Она всегда была в тени великого Чаплина. Его жена, мать его восьмерых детей, верная спутница последних тридцати пяти лет его жизни. О судьбе Уны Чаплин «Снобу» рассказал ее старший сын Майкл.

СНОБСтиль жизни

Боги и монстры

Ангел Чарли

Она всегда была в тени великого Чаплина. Его жена, мать его восьмерых детей, верная спутница последних тридцати пяти лет его жизни. О судьбе Уны Чаплин «Снобу» рассказал ее старший сын Майкл.

Текст Юлия Козлова

– А вы знаете, что в отеле, где мы только что разговаривали, в свое время останавливался Достоевский? И именно там он написал первые страницы «Идиота»? – спрашивает меня Майкл Чаплин.

Нет, не знала. По набережной гулял сильный ветер, даже крепкие платаны сгибались под его порывами. Истерично кричали чайки, спускался туман. Неминуемо быть дождю. Ветер ожесточенно ворошил седую, как снег, шевелюру Майкла, он напоминал в эти минуты удивленного старого Чаплина. Только не на киноэкране, а в реальной жизни.

Стало смеркаться, Майкл предложил пройтись. С рю д’Итали, на которой расположен отель 1842 года постройки, через веранду, выходим прямо на берег. К озеру, лебедям, горам и вечернему туману.

– Веве возник как случайный вариант. Папа был тут проездом, но, когда увидел горы, озеро, услышал тишину, понял, что останется здесь навсегда, – сказал Майкл.

Восемь детей Чаплина после смерти отца разъехались, и лишь Майкл остался. Тут он до последнего был с матерью.

От Женевы городок Веве отделяют девяносто километров. Чаплин провел здесь последние годы жизни, сюда приходили письма со всего мира с пометкой For Chaplin. Somewhere in Switzerland. Здесь он был похоронен, здесь оставалась его вдова Уна, пережившая мужа на четырнадцать лет.

Чарли Чаплин и Уна О’Нил в голливудском ночном клубе Mocambo, июль 1943 года.

Майкл кутается в свой длинный красный шарф:

– Вот на этой набережной, где мы сейчас стоим, мама выгуливала отца в любую погоду. Сажала в инвалидное кресло и катала туда и обратно вдоль моря.

Да, вспоминаю фотографии папарацци: молодая женщина, одетая, как пожилая дама, в очках, со стянутыми в пучок волосами, осторожно везет впереди себя пациента. Восьмидесятилетний старец облачен в парадный костюм, шляпку, из кармана выглядывает накрахмаленный платок, в руке трость. Есть и другой вариант фото: голова Чаплина запрокинута назад, рот открыт в остановившемся крике. Жутко. И вот теперь на этой аллее стоим мы с Майклом. Сейчас она безлюдна и плотно завалена осенними листьями. Чуть поодаль, в кустах, прячется статуя Чарли. Человечек в котелке взирает на нелепую гигантскую вилку, воткнутую в мелководье прямо напротив него. Вилка – символ Музея питания, который расположен неподалеку. Вечно голодный нищий Бродяжка и эта вилка совершенно не сочетаются вместе. Майкл смеется моему замечанию, напоминая, что всего в тридцати километрах отсюда находится другой символ довольства и сытости – фабрика шоколада Cailler. Тоже вроде как насмешка над нищим Чарли, разве нет? Ну, хорошо, с папой все ясно. В Веве его помнит каждый камень. А где следы Уны?

Майкл рассказывает историю. В саду родителей стоял дуб, давно погибший. Но Чарли и Уна запрещали его рубить, ведь высоко-высоко в ветках гнездилось сразу несколько семей сов. Тот дуб по сей день там, хотя ни Уны, ни Чарли уже давно нет на свете. Возможно, это и есть памятник Уне?

Королева фей

Ее отец – нобелевский лауреат, драматург Юджин О’Нил. За ней ухаживали Сэлинджер, Орсон Уэллс, Дэвид Боуи. Она дружила с Жаклин Кеннеди, Грэмом Грином и Труменом Капоте. Но ее единственным мужем и любовью всей жизни был Чарли Чаплин. Благодаря редкой красоте она производила фурор, появляясь в обществе. Уна мечтала сделать актерскую карьеру. Она также могла стать писательницей. Но, выйдя замуж, совершенно сознательно поставила крест на всех своих грезах и планах. В провинциальном швейцарском городке она часами катала старенького Чаплина на инвалидном кресле, и если к ней подходили с комплиментами прохожие, опускала голову, отступала на шаг, махала рукой: «Обращайтесь только к нему, я всего лишь жена!»

…Согласно кельтским легендам, «Уной» звалась королева фей. Ее бабушка Мэри Эллен, страдавшая от неизлечимой болезни, много раз пыталась покончить с собой. Отец Юджин прошел все этапы саморазрушения. В двадцать четыре года у него обнаружили туберкулез, и в больнице он начал писать. В своем творчестве изживал внутренних демонов, в реальности – мучил ими близких. Когда на свет появилась дочка Уна, Юджин по старинной ирландской традиции загадал желание, записал на листке, сложил и спрятал в бутылку, чтобы открыть на ее двадцатилетие. Но сосуд в итоге потерялся, и Уна так никогда не узнала, что пожелал ей отец. После развода родителей Уна и ее брат Шейн остались жить с матерью. Первое время Юджин поддерживал с детьми какие-то отношения в форме переписки, но со временем забыл о них в затяжных путешествиях по Азии и Европе. Говорят, Уна искала фотографии отца в газетах, а когда слышала о нем по радио, начинала плакать навзрыд и звать его. Несмотря на возникшее отчуждение, она все равно упорно продолжала писать отцу, рассказывая в письмах о здоровье домашних животных, учебе в школе, своих постоянных простудах, полном лунном затмении 6 сентября 1931 года, особом аромате роз, высаженных заботливыми руками матери у их дома в Пойнт-Плезант. (Не потому ли в своем швейцарском саду Уна всегда будет разводить розы?) Отец не отвечал. В 1941 году у него обострится болезнь Паркинсона.

Детство Уны прошло без друзей, среди книг и фильмов. В 1940 году мать перевезла детей в Нью-Йорк, где для всех началась новая жизнь. Уна попала в энергичный круговорот событий. Ею увлекся молодой писатель Сэлинджер. Девушка снимала квартиру на Парк-авеню и блистала в светском обществе. На улице люди оборачивались ей вслед. Стройная, с длинными черными волосами, огромными глазами и улыбкой в пол-лица. Ее постоянно фотографировали для модных журналов, прочили карьеру манекенщицы. Фотографии красавицы в компании известных кавалеров мелькали в колонке светских новостей New York Post. Она даже получила титул «Дебютантка года». Среди близких друзей девушки появляется начинающий литератор Трумен Капоте. Он сопровождает Уну в Stork Club, в El Morocco, на джазовые концерты, танцы, они гуляют порой до трех часов утра. Уна станет прототипом Холли Голайтли, героини его романа «Завтрак у Тиффани».

Уна снимается для рекламы косметических брендов Helena Rubinstein и Elizabeth Arden, зарабатывает порой до четырехсот долларов в неделю. Рекламирует сумки, одежду, шампуни, крем. Для рекламы мыла Woodbury Facial Soap позирует в купальнике у бассейна с импозантным мужчиной.

«Я бы хотел, – писал Юджин О’Нил, – чтобы дочь служила медсестрой в Красном Кресте, а не дебоширила в свете. Боже, освободи меня от таких детей!»

Неожиданно после долгих лет молчания прорезается отец. Богемные похождения дочери приводят Юджина в бешенство. Он жалуется друзьям: «Мне противно ее легковесное поведение. Я бы хотел, чтобы дочь служила медсестрой в Красном Кресте, а не дебоширила в свете. Боже, освободи меня от таких детей!» (из письма Роберту Сиску 24 апреля 1942 года). Адвокату Гарри Вайнбергеру 12 мая того же года: «…поведение Уны кажется глупой показухой. Считаю непростительными столь вульгарное поведение и славу посетительницы модных клубов!»

Пишет он и дочери, унижает и оскорбляет, стыдит и высмеивает: Уна позорит его имя! Отношение отца расстраивает девушку, она пытается оправдаться, признается в желании заняться актерской карьерой, мечтает поступить на драматические курсы при The Neighborhood Playhouse. Отец запрещает. Другу Вайнбергеру расписывает по пунктам причины:

«Я всегда был против ее желания выступать на сцене. Если у людей есть талант, способности, то это хороший путь. Но я уверен, что у Уны нет ни того ни другого.

Талант проявляется задолго до поступления в театральную школу, во время участия в маленьких постановках. Она никогда ни в чем подобном себя не показывала.

Я уверен, что ее так называемое желание стать актрисой – всего-навсего побег от жизненных трудностей, от необходимости работать и учиться. Поиск легкого пути. Уна лентяйка и бездельница, паразитирующая на моем имени. Стыдно.

Она думает, моя репутация поможет ей быстро выскочить на сцену. Глупость. Надо быть гением, чтобы доказать миру свою независимость от известной фамилии. Уна не гений. Она испорченная бездельница.

Хотел бы, чтобы дочь осознала, что в трудное военное время думать об актерской карьере – кощунство. Я не дам ни цента ей в помощь, если она ослушается…»

Узнав позицию отца, Уна села в поезд и помчалась к нему на личную встречу в Калифорнию. Уже на вокзале в Контра-Коста бросилась к телефону-автомату сообщить о приезде, но жена отца грубо заявила: тот не желает разговаривать с ней. «Все, что я вижу в тебе, – это будущее второсортной актерки, которая в один прекрасный день, осознав свою бездарность и порочность, уйдет в небытие. Думал, из тебя вырастет достойная личность, но увы, так что прощай».

Макс Рейнхардт приглашает Уну в свою труппу. Она получает предложение выступить на сцене театра Мейплвуд в Нью-Джерси, в музыкальном спектакле «Приятель Джои». Постановка провалилась, но начинающую актрису все же заметили. Она становится протеже Шерил Кроуфорд (которая в 1931 году откроет школу Group Theater вместе с Ли Страсбергом, а в 1947-м – Actor’s Studio с Элиа Казаном). Шерил называла Уну «ирландским эльфом» и всячески расхваливала ее уникальную красоту коллегам. В 1942 году она убедила девушку попытать счастья в Голливуде. «Фабрика звезд» находилась на закате своего золотого века, хотя и выпускала ежегодно семьсот пятьдесят фильмов. СМИ пестрели материалами о кинозвездах Гэри Купере, Джин Харлоу, Спенсере Трейси, Чарльзе Лоутоне, Марлен Дитрих. Уна была очарована роскошным Сансет-бульваром, посещала популярное заведение Chez Schwab, нашла себе агента Мину Уоллас, в свое время открывшую Кларка Гейбла. Мина водит девушку по мероприятиям, на одном из которых в нее влюбляется двадцатишестилетний Орсон Уэллс. Как-то вечером в Earl Carroll’s Restaurant Уэллс предлагает подруге игру, сообщает, что обладает редким умением расшифровывать линии рук и предсказывать будущее. Уна протягивает ему ладонь: «Погадай». Уэллс, явно намекая на личные планы, говорит:

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Кристиан Диор: дизайнер мечты» «Кристиан Диор: дизайнер мечты»

Выставка о великом художнике, перевернувшем послевоенную моду

СНОБ
Детка и космос Детка и космос

В спин‑оффе «Изгой‑один: Звездные войны. Истории» английская роза Фелисити Джонс берет в руки пушку и бросает вызов империи.

GQ
Разбогатеть по-крупному Разбогатеть по-крупному

Куда и как вкладывать деньги разным знакам зодиака

Лиза
Кто вы, «нестарый кавказец»? Кто вы, «нестарый кавказец»?

Атрибуция военных портретов — дело сложное. Но даже потратив много времени и сил, далеко не всегда результат удается получить сразу. Порою загадка может ждать своего решения десятилетиями. Но рано или поздно правильный ответ обязательно найдется.

Дилетант
Главное — участие Главное — участие

Как домохозяйке основать международную бизнес-империю?

Forbes
И это все о нем И это все о нем

В сентябре известный психолог Михаил Лабковской дал нашему журналу провокационное интервью, реакция на которое разделила читателей на два враждующих лагеря. Мы решили продолжить общение и снова встретились с Михаилом, чтобы поговорить, на этот раз - на тему секса

Elle
Агриппина: мать, убийца и жертва Агриппина: мать, убийца и жертва

Мать Нерона — Юлия Августа Агриппина — сыграла исключительную роль в судьбе своего сына. Ее личная жизнь, властолюбие, а также обстоятельства смерти до сих пор поражают воображение.

Дилетант
Большая энциклопедия джентльмена / Том X: Конфликты Большая энциклопедия джентльмена / Том X: Конфликты

16 актуальных способов сохранить нервные клетки.

GQ
Дно Балкарии Дно Балкарии

Водолазы, батискафы и подводный дрон: экспедиция Русского географического общества исследовала в Кабардино-Балкарии самое глубокое озеро-источник в мире — Нижнее Голубое.

GEO
Не шиной единой Не шиной единой

Какие требования предъявляет к человеку и машине зимняя дорога?

АвтоМир
100 лет первому танку 100 лет первому танку

Фоторепортаж из Лондона.

Игромания
Jaguar XF Jaguar XF

«After rain comes fair weather» говорят англичане. Новый Jaguar XF как нельзя лучше подтверждают старую народную мудрость.

АвтоМир
Зачем владелец «Асконы» продает большой бизнес и строит маленький город Зачем владелец «Асконы» продает большой бизнес и строит маленький город

Владимир Седов занялся медициной и отстраивает на свои деньги целый город

РБК
АК 7.40 АК 7.40

У меня как-то состоялся разговор с офицером одного из российских спецподразделений на тему идеального автомата для спецназа. Собеседник ответил коротко: «Нам не нужно слишком многое. Дайте нам АК, упакованный в полимерный корпус, и обвешайте его планками пикатинни со всех сторон». Именно так и поступили разработчики из израильской оружейной компании CAA, выпустив в 2016 году автомат AK Alfa.

Популярная механика
Друг познается Друг познается

Существует ли женская дружба? По мнению Нины Авдышевой, если и существует, то все равно немного стоит.

Elle
Нонна Гришаева. Знает, как избавиться от стресса Нонна Гришаева. Знает, как избавиться от стресса

Жизнь актрисы всегда на виду. Но, что бы ни происходило, поклонники хотят видеть ее красивой и позитивной. Впрочем, Нонна действительно отлично выглядит и не скрывает возраста

Лиза
Матч-пойнт Матч-пойнт

В Хоккенхайме прошла финальная гонка DTM. Расстановка сил, установившаяся за сезон, изменилась в самый последний момент. Разрыв между претендентами на звание победителя был ничтожно мал...

АвтоМир
Явление Юэна Явление Юэна

Юэн Макгрегор штурмует потухший вулкан, оставив далеко внизу толпы фанатов, отмечающих 20-летний юбилей прославившей его киноленты «На игле». В свои сорок пять он продолжает штурмовать высоты почище вулканов: только что экранизировал один из лучших американских романов последнего времени – «Американскую пастораль» Филипа Рота.

Esquire
Дитя и волшебство Дитя и волшебство

В фильме «Фантастические твари и где они обитают» Эдди Редмейн сыграл волшебника из книги Дж. К. Ролинг (но не того, о ком вы подумали). GQ встретился с актером там, где обитают фантастические твари (то есть в Лос‑Анджелесе), и выяснил, как ему живется в шкуре суперзвезды.

GQ
Неожиданная Австралия Неожиданная Австралия

Это не привычные красоты зеленого континента: 800 километров по бездорожью, дикий буш, никого вокруг, жара, пыль. Открыть невиданные места и познакомиться с жизнью аборигенов нам помог Land Rover Discovery Sport.

Quattroruote
Honda CR-V Honda CR-V

С моделью пятого поколения, которая появится в 2018 году, японцы намереваются удержать неожиданный рекорд – статус самого продаваемого кроссовера в мире.

Quattroruote
Парящие над волнами Парящие над волнами

В Санкт-Петербурге прошел этап одного из самых престижных парусных соревнований – Extreme Sailing Series. В этом сезоне яхтсмены впервые пересели на новый класс катамаранов с подводными крыльями – GC32. Корреспондент «Популярной механики» тоже принял участие в регате самых быстрых и легких парусных судов в мире и убедился, что название гонки недаром начинается со слова «экстрим».

Популярная механика
Взлёт и падение Робокопа Взлёт и падение Робокопа

1980-е. Золотое десятилетие блокбастерной кинофантастики.

Мир Фантастики
Братство отца Братство отца

Чеховские три сестры мечтали о Москве, о счастливом и недостижимом далёко, способном изменить их жизнь к лучшему. Три брата Делон всегда стремились «к отцу» – чужому и не досягаемому. Они верили: будь он рядом, их судьбы сложились бы иначе. Но так ли это на самом деле?

СНОБ
Datsun on-DO Datsun on-DO

Японский бренд, огромный 530-литровый багажник, клиренс в 174 мм, начальная цена в пределах полумиллиона... К этому седану родом из Тольятти однозначно стоит присмотреться!

АвтоМир
Иудейская война Иудейская война

В период правления Нерона в империи началось одно из самых кровавых восстаний на покоренных землях. Ожесточенность восставших и сам размах восстания были таковы, что событие вошло в историю под названием Иудейской войны.

Дилетант
Girl Talk Girl Talk

Когда-то Глюк’oZа была прорывом музыкальной индустрии России — дерзкая рисованная девчуля с задорными песнями и гнусавым компьютерным голоском. В жизни — классическая красавица с невероятно лучистыми глазами и улыбкой.

SNC
Каменный век Каменный век

Как The Rolling Stones завершают его с блеском. Британская группа замыкает круг эволюции пластинкой Blue & Lonesome.

Playboy
Лесные домишки Лесные домишки

Дизайнер Катерина Сизова офор­ми­ла для сво­ей по­дру­ги 37‑мет­ро­вую квар­ти­ру в доме, сто­я­щем на гра­ни­це леса.

AD
Антонио Бандерас Антонио Бандерас

Актер, фотограф и создатель парфюмерии Антонио Бандерас - о своей карьере и русских женщинах.

Maxim
Открыть в приложении