Орхан Памук отвечает на вопросы книготорговца Бориса Куприянова

EsquireРепортаж

Человек Памук

Нобелевский лауреат по литературе Орхан Памук и владелец книжного магазина «Фаланстер» Борис Куприянов обсудили «маленьких людей», политику Ататюрка и разные способы получения удовольствия.

Борис Куприянов: Сейчас вы живете, как говорят в России, на два города: Нью-Йорк и Стамбул. Полгода в Америке, полгода в Тур ции. Для меня и Стамбул, и Нью-Йорк – любимейшие города. В них есть что-то общее, там любят ходить пешком, есть традиция праздно гулять по улицам…

Орхан Памук: Да, есть схожие черты. И в Стамбуле, и в Нью-Йорке принято гулять, вы правы. Для нью-йоркца и стамбульца еще очень важна принадлежность к толпе, какое-то единение: люди постоянно в движении. Но крупные города, как правило, слишком населены, иногда мы устаем от прохожих, особенно от туристов. Сейчас в Стамбуле строят метро – наверное, толпа спустится под землю, и город разгрузится, но вряд ли он станет похож на медленный спокойный город моего детства, сейчас он намного быстрее. И Стамбул, и Нью-Йорк очень сильно изменились за последние 15–20 лет, они стали безопаснее, удобнее. Молодые турки критикуют меня, говорят: посмотрите, в каком красивом, богатом, быстро развивающемся городе мы живем. Разве можно сравнить его с городом восьмидесятых или семидесятых?

Б.К.: Москва тоже очень сильно изменилась, но традиция фланировать пропала.

О.П.: Может быть, просто холодно? Жаль, что этой традиции в Москве нет, мне показалась, что в Петербурге гуляют.

Б.К.: В вашу книгу «Другие цвета» входит прекрасное эссе о Нью-Йорке…

О.П.: Да, я был под очень сильным впечатлением, ошарашен Нью-Йорком. Сейчас уже нет такого чувства – я привык.

Б.К.: Вы читали лекции в Нью-Йорке в конце восьмидесятых и читаете курс в Принстонском университете сейчас.

О.П.: Я приехал тогда с лекциями как известный турецкий писатель, сейчас у меня курс.

Б.К.: Это история мировой литературы и писательское мастерство, верно? Как за тридцать лет изменились американские студенты?

О.П.: Нет, я читаю сравнительное литературоведение, сreative writing (литературное творчество. – Esquire) и еще то, что захочу. Конечно, студенты изменились, и довольно сильно. Они стали более свободными, их теперь интересует не только американская литература. Дистанция между преподавателями и студентами сократилась. Они задают порой очень сложные прямые вопросы. Мне иногда страшно выходить к моим студентам, к моим замечательным студентам.

Б.К.: А как изменились их предпочтения и вкусы, какие книги, обязательные раньше к прочтению, сейчас не важны?

О.П.: Да, вкусы изменились. Они больше интересуются иностранной литературой. Они читают больше, им интересно разнообразие. У них изменилось отношение к классике, они стали внимательнее и критичнее. Оценки современных студентов очень свободны. На первый план вышли другие книги. Например, в 1986 году авторитет Марка Твена был непререкаем. А сейчас его обвиняют в неправильном отношении к чернокожим. Вы задаете такие вопросы, как будто вы представитель Ассоциации преподавателей Америки.

Б.К.: Американские студенты больше читают? У нас в России считается, что люди читают меньше. Бытует мнение, что большие формы вообще перестали быть интересны. Часто говорят, что современная молодежь вообще не способна воспринимать информации больше, чем пост в фейсбуке (соцсеть признана в РФ экстремистской и запрещена).

О.П.: Ну, это не так! Не совсем так. В Турции сейчас выходит 600 миллионов книг в год. 600 миллионов! Когда я начинал писать, выходило в пять раз меньше. Издательства сейчас переживают настоящий бум. Такие же процессы происходят в странах Азии, в Латинской Америке. Странно, что в России положение, как вы говорите, другое. Мой американский издатель жаловался, что рынок не растет, многие книги выходят в электронном виде. По-видимому, в Европе происходят те же процессы.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

2009 год 2009 год

Гибель Сергея Магнитского, закрытие Черкизовского рынка и новая Россия

Esquire
Никакой нервотрепки Никакой нервотрепки

Не все системы парковки одинаково эффективны

Quattroruote
Легенды и мифы советского спорта Легенды и мифы советского спорта

Топ-10 легендарных спортсменов России

Esquire
Моника Беллуччи. Красота по-итальянски Моника Беллуччи. Красота по-итальянски

Сердце Моники наконец спокойно. Но вот свободно ли?

Караван историй
Дело жизни Дело жизни

Научное определение сексуальности

Psychologies
Одино­кий мужчина Одино­кий мужчина

Откровенный разговор Ольги Шелест и «Холостяка» Ильи Глинникова

Glamour
Пять стадий Египта Пять стадий Египта

Пройдя все стадии принятия Египта, я был вознагражден

Вокруг света
Как практиковать медитацию в повседневной жизни Как практиковать медитацию в повседневной жизни

Пользоваться своей ментальной силой для самоисцеления проще, чем кажется. Программа из семи шагов от мастера медитации дзен Марка де Смедта – для тех, кто хочет научиться легко восстанавливать силы.

Psychologies
Звезда с фамилией Звезда с фамилией

Звезда сериала «Тест на беременность» Светлана Иванова рассказывает о важном

Домашний Очаг
«Мы врем своим телом с утра до вечера – и другим, и себе» «Мы врем своим телом с утра до вечера – и другим, и себе»

Как складываются у нас отношения с телом? Умеем ли мы понимать его сигналы? Действительно ли тело не врет? И наконец, как с ним подружиться? Отвечает гештальт-терапевт Марина Баскакова.

Psychologies
Секретная Греция Секретная Греция

В майском номере Неллия Тогас знакомит нас со «своей» Грецией

Домашний Очаг
Верю! Верю!

Самые красивые российские актрисы позируют для GQ

GQ
Крис Пратт: Снова на охране Крис Пратт: Снова на охране

Крис Пратт – идеальный мужчина

Cosmopolitan
Ударная волна Ударная волна

Галь Гадот ворвалась в Голливуд и почти сразу получила роль Чудо-женщины

Cosmopolitan
Евгения Лоза: Евгения Лоза:

Не поверите, но не вспомню, когда ко мне последний раз подходили знакомиться

Караван историй
Мама всегда права Мама всегда права

Интервью с актрисой Олесей Судзиловской

Добрые советы
Морской толк Морской толк

Два бывших трудоголика сидели под пальмой и напряженно пытались отдохнуть

Cosmopolitan
Шёпот смерти Шёпот смерти

Не один фильм про шпионов не обходится без оружия с глушителями

Популярная механика
Как курица лапой Как курица лапой

Если у твоего ребенка неразборчивый почерк, надо ли учить его красиво писать?

Лиза
Малый театр Малый театр

Корреспондент Esquire смотрит культовые спектакли в провинции

Esquire
Питание чувств Питание чувств

Прийти в хорошую форму за месяц-другой вполне реально

Vogue
Игры разума Игры разума

Возможно, размышляя, ты попала в ментальную ловушку и даже не заметила этого

Cosmopolitan
До свидания, сестра! До свидания, сестра!

Феминизм – борьба женщин за свои права, но женщины в России ее не поддерживают

Cosmopolitan
Каталонский Мессионер Каталонский Мессионер

Лионель Месси – новая эпоха в футболе

Esquire
Мимо кассы Мимо кассы

Немного о мужских заначках

Добрые советы
Любовь Успенская Любовь Успенская

Любовь Успенская: «Я вообще-то не москвичка. И даже не россиянка»

Esquire
Разбор Тёмы Разбор Тёмы

Артемий Лебедев – о дебатах с Навальным, туалетах и аллергии

Esquire
Домострой 3D Домострой 3D

Компания Никиты Чен-юн-тая первой в России напечатала дом на принтере

РБК
Мама, ты меня не понимаешь! Мама, ты меня не понимаешь!

Как направить дочь по верному пути и при этом сохранить с ней контакт?

Лиза
Главная роль Главная роль

Елизавета Боярская в роли Анны Карениной

Домашний Очаг
Открыть в приложении