Андрей Малахов дает большое интервью Сергею Минаеву после ухода с Первого канала

EsquireЗнаменитости

Андреевский крест

Андрей Малахов рассказывает Сергею Минаеву, есть ли жизнь после Первого канала и что он написал в письме Константину Эрнсту.

Cергей Минаев: В твоей квартире дали отопление?

Андрей Малахов: Да, через три часа после того, как я написал в твиттере обращение к Собянину, дома стало тепло.

С.М.: Кажется, это первый случай, когда коммунальные службы города отреагировали так быстро.

А.М.: Я не могу утверждать, что это первый случай такой быстрой реакции. Я бы и не стал просить помощи, но у меня в гостях мама, которая возвращалась из санатория. Мы только что вылечили ее бронхит – три недели под капельницей в больнице. Когда я зашел в квартиру, я понял, что если сейчас мама вернется из санатория в этот адский холод, я, наверное, повешусь прямо здесь, у меня уже не будет сил справиться с этой ситуацией.

С.М.: Ты часто пользуешься в быту такими возможностями, как обращение в твиттере, звонок Собянину?

А.М.: Очень редко. Когда Капков работал в правительстве Москвы, можно было обратиться к нему, и любой вопрос решался очень быстро. Я помню, как на Остоженке, где я живу, соседка захватила квартиру, которая была опечатана пятнадцать лет. Она въехала туда и сказала, что теперь здесь будет фирма по разведению страусов. И специально прописала там трех маленьких внуков, чтобы ее никто не мог выселить.

С.М.: Это был самозахват?

А.М.: Конечно. И я ее выселял. Я написал письмо в мэрию Москвы: квартира опечатана, что происходит? Мне отвечают: ничего не происходит, дом собирались расселять, вот поэтому квартира стоит опечатанная. Я говорю: можете ли вы мне ее продать? С Первого канала тогда даже отправляли письмо официальное. И все долго тянулось, какие-то подписи надо было собирать. Но тут уборщица в подъезде мне сообщает: никаких проблем, Ракова (Анастасия Ракова, вице-мэр Москвы. – Esquire) живет по соседству, я убираю в ее подъезде, хотите, дайте мне бумагу, я у нее подпишу.

С.М.: Это лишний раз доказывает мою теорию, что страной на самом деле управляют люди, от которых ты этого не ожидаешь: уборщица, менеджер автосалона...

А.М.: Как тот человек, который двенадцать лет следил за заброшенной взлетной полосой в поселке Ижма! (Сергей Сотников, бывший начальник аэропорта в Республике Коми, закрытого в 2003 году, продолжал поддерживать порядок на взлетно-посадочной полосе, куда 7 сентября 2010 года аварийно приземлился самолет Ту-154, при этом никто не пострадал. – Esquire). Кино же можно снимать о человеке, который всю жизнь ждет своего случая. У меня была одна история. В Новый год я ехал из Петрозаводска в Сортавалу в каком-то занюханном поезде: света нет – и вдруг входит проводница: «Ой, здрасьте, рада вас видеть, я вас так ждала», – признается она мне. Открывает какую-то тетрадку с моим портретом и просит: поставьте автограф. Я начинаю листать, а там наклеены портреты Софии Ротару, Аллы Пугачевой, и вдруг попадается Ален Делон. Я говорю: «Я, конечно, дам вам автограф, но объясните мне, как вы в этом поезде без белья, без света ждете Алена Делона?» Она отвечает: «Ну вы же появились здесь!» И мне нечем парировать. Мы еще часа два потом проговорили с ней.

С.М.: Меня всегда поражал твой уровень эмпатии. Основная задача интервьюера или телеведущего – сохранять интерес к собеседнику. Сыграть это трудно. Тебе же всегда были интересны не только звезды шоу-бизнеса, но и простые люди.

А.М.: В чем был успех ток-шоу долгие годы? К каждому сюжету я относился как к историческому документу. Любой выпуск моей программы, которую, образно говоря, найдут в капсуле времени, зайдя на iCloud спустя сто лет, будет документом времени: о чем люди переживали, что их волновало, как они общались между собой.

С.М.: Раз в неделю готовить эфир как слепок эпохи еще возможно, но как это делать в ежедневном режиме?

А.М.: На площадке ты сливаешься с гостями и становишься частью людей, частью истории конкретной семьи. Это важно – проживать вместе с людьми событие из их жизни.

С.М.: Я терпеть не могу «бытового людоедства», а в твоих передачах его было предостаточно: простые люди совершают довольно циничные поступки – из-за жилплощади или небольшого повышения по службе.

А.М.: Я не обвиняю их. Мы можем требовать чего-то от людей, когда уровень их жизни выше, чем счет за квартплату, а не когда каждая копейка важна, и человек живет от пенсии до пенсии. Конечно, когда уровень жизни поднимается, человек начинает задумываться о духовном, о том, что читать, какое искусство вешать на стену. Но когда это уровень людей голодных, не живущих, а выживающих, еле переживающих холодное лето 2017-го, которое не принесло урожая, сложно от них что-либо требовать и заставить их жить по-другому. Я два дня назад зашел в магазин «Дикси», люди в очереди стояли 15 минут. Я мог потребовать еще одну кассиршу, но мне было интересно наблюдать. Вся очередь стояла из-за того, что женщина у кассы взяла с полки пельмени, и ей казалось, что у них специальная цена, а в чеке ей выбили полную стоимость, без учета промо. Это драматургия жизни. Десять человек на кассе, и она рассказывает о своей жизни, как живет от пенсии до пенсии, и потратить эти лишние 38 рублей она себе позволить уже не может. Вот история для студии!

С.М.: Ты молодой успешный миллионер, ведущий, и эти простые несчастные люди, которые приходят к тебе в студию, – у вас же ничего общего нет.

А.М.: У нас есть общая страна.

С.М.: У вас очень разные страны. У нее пельмени дороже на 38 рублей, а у тебя вопрос, какое искусство повесить на стену. Как вы сходитесь? Ты – небожитель, глянцевый, красивый человек, которого она видит только по телевизору, и вот она в этом телевизоре оказывается.

А.М.: Этот глянцевый, как ты говоришь, человек помогает ей достучаться до местных властей и рассказать им о том, как ей живется, и почему у нее нет света или пандус для ее ребенка-инвалида не могут сделать десять лет.

С.М.: Выходит, ты ощущаешь себя посредником?

А.М.: Скорее всего, да.

С.М.: Главным событием этого телесезона стал твой уход с Первого канала и переход на «Россию». Каким был твой последний разговор с Константином Эрнстом?

А.М.: Сначала было письмо, потом – длинный разговор.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Пищевая ценность Пищевая ценность

Интервью с президентом компании «Мираторг» Виктором Линником

Esquire
Александр Петров: “У меня была любовь и война одновременно” Александр Петров: “У меня была любовь и война одновременно”

Интервью с артистом вертикального взлета Александром Петровым

Psychologies
Защита Касперского Защита Касперского

История «Лаборатории Касперского» как иллюстрация современных кибервойн

Esquire
«Квартиру забрали, меня загнали в долги». Истории людей, потерявших жилье «Квартиру забрали, меня загнали в долги». Истории людей, потерявших жилье

Об угрозах от коллекторов, черных риелторах, жизни на улице и мечте обрести дом

СНОБ
Ксения Смельчак Ксения Смельчак

Сергей Минаев выясняет у Ксении Собчак, куда женщина готова повести страну

Esquire
Как преобразиться после родов за один день Как преобразиться после родов за один день

Как современная медицина помогает улучшить сексуальную жизнь

СНОБ
Не святой Петр Не святой Петр

Сергей Минаев поговорил с Петром Авеном о несбывшихся мечтах 1990-х

Esquire
Почтальоны c крыльями, копытами и лапами Почтальоны c крыльями, копытами и лапами

Для передачи сообщений и грузов люди с древнейших времен использовали животных

Дилетант
Актер как бренд Актер как бренд

Как Александр Петров превращает свое имя в торговую марку

РБК
Ваби-саби: простенько и со вкусом Ваби-саби: простенько и со вкусом

Три упражнения, чтобы поверить в собственную уникальность

Psychologies
Партия хипстеров и Капков Партия хипстеров и Капков

Сергей Капков – о геополитике, парках и картошке

Esquire
Николай Валуев VS Анатолий Чубайс: С ошибками все хорошо — у нас они есть Николай Валуев VS Анатолий Чубайс: С ошибками все хорошо — у нас они есть

Николай Валуев и Анатолий Чубайс встретились лицом к лицу

СНОБ
«Пуповину он резать отказался». Россияне о партнерских родах «Пуповину он резать отказался». Россияне о партнерских родах

«Пуповину он резать отказался». Россияне о партнерских родах

СНОБ
Большая энциклопедия джентльмена. Том XVII Большая энциклопедия джентльмена. Том XVII

Гид для тех, кто не зарекается от тюрьмы, но все же не намерен туда попадать

GQ
«Мучительница и душегубица» «Мучительница и душегубица»

Дело помещицы Салтыковой

Дилетант
Все любят Дональда Все любят Дональда

Евгения Микулина оппонирует женщинам, которым омерзителен Трамп

GQ
Письма счастья Письма счастья

Письменные медитации

Yoga Journal
На страже морей На страже морей

Как жители Нижней Калифорнии сохранили подводные богатства прибрежных вод

National Geographic
Большой брат Большой брат

Симпатичный актер снова сыграл бога Тора

GQ
С видами на Кремль С видами на Кремль

Что Ксения Собчак хочет поменять в жизни?

Glamour
Зачем сегодня нужна школа? Зачем сегодня нужна школа?

Задавшись этим странным вопросом, журналист Александр Мурашев отправился путешествовать по миру в поисках интересных и необычных школ. Он побывал в Грузии, Дании, Финляндии, Швеции и Франции, а впереди – знакомство с образовательными системами стран других континентов. О каждой поездке Александр рассказывает в своей онлайн-книге «Другая школа», а в интервью Psychologies автор обобщил впечатления.

Psychologies
Хроника пикирующего Форда Хроника пикирующего Форда

GQ проводит время с Харрисоном Фордом

GQ
Камера хранения Камера хранения

Память преподносит нам множество сюрпризов. Как это все работает?

Добрые советы
Почтовая экзотика Почтовая экзотика

В истории почты много случаев передачи посылок и сообщений необычным образом

Дилетант
Сексуальная утечка Сексуальная утечка

О, средний русский мужчина, как я восхищаюсь тобой!

СНОБ
Евгения Евгения

Рассказ Инги Шепелевой, который можно прочитать как феминистский хоррор

СНОБ
Просто я лучше всех Просто я лучше всех

Женщины редко любят себя безусловной любовью. Но это можно изменить

Cosmopolitan
Утки, ву-у-ху! Утки, ву-у-ху!

Вселенная «Утиных историй»

Мир Фантастики
Мать в два хода Мать в два хода

Ученым удалось отредактировать геном человека

Vogue
Однажды я так сильно заболела, что тут же выздоровела, или Грандиозный медицинский лохотрон Однажды я так сильно заболела, что тут же выздоровела, или Грандиозный медицинский лохотрон

Тема мошенничества в медицинском обслуживании далеко не нова

СНОБ
Открыть в приложении