Карен Кавалерян — о том, как живется авторам популярных песен

Караван историйЗнаменитости

Карен Кавалерян: "В шоу-бизнесе, если играешь со змеями, не удивляйся укусам"

Екатерина Бойко

Фото: Mikhail Makarenkov/из архива К. Кавалеряна

В 2008 году я стал рекордсменом конкурса "Евровидение". Под Рождество мы с Киркоровым написали для Ани Лорак Shady Lady. Месяц спустя в Грузии отбор с песней Peace Will Come выиграла Диана Гурцкая. Вместе с прошлогодней балладой Anytime You Need исполнителя из Армении Hayko, Work Your Magic Димы Колдуна от Белоруссии и Never Let You Go Билана стало пять стран, исполнители которых представляли мои песни на конкурсе. Прежний рекорд - четыре страны - был поставлен в 1973-м французом Пьером Делано и продержался тридцать пять лет. Я тогда ходил в шестой класс...

Штирлиц склонился над рулевым колесом и разогнав под сто шестьдесят старенький «мерседес», летел в черноту ночи.

— Кто его учил водить? — спрашиваю Володю Преснякова.

— Стиви Уандер, — отвечает Пресный, давясь от смеха.

В лобовом зеркале я с заднего сиденья замечаю, что водитель тоже довольно улыбается Володиной шутке. Теперь точно знаю: все будет хорошо. Через четверть часа Штирлиц высаживает нас у дачи рядом с Внуково. Навстречу выходит хозяин — Алексей Глызин. Наскоро поужинав, забираемся по крутой деревянной лестнице в домашнюю студию. Володя устраивается на полу с синтезатором и начинает играть, напевая случайные мелодии. Я слушаю его заготовки. Выделяем одну, к которой с ходу пытаюсь прицепить какие-то слова.

За окном — дождь, мне холодно, и в голову лезет сплошь русская хтоническая тоска. Слышу шаги на тропинке. Глухой окрик. Лязг щеколды и голоса в прихожей. Сквозь приоткрытую дверь студии смотрю вниз. Гости уже без верхней одежды — это Женя Белоусов и двое его музыкантов. У ребят отменили гастроли. Начинается гульба, ржач, анекдоты...

Вообще-то песни я писать не собирался, тем более стихи. Поэты слишком рано умирают… 1992 год. Фото: из архива К. Кавалеряна

Все это не по мне. Накинув куртку, иду гулять. Топаю в никуда, поджигая сигареты одну за другой. Табак я тогда потреблял в промышленных объемах. Отчасти с перестроечной голодухи, отчасти из-за своей тогдашней глупой концепции: «Жить легко и умереть молодым». Бреду по поселку, считаю повороты — чтобы не заблудиться. Вокруг — забвение и мрак. На каком-то повороте остановился, смотрю — господи, что за красота! Свет из поднебесья пробился сквозь тучи — луна будто ковш меда опрокинула, и льется этот мед, весь в мелких пузырьках: то изморось в лунном свете кипит, переливается. Недолго чудо длилось. Опять мрак накатил, но я уже все знал. Во всех подробностях. Явился мне «Замок из дождя». Не имею в виду какой-то визуализированный образ — стены, башни. Речь о тексте — он просто выстроился в голове строчка за строчкой. В свете тлеющей сигареты записываю строки в блокнот.

Возвращаюсь в дом, где продолжается «праздник отмененных гастролей». Между делом сообщаю Пресному, что все готово. Он садится за инструмент, кладет рядом текст и играет песню. Так что на вопрос «Как вы написали «Замок из дождя»?» всегда один ответ: «С Божьей помощью. Но от бесприютности...»

В 1994-м «Замок из дождя», одноименный альбом и концертная программа собрали все возможные музыкальные награды от «Шоу года» до «Альбома года», а количество кавер-версий на песню вообще не поддается исчислению. Мог ли я, обычный московский мальчишка, ожидать, что Судьба сдаст мне такие карты?..

Все бы хорошо, если бы Винокур не забыл, что лучшее — враг хорошего, и после хмельных посиделок не решил сделать меня звездой института. Фото: Валентин Мастюков/ТАСС/Съемки «Огонька»

Я родился шестьдесят лет назад в роддоме имени Грауэрмана на Арбате. Дед по материнской линии оплатил мое появление на свет по первому разряду — подозреваю, что оттуда моя любовь ко всему эксклюзивному. Семья, впрочем, была по советским меркам самой обычной: отец — военный, мама — учительница. Оба немолодые: папе, прошедшему войну от первого до последнего дня, на момент моего рождения было сорок восемь, маме — на десять лет меньше.

Сейчас принято ностальгировать по советской эпохе. Но единственное хорошее, что помню из того времени, это живых родителей. Ну и еще стадион «Юных пионеров» у метро «Динамо», где на третьем этаже особняка, прилегающего к велотреку, располагалась шахматная школа, которую вела легендарная Людмила Сергеевна Белавенец. С тринадцати до семнадцати лет четыре раза в неделю это место оставалось мне школой и отчасти домом. В обычной школе было холодно и бесприютно: классные комнаты забиты ветхой мебелью, на стенах — неизменные портреты Маркса, Энгельса, Ленина; однокашники, смолящие на переменах под разговоры о битлах и роллингах; яйцеголовые отличницы, истово зубрящие хрестоматию по литературе. Уже тогда у меня на все было свое мнение. То, что это опасная привычка, я понял, когда на уроке литературы заявил, что во всех злоключениях Владимира Дубровского виноват его вздорный, тщеславный и глупый отец. Эта декларация шла вразрез с установкой хрестоматии, где Дубровский противопоставлялся богатому соседу Троекурову, считался благородным борцом с несправедливостью и вообще без пяти минут марксистом. Возмущенная училка вкатила кол и вызвала в школу мать. Мнения своего с годами я не поменял, на этой версии держится мой одноименный мюзикл, идущий более чем в дюжине театров по всей стране.

В 1978-м пытка школой закончилась, но началась другая — я поступил в МАДИ. На втором курсе, на картошке, ко мне прилипла какая-то диковинная ангина, провалялся в бреду чуть ли не месяц, пропустил кучу лабораторных, не успел сдать проекты и в итоге завалил зимнюю сессию. В деканате сжалились и оформили академический отпуск. Я начал подыскивать работу. Дядя, известный пианист Левон Оганезов, предложил Москонцерт. Так все и началось...

Когда я поинтересовался, что за текст, парень улыбнулся и смущенно ответил: «Какая разница, моя бздюдюлечка...» Звали его Сергеем Пенкиным. Фото: Геннадий Прохоров/ТАСС

На первые гастроли я отправился техником по аппаратуре, а по сути звукорежиссером при безымянной концертной бригаде, колесившей по астраханским лиманам и выступавшей в сельских Домах культуры. Начальство отчего-то решило, что полтора года обучения в МАДИ превратили меня в специалиста по звуку. Переубеждать я никого не стал. Перед первым концертом в ДК рыбпромхоза «Красный путь» подключил кабели к усилителям и колонкам, а микрофоны напрямую в пульт, и... отчего-то все заработало.

На следующие гастроли я уже отправился с большой звездой — Валерием Ободзинским. Поездка не задалась с самого начала. Прилетев в Самарканд, мы разгрузили аппаратуру и оставили ее на сцене филармонии, где должны были пройти завтрашние концерты. Утром с музыкантами вернулись, чтобы настроиться, и оказалось, что один усилитель бесследно исчез. «Это ты его упер и местным лабухам продал», — заявил мне директор певца. В ответ я двинул правой без замаха и попал ему прямо в нос. Кровь хлынула ручьем, залив бедолаге белый пиджак.

В перерыве между концертами меня позвали в гримерку к Ободзинскому. В огромной комнате на подоконнике стояла снятая с петель рама — в здании филармонии шел ремонт. К окну был придвинут диван, на котором расположился директор. Ободзинский, переодевшись в спортивный костюм, мерил шагами комнату. Его молодая жена Лола сидела в сторонке, раскачиваясь на стуле.

— Чего ты руки распускаешь? — спросил Ободзинский.

— Надо было ему за языком следить, — буркнул я в ответ.

— А ты не сам усилок «обезвредил»? — усмехнулась Лола, обращаясь к директору.

— Да ну вас, — обиделся тот и направился к выходу.

— Укатался я что-то. Жарко, — тяжело вздохнул Ободзинский и повалился на диван.

От толчка его спинки в подоконник рама пошатнулась и всей тяжестью обрушилась на артиста. Стекло разлетелось на миллион осколков, по счастью не поранив Ободзинскому лицо, но все равно шок оказался велик. На вечернем концерте он спел: «Эти глаза не против» вместо «напротив», но это было совсем не смешно.

Съемки программы «Музыкальный лифт» с Кутиковым, Сукачевым, Угольниковым и Кормухиной, 1987 год. Фото: из архива К. Кавалеряна

Назавтра предстоял выезд в Джизак, однако утром выяснилось, что наш гастролер сбежал в Москву. Видимо, зализывать раны. Как потом рассказали люди, знающие некоторые его привычки, подобный трюк Ободзинский проделывал с завидной регулярностью.

Из коллектива большой звезды я перешел в скромный женский ВИА «Москвички», с которым и катался до конца августа. Осенью вернулся в институт, но шоу-бизнес — это билет в один конец. На третьем курсе удалось собрать толковую группу из студентов-автодорожников. Профком купил нам аппаратуру. На роль фронтмена я пригласил странного парня, с которым познакомился в актовом зале, куда забрел в обеденный перерыв почитать. Он сидел за роялем и пел Feelings на какой-то диковинной смеси английского, рыбьего и тутси. Когда я поинтересовался, что за текст поет, парень улыбнулся и смущенно ответил: «Какая разница, моя бздюдюлечка...»

Звали его Сергеем Пенкиным. Надо было или откусить ему тут же голову, или пригласить в группу. Но пел он здорово, поэтому через пару дней я притащил его на репетицию. Руководитель группы гитарист Игорь наскоро показал ему одну из песен, и они тут же начали пробовать сделать ее вместе. В какой-то момент Игорь попросил Пенкина придумать вокализ в третьей части, на что тот легкомысленно ответил: «Зачем, дристатулечка моя? На концерте в этом месте у меня будут такие маечки!» Руководитель фамильярности не стерпел и задумал изощренную вендетту. Дождавшись неестественно высокой ноты, сгоряча взятой Пенкиным, Игорь неожиданно перестал играть.

Крис снял клип о жизни «ночных бабочек». Его гоняли все телеканалы. С этого момента Кельми стал жить жизнью героя своей главной песни. Фото: Сергей Мамонтов и Александр Неменов/ТАСС

— У тебя что, там все отрезано? — спросил он у певца, направив на него гриф гитары в место чуть ниже пупка. — Чего верещишь как кастрат?

Пенкин не торопясь расстегнул пуговицу на джинсах, взялся за молнию и потянул ее вниз.

— По-моему, все на месте! — невозмутимо объявил он, готовый через миг предъявить собравшимся «аргумент».

Из фан-зоны раздались аплодисменты. С этой минуты Игорь разговаривал с Пенкиным крайне уважительно, разве что не на «вы».

К пятому курсу группа развалилась, но мы с Пенкиным друг друга из вида не теряли. Году в 1986-м я познакомился с канадской студенткой, приехавшей в Москву на один семестр совершенствовать русский язык. У меня были встречные планы относительно английского, так что какое-то время мы общались. Однажды она попросила сводить ее в Большой. Билетов туда было не достать, но голь на выдумки хитра — в соседнем подъезде жил балетный из труппы, которого я попросил помочь, несмотря на то что мы были едва знакомы. Комплексов я тогда вообще не испытывал. Если надо — шел к цели напрямик, по газонам или минным полям, не глядя на предупреждающие таблички.

Сосед удивился моему напору, но достал контрамарку на дневной спектакль. Сходили мы с барышней на балет, потом я купил пару бутылок красного и потащил канадку в гости к Пенкину на «Парк культуры», где он жил в однушке на первом этаже. Из его кухни вел лаз в подвал, тоже принадлежавший Сергею. Стильное местечко — с креслами, диваном, виниловой вертушкой, магнитофоном и даже светомузыкой.

По дороге барышня с упоением рассказывала, как накануне гуляла с друзьями в баре Олимпийской деревни, который в народе звали «Молоко». Так вот, когда они изрядно набрались и вышли проветриться, увидели парня, стоящего в фонтане и прекрасным поставленным голосом певшего арии из итальянских опер. Она так ярко живописала его, что у меня появилось смутное подозрение, которое вскоре подтвердилось. В общем, открывает Пенкин дверь, девушка смотрит на него и вдруг кидается на шею, буквально повисая на хозяине. «Это он, — кричит, — это он!» Не знаю уж, кем она меня в итоге посчитала — агентом КГБ или рядовым ангелом. Но откуда канадской студентке знать, что Москва — маленький город? Если начинаешь общаться в определенном кругу, оказывается, что все друг друга знают.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Елена Лебедева. Журавль в небе Елена Лебедева. Журавль в небе

Жизнь актрисы Елены Лебедевой полна трагичных моментов

Караван историй
«Нас не испугал диагноз»: история мамы детей с особенностями развития «Нас не испугал диагноз»: история мамы детей с особенностями развития

История семьи, которая воспитывает детей с особенностями развития

Cosmopolitan
Денис Родькин и Элеонора Севенард: Денис Родькин и Элеонора Севенард:

Он хотел стать машинистом, она же с детства мечтала о балете

Караван историй
Мышонок Толстого: большие творцы и маленькие твореньица Мышонок Толстого: большие творцы и маленькие твореньица

Hассказываем о маленьких замыслах других великих мастеров в семи номинациях

Arzamas
Авдотья Панаева. Дом разбитых сердец Авдотья Панаева. Дом разбитых сердец

Николай Некрасов, Авдотья Панаева и возрождение «Современника»

Караван историй
Принять на грудь Принять на грудь

Индустрия красоты жаждет всерьез заняться вашей грудью

Vogue
Звездный час Звездный час

Спортсмен из Казахстана запустил мировой флешмоб

StarHit
«Сложные проблемы меня вдохновляют»: как Кейт Вонг стала одной из богатейших женщин мира, создав бренд электронных сигарет «Сложные проблемы меня вдохновляют»: как Кейт Вонг стала одной из богатейших женщин мира, создав бренд электронных сигарет

Желание помочь отцу — подтолкнуло Кейт Вонг запустить бренд электронных сигарет

Forbes
8 вопросов о похудении и воде 8 вопросов о похудении и воде

Зачем худеющим вода?

Худеем правильно
История Московского университета История Московского университета

Московский университет стал первым светским высшим учебным заведением в России

Культура.РФ
Как понять, что вы токсичны по отношению к себе Как понять, что вы токсичны по отношению к себе

Бывает так, что злейший враг себе — мы сами

Psychologies
Маша Белик Маша Белик

Дизайнер Маша Белик. Ее платья носят Юля Снигирь и Софья Эрнст

Собака.ru
Это конец Это конец

Какие концы света грядут и каких из них не миновать

N+1
В сетях В сетях

Режиссер Егор Исаев рассказывает о жертвах бытового преследования

GQ
5 препятствий на пути к стройности 5 препятствий на пути к стройности

Что именно мешает похудеть?

Psychologies
5 таинственных авиакатастроф XX века 5 таинственных авиакатастроф XX века

Аэрофобам и беременным женщинам этот материал читать не рекомендуется

Maxim
15 секретов привлекательности Мэрилин Монро 15 секретов привлекательности Мэрилин Монро

Какие секреты красоты и стиля Мэрилин Монро обеспечили ей вечную славу

Cosmopolitan
Платье уже не торт Платье уже не торт

Вдохновение для создания актуального свадебного образа

Elle
Как выбрать сиделку для близкого человека Как выбрать сиделку для близкого человека

На что обратить внимание, подбирая сиделку

СНОБ
Левински, Абедин, Дэвис-Фарель. Три стажерки Белого дома. Отрывок из книги Карин Тюиль «Дела человеческие» Левински, Абедин, Дэвис-Фарель. Три стажерки Белого дома. Отрывок из книги Карин Тюиль «Дела человеческие»

Фрагмент из романа Карин Тюиль о судебном разбирательстве в эпоху #MeToo

СНОБ
Физики обнаружили новый тип квазичастиц: основа для компьютеров будущего Физики обнаружили новый тип квазичастиц: основа для компьютеров будущего

Ученые из России экспериментально доказали существование нового типа квазичастиц

Популярная механика
Оборотная сторона солнца Оборотная сторона солнца

Активное Солнце может спровоцировать нарушения пигментации

Здоровье
Рычит, щебечет и хихикает: речная выдра удивила ученых Рычит, щебечет и хихикает: речная выдра удивила ученых

Речная выдра использует несколько звуковых сигналов для коммуникации

National Geographic
Зрительная память Зрительная память

Сорок лет совместной работы и дружбы двух fashion-легенд — Линдберга и Соццани

Harper's Bazaar
Звезды, чью жизнь изменили татуировки (или так совпало?) Звезды, чью жизнь изменили татуировки (или так совпало?)

Сегодня тату делают для красоты, но иногда кажется, что их магия существует

Cosmopolitan
Невидимые войны: 5 конфликтов ХХ века, унесших миллионы жизней Невидимые войны: 5 конфликтов ХХ века, унесших миллионы жизней

В тени крупнейших войн всегда остается множество менее глобальных

Вокруг света
В Австралии нашли одного из крупнейших динозавров в истории В Австралии нашли одного из крупнейших динозавров в истории

Знакомьтесь с австралотитаном

National Geographic
«ДАУ», «Борат», «Чебурашка»: каким фильмам не повезло с Минкультом «ДАУ», «Борат», «Чебурашка»: каким фильмам не повезло с Минкультом

Вспоминаем фильмы, которым тоже не повезло с прокатным документом

РБК
Жизнь в будущем: Алина Фаркаш о том, как нам всем повезло Жизнь в будущем: Алина Фаркаш о том, как нам всем повезло

Я бы, наверное, с ума бы сошла от радости, если бы мне сейчас было пятнадцать

Cosmopolitan
Экосистемная оппозиция Экосистемная оппозиция

Банки намерены убедить ЦБ пересмотреть отношение к иммобилизованным активам

РБК
Открыть в приложении