставала, что оказалось очень удобно. Друзья подавали туда стакан и закусь. Однажды принесли трехлитровую банку маринованных огурцов, с утра я выпил весь рассол. Траванулся так, что до сих пор не ем такие огурцы.

Одного меня друзья не оставляли, приходили под окно с гитарой. Они распределили между собой дежурства — одна компания являлась утром, другая днем, третья вечером. Прерывались лишь на тихий час. Персонал их поначалу гонял, но мой лечащий врач разрешил: «Благодаря тому, что Ильин не менял образа жизни, он и пошел на поправку быстрее всех».

Помню, по телевизору, стоящему в другой палате, показывали «Петра Первого». Я скинул одеяло и гребя одной рукой, дополз до соседей. Посмотрел первую серию из-под кровати, приполз обратно, а забраться на койку не получается! Тут меня и засекли. Предупредили: еще раз повторится — выпишем! Пообещал режим не нарушать, но на следующий день показывали очередную серию. Разве мог я ее пропустить?! После того как уполз во второй раз, отправили домой.

Через неделю врачи меня обследовали по месту жительства и сказали: «Надо долечиваться, но наша больница его не примет». Дед по линии мамы был военным, устроил в ВОСХИТО — клинику восстановительной хирургии, где лежали участники боевых действий без рук, без ног. В палате увидел подвешенные гамаки, а в них — туловища. Страшная картина! Я там оказался единственным ходячим, точнее ползающим, и соседи кричали: «Ходячий, судно подай!» Медсестер не дождешься, что ж делать, кое-как подавал. Из ВОСХИТО, правда, тоже выгнали за плохое поведение.

Ко мне пришли девочки, я надел наколенники, клеенчатые варежки и на четвереньках выполз к Вечному огню, где они меня ждали. Налили стакан портвейна, дали сигаретку, а спичек нет. Мимо мужчина идет, я ему в спину: «Мужик, дай прикурить!» Он повернулся, а это мой лечащий врач. Так что долечивался дома и, слава богу, долечился.

— Для Ильина-младшего другого пути, кроме продолжения династии, тоже не было?

Саша: Можно и так сказать. У меня перед глазами был пример отца, дяди, старших братьев Ильи и Алеши. Дорог-то много, конечно, но актерская казалась наиболее интересной. Я тоже рос за кулисами, в первый раз вышел на сцену в четыре года, случайно. В тот вечер в филиале «Маяковки» давали спектакль, точного названия не помню, актеры называли его то «Флигель», то «На берегу реки». В нем был занят мой средний брат. В ожидании его выхода на сцену мы играли в прятки, и Леха так здорово спрятался, что его невозможно было отыскать. Спектакль уже подходит к концу, Лехе пора выходить на сцену. А он пропал! Людмила Нильская запаниковала. Выскочила за кулисы:

— Где брат?!

— Не знаю, — говорю, — сам его ищу.

Она не растерялась, схватила меня за руку и потащила на сцену. Леха играл мальчика Павлика, который по ходу пьесы только что вернулся из пионерского лагеря, где сильно вытянулся. Там и текст такой: вот, мол, как подрос за лето Павлик! А мне — четыре года, да и дело было зимой. Я, естественно, не переодевался, оказался на сцене в толстом свитере, лыжных штанах и валенках. Все, кто рядом стоял, моментально «раскололись». Это была финальная сцена спектакля, которая переходила в поклоны. Жора Мартиросян отвернулся от зала и кланялся спиной, задыхаясь от хохота.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Дебютантки 2020 Дебютантки 2020

Девушки из очень хороших семей, которых «Татлер» выводит в свет

Tatler
Письмо редактора Письмо редактора

Главный редактор – об исполнении желаний

Cosmopolitan
Правила здорового сна: уберите от кровати гаджеты и яблоки Правила здорового сна: уберите от кровати гаджеты и яблоки

Удается ли вам спать достаточное количество часов?

Psychologies
Наведем порядок! Наведем порядок!

Уборка обладает целительными свойствами

Psychologies
5 биографий успешных мужчин, у которых есть чему поучиться 5 биографий успешных мужчин, у которых есть чему поучиться

Это не сборники советов «Как заработать миллион» или «Стань счастливым за 21 день». Магии и готовых бизнес-рецептов на страницах этих книг тоже нет. Зато есть откровенные жизненные истории мужчин, не побоявшихся трудностей и осуществивших мечты вопреки обстоятельствам. Возможно, однажды и вам придется написать мемуары о своей выдающейся жизни. А пока читайте и берите пример.

Psychologies
Дет Мороз Дет Мороз

Как сделать так, чтобы и взрослые были сыты, и подростки целы и довольны жизнью?

Добрые советы
Lamborghini Aventador S Lamborghini Aventador S

Сорок дополнительных «лошадок» и полноуправляемое шасси определяют характер

Quattroruote
Mazda3 – Ford Focus Mazda3 – Ford Focus

На что сегодня делают ставку былые бестселлеры?

АвтоМир
Принц на белом коне Принц на белом коне

Алексей Фролов построил посреди донской степи курорт

Tatler
Анекдот с бородой Анекдот с бородой

Джейсон Момоа спешит спасать мир в новом образе — супергероя Аквамена

Vogue
Продукты, которые не стоит есть на ночь Продукты, которые не стоит есть на ночь

На пустой желудок уснуть сложно. И вот вы открываете холодильник в поисках, чем бы перекусить. Учтите, некоторые продукты не способствуют крепкому здоровому сну.

Psychologies
Cosmo-эксперимент: как я была доброй Cosmo-эксперимент: как я была доброй

Что случается, если перевоплотиться в добрую фею

Cosmopolitan
Где мои подарки? Где мои подарки?

Праздник – это подарки, но что делать, если их становится слишком много?

Домашний Очаг
Осмелиться на яркий жест: почему мы боимся яркого макияжа? Осмелиться на яркий жест: почему мы боимся яркого макияжа?

Синие тени, зеленые ресницы, алые губы… Не каждая девушка решится на такое буйство красок, хотя оно сейчас в моде. Почему же, несмотря на уговоры визажистов, мы с осторожностью относимся к яркому макияжу и стесняемся даже красной помады?

Psychologies
Аж вся светится Аж вся светится

Лукерья Ильяшенко похожа на нас — фотографирует котов и борется с комплексами

Glamour
Вся жизнь впереди Вся жизнь впереди

Отрывки из новой биографии самого старого наследника английского престола

Tatler
Лучший вид на этот город Лучший вид на этот город

«Татлер» собрал досье на десять девушек, которые сделали карьеру в урбанистике

Tatler
В погоне за брендом: недетские страсти В погоне за брендом: недетские страсти

Ребенок копирует любимого героя из известного мультика. Насколько это опасно?

Лиза
Бомба для бессмертного Бомба для бессмертного

Что не так с Лениным?

СНОБ
Несбывшаяся кадриль Несбывшаяся кадриль

Каменный особняк и судьбы двух необыкновенных женщин, посвятивших жизнь танцу

Караван историй
Мечта детства Мечта детства

Топ-менеджеры «Ростсельмаша» отправляются в поля обслуживать свою технику

Популярная механика
Зачем нужны дорогие лекарства Зачем нужны дорогие лекарства

Цена на препарат сама по себе способна исцелить больного

СНОБ
Тело говорит: как научиться его слышать? Тело говорит: как научиться его слышать?

Наше отношение к любой жизненной ситуации отражается на состоянии тела. Малейшее напряжение или дискомфорт – следствие какого-то чувства или нерешенной проблемы. Как научиться распознавать эти сигналы и зачем это нужно, рассказывает телесно-ориентированный терапевт Юрий Сопильниченко.

Psychologies
Полет на кавернах Полет на кавернах

Как ускорить движение судна за счет подвода газа к его корпусу

Популярная механика
Дональд **дак Дональд **дак

Промежуточные итоги правления самого одиозного президента Америки

GQ
Renault Sandero Stepway Renault Sandero Stepway

О псевдокроссовере Sandero Stepway и его исходнике – хэтчбеке Sandero

АвтоМир
«Квартиру забрали, меня загнали в долги». Истории людей, потерявших жилье «Квартиру забрали, меня загнали в долги». Истории людей, потерявших жилье

Об угрозах от коллекторов, черных риелторах, жизни на улице и мечте обрести дом

СНОБ
«Я победил Брюса Уиллиса». Виктор Сухоруков о новом «Физруке» «Я победил Брюса Уиллиса». Виктор Сухоруков о новом «Физруке»

Виктор Сухоруков — о роли отца, об обидах, о запое и о несчастной любви

СНОБ
Россия vs Америка: где дешевле жить Россия vs Америка: где дешевле жить

Семья с уровнем доходов среднего класса США в России окажется банкротом

СНОБ
Первый день оставшейся жизни Первый день оставшейся жизни

Каждый миг может стать последним, утверждает логотерапевт Светлана Штукарева. Мы cпросили ее о том, как прожить его со смыслом.

Psychologies
Открыть в приложении