Мишель Обама по­ки­да­ет Белый дом на пике по­пуляр­но­сти. Она — со­весть на­ции, роле­вая мо­дель, ико­на сти­ля, ге­ро­и­че­ская мать и го­то­вый кан­ди­дат в пре­зи­ден­ты США.

TatlerСтиль жизни

Ты меня не забывай

Мишель Обама по­ки­да­ет Белый дом на пике по­пуляр­но­сти. Она — со­весть на­ции, роле­вая мо­дель, ико­на сти­ля, ге­ро­и­че­ская мать и го­то­вый кан­ди­дат в пре­зи­ден­ты США.

Текст: Jonathan Van Meter. Фото: Annie Leibovitz

Теплым осен­ним днем в Белом доме сто­ит ти­ши­на. Целый ме­сяц я бы­вал здесь каж­дую неде­лю, ино­гда два­жды в день, раз­го­ва­ри­вал с со­труд­ни­ка­ми офи­са пер­вой леди, со­про­вож­дал мис­сис Обаму на ме­ро­при­я­тия. Обычно во вре­мя этих встреч все было так тща­тель­но сре­жис­си­ро­ва­но, что ка­за­лось: сде­лай ты хоть шаг без раз­ре­ше­ния — тут же бу­дешь аре­сто­ван. В са­мый пер­вый день я при­был в Белый дом око­ло де­ся­ти утра. Меня по­про­си­ли «по­до­ждать» в при­ем­ной, ми­нут через де­сять про­ве­ли в холл, там я сно­ва ждал. Новое по­ме­ще­ние — и но­вое ожи­да­ние. В кон­це кон­цов меня про­ве­ли в Комна­ту карт — заль­чик на пер­вом эта­же Белого дома, на­зван­ный так по­то­му, что в нем во вре­мя Второй ми­ро­вой ра­бо­тал с кар­та­ми пре­зи­дент Франклин Рузвельт (все­мир­ную из­вест­ность ком­на­та по­лу­чи­ла по­сле те­ле­транс­ля­ции 1998 года: сидя здесь, Билл Клинтон под при­ся­гой клял­ся, что не имел от­но­ше­ний с Моникой Левин­ски. — Прим. «Татле­ра»). Первая леди же­ла­ла по­зна­ко­мить­ся преж­де, чем мы от­пра­вим­ся в Говард­ский уни­вер­си­тет. Миссис Обама, оде­тая в пла­тье-фу­тляр Laura Smalls в фио­ле­то­во-бе­лую по­лос­ку, за­клю­чи­ла меня то­гда в свое фир­мен­ное объ­я­тие. «Знаю, что вы про­ве­де­те с нами ка­кое‑то вре­мя, — ска­за­ла она и про­дол­жи­ла с се­рьез­ным ви­дом. — Нужно про­ве­сти дос­ко­наль­ное расследование».

Сейчас, ме­сяц спу­стя по­сле той встре­чи, в Белом доме не про­ис­хо­дит ни­че­го. Не про­хо­дят пресс-кон­фе­рен­ции и офи­ци­аль­ные при­е­мы, не вру­ча­ют­ся ме­да­ли. Это лишь огром­ный, хо­ро­шо об­став­лен­ный дом с са­мы­ми чи­сты­ми в Амери­ке ок­на­ми, сквозь ко­то­рые све­тит низ­кое осен­нее солн­це. Вдоль ко­ри­до­ров сто­ят охран­ни­ки — и ти­ши­на. А зна­чит, я могу по­бро­дить и осмот­реть­ся. На вто­ром эта­же в цен­траль­ном хол­ле, со­еди­ня­ю­щем Восточ­ный зал и Парад­ную сто­ло­вую, ле­жит свер­ну­той глав­ная крас­ная ков­ро­вая до­рож­ка мира — слов­но ждет, ко­гда же ее вы­не­сут прочь. В хол­ле я встре­чаю Андже­лу Рейд, первую жен­щи­ну (и аф­ро­аме­ри­кан­ку) на по­сту це­ре­мо­ний­мей­сте­ра Белого дома. Мы пред­ска­зу­е­мо скор­бим, что ухо­дит эпо­ха, и идем в Семей­ную сто­ло­вую, ко­то­рую мис­сис Обама недав­но за­но­во де­ко­ри­ро­ва­ла и от­кры­ла для по­се­ще­ния: мне за­хо­те­лось взгля­нуть на кар­ти­ну Альмы Томас ше­сти­де­ся­тых го­дов — пер­вое про­из­ве­де­ние чер­но­ко­жей ху­дож­ни­цы, ко­то­рое было вы­став­ле­но в Белом доме.

Когда я был здесь два года на­зад, пресс-сек­ре­тарь мис­сис Обамы Джоан­на Росхолм по­ка­зы­ва­ла мне порт­ре­ты пер­вых леди, вы­ве­шен­ные в хол­ле на пер­вом эта­же. Тогда мне — ис­клю­чи­тель­но из‑за сти­ля — боль­ше все­го по­нра­ви­лось изо­бра­же­ние Нэнси Рейган. На этот раз я был в оди­но­че­стве и ре­шил осмот­реть га­ле­рею об­сто­я­тель­но. Джеки Кенне­ди на­пи­са­на в мяг­ких па­стель­ных то­нах, слег­ка в рас­фо­ку­се. Хилла­ри Клинтон по­хо­жа на себя мень­ше, чем Кейт Маккин­нон, па­ро­ди­ро­вав­шая ее на шоу Saturday Night Live. Леди Бёрд, су­пру­га Линдо­на Джонсо­на, — в жел­том ши­фоне, Пэт Никсон вы­гля­дит за­гнан­ной в ло­вуш­ку. Лора и Барба­ра Буш — обе в мрач­ных чер­ных на­ря­дах. Зато порт­рет Элеоно­ры Рузвельт — ра­дость для глаз. Ее руки за­ня­ты де­сят­ком дел од­новре­мен­но: вя­жут, дер­жат очки для чте­ния, а паль­цы, уди­ви­тель­ное дело, кру­тят об­ру­чаль­ное коль­цо, как буд­то она со­би­ра­ет­ся пря­мо сей­час снять его и от­пра­вить­ся са­мо­лич­но мыть посуду.

«Я мог­ла бы все во­семь лет раз­водить цве­ты, и это было бы окей. Со­сре­до­то­чить­ся на меб­ли­ров­ке ком­нат, на пред­ста­ви­тель­ских ме­ро­при­я­ти­ях. У пер­вой леди нет пол­но­мо­чий — ее не из­бирают». 

Эта га­ле­рея — на­по­ми­на­ние об ис­клю­чи­тель­ной роли, ко­то­рая воз­ло­же­на на первую леди в Амери­ке. За свою ра­бо­ту она не по­лу­ча­ет зар­пла­ты. Занима­ет важ­ное ме­сто в по­ли­ти­че­ской си­сте­ме, но не име­ет ни­ка­кой вла­сти. Ее ап­па­рат — офис в во­сточ­ном кры­ле — это це­лый штат со­труд­ни­ков, в рас­по­ря­же­нии ко­то­рых нет бюд­же­та. И даже са­мой роли пер­вой леди, как рас­ска­жет мне поз­же мис­сис Обама, тоже нет. Все, что де­ла­ет каж­дая кон­крет­ная су­пру­га пре­зи­ден­та, за­ви­сит це­ли­ком от ее лич­но­сти, сти­ля, ин­те­ре­сов (или от­сут­ствия та­ко­вых). «Я мог­ла бы все во­семь лет про­сто за­ни­мать­ся чем‑ни­будь, чем угод­но, и это было бы окей, — ска­жет она. — Я мог­ла со­сре­до­то­чить­ся на раз­ве­де­нии цве­тов. На меб­ли­ров­ке ком­нат. На пред­ста­ви­тель­ских ме­ро­при­я­ти­ях. У пер­вой леди нет пол­но­мо­чий — ее не из­би­ра­ют. И это чу­дес­ное ощу­ще­ние сво­бо­ды — подарок».

Сама мис­сис Обама ис­ка­ла себя не спе­ша. Во вре­мя из­би­ра­тель­ной кам­па­нии ее бес­ко­неч­но спра­ши­ва­ли: «Какой пер­вой леди вы бу­де­те?» Она от­ве­ча­ла одно и то же: «Не узнаю, пока ею не ста­ну». Некото­рые на­зы­ва­ли ее су­ха­рем и даже злю­кой — этот эпи­тет вы­во­дил мис­сис Обаму из себя. «Мишель ни­ко­гда не меч­та­ла стать пер­вой леди, — рас­ска­зы­ва­ет мне в элек­трон­ном пись­ме пре­зи­дент Обама. — Как и боль­шин­ству жен по­ли­ти­ков, ей эту роль на­вя­за­ли. Но я знал, что она от­лич­но спра­вит­ся и при­вне­сет в ра­бо­ту свои ин­ди­ви­ду­аль­ные чер­ты. Потому что она все­гда та­кая, ка­кой вы ее ви­ди­те: яр­кая, ум­ная, ве­се­лая, щед­рая жен­щи­на, ко­то­рая по ка­ким‑то при­чи­нам со­гла­си­лась стать моей же­ной. Я ду­маю, люди к ней тя­нут­ся, так как ви­дят в ней себя — она са­мо­от­вер­жен­ная мать, хо­ро­ший друг и не бо­ит­ся ино­гда по­сме­ять­ся над собой».

После по­бе­ды Барака Обамы в 2008 году, как толь­ко до­че­ри Саша и Малия осво­и­лись в но­вой об­ста­нов­ке, юрист с ди­пло­мом Гарвар­да взя­лась за дело. Начала с под­держ­ки се­мей во­ен­ных и про­па­ган­ды здо­ро­во­го пи­та­ния. «Эти про­бле­мы ни­кто не вос­при­ни­мал все­рьез», — вспо­ми­на­ет мис­сис Обама. К се­ре­дине вто­ро­го сро­ка пер­вая леди уже вы­дви­ну­ла две об­ра­зо­ва­тель­ные ини­ци­а­ти­вы: Reach Higher (ее за­да­ча — сде­лать так, чтобы вы­пуск­ни­ки аме­ри­кан­ских школ при­ни­ма­ли ре­ше­ние про­дол­жать уче­бу, не важ­но, в уни­вер­си­те­тах или в про­фес­сио­наль­ных кол­ле­джах) и Let Girls Learn, цель ко­то­рой — да­вать об­ра­зо­ва­ние де­воч­кам-под­рост­кам по все­му миру.

А еще мис­сис Обама ста­ла пер­вой леди мас­со­вой куль­ту­ры. Прекрас­но чув­ству­ет себя в со­ци­аль­ных се­тях (спа­си­бо двум до­че­рям: Саше сей­час пят­на­дцать, Малии — во­сем­на­дцать). Она сыг­ра­ла саму себя в кри­ми­наль­ном се­ри­а­ле «Морская по­ли­ция: Спецот­дел» и псев­до­до­ку­мен­таль­ном «Парки и зоны от­ды­ха». Спела в Carpool Karaoke Джейм­са Корде­на. Одним сло­вом, оча­ро­ва­ла всех и каж­до­го. Одновре­мен­но, как‑то меж­ду де­лом, пер­вая леди США пре­вра­ти­лась во вли­я­тель­ней­шую фигу­ру на­ше­го вре­ме­ни — пре­вос­ход­но­го ора­то­ра, чьи вы­ступ­ле­ния ини­ци­и­ру­ют мас­штаб­ные об­ще­ствен­ные дис­кус­сии. Миссис Обама пре­взо­шла в этом даже Билла Клинто­на и соб­ствен­но­го мужа.

При этом она оста­ет­ся од­ной из са­мых эф­фект­ных жен­щин в мире, вы­зы­ва­ет вос­хи­ще­ние и у под­рост­ков, и у их ба­бу­шек. Чувство сти­ля хо­зяй­ки Белого дома впер­вые за де­сят­ки лет снис­ка­ло все­об­щее одоб­ре­ние в ин­ду­стрии моды. В ок­тяб­ре на про­щаль­ный ужин в Белом доме пер­вая леди на­де­ла пла­тье Atelier Versace цве­та ро­зо­во­го зо­ло­та, и ин­тернет по­гру­зил­ся в тра­ур — по счаст­ли­вым вре­ме­нам, ко­гда мы мог­ли на­блю­дать без­упреч­ные на­ря­ды Мишель Обамы. И ко­то­рые ухо­дят в прошлое.

За во­семь лет Белый дом из­ме­нил­ся — стал по­чти до­маш­ним. В ав­гу­сте, на­при­мер, вице‑пре­зи­дент Джо Байден лич­но про­вел бра­ко­со­че­та­ние Джо Маши, ко­ор­ди­на­то­ра по­ез­док пер­вой леди, и Брайа­на Мостел­ле­ра, ру­ко­во­ди­те­ля сек­ре­та­ри­а­та пре­зи­ден­та. Причем не где‑ни­будь, а пря­мо в сво­ей офи­ци­аль­ной ре­зи­ден­ции, Обсер­ва­то­рии но­мер один. Маши, ко­то­рый сей­час со­про­вож­да­ет меня в Белом доме, го­во­рит, что по­зна­ко­мил­ся с мис­сис Обамой, ко­гда Мостел­лер еще был его бой­френ­дом. Тот взял Джо в фит­нес-клуб SoulCycle, куда пер­вая леди хо­дит раз в неде­лю и за­ни­ма­ет­ся вме­сте со слу­жа­щи­ми Белого дома. Маши и мис­сис Обама раз­го­во­ри­лись. Один из со­труд­ни­ков, оше­лом­лен­ный по­доб­ной бес­це­ре­мон­но­стью, по­ин­те­ре­со­вал­ся у Джо: «Вы с ней зна­ко­мы?!» «Да нет, впер­вые встре­ти­лись», — от­ве­тил тот. «А по­че­му мне было с ней не за­го­во­рить? Надо было сна­ча­ла сде­лать ре­ве­ранс? — сме­ет­ся сей­час Маши. — Тем, что в Белом доме те­перь нефор­маль­ная ат­мо­сфе­ра, мы обя­за­ны имен­но ей».

Семь лет на­зад мис­сис Обама раз­би­ла у Белого дома ого­род. По­сле ее отъ­ез­да за ним бу­дет уха­жи­вать Служба на­цио­наль­ных пар­ков США, а для по­кры­тия из­дер­жек уже со­бра­но $2,5 млн по­жерт­во­ваний.

В Голубом зале, куда я при­хо­жу из порт­рет­ной га­ле­реи, шеф‑по­вар Кристе­та Комер­форд (пер­вая жен­щи­на и пер­вая ази­ат­ка на этом по­сту) го­то­вит кру­ди­те и ху­мус с ово­ща­ми, ко­то­рые были со­бра­ны в ого­ро­де у Белого дома — его семь лет на­зад раз­би­ла мис­сис Обама. Через неде­лю по­сле на­шей встре­чи пер­вая леди даст пресс-кон­фе­рен­цию на Южной лу­жай­ке и объ­явит, что за ого­ро­дом по­сле их с пре­зи­ден­том отъ­ез­да бу­дет уха­жи­вать Служба на­цио­наль­ных пар­ков США и что для по­кры­тия из­дер­жек ею уже со­бра­но два с по­ло­ви­ной мил­ли­о­на дол­ла­ров част­ных по­жерт­во­ва­ний (сиг­нал бу­ду­щим пре­зи­ден­там: «Руки прочь от моей сотки!»).

Сейчас в Голубом зале со­би­ра­ют­ся со­труд­ни­ки офи­са пер­вой леди. С гла­вой ап­па­ра­та Тиной Чен и ди­рек­то­ром по ком­му­ни­ка­ци­ям Кэролайн Адлер Моралес мы пе­ре­ку­сы­ва­ем и сплет­ни­ча­ем про Брэда и Анжели­ну, ко­гда в зал вхо­дит мис­сис Обама в чер­ном пла­тье Versace. Она с ходу спра­ши­ва­ет меня: «Я вам еще не на­до­е­ла?» (Мне хо­чет­ся от­ве­тить: «Никому вы не на­до­е­ли», но я мол­чу). Мы са­дим­ся в крес­ла у окон, вы­хо­дя­щих на бал­кон Трумэна, и я шучу, что из‑за всей этой ти­ши­ны, что ца­рит в Белом доме сей­час, ка­жет­ся, буд­то все уже кон­че­но. Кто во­об­ще сей­час пре­зи­дент? «Уже ян­варь? — сме­ет­ся мис­сис Обама. — Я что‑то пропустила?»

Днем ра­нее я бе­се­до­вал с Валери Джарретт, стар­шим со­вет­ни­ком пре­зи­ден­та и од­ним из бли­жай­ших дру­зей се­мьи Обама, в ее ка­би­не­те в Запад­ном кры­ле. Валери шу­ти­ла, что по­се­де­ла на сво­ей долж­но­сти («Я знаю цену каж­до­му се­до­му во­ло­су. Каждо­му!»), а по­том рас­ска­зы­ва­ла, что чув­ству­ет в эти по­след­ние ме­ся­цы пре­зи­дент­ства Барака Обамы. «Я мно­го пла­чу, — го­во­ри­ла она. — Малей­ше­го пу­стя­ка до­ста­точ­но, чтобы вы­ве­сти меня из рав­но­ве­сия». Взять про­шлую суб­бо­ту. На от­кры­тии Нацио­наль­но­го му­зея аф­ро­аме­ри­кан­ской ис­то­рии и куль­ту­ры Валери со­всем рас­кле­и­лась, слу­шая речь пре­зи­ден­та. «В кон­це он ре­шил до­ба­вить кое‑что экс­пром­том. Сказал, что было бы здо­ро­во вер­нуть­ся в этот му­зей, ко­гда у Саши и Малии по­явят­ся соб­ствен­ные дети, опи­сал, как он прой­дет по этим за­лам, сжи­мая в ла­до­ни кро­шеч­ную дет­скую руч­ку. Я по­смот­ре­ла на первую леди — она пла­ка­ла. Денис Макдо­ноу (гла­ва пре­зи­дент­ской адми­ни­стра­ции. — Прим. «Татле­ра»), ко­то­рый си­дел ря­дом со мной, тоже пла­кал. Тина Чен пла­ка­ла. Все пла­ка­ли. Думаю, каж­дый из нас по­ни­ма­ет: за­кан­чи­ва­ет­ся це­лая гла­ва на­шей жиз­ни. К сча­стью, мы еще до­ста­точ­но мо­ло­ды, чтобы на­чать но­вую гла­ву. Но это вре­мя уже не по­вто­рит­ся никогда».

«Жить здесь — зна­чит жить в изо­ля­ции. Мы оста­лись нор­маль­ны­ми бла­го­да­ря детям».

Я рас­ска­зы­ваю об этом раз­го­во­ре мис­сис Обаме. Она взды­ха­ет: «Знаете, бы­ва­ют та­кие… мо­мен­ты… Вот се­го­дня смот­ре­ла от­сю­да, — она ука­зы­ва­ет на окно, — на Южную лу­жай­ку, на па­мят­ник Вашинг­то­ну. Шел дождь, тра­ва была та­кая зе­ле­ная, все ожи­ло. Так кра­си­во! Я по­ду­ма­ла, что буду ску­чать по вре­ме­нам, ко­гда я про­сы­па­лась с ви­дом на все это, ко­гда мог­ла прий­ти сюда в лю­бой мо­мент. Но с дру­гой сто­ро­ны, пора. Мне ка­жет­ся, что наша де­мо­кра­тия устро­е­на вер­но: два сро­ка, во­семь лет. Этого до­ста­точ­но. Потому что, по­лу­чая та­кую власть, важ­но не ото­рвать­ся от дей­стви­тель­но­сти. Жить в Белом доме — зна­чит жить в изо­ля­ции. На мой взгляд, мы с Бараком — а ха­рак­те­ры у нас твер­дые — су­ме­ли остать­ся нор­маль­ны­ми. Во мно­гом бла­го­да­ря тому, что дети еще не по­взрос­ле­ли. Я встре­ча­юсь с по­дру­га­ми, езжу к Саше на игры, Барак даже немно­го тре­ни­ро­вал Сашину бас­кет­боль­ную ко­ман­ду. Но при этом ты не мо­жешь взять и схо­дить в ап­те­ку, например…»

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Под знаком весов Под знаком весов

Диляра Теляшева рассказывает, как семь лет сражалась с нервной анорексией

Tatler
Агата Муцениеце: нужно просто не хотеть замуж Агата Муцениеце: нужно просто не хотеть замуж

Мы поговорили со звездой комедийного сериала «Гражданский брак» о семье, отдыхе и хорошем настроении.

Лиза
Винный смол ток: да — чувствам, нет — снобизму Винный смол ток: да — чувствам, нет — снобизму

Какие существуют беспроигрышные темы для беседы за бокалом?

РБК
Вышел боком Вышел боком

Асимметричный ледокол оказался в чем-то лучше традиционных «крушителей льда»

Популярная механика
Сердце африканского духа Сердце африканского духа

У трапа Париж – Кайенна пассажиры словно по команде достают зеленые буклеты

Вокруг света
Александр Невский:  «Я и представить не мог, что у меня будет столько приключений» Александр Невский:  «Я и представить не мог, что у меня будет столько приключений»

Александр Невский — об американских гонорарах, выборах и химии в большом спорте

Playboy
Индустрии будущего Индустрии будущего

Технологии помогают человеку работать, отдыхать, общаться, получать новые знания, развлекаться, перемещаться в пространстве. Cовременный горожанин не представляет себе жизни без них. Но какой станет эта жизнь, когда технологии полностью вытеснят человека из целых сфер и отраслей, оставив ему роль пассивного наблюдателя и получателя услуг? Председатель совета директоров Mail.Ru Group и основатель компании Grishin Robotics Дмитрий Гришин, конечно, не на стороне тех, кто в расцвете «бесчеловечных» технологий видит признаки грядущего апокалипсиса.

РБК
Игрушки Яны Мороз Игрушки Яны Мороз

Героиню декабрьского номера мы нашли случайно: друзья дали ссылку на страницу yankamoroz в «Инстаграм». Мы посмотрели... И тут же решили поделиться с вами!

Домашний Очаг
Нежный возраст Нежный возраст

Еще вчера нежный и послушный, ребенок внезапно стал конфликтным и неуправляемым? В вашей семье начинается непростой “подростковый период”. Как пережить его с минимальными потерями?

Добрые советы
Поймай ее, если сможешь Поймай ее, если сможешь

Ира Горбаче­ва при­зы­ва­ет всех жить се­го­дняш­ним днем

Glamour
Вот вам Крес Вот вам Крес

Сочетание крас­но­го и ро­зо­во­го, си­лу­эт с ак­цен­том на та­лию и пле­чи, дерз­кие вы­ре­зы — су­пер­мо­дель Даутцен Крес де­мон­стри­ру­ет пер­вые ве­сен­ние тренды.

Vogue
Юлия Галкина. Пацанка Юлия Галкина. Пацанка

Юлия Галкина рассказала о том, как стала актрисой

Караван историй
Заложница любви Заложница любви

Печальная судьба Катрин Дантес де Геккерн, урожденной Екатерины Гончаровой

Караван историй
Иван Янковский: «Я там, где хочу быть» Иван Янковский: «Я там, где хочу быть»

Легко ли быть Янковским? Даже не спрашивайте его об этом. Вместо ответа Иван выворачивает всего себя в работе, выкладывается полностью. И выжигает все кругом.

СНОБ
Совсем взрослая Совсем взрослая

Лизе Арзамасовой всего 21 год, а за ее плечами уже множество ярких ролей в кино и театре. Одна из самых многообещающих актрис поколения поговорила с нами о своей профессии, семье и работе в благотворительном фонде.

Добрые советы
Эпоха авто на электричестве Эпоха авто на электричестве

В этом году автосалон в Париже прошел целиком и полностью под знаком электромобилей. CHIP расскажет о главных премьерах и поделится своими впечатлениями.

CHIP
Honda CR-V Honda CR-V

CR-V четвертого поколения многое унаследовала от модели третьей генерации. И наследство это по большей части оказалось благотворным.

АвтоМир
Наследный принц хип-хопа Наследный принц хип-хопа

Джес Принс – особа королевских кровей в рэпе, вдохновитель успеха Дрейка

Playboy
Андрей Орлов Андрей Орлов

Бодлера называли «про́клятым поэтом». Андрей Орлов скорее проклинаемый поэт

Maxim
«Золотой сы-ы-ыр» – 2016 «Золотой сы-ы-ыр» – 2016

Фотографии получившие награды в различных фотоконкурсах 2016 года

Maxim
Праздник на работе: веселись с пользой Праздник на работе: веселись с пользой

Кто-то мечтает повеселиться на вечеринке с коллегами, а кто-то мучается от мысли, что придется идти на эту «каторгу». Идти или не идти, конечно, решать тебе. Но если последуешь нашим советам, то и хорошие отношения с коллегами сохранишь, и продвинешься по службе.

Лиза
Степь внутри Степь внутри

Мы научились одеваться и вести себя как настоящие европейцы. Что же делать со своей тягой к русскому разгулу?

GQ
Псыхология Псыхология

Если труд и сделал человека человеком, то не один, а вместе с собакой

Maxim
Завтра лучше, чем вчера Завтра лучше, чем вчера

Россия одной из первых в мире стран начала разрабатывать программы экологического образования, ставшего предтечей образования в интересах устойчивого развития (ОУР). Однако сегодня мы находимся на периферии общемировых образовательных трендов.

РБК
Geely Emgrand X7 Geely Emgrand X7

Этот «китаец» белорусской сборки обновился – стал более привлекательным и современным. И главное, несмотря на кризис, цена даже топовой версии не перешагнула психологическую планку в миллион рублей.

АвтоМир
Mitsubishi L200 Mitsubishi L200

Японский пикап хорош и на дороге, и вне ее. При этом он весьма гостеприимен, но не чурается черновой работы.

Quattroruote
Ужин по обмену Ужин по обмену

Москва впервые приняла участие в международном фестивале Gelinaz! Shuffle. Лучшие повара мира меняются ресторанами и инкогнито готовят ужин. За этим кулинарным свингом в столичном White Rabbit следил Иван Глушков.

GQ
Меня учили быть смелой Меня учили быть смелой

В этом году у супермодели Натальи Водяновой две громких «премьеры». Она в пятый раз стала мамой и создала Рождественскую коллекцию макияжа Shalimar в соавторстве с креативным директором Guerlain Оливье Эшодмезоном.

Домашний Очаг
Фидель Кастро: «ЦРУ настроено укоротить срок моей жизни» Фидель Кастро: «ЦРУ настроено укоротить срок моей жизни»

Фидель Кастро — о лживых декларациях, реальных диктаторах и о себе

Playboy
Легенда Нью-Йорка Легенда Нью-Йорка

В детстве он прошел Аушвиц и выжил. В молодости бежал в Америку, где в конце 1940-х выучился на портного. Повзрослев, стал шить для самых знаменитых людей Америки, включая Колина Пауэлла, Билла Клинтона и Барака Обаму.

The Rake
Открыть в приложении