Рассказ Макса Фрая, в котором будни выворачиваются босхианской изнанкой

СНОБКультура

Макс Фрай: Ирруан, доудаль, индера

Каждую неделю Илья Данишевский отбирает для «Сноба» самое интересное из актуальной литературы. Сегодня мы публикуем новый рассказ Макса Фрая, в котором будничная скука выворачивается босхианской изнанкой, а знакомые очертания предметов распадаются, превращаясь в сон

Иллюстрация: Corbis via Getty Images

06:20

Дана проснулась в шесть двадцать, за десять минут до звона будильника, не потому, что выспалась, а просто по привычке. Сунула телефон в карман пижамных штанов, сгребла плед и подушку с неразобранного дивана, на котором уснула с планшетом где-то в начале второго, оттягивая момент, когда придется идти к мужу в спальню, сунула в шкаф и пошлепала в ванную, почти беззвучно повторяя обычную утреннюю молитву: «Будь все проклято, будь все проклято, Господи, прокляни, пожалуйста, все». Молитва, судя по всему, работала достаточно эффективно, по крайней мере, по утрам окружающий мир обычно производил впечатление вполне проклятого — не самым страшным смертным проклятием, а так, серединка на половинку. Впрочем, Дана не особо обольщалась на свой счет: ясно же, что по утрам еще куча народу проклинает все на свете. Получается дружный хор. Вероятно, быть проклятым — это такая утренняя зарядка мира, одно из великого множества обязательных мучений, необходимых для поддержания внутренней дисциплины и общего тонуса.

Сама Дана зарядку по утрам не делала. Ради зарядки пришлось бы просыпаться еще на полчаса раньше. Ну уж нет.

06:30

Будильник в телефоне начал трезвонить в половине седьмого, когда Дана стояла под душем, не то чтобы наслаждаясь звонкими тугими струями горячей воды, как обычно говорят в таких случаях, но уже не очень сильно от них страдая. Умеренно. В самый раз.

Дана умеренно страдала, энергично намыливая колени, а телефон звонил. Это повторялось каждое утро. Дана всегда забывала отключить будильник, проснувшись, вернее, притворялась, будто забывает, на самом деле, ей нравилось надеяться, что однажды этот звонок раньше времени разбудит дочку и мужа, которым можно дрыхнуть почти до семи, пока готовится завтрак. Будь они оба прокляты вместе с остальным окружающим миром и еще дополнительно две тысячи четыреста раз, по одному проклятию на каждую секунду сладкого утреннего сна.

Но они никогда не просыпались. Что, в общем, понятно: телефон в кармане пижамы, пижама на вешалке в ванной, между запертой дверью ванной и комнатами — коридор. Даже если не спать, вряд ли что-то услышишь. Так жаль.

06:35

В шесть тридцать пять Дана вышла из ванной и поплелась на кухню. Нажала кнопку кофемашины, щелкнула кнопкой чайника, достала из хлебопечки еще теплый домашний хлеб, шваркнула на плиту сковородку, нарочно стараясь произвести побольше шума, но это не сработало, это никогда не срабатывало, у мужа и дочки был крепкий сон. Пока кофеварка фыркала, чайник задумчиво подвывал, а сковородка разогревалась, Дана стояла, прижавшись лбом к холодному оконному стеклу, и тихо бормотала: «Айнабурды, дотихан, казавайя, лай-улулу, дарабу, гимустан, аюны, куверды». Это почему-то всегда помогало: если прижаться лбом к любой твердой поверхности и говорить вслух первую пришедшую — не на ум даже, просто на язык — бессмысленную чушь, можно не сойти с ума, даже утром, пока жаришь яичницу после пяти часов тревожного, обреченного на скорую гибель от звона будильника сна.

В шесть пятьдесят девять раздался теоретически приятный слуху всякой матери, а на практике ненавистный, как и все остальные утренние звуки, детский смех

06:50

Ровно в шесть пятьдесят из спальни донеслось треньканье мужниного телефона, в шесть пятьдесят три в ванной зашумела вода, в шесть пятьдесят восемь наступила тишина, в шесть пятьдесят девять раздался теоретически приятный слуху всякой матери, а на практике ненавистный, как и все остальные утренние звуки, детский смех, означавший, что Дарюс разбудил Машку, и сейчас они придут жрать. Дана залила кипятком пакетик ягодного чая для дочки, нажала кнопку кофейной машины и усилием воли сложила губы в традиционную утреннюю улыбку. Вполне можно одновременно улыбаться и все проклинать. Мама, папа, я — счастливая семья. Чего ж этим проглотам не быть счастливыми, когда завтрак уже на столе.

07:35

В семь тридцать пять Машка пошла одеваться — сама, спасибо, господи, хоть что-то она уже способна сделать сама! Дарюс, читавший за завтраком новости, неохотно отложил планшет, буркнул: «Спасибо», — и тоже встал из-за стола.

07:55

В семь пятьдесят пять Дарюс с Машкой вышли из дома, как всегда, с запасом: первый урок начинается в половине девятого, а идти до школы максимум двадцать минут, даже медленным шагом толстяка Дарюса, даже если постоянно останавливаться, как это делает Машка, чтобы подобрать яркий лист, круглый камешек и всю остальную грязь, какая найдется на улице, всю эту проклятую грязь. Хорошо, что Дарюсу на работу только к девяти, ехать пятнадцать минут на автобусе, и он всегда сам провожает Машку до школы. Дарюс никогда не сердится на дочку, не кричит, не торопит, хорошо, что ему все равно.

07:58

Самое обидное, невыносимо, до злых, молча проглоченных слез обидное, что Дане на работу тоже к девяти, причем ей даже ехать никуда не надо, только выйти из дома, свернуть за угол — и все, уже пришла. Если бы муж и дочь были способны сами приготовить себе завтрак, или просто соглашались убраться из дома без обязательной утренней жрачки, можно было бы спать почти до половины девятого. На два часа дольше, на целых два прекрасных длинных утренних часа.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Ханья Янагихара: Люди среди деревьев Ханья Янагихара: Люди среди деревьев

Фрагмент романа Ханьи Янагихары «Люди среди деревьев»

СНОБ
Повернуть время вспять Повернуть время вспять

Морщинки – история нашей жизни. Но обязательно ли рассказывать ее окружающим? Любые признаки старения, будь то морщины, пигментация или дряблость кожи, говорят о пренебрежении. Как к окружающим, так и к достижениям науки. А значит, о нежелании работать над собой. Когда же нужно начинать бороться за свое лицо?

Psychologies
Голос будущего Голос будущего

Группа компаний cyber Fund работает на блокчейне и криптовалюте

РБК
Поколение Z Поколение Z

Зендая — актриса, певица, продюсер и активистка с армией поклонников

Glamour
Королевство страха и сомнений Королевство страха и сомнений

Мультивселенная Стивена Кинга

Мир Фантастики
Эмма Клайн: Девочки Эмма Клайн: Девочки

Фрагмент «Девочек» Эммы Клайн

СНОБ
«На “Гагарин пати” в VIP-зале сидел космонавт Леонов». Как в Россию пришел рейв «На “Гагарин пати” в VIP-зале сидел космонавт Леонов». Как в Россию пришел рейв

Первая рейв-вечеринка в России

СНОБ
Вся жизнь впереди Вся жизнь впереди

Отрывки из новой биографии самого старого наследника английского престола

Tatler
Выйти из сумрака Выйти из сумрака

По оценке ВОЗ, от депрессии страдают более 300 млн человек во всем мире

Добрые советы
Карьера менеджера Карьера менеджера

Как Владислав Мартынов стал предпринимателем, инвестором и блокчейн-энтузиастом

РБК
Саша Щипин: Смерть автора Саша Щипин: Смерть автора

«Слишком свободный человек» биография Бориса Немцова о новейшей истории России

СНОБ
Большая энциклопедия джентльмена. Том XVII Большая энциклопедия джентльмена. Том XVII

Гид для тех, кто не зарекается от тюрьмы, но все же не намерен туда попадать

GQ
В плену желаний В плену желаний

Разные виды зависимости можно вылечить и без лекарств

National Geographic
Алексей Алексенко: Тайна огурца раскрыта Алексей Алексенко: Тайна огурца раскрыта

Чем занимались огурцы десятки миллионов лет

СНОБ
Письма счастья Письма счастья

Письменные медитации

Yoga Journal
Дмитрий Рогозин: Почему нужно говорить о смерти Дмитрий Рогозин: Почему нужно говорить о смерти

Как помочь старикам подготовиться к уходу из жизни и почему это важно

СНОБ
Твои, мои и наши Твои, мои и наши

Стоит узнать, насколько вы финансово совместимы

Cosmopolitan
Большой брат Большой брат

Симпатичный актер снова сыграл бога Тора

GQ
Путь любви Путь любви

Виды, этапы и цели медитации

Yoga Journal
Главные вопросы родителей. Отвечает психолог Юлия Десятникова Главные вопросы родителей. Отвечает психолог Юлия Десятникова

Почему дополнительное образование спасет мир

СНОБ
Арктический бурлак Арктический бурлак

«Бурлак» – грузовик, которому нипочем глубокий снег, лед, вода, болота

Популярная механика
Изобретения Изобретения

Русский ученый изобретает роботов и новые сенсоры в лаборатории MIT

РБК
Абсолютный эгоист Абсолютный эгоист

Тридцатипятилетний Дима Билан прыгает так же высоко, как и раньше

Cosmopolitan
Тор с нами Тор с нами

Бьюти-секреты и семейные ценности Криса Хемсворта

Glamour
Smart Brabus Fortwo Smart Brabus Fortwo

Веселый и динамичный, но не убийственный

Quattroruote
Васса Васса

Создательница VASSA&Co. о внутренних конфликтах и о рекламе

Numéro
Кирилл Соловьев: Политика в дореволюционной России. Искусство невозможного Кирилл Соловьев: Политика в дореволюционной России. Искусство невозможного

Отрывок из книги Кирилла Соловьева «Хозяин земли русской?»

СНОБ
Александр Петров: «У меня была любовь и война одновременно» Александр Петров: «У меня была любовь и война одновременно»

Еще два года назад он был «одним из», а сейчас 28-летний Саша Петров – «самый». Самый молодой Гамлет в истории, самый яркий, востребованный: «Притяжение», «Полицейский с Рублевки», теперь – громкий кинопроект «Гоголь». В театре им. Ермоловой его называют артистом вертикального взлета. Как же стать «самым» и не сломаться?

Psychologies
Почтальоны c крыльями, копытами и лапами Почтальоны c крыльями, копытами и лапами

Для передачи сообщений и грузов люди с древнейших времен использовали животных

Дилетант
«Квартиру забрали, меня загнали в долги». Истории людей, потерявших жилье «Квартиру забрали, меня загнали в долги». Истории людей, потерявших жилье

Об угрозах от коллекторов, черных риелторах, жизни на улице и мечте обрести дом

СНОБ
Открыть в приложении