О фильме "Движение вверх" и о том, как все было на самом деле

Караван историйСобытия

Евгения Кондрашина. Три последние секунды

Судя по фильму "Движение вверх", мы узнали о победе в матче с командой США из прямой трансляции. Но это не так. По телевизору его не показывали. Только в шесть утра мне позвонил Вовин друг, преподаватель Кораблестроительного института. "Жека, - кричит, - наши выиграли! Я "Голос Америки" поймал!"

Записала Наталья Черных

Фото: Sven Simon/Imago/ТАСС

Здравствуйте, — раздался в трубке хрипловатый мужской голос, — поздравляю вас с днем рождения!

Я растерялась. На дворе январь, а родилась я в декабре.

— Я вас не узнаю — кто это?

— Это Володя Машков...

Боже, ведь сегодня четырнадцатое января — день рождения моего мужа! Владимир Кондрашин был тренером по баскетболу, и в картине «Движение вверх» его сыграл именно Машков.

Фото: Е. Биятов/РИА Новости

О том, что про Володю и его ученика Сашу Белова снимают кино, я узнала от Вани Едешко. Он тоже играл в сборной СССР, когда наши победили американских баскетболистов на мюнхенской Олимпиаде 1972 года. Сценарий мне не понравился, там было много неточностей. Мы с вдовой Белова Александрой связались с продюсерами фильма, объяснили, в чем именно ляпы. Их исправили, но, к сожалению, далеко не все.

С мужем Владимиром Кондрашиным мы прожили сорок шесть лет. Фото: Владимир Бертов

После премьеры меня часто спрашивают, похож ли Владимир Гаранжин, которого играет Машков, на реального Владимира Кондрашина. Этот актер — единственный, к кому у меня нет претензий. И все же мой муж был совсем другим, не таким, как его экранное воплощение. Хочу рассказать всем о настоящем Кондрашине — человеке, с которым я прожила сорок шесть лет.

С Вовой нас познакомил баскетбол. Я училась тогда на последнем курсе Планово-экономического института. Как многие ребята, активно занималась спортом. Наш институтский тренер Сергей Меньшиков играл в баскетбол за «Динамо», пригласил меня в числе других в женскую команду. Дворцов спорта в Ленинграде еще не построили, тренировались на баскетбольной площадке Зимнего стадиона.

Фото: И. Уткин/ТАСС/Чемпионат России по баскетболу. 1 октября 1991 г.

Каждые выходные там проходили соревнования — этапы первенства города. Один матч женский, один мужской, и так с утра до вечера. Конечно, ребята и девчонки знакомились, завязывались романы. Но мы с Вовой долгое время не обращали друг на друга внимания, хотя парнем он был заметным, играл хорошо. Подруги за него болели, многие вздыхали: «Кондрашин такой симпатичный!» Он уже отслужил в армии и был в команде «Спартака».

В один прекрасный день Вова подошел ко мне в гардеробе:

— Разрешите подать пальто?

Я улыбнулась:

— Разрешаю.

Вдруг случилась какая-то магия. Мы встретились глазами, и — бах! В одну секунду я поняла, что влюбилась по уши. Как пишут в книгах, «между ними проскочила искра». Стояли, смотрели друг на друга и молчали.

Через неделю Вова предложил: «Давай сходим в кино!» После сеанса отправились гулять. Это сейчас молодежь встречается в кафе, ресторанах, катается на машинах. А тогда все были бедными. Ходили в кино, друг к другу в гости, ездили в ЦПКиО. И конечно, общались на стадионе. Обсуждали игры, спорили, радовались победам. Так и завязались отношения.

Моя подружка Тося, узнав о наших с Кондрашиным встречах, расстроилась. Он ей тоже очень нравился. Даже когда мы поженились, Тося постоянно делала Вовке комплименты: «Вот, Женька, какого ты себе парня отхватила. Красивый, будто американский киноактер. А играет как!» До свадьбы мы встречались два года. То, что у обоих не было денег, не мешало радоваться жизни. У Вовы оказались отличные друзья. У одного из них, Юры Свидерского, мы часто собирались.

Папа Юры Валентин Иванович служил артистом Театра музыкальной комедии. Когда родители уезжали, все праздники справляли у них, в огромной квартире на Кировском проспекте. В гостиной стоял рояль, мы танцевали и пели, рассказывали анекдоты. Это была разношерстная компания. У них дома собирались коллеги Валентина Ивановича — популярные тогда артисты. И всегда было шумно и весело.

Никаких комплексов по поводу «и надеть-то нечего» не возникало. Помню, Вовка пришел в странных брюках — очень коротких. Спрашиваю:

— Что за штаны-то у тебя?

А он:

— За отцом донашиваю. (Тот был гораздо ниже ростом.)

Короткие штаны не могли стать поводом для расстройства: Вова пережил блокаду. Нашу семью вывезли из города последним эшелоном, а он остался с мамой и двумя сестрами в квартире на Пушкинской улице. Отец был на фронте, от него даже писем не приходило. Вова мне рассказывал, как они выжили в самую страшную, первую блокадную зиму. В их доме была баня, там мылись солдаты перед отправкой на передовую. Благодаря этому в квартире чуть теплились батареи. Мама с утра уходила на работу, а дети весь день на них просиживали — как воробьи. Но к весне качались от голода, старшая сестра слегла. И тут повезло — по Дороге жизни Кондрашиных вывезли из Ленинграда, и они отправились в деревню к бабушке, в Рязанскую область.

Там жили только женщины, дети и один демобилизованный солдат без руки. Володе было четырнадцать, его сразу определили на конюшню. Он возил хлеб на станцию, работал целыми днями и так эту лошадь полюбил, что когда пришло время уезжать, расставался с ней со слезами на глазах.

В Ленинград вернулись уже в 1945 году. Нужно было получать аттестат, а в эвакуации Вовка не учился. Садиться за парту с детьми было стыдно, и он поступил в вечернюю школу, устроился на работу. Тогда еще не отменили карточки, продукты отпускали строго по нормам, но деликатесы продавали свободно: икру, ветчину, крабов. И вот с первой зарплаты Кондрашин купил большую французскую булку, разрезал, намазал ее маслом, на одну половину положил икру, а на вторую — ветчину. Шел, такой гордый, по улице и ел этот бутерброд. Объелся до тошноты, с тех пор на икру смотрел с отвращением.

В Ленинграде Вова занялся спортом, потом ушел в армию, после нее поступил в техникум физкультуры. Демобилизовавшись, начал играть за «Спартак» и работать детским тренером по баскетболу. Тогда-то мы и встретились.

Поженились осенью 1954-го. Просто пошли в ЗАГС Куйбышевского района и расписались, у меня даже свадебного платья не было. Никак это событие не отмечали. Мы регистрировались уже фактически супругами, незадолго до этого сняли комнату. Потом, когда родился Юра, переехали в коммунальную квартиру к Володиным родителям.

Юра появился на свет недоношенным и слабеньким. У него была родовая травма. Я рожала с высоченной температурой, положение усугублял тромбофлебит. Выписали нас только через месяц. Вовка отпросился со сборов, пришел встречать с цветами к роддому. Была слякотная осень, но Кондрашин сиял. Он стоял у порога с другом, баскетболистом Витей Харитоновым. В тот день никто не мог предположить, что у Юрки ДЦП. Поняли мы это через год.

Фото: из архива Е. Кондрашиной

«Женя, сядь, пожалуйста, — сказала мне мама и опустила глаза. Сердце сжалось в комок. — Я нашла очень хорошего хирурга, Цукермана. Мы были у него на приеме. Профессор считает, что Юра серьезно болен. Скорее всего, наш мальчик не будет ходить».

Фото: из архива Е. Кондрашиной

Мама тогда на пару недель забрала Юрку к себе, чтобы меня разгрузить. Я устала от бесконечных походов по врачам, которые не понимали, что с ребенком. Вроде бы пора сидеть, а он не может. Списывали это на недоношенность и замедленное развитие. Обещали — Юра выровняется. Действительность оказалась горше. Нам посоветовали возить малыша в Евпаторию, в специализированный санаторий. Три года подряд туда ездили, но ни лечение, ни грязи не помогали. Доктора долго не могли определиться с диагнозом: полиомиелит у него или все же ДЦП. Время шло. Уже потом мы узнали, что у Юры был шанс встать на ноги, но нам не повезло, упустили момент.

В санатории я познакомилась с мамами таких же детей. Почти все они были одиночками: мужья, не выдержав испытания, уходили из семьи.

— А у вас есть супруг? — часто спрашивали женщины.

— Есть, — с гордостью отвечала я.

Представить, что Вова нас бросит, было невозможно. Кондрашин пришел в ярость, когда после окончательного приговора кто-то из медиков посоветовал сдать сына в специализированный детский дом. Он обожал Юрку и принимал таким, какой есть. Каждую свободную минуту проводил с ним. На спине таскал в кинотеатр смотреть «Новости дня» или детские фильмы. И на игры носил. Спортзал был недалеко от нашего дома, Вовка посадит Юру на маты, тот баскетбол смотрит. Правда, сын все же больше полюбил футбол. У него был свой, настольный, в который он с азартом играл.

Бабушки и дедушки тоже души в Юрке не чаяли, очень нам помогали. Года через три Володе дали от «Спартака» комнату в семейном общежитии на Загородном проспекте. Боже, какие мы были счастливые! Первое собственное жилье! У родителей порой приходилось тесниться вшестером в одной комнате. Переехали быстро, все пожитки уместились в два узла. В нашей новой комнате стояли железная кровать и столик. Кровать мы выкинули, купили большой матрас. Вова раздобыл в соседнем гастрономе четыре деревянных ящика, водрузил на них матрас — получилась удобная тахта. Потом появились маленький диванчик и шкаф.

Фото: из архива Е. Кондрашиной

В том же гастрономе работали поклонники «Спартака». Они предупреждали, когда собираются выкидывать дефицит. Продавец увидит меня, говорит: «Приходите, сегодня гусей привезут». Гусь стоил восемьдесят копеек за килограмм, очереди за ним выстраивались громадные.

Материальная сторона жизни постепенно улучшалась. В 1961 году «Спартак» играл уже в высшей лиге. Город выделил спортсменам несколько квартир, и мы переехали в двухкомнатную хрущевку на Новоизмайловском проспекте. Это тоже центр. В нашем парадном жили несколько спортивных семей: мама хоккеиста Леши Касатонова, чемпионка Европы по академической гребле Нина Полякова... Все очень дружили.

Новую квартиру мы смогли прилично обставить. Приобрели письменный стол, маленький кухонный гарнитур.

Юра пошел в школу — учителя приходили домой. Любимая наша Галина Казимировна однажды привела к сыну весь класс — знакомиться. Бегу домой, смотрю: у подъезда стоит стайка ребят, и на лестнице стоят, и на площадке.

— Вы чего тут толпитесь?

— А нам всем сразу не войти.

Учительница ждала меня у двери в квартиру. Я всех впустила. Ребятня окружила сына, называли свои имена, мальчишки жали руку, девчонки смущенно держались на расстоянии. Одноклассники вскоре стали сами заходить к Юре. Как-то раз в мое отсутствие собралось человек двадцать.

— Как же вы сюда попали?! — спрашиваю.

— Юрка крикнул, чтобы мы толкнули посильнее дверь, она и откроется!

Потом я стала оставлять для них ключи у соседки. Они и в пинг-понг дома играли, и в баскетбол, и мяч по полу гоняли. Все вазы переколотили! Но я не переживала: у сына появились настоящие друзья. Поэтому когда через десять лет мы перебрались в квартиру побольше, на Наличную, Юрка две недели плакал. Но ребята его не бросили — звонили, приезжали, иногда даже ночевали у нас.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Нежный возраст Нежный возраст

Кайли Миноуг в пятьдесят живет и выглядит как в двадцать

Tatler
Идти ли к психологу? 6 поводов для сомнений Идти ли к психологу? 6 поводов для сомнений

Психотерапия сегодня перестала быть удивительной, это почти обычное дело

Psychologies
Найти внутренний свет Найти внутренний свет

Что необходимо, чтобы почувствовать себя привлекательной

Psychologies
Дорогие россияне! Дорогие россияне!

Мы отправили Ксению Собчак на встречу с избирателями — на хлебозавод

Tatler
Смех в начале тоннеля Смех в начале тоннеля

Смешные симптомы серьезных болезней

Maxim
Audi RS5 Audi RS5

Легкость купе в повседневной жизни не затмевает его истинного предназначения

Quattroruote
Ужасный конец. Почему миллиардер Галицкий решил оставить «Магнит» Ужасный конец. Почему миллиардер Галицкий решил оставить «Магнит»

Как миллиардер Сергей Галицкий создавал «Магнит»

Forbes
Вторая жизнь старых носков Вторая жизнь старых носков

Часто находишь «потеряшек» без пары? Не выбрасывай, а что-нибудь смастери!

Лиза
И это все о НЕЙ И это все о НЕЙ

Борис Шапиро напоминает о нескольких особенностях женской психики

Psychologies
Будь готов, генацвале! Будь готов, генацвале!

Знакомимся с культурными, кулинарными и историческими традициями Грузии

Quattroruote
Зачистка и рывок Зачистка и рывок

Россией правят списки — тайные, как при советской власти, и явные, как сейчас

СНОБ
И слово было блог И слово было блог

В начале блогерской эпохи было слово, и слово это было на японском

Esquire
Стокгольмский террорист — кто он? Дело Рахмата Акилова Стокгольмский террорист — кто он? Дело Рахмата Акилова

Как стокгольмский террорист оказался связан с боевиками из Таджикистана

СНОБ
Буря в пустыне Буря в пустыне

Марго Робби сбежала из Голливуда в пустынную глушь, чтобы не отвлекаться от кино

Vogue
«Ненавижу, когда говорят, что нужно беречь себя» «Ненавижу, когда говорят, что нужно беречь себя»

Максим Аверин — пример артиста, который не боится ломать стереотипы

Добрые советы
Торжество цивилизации Торжество цивилизации

Иван Давыдов: Власть в стране стала более прогрессивной

СНОБ
Культурный код Культурный код

Как треска спасла человечество, открыла Америку и стала в Москве дефицитом

Tatler
Кросс на цыпочках Кросс на цыпочках

Kia Rio X-Line – Renault Sandero Stepway

АвтоМир
Московский RER Московский RER

Как развивался предшественник столичного наземного метро

Forbes
Илья Демуцкий Илья Демуцкий

Композитор, за которым скандалы ходят по пятам

Esquire
Дежурные по планете Дежурные по планете

Как энтузиасты из разных стран заботятся об окружающей среде

СНОБ
Новых мигрантов невозможно интегрировать старыми средствами Новых мигрантов невозможно интегрировать старыми средствами

Почему Рахмат Акилов решил отомстить стране, принимающей беженцев

СНОБ
Мозаика севера Мозаика севера

Зимний пробег по Архангельской области

АвтоМир
Спальный уголок Спальный уголок

Думаешь, в небольшой однокомнатной квартире нет места для полноценной кровати?

Лиза
Игра без прав Игра без прав

Что ждет нас на корейской олимпиаде и что ждет олимпиады без нас?

Огонёк
Где рожать? Советы по выбору роддома и врача Где рожать? Советы по выбору роддома и врача

Пора задуматься, где пройдут роды и какой врач будет рядом с вами

9 месяцев
Добро пожаловать в «высший класс»! Добро пожаловать в «высший класс»!

Стоит ли хорошо оснащенный флагманский смартфон своих денег?

CHIP
Игры, в которые играют люди Игры, в которые играют люди

7 главных историй Олимпиады в Пхенчхане

Русский репортер
Неудержимая Неудержимая

Светлана Лебедева не любит мелочиться: если уж бороться, то сразу с пятерыми

Maxim
Александр Маноцков: У меня нет никакого «само», которое требует «выражения» Александр Маноцков: У меня нет никакого «само», которое требует «выражения»

Интервью с композитором Александром Маноцковым о том, что все в музыке — время

СНОБ
Открыть в приложении