Невозможно жить одной лишь семьей, если нет творчества и любви к какому-то делу

Караван историйРепортаж

Лариса Луппиан: «Мой служебный роман»

Беседовала Наталья Николайчик

Фото: Юлия Смелкина/из архива литературной части Театра Имени Ленсовета

«У Миши было время, когда он начал зарабатывать на концертах, и тогда он мне сказал: «Зачем тебе работать, давай уходи, сиди дома». Но я никогда так не хотела. Во-первых, мне нравилось быть самостоятельной, потому что понимала: в любой момент все может прекратиться и я должна сама себя обеспечивать. Во-вторых, не хотелось терять свое дело, которое вдохновляет, интересует».

— Лариса, как удивительно складывается линия вашей жизни, вся она с юности связана с Театром имени Ленсовета. Вы переступили его порог студенткой, работали актрисой, а уже пятый год — худрук. Вы переживали тут разные, в том числе и нелегкие периоды. Могли бы предположить, особенно когда случились шесть мучительных лет простоя, что ваша судьба так повернется?

— Нет. Но когда мне было очень тяжело и я стала совершенно ненужной, где-то прочитала немецкую пословицу про картошку: «Всему хорошему когда-нибудь в цене быть». Она мне помогала жить и выживать.

А в момент, когда нужно было принять решение, помогла поговорка «Лучше сделать что-то и пожалеть, чем не сделать и жалеть». Я на нее опиралась, когда соглашалась стать художественным руководителем театра. Мне было очень страшно, когда это предложили, я провела несколько бессонных месяцев, даже не дней, рассуждая о том, что делать. А потом все же решилась. Когда у нас дома на кухне за столом я сказала об этом Мише и Лизе, они были очень удивлены: «Ты что, с ума сошла?» Они привыкли, что я дома сижу и их опекаю. Артистка, домашняя хозяйка, мама, бабушка — и вдруг худрук? Это же такая колоссальная ответственность! Но если бы они чуть побольше подумали, поняли бы, что это именно то, что мне нужно. Они знают, что я за человек, какой у меня характер, а он, поверьте, очень крепкий. Я умею быть и мягкой, и твердой, а это, мне кажется, самое главное, когда ты занимаешь руководящую должность. Я умею и уступать, и мягко настаивать.

— Герб рода Луппиан — это волк, который сидит на пне и играет на свирели. Мне кажется, он очень точно иллюстрирует и характер, и то, что с вами произошло, когда вы дождались своего звездного часа.

— Я думаю, да. Знаете, внутренне я всегда была к этому готова. Человеку, который внутренне не готов, никогда не предложат такого...

— В этом сезоне Театру Ленсовета 90 лет. В свое время люди ночью занимали очередь в кассу, чтобы купить билеты. Здесь были талантливые постановки и уникальная труппа. Вы пришли в период расцвета.

— Мне и моему курсу очень повезло, потому что мы поступили в 1970 году к Игорю Петровичу Владимирову, который решил преподавать на базе театра. Тогда появились самые знаменитые спектакли: «Двери хлопают», «Укрощение строптивой», «Человек со стороны», «Дульсинея Тобосская», «Люди и страсти», «Левша».

Помню, с утра бежишь на репетицию и смотришь: народ стоит чуть ли не с раскладушками, сонный, ждет, когда откроется касса, чтобы взять билеты. Я наивно думала, что у всех театров так.

Лариса Луппиан в фильме «Ты не сирота», 1962 год. Фото: архив «7 дней»

— Каким педагогом был Владимиров и каким человеком?

— Нам повезло, что это был его первый курс, и он все-таки уделял нам достаточно времени. Потому что у него было потом еще несколько курсов, где он даже не помнил имена своих студентов. С нами он поставил целых шесть дипломных спектаклей, один лучше другого.

— Как он преподавал?

— Ему легче было показать, чем объяснить. Он очень хороший артист, выразительный, и мог показать кого угодно: ребенка, собачонку, женщину, старика, играющего в песочнице мальчишку. По его показу я все очень легко схватывала и развивала.

— Скажите, Владимиров был пижоном?

— Нет, но у него был красивый кожаный пиджак, который ему сшила Алла Турчина, заведующая костюмерным цехом. Он все время в нем ходил. Очень много курил, причем в аудитории. Я помню, что пепел у него все время сваливался на грудь. И он его небрежно стряхивал красивой аристократической маленькой ручкой. Это были 70-е годы, тогда все пили и курили. Он предпочитал болгарские сигареты, оставлял все время пачку на столе, уходя на перерыв, а мы их воровали. Это было не хулиганство, а аттракцион.

— Я слышала, вы были одной из первых модниц на курсе.

— У меня была возможность одеваться. Я получала Ленинскую стипендию, потому что училась на одни пятерки, и за выходы в спектаклях по три рубля. А еще и родители присылали. Я была девушкой зажиточной.

Из Ташкента я приехала модницей. Шила там все у портнихи, покупала ткани, обновляла каждые каникулы гардероб, покупала обувь, там она была очень хорошей. А потом стала шить у портнихи в Ленинграде возле Нарвских ворот. Сама придумывала фасоны, очень оригинальные. У меня было экстремальное мини, брюки, гипюровые блузочки. А потом появились длинные юбки и вязаные кофты-хиппи, разные фенечки. В семидесятых была очень красивая мода, и мне она шла. Одевалась я очень хорошо. Могла себе позволить и портниху, и питание, какое захочу.

Мы часто складывались и покупали вино, собирались у нас в аудитории, веселились. Очень много сделано капустников было с моей подружкой Аленкой Ложкиной, с Сергеем Мигицко и с Олегом Леваковым. У нас была банда из четырех человек. Мы делали пародии на все жанры — на театральные, на эстраду, выступали на всяких мероприятиях, а потом нас стали приглашать в другие институты и даже неплохо платить за выступления. Фактически так сейчас работает Comedy Club. Жили мы весело.

Лариса Луппиан и Михаил Боярский в спектакле «Трубадур и его друзья», 1974 год. Фото: Нина Аловерт/из архива литературной части Театра Имени Ленсовета

— Расскажите, каким был Театр Ленсовета в свои золотые годы?

— Театр был одной дружной семьей, где все друг друга обожали.

Я всю молодость простояла за кулисами. Все время смотрела, как играет Алиса Фрейндлих. Я на всех спектаклях, где была она, уходила со сцены и возвращалась в закуточек, где можно смотреть действие. Я восхищалась ею, Розановым, Улик, Леоновой — всеми. Старалась не пропустить, когда они играли.

Я обожала нашу труппу, а труппа была сильнейшей в городе, такая была палитра красок, такие интересные артисты, такие сильные, харизматичные и красивые — на любой вкус.

У нас были очень длительные гастроли, по два-три месяца. Очень хорошо помню первые. Я еще была студенткой, когда мы поехали по маршруту Киев — Краснодар — Сочи. Юг, фрукты, Днепр, в котором мы купались, потом Черное море. В Краснодаре тоже была какая-то лужа, плавали в ней.

Жили мы на квартире с моей подружкой Еленой Шаниной, которая сейчас актриса в театре «Ленком», было прекрасно, мы сами себе готовили.

Я была занята везде в массовках, кроме спектакля «Двери хлопают», где играла одну из главных ролей.

Потом помню гастроли уже более поздние, Тюмень, откуда мы полетели на вертолете куда-то за полярный круг. В северных городах был страшный голод, в магазинах ничего, кроме банок с березовым соком, а это лишь середина 70-х годов. Мы приехали туда с плитками, с кипятильниками. Из Петербурга везли тушенку, варили картошку и это ели. Помню этот тяжелый быт, когда после спектакля из всех номеров раздавались запахи еды, все что-то варили, парили, ходили друг к другу в гости, играли во всякие игры, выпивали. Было весело и хорошо. Театр был одной семьей, одним домом.

В Ленинграде каждую премьеру отмечали очень шумно — капустниками, розыгрышами. Новый год встречали вместе, дни рождения, свадьбы — вместе. В нашем театре все повлюблялись, переженились, развелись и снова поженились.

Михаил Боярский, Алиса Фрейндлих, Игорь Владимиров в спектакле «Интервью в Буэнос-Айресе», 1976 год. Фото: Нина Аловерт/из архива литературной части Театра Имени Ленсовета

— В театре были какие-то особенные традиции?

— Была традиция после «Дульсинеи Тобосской» собираться в радиоцехе за бутылочкой водочки и за легкой закусочкой обсуждать, как прошел спектакль. Ее завела Алиса Фрейндлих вместе с Равиковичем. И поскольку я уже была Мишиной девушкой, он меня брал с собой на эти посиделки, хотя я играла там всего лишь в массовке. Но я впитывала то, как они обсуждали каждую реплику, каждое слово: «А ты помнишь, что-то не так я сказала, а ты не так повернулся, и я почувствовала тогда, что-то такое у тебя произошло».

И мне было очень интересно это обсуждение. Вообще, это тот театр, который я люблю, который проповедую, который со мной всегда. В моем понимании только такой театр и должен быть. Я считаю, что это постоянный сговор. Быть единомышленниками, обсуждать, что было так и что не так, причем без обид, потому что все для дела и во благо этой общей жизни на сцене.

— Вы так восторженно об этом рассказываете. Кажется, все было легко. Но, наверное, что-то давалось сложно? Вы ведь приехали из солнечного Ташкента в серый депрессивный Ленинград. Атмосферу города многие воспринимают сложно. Вам, наверное, было непросто даже акклиматизироваться?

— Нет! Мне было сразу замечательно! Я ощущала Ленинград своим родным местом. Город был серым, влажным, теплым и... прекрасным. Cойдя с трапа самолета, я почувствовала себя буквально как рыба в воде, которая занырнула в родной водоем. Уже гораздо позже, когда Лиза стала известной артисткой, появилась передача «Моя родословная», и там сделали сюжет о нашей семье, и очень многое раскопали, и выяснилось, что мои предки Луппиан еще при царе жили в Петербурге и служили в одном банке с предками Михаила Сергеевича. Так что не зря у меня были такие ощущения родного города. Это среда моих предков.

— Расскажите о Ташкенте, в котором вы росли.

— Воздух в Ташкенте был пропитан пряными запахами южных фруктов — виноградных листьев и ягод, падающих на землю персиков, яблок и абрикосов. Они превращались в сладкие лужицы, которые как смола засыхали на солнце... Время было удивительное, 60-е и 70-е годы — оттепель, расцвет культуры, театра и кино. Я помню, как мы с девочками бегали смотреть «Золотой теленок», «9 дней одного года», все фильмы Гайдая. Помню все эти потрясающие картины. Живя в Ташкенте, я была очень образованной, очень раскованной. В Ташкенте была развита европейская, российская культура, потому что очень много людей в свое время туда приехали во время эвакуации и остались. И ученые, и кинематографисты, и режиссеры, и музыканты. Там было полно интеллигенции, которая разговаривала на чистейшем русском языке. Когда я поступала в театральный, обратила внимание, что люди с Украины и из южных республик в основном общаются с говором, а у меня оказалась чистейшая речь. Я была очень начитанной, потому что раньше не было гаджетов, и я очень любила читать. Ходила в театральный и вокальный кружки, занималась музыкой и художественной гимнастикой. Была всесторонне развитой девушкой. Знала модные течения, слушала «Битлз», потому что они уже стали модными в Ташкенте. Вот такая я приехала в Ленинград — веселая, дерзкая, очень свободная и легкомысленная.

Лариса Луппиан и Алиса Фрейндлих в спектакле «Двери хлопают», 1976 год. Фото: Борис Кауфман/РИА Новости

— Почему вы решили стать артисткой?

— Потому что, когда я была маленькой девочкой, мне понравилось сниматься в кино. Фильм был очень хороший, «Ты не сирота». Мне понравилось работать на площадке.

— Как вы туда попали?

— Когда я училась в третьем классе, к нам в школу пришел ассистент по актерам — искать ребят на роли в фильме о том, как во время войны кузнец из Ташкента и его жена усыновили и удочерили 14 детей разных национальностей, в том числе латышскую девочку Дзидру. На пробы на киностудию «Узбекфильм» меня повезла мама моей подруги. Я прошла пять или шесть этапов — простые задания, этюды, сцены и непосредственно кинопробы. Я не волновалась и оттого вела себя естественно. Перед завершающими пробами впервые за мной на киностудию приехал папа. Режиссер Шухрат Аббасов ему сказал: «У вас очень талантливая дочка» — папа был счастлив. Через месяц нам пришла открытка: «Ваша дочь утверждена на роль».

Сниматься мне было легко и радостно. Но иногда приходилось повторять сцену дубль за дублем, правда, не по моей вине. Помню, как снимали сцену прихода женщины, которая сначала думает, что она моя мать, а потом понимает, что это ошибка, и говорит: «Извини, но я ищу свою дочку». В этой роли была занята эстонская актриса Эве Киви, в то время очень известная. Она никак не могла заплакать, и режиссер ее очень ругал: «Смотри, девочка маленькая в кадре плачет!» А мне было легко плакать раз, второй, третий — сколько потребуется, потому что я верила в предлагаемые обстоятельства сразу и безоговорочно. Безуспешные попытки снять сцену продолжались три часа, в конце концов режиссер ударил Эве по лицу, чтобы добиться слез...

Фильм получился очень хорошим, его все хвалили. Я же была рада, что мне заплатили большой гонорар.

— На что вы его потратили, помните?

— Мы с родителями на эти деньги отлично отдохнули на озере Иссык-Куль в горах Киргизии. А еще мне купили пианино, которое до сих пор стоит на даче. Но прекраснее всего было то, что на съемках мне подарили пуанты. И я сразу встала на них — танцевать я любила, у меня были хорошие балетные данные и музыкальность. Появилась мечта — поступить в хореографическое училище. Я сказала об этом маме, но ей было не до меня, она снова придумала разводиться с отцом. Они были слишком разными. Впервые разошлись, когда мне было три года, потом пытались начать все с чистого листа, и не раз. Это была последняя неудачная попытка...

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Элина говорила: «Я умею держать себя в руках. Никто не должен видеть меня слабой», — рассказывает родная сестра Элины Быстрицкой София Шегельман «Элина говорила: «Я умею держать себя в руках. Никто не должен видеть меня слабой», — рассказывает родная сестра Элины Быстрицкой София Шегельман

О детстве, первых шагах в профессии и других событиях из жизни Элины Быстрицкой

Караван историй
15 способов справиться с гневом 15 способов справиться с гневом

Как не позволить гневу разрушить вас и вашу жизнь?

Psychologies
Людмила Поргина «Ленком». Коллеги Людмила Поргина «Ленком». Коллеги

Судьба подарила мне театр «Ленком», где я встретила свою любовь

Караван историй
Я — сноб: художник Андрей Волков Я — сноб: художник Андрей Волков

Художник Андрей Волков — о практике беспредметного искусства

СНОБ
«Мне смешно читать про хоромы за 130 миллионов. Ира никогда не стремилась к роскоши» «Мне смешно читать про хоромы за 130 миллионов. Ира никогда не стремилась к роскоши»

Пианист Константин Купервейс рассказывает об Ирине Мирошниченко

Коллекция. Караван историй
Как завести бензопилу после зимовки — готовим инструмент к началу сезона Как завести бензопилу после зимовки — готовим инструмент к началу сезона

Делимся инструкцией, как завести бензопилу после простоя

CHIP
Мария Порошина. Быть мамой непросто Мария Порошина. Быть мамой непросто

Мария Порошина: У меня нет права, да и времени на уныние или отчаяние

Караван историй
Ошибочные машинные переводы забивают интернет словесным мусором Ошибочные машинные переводы забивают интернет словесным мусором

Как машинные переводы влияют на Интернет и пользователей?

ТехИнсайдер
Максим Никулин. Под счастливой звездой Юрия Никулина Максим Никулин. Под счастливой звездой Юрия Никулина

Максим Никулин — о своем отце Юрии Никулине и судьбе, переплетенной с цирком

Коллекция. Караван историй
Как-то раз под Рождество: российские звезды с непростой судьбой, которые родились 7 января Как-то раз под Рождество: российские звезды с непростой судьбой, которые родились 7 января

Появиться на свет в Рождество – еще не гарантия безоблачной жизни

VOICE
Елена Полянская: «Для «Девушек с Макаровым» пришлось разучиться водить автомобиль» Елена Полянская: «Для «Девушек с Макаровым» пришлось разучиться водить автомобиль»

Я так и не смогла вспомнить ни пробы, ни роль, на которую претендовала

Караван историй
Как сотрудников британской почты обвинили в хищении средств из-за ошибки в системе Как сотрудников британской почты обвинили в хищении средств из-за ошибки в системе

В основе сюжета скандал и последовавшее за ним судебное разбирательство

Forbes
Пять стадий Египта Пять стадий Египта

Пройдя все стадии принятия Египта, я был вознагражден

Вокруг света
Бальзаковский возраст: когда наступает и чего ждать Бальзаковский возраст: когда наступает и чего ждать

Бальзаковский возраст: один из самых интересных периодов в жизни женщин

Psychologies
Как была устроена жизнь в Каунасском гетто. Воспоминания узника Как была устроена жизнь в Каунасском гетто. Воспоминания узника

Воспоминания о Холокосте: отрывок из книги «Сквозь колючую проволоку»

СНОБ
Турне за океан Турне за океан

Что же это за яхта, которую британская верфь не стала показывать в Каннах?

Y Magazine
Почему ваша собака все грызет и нужно ли ей это запрещать: мнение кинологов Почему ваша собака все грызет и нужно ли ей это запрещать: мнение кинологов

Скука и гигиена: для чего собаки грызут вещи?

Psychologies
Японцы создали биогибридный двуногий шагоход на основе клеток крысиных мышц Японцы создали биогибридный двуногий шагоход на основе клеток крысиных мышц

Японские биоинженеры разработали миниатюрного двуногого шагающего робота

N+1
Понемногу о многом Понемногу о многом

Первые железнодорожные линии от Дикого Запада до сонного Востока

Знание – сила
Научный ответ на церковный вопрос: почему крещенская вода долго не портится? Научный ответ на церковный вопрос: почему крещенская вода долго не портится?

Как объяснить факт, что крещенская вода не тухнет и не “цветет”?

ТехИнсайдер
ТОП-7 лучших хэтчбеков: характеристики и фото ТОП-7 лучших хэтчбеков: характеристики и фото

Lada Granta, JAC JS3, Livan X3 Pro и Москвич 6 попали в список лучших хэтчбеков

РБК
Частое посещение пальмовых плантаций увеличило детскую смертность свинохвостых макаков Частое посещение пальмовых плантаций увеличило детскую смертность свинохвостых макаков

Смертность макак выше, если дети больше времени проводят на пальмовых плантациях

N+1
Палеонтологи описали второй вид тираннозавров Палеонтологи описали второй вид тираннозавров

Второй вид тираннозавров жил на 5-7 миллионов лет раньше первого

N+1
Стесняюсь спросить: как убрать рубцы постакне и выровнять кожу Стесняюсь спросить: как убрать рубцы постакне и выровнять кожу

Какие современные средства помогают избавиться от шрамов постакне?

Правила жизни
Подборка самых глубоких афоризмов великих людей о ценности счастья: а вы счастливый человек? Подборка самых глубоких афоризмов великих людей о ценности счастья: а вы счастливый человек?

Что такое счастье? Этот вопрос всегда будет актуальным

ТехИнсайдер
Обрести свободу: история развода Присциллы и Элвиса Пресли в фильме Софии Копполы Обрести свободу: история развода Присциллы и Элвиса Пресли в фильме Софии Копполы

Чем выделяется байопик про короля рок-н-ролла, рассказанный от лица его жены?

Forbes
Разрушение пустоты: могут ли физики случайно уничтожить Вселенную Разрушение пустоты: могут ли физики случайно уничтожить Вселенную

Может ли апокалипсис стать расплатой за любопытство?

Forbes
Что такое разум? Что такое разум?

Как разум связан с интеллектом и преобразованием среды?

Наука и техника
София Коппола: Мне хотелось показать, в какой ужас может превратиться невинная девичья фантазия София Коппола: Мне хотелось показать, в какой ужас может превратиться невинная девичья фантазия

Интервью с американским режиссером Софией Копполой

СНОБ
Россиянки рассказали, в каких случаях красота помогает им (порой неожиданно) Россиянки рассказали, в каких случаях красота помогает им (порой неожиданно)

Может ли привлекательная внешность навредить своим обладательницам?

Psychologies
Открыть в приложении