Ранний брак удержал Владимира Коренева от многих ошибок

Караван историйЗнаменитости

Владимир Коренев. До и после Ихтиандра

Не все поклонницы вели себя адекватно. Постоянно исписывали подъезд признаниями в любви, приходилось без конца красить стены. Я получал по десять тысяч писем в год. Дамы иной раз открыто предлагали любовь. Ранний брак удержал от многих ошибок, иначе пошел бы по рукам, тетки разорвали бы на куски, а так я всегда находился под присмотром.

Беседовала Марина Порк

Фото: Ленфильм

ое детство пришлось на войну. Плохо его помню, когда она началась, мне исполнился год. Семья на тот момент жила в Севастополе недалеко от бухты Голландия, отец учился в военно-морском училище. Сам он родом из Благовещенска, а мама — настоящая крымчанка.

До недавнего времени на месте дома на Красной горке, где я родился, оставалась воронка — туда попала бомба. К счастью, никто из семьи не пострадал. Отец воевал, был весь изранен. Когда сидели на пляже, я видел коричневые рубцы на его теле. Он получил шестнадцать осколочных ранений, три пулевых и две контузии, прошел всю войну, а после еще несколько лет тралил Черное море — искал немецкие мины.

Меня с мамой, бабушкой и старшей сестренкой Наташей отправили в эвакуацию в Армению. Бабушка на всю жизнь запомнила, как уходил последний корабль, как немцы страшно бомбили и женщины закрывали детей своими телами. На долгое время мы потеряли связь с отцом, лишились помощи, мама обивала пороги инстанций, доказывая, что муж — военный, чтобы семья получала карточки и не умерла от голода.

Я переболел всеми детскими болезнями — рахитом, корью, коклюшем, подхватил стригущий лишай, погладив осла. Все думали, что волосы у меня больше не вырастут. Выжил, и волосы выросли. Папа нас нашел, стало полегче. После войны какое-то время жили в Ялте. Оттуда вывозили на родину греков. Мама вспоминала, как чуть меня не потеряла: ко мне подошла бездетная гречанка, дала конфету и увела на корабль. К счастью, родители вовремя спохватились, отец поднял шум, меня нашли, вернули назад. Что потом было с той гречанкой, не знаю.

Папа служил на Дунайской флотилии, мы тогда жили в Измаиле. Оттуда его перевели на Балтику, и мы переехали в Таллин. Попали в город с высочайшей культурой, где работали прекрасные театры, филармония, действовала киностудия, постоянно приезжали снимать кино со всего Союза. В школе я учил эстонский, каждый год сдавал экзамен по языку. Никакого антагонизма по поводу того, что я русский, не ощущал, отношения были добрыми.

В нашей школе имелось два оркестра — эстрадный и симфонический, они играли на танцах. Еще действовал драмкружок, из которого вышло двенадцать профессиональных артистов, четыре из них стали народными: Лариса Лужина, Игорь Ясулович, Виталий Коняев и я. Наш художественный руководитель, актер Таллинского драмтеатра Иван Данилович Рассомахин, учился в ГИТИСе и рассказывал, какой это замечательный институт. Туда я и поступил с первого раза, когда окончил школу.

Мы с сестрой Наташей родились в Севастополе, папа был морским офицером. Фото: из архива В. Коренева

— Отец расстроился, когда отказались от карьеры морского офицера?

— Может и расстроился, но виду не подал. Отговаривать не пытался, был человеком умным и тонким. Люди, прошедшие войну, обрели мудрость. Для них было огромным счастьем, что кончилась страшная бойня, что их дети живут в стране, которую они защитили, и могут выбирать свой путь. Сам он состоялся в профессии, дослужился до контр-адмирала. Человеком был талантливым, играл на нескольких музыкальных инструментах — домре, гитаре, трубе, валторне, писал стихи, знал два иностранных языка. Когда его в качестве военного специалиста отправили в Китай создавать флот, освоил разговорный китайский.

Учиться в ГИТИСе оказалось несложно. Наш школьный драмкружок был построен по принципу театрального училища, мы занимались сценической речью, разыгрывали этюды. Многое, чему учили в институте, было уже знакомо. Курсом руководил актер Художественного театра Григорий Григорьевич Конский, пригласивший преподавать коллегу Ольгу Николаевну Андровскую. Конский был настоящим интеллигентом, замечательно образованным, с изысканным чувством юмора. И очень смелым. Единственным человеком, которого он боялся, была жена — балерина Большого театра Таисия Монахова.

Андровская никогда до этого не преподавала. Признавалась: «Я мало что умею», но когда брала в руки книгу и начинала что-то нам читать, делала это превосходно. Я был ее любимчиком и беззастенчиво этим пользовался. У меня тогда разворачивался роман с будущей женой, учившейся на третьем курсе. При каждом удобном случае я сбегал на свидания. Приходил на занятия и прикидывался больным. Ольга Николаевна беспокоилась:

— Что с вами, Володя?

— Страшно разболелась голова.

— Ну тогда уходите.

И я исчезал. Присутствовавших на занятиях отмечали в толстой амбарной книге. В конце семестра Конский ее просмотрел и поинтересовался:

— Ольга Николаевна, а почему Коренев так часто отсутствовал?

— Гришенька, ну ты же знаешь, какой он болезненный.

— Болезненный?! Оля, он окончит жизнь как Рафаэль Санти.

— Что ты имеешь в виду?

— Тот умер от полового истощения на любовнице.

— Гришенька, что ты несешь?!

Конский относился к жизни с юмором, так было легче. Наставлял: «Смейтесь сами, чтобы другие над вами не смеялись». Так что педагоги обучили нас не только мастерству, но еще и тому, как жить, как относиться к людям. Во многом заслуга моих учителей, что я всю жизнь работаю в одном театре и ко мне там хорошо относятся.

Свою жену Алефтину Константинову я встретил в ГИТИСе, она училась двумя курсами старше. Фото: из архива В. Коренева

— Действительно, Московский драматический театр имени Станиславского успел стать Электротеатром, а вы продолжаете выходить на сцену в новых спектаклях. Как туда попали? И как умудрились оставаться в стороне от закулисных интриг, о которых ходят легенды?

— Сначала в Театр Станиславского пришла моя жена Алефтина Константинова. Она окончила институт раньше и успела стать ведущей актрисой. Неоднократно бегал смотреть «Чайку», где она играла. Меня взяли благодаря ей: Алена попросила художественного руководителя Михаила Михайловича Яншина посмотреть на ее парня в дипломном спектакле.

Сейчас такое трудно представить, в лучшем случае могут попросить молодого актера прийти в театр и показаться, сыграть отрывок. Тогда же Яншин с женой актрисой Нонной Владимировной Мейер пришли в учебный театр на «Ночь ошибок» по пьесе Голдсмита, где я играл полного идиота, наивного до глупости. Михал Михалыч очень смеялся, заглянул потом за кулисы и сказал: «Если вы при вашей внешности можете быть таким смешным, у вас будет много работы в театре». Взял в труппу и прекрасно ко мне относился. Говорил, что напоминаю ему молодого Анатолия Кторова.

Мне повезло попасть в этот театр. Там царила замечательная атмосфера, еще работали ученики Станиславского. Когда Константина Сергеевича стали выталкивать из МХАТа, который создал, он попал в клинику нервных болезней, а выйдя, написал письмо в правительство примерно такого содержания: пока я жив, способен принести пользу, дайте возможность набрать учеников. И ему разрешили. Поскольку мэтр уже болел, занимался с ними дома.

Жора Бурков был нашим соседом по общежитию. Фото: М. Гнисюк/Global Look Press

Когда Станиславского не стало, студию какое-то время опекала его жена Мария Лилина. Потом эта труппа преобразовалась в Театр Станиславского, которым назначили руководить Яншина. Благодаря ученикам Константина Сергеевича в театре сложилась творческая атмосфера, поэтому у меня и мыслей не возникало уйти оттуда. Великий театральный режиссер Петр Фоменко в одном из последних интервью рассказывал: когда приехал в Москву, Театр Станиславского был его самым любимым, там работала роскошная труппа. Думаю, мы можем доверять его оценке.

Почему еще я там столько лет работаю? При мне сменилось четырнадцать художественных руководителей, и каждый привносил свой взгляд на искусство. Это правильно, театр должен меняться, окостенение для нас — смерть. Вот у меня и не было необходимости куда-то бежать: худруки менялись и я в полной мере ощутил в работе плюсы и минусы различных театральных систем. Вся прелесть в том, что руководители были разными, по-разному видели мир, но объединяло всех одно — уважение к человеку, называемое красивым словом «гуманизм».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Полина Лазарева: «Не теряю надежды, что рано или поздно мне встретится хороший человек, с которым буду счастлива» Полина Лазарева: «Не теряю надежды, что рано или поздно мне встретится хороший человек, с которым буду счастлива»

«Все детство меня пугали, как ужасна актерская профессия!»

Караван историй
«Опытным путем. Эксперименты, изменившие мир» «Опытным путем. Эксперименты, изменившие мир»

Эксперименты проводят не только физики, химики или биологи

N+1
Саша Савельева: Саша Савельева:

Саша Савельева — о своей самоизоляции, материнстве и отношениях с мужем

Караван историй
Евгений Воловенко. Зеленый луч Евгений Воловенко. Зеленый луч

Евгений Воловенко: «Если поймать зеленый луч, можно рассчитывать на счастье»

Караван историй
Константин Воробьев и Ольга Самошина. «Ни в парше, ни в парче, а так, вообче» Константин Воробьев и Ольга Самошина. «Ни в парше, ни в парче, а так, вообче»

Они поженились восемнадцатилетними, на втором курсе театрального института

Караван историй
Александр Зеленин и его отец изобрели стоячее рабочее место-тренажер, чтобы отучить людей от сидячего образа жизни. Вот что выходит из этой идеи Александр Зеленин и его отец изобрели стоячее рабочее место-тренажер, чтобы отучить людей от сидячего образа жизни. Вот что выходит из этой идеи

Как один стартап оседлал тренд на ЗОЖ и пытается внедрить его в коворкингах

Inc.
Ян и Елизавета Цапник: «В нашем доме никакие темы не замалчиваются» Ян и Елизавета Цапник: «В нашем доме никакие темы не замалчиваются»

Мне главное, чтобы Лизочка была счастлива

Караван историй
Гинкго оказались смертны Гинкго оказались смертны

Несмотря на распространенные мнения, деревья-долгожители стареют и умирают

N+1
Жанна Бадоева: Жанна Бадоева:

Жанна Бадоева: Раздражаться или расстраиваться нет смысла

Караван историй
Мода 90-х в России — какой мы ее помним? Самая популярная одежда того времени Мода 90-х в России — какой мы ее помним? Самая популярная одежда того времени

Вспоминаем тренды русских 90-х

Cosmopolitan
Ход коньком Ход коньком

Интервью с самой юной российской фигуристкой, чемпионкой Алиной Загитовой

Cosmopolitan
Космическая эра Бенедикта Редгроува Космическая эра Бенедикта Редгроува

Проект этого фотографа приурочен к 50-летию высадки человека на Луну

Популярная механика
Елена Лядова: «Дом — не дом, если там холодно и нет любви» Елена Лядова: «Дом — не дом, если там холодно и нет любви»

Крыло горит, я на высоте, а вся группа — внизу

Караван историй
Настройщики Настройщики

Как одна бережная и уважительная работа с телом может изменить жизнь к лучшему

Seasons of life
Рейтинг брендов Рейтинг брендов

Бренды, которые стали заметны на рынке за год

Forbes
Радуга, харрасмент и УК Радуга, харрасмент и УК

Нетрадиционный взгляд на оживленную дискуссию

Огонёк
5000 картин, 10 томов книг и бесконечные путешествия: история Николая Рериха 5000 картин, 10 томов книг и бесконечные путешествия: история Николая Рериха

Как художник Николай Рерих нашел себя в разных сферах и остался в истории

Культура.РФ
Безумие как осознанная необходимость Безумие как осознанная необходимость

Анна Толстова о Наталье Тамручи и ее круге

Weekend
10 типов мужчин, которые отпугивают девушек на первом свидании 10 типов мужчин, которые отпугивают девушек на первом свидании

Многие мужчины слепы и в упор не видят свои недостатки

Maxim
Алексей Шевченков: Алексей Шевченков:

Интервью с заслуженным артистом Алексеем Шевченковым

Караван историй
Что читать: 7 стихов из последней книги певца, обладателя «Грэмми» и поэта Леонарда Коэна Что читать: 7 стихов из последней книги певца, обладателя «Грэмми» и поэта Леонарда Коэна

Семь произведений из поэтического сборника «Пламя»

Esquire
10 предметов гардероба, с размером которых мы часто ошибаемся 10 предметов гардероба, с размером которых мы часто ошибаемся

Каждая девушка хотя бы раз в жизни ошибалась с размером обновки

Cosmopolitan
Искать единственную Искать единственную

Думаешь, ты нашел свою Единственную?

Playboy
Переселение и прививки защитят кустарниковую сойку от лихорадки Западного Нила Переселение и прививки защитят кустарниковую сойку от лихорадки Западного Нила

Резервная популяция островной кустарниковой сойки снизит риск ее вымирания

N+1
Носы с горбинкой: звезды с изюминкой, которые отказались от ринопластики Носы с горбинкой: звезды с изюминкой, которые отказались от ринопластики

Некоторые звезды превращают особенности своей внешности в изюминку

Cosmopolitan
«Рептилоиды на плоской Земле. Лженаука» «Рептилоиды на плоской Земле. Лженаука»

Возможна ли вообще кремниевая жизнь?

N+1
Стихийные бедствия. Как женщины становятся невидимыми во времена кризиса Стихийные бедствия. Как женщины становятся невидимыми во времена кризиса

Как потребности женщин остаются незамеченными

Forbes
Новая историческая разобщенность Новая историческая разобщенность

Чем опасно возвращение идеи коллективной ответственности

Огонёк
«12 стульев» не по-русски, или Ильф и Петров в иностранном кино «12 стульев» не по-русски, или Ильф и Петров в иностранном кино

Эксперты насчитывают от 13 до 16 экранизаций книги «Двенадцать стульев»

Maxim
Из клана Вашингтонов Из клана Вашингтонов

Все об актере Джоне Дэвиде Вашингтоне

Glamour
Открыть в приложении