Магомед Кажлаев: абстракция из воздуха

WeekendКультура

Живопись без правил

Магомед Кажлаев: абстракция из воздуха

Текст: Анна Толстова

«Забытый текст 2», 1992. Фото: Магомед Кажлаев

Этот текст — часть проекта «Обретение места. 30 лет российского искусства в лицах», в котором Анна Толстова рассказывает о том, как художники разных поколений работали с новой российской действительностью и советским прошлым.

Дагестанский художник Магомед Кажлаев (род. 1946) с семидесятых годов по сей день сохраняет независимость — от идеологий, рыночных конъюнктур и институций. Такой же свободной и независимой, не признающей школы, норм и моды на протяжении полувека остается его живопись.

«№ 1», 1986. Из цикла «Море». Фото: Магомед Кажлаев

Магомед Кажлаев — наивный художник, не в том смысле, что непрофессионал, самородок, самоучка, напротив, он много где учился, правда с большими трудностями, поскольку только наивный художник мог думать, что во времена, которые позже назовут брежневским застоем, можно защищать дипломы с абстрактной графикой и выставлять абстрактную живопись на официальных выставках. Что до абстракции, то тут он действительно был абсолютным самородком, самоучкой, интуитивистом: абстракция рождалась сама по себе, изнутри, по внутренней необходимости, о чем писал Кандинский, но не вприглядку на альбомы с живописью Кандинского или других авангардистов, в кажлаевской абстракции не было ни грана книжности. Абстракция рождалась из ничего — из точки, разросшейся в линию, из линий, распространяющихся по поверхности хитрыми плетенками, из цвета, заполнившего собой весь холст, из мазка, похожего на кляксу, фигуру и иероглиф одновременно. Мазок мог стать «Выстрелом» (1992), то есть ударом кисти по плоскости длинного куска оргалита, покрытого большими геометрическими фигурами-буквами, что составляются в дурацкую фразу «не ест ничего кроме колбасы», причем красота самой шрифтовой композиции — ничто в сравнении с красотой контраста серых фигур «ест ни» и красновато-охристого фона. Порой абстракция притворялась орнаментом или текстом, но часто шла от звука, не обязательно выстрела. От звука слова, которое почему-то — наверное, забавной рифмой фонетики с графикой — понравилось и повисло оранжевой надписью «вислоухий» поверх прекрасного и яростного желтого месива с черным пятном сбоку («Игра в сказку», 1993). Абстракция эта была, в сущности, сюрреалистической природы — она ценила абсурд и юмор, возводила автоматическое письмо и спонтанность жеста в абсолют, доверялась случаю и подсознанию. И все же вернее будет сказать, что Магомед Кажлаев — не наивный, а прямодушный художник, такой, какой честен перед искусством и стоит за правду искусства, реалист в высшем смысле слова.

«№ 3», 1987. Из цикла «Море». Фото: Магомед Кажлаев
«Как дела? Неплохо!», 1989. Фото: Магомед Кажлаев

Кажлаев родился в селе Кази-Кумух, древней столице лакцев, но вырос в Махачкале. Мать была детской писательницей, переводчицей, собирательницей фольклора и редактором-составителем учебников лакского языка в Дагучпедгизе, отец учительствовал, а позднее возглавил Дагестанский краеведческий музей, в залах и дворе которого прошло детство будущего художника. Одним из детских музейных воспоминаний был классик советского дагестанского искусства Джемал: он то и дело приходил в музей, чтобы, прямо как Репин в Третьяковке, подправлять и улучшать свой многометровый шедевр про установление советской власти в Дагестане, где горцы в папахах благоговейно внимают товарищу Сталину. Кажлаеву посчастливилось пройти в другую художественную школу — его учителями в изостудии Дома пионеров стали Алексей Августович и Галина Конопацкая, во второй половине 1930-х учившиеся в Суриковском институте и приехавшие в Махачкалу в 1955 году из Магадана: Августович, уйдя в ополчение и попав в плен, провел десять послевоенных лет в колымских лагерях и ссылке, но даже там сохранил память о вхутемасовской живописной традиции, какая еще была жива в Суриковке его юности. Однако Кажлаев с большой благодарностью отзывается и о Джемале, чьими стараниям в Махачкале открыли Дагестанское художественное училище: он поступил туда сразу после семилетки, в 1960-м, это был второй набор, чемодан с кумухскими этюдами до сих пор хранится в Махачкале. Потом было заочное отделение Полиграфического института, встреча с хорошим учителем и — позднее — другом, художником-нонконформистом Алексеем Каменским, диплом, который удалось защитить лишь с третьей попытки, на третий год: графика Кажлаева становилась все более абстрактной, чего факультет во главе с Андреем Гончаровым, учеником и хранителем традиций Фаворского, принять не мог.

«Письмо иноверца № 10», 2010. Фото: Магомед Кажлаев

В Полиграфическом институте Кажлаев мечтал делать диплом по «Новой жизни» Данте — ему не позволили, рекомендовали заняться поэзией Расула Гамзатова. Трудно сказать, чем было продиктовано это предписание: столичным высокомерием, имперским ориентализмом или нормативной политикой в области национально-культурного строительства. Но и позднее, когда он, мастер совершенно самобытный в своей локальной глобальности, дичок древней культуры и преждевременный «новый дикий», предвосхитивший новую живописную волну трансавангарда еще в начале 1970-х, попадет на неофициальную московскую художественную сцену, его искусство продолжат истолковывать в ориенталистском ключе: в так называемых пейзажах увидят восточную экзотику, в плетении абстрактных линий — восточные орнаменты, в картинах с текстами — восточную каллиграфию. Во многом интерпретационная инерция связана с житейскими обстоятельствами: еще в студенческие годы, заочно учась в Полиграфе в Москве и очно работая в худфонде в Махачкале, Кажлаев заживет на два города, но, даже поселившись в Подмосковье, останется в Дагестане — и сердцем, и искусствоведческой «пропиской» как представитель северокавказской художественной диаспоры. Полномочный представитель этой диаспоры, в 2001 году он сделает эпохальную для современного дагестанского искусства выставку «Круг», показанную в Московском центре культуры «Дагестан».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Мухи у нас Мухи у нас

«Асфальтовые джунгли»: скорая помощь на злых улицах Нью-Йорка

Weekend
План Б по-американски План Б по-американски

Как Брэд Питт стал последней голливудской звездой

Weekend
Военная галерея Военная галерея

Перед главным залом Зимнего дворца несут вечную службу герои войны 1812 года

Дилетант
Российская память о Первой мировой войне: от раскола к консенсусу? Российская память о Первой мировой войне: от раскола к консенсусу?

Долгие десятилетия память о Первой мировой войне была на задворках истории

Знание – сила
Все течет, все меняется Все течет, все меняется

Плавучие школы и больницы, плантации суперфудов – как живут в Амазонии

Вокруг света
Как сделать жизнь проще: 5 советов Как сделать жизнь проще: 5 советов

Как освободиться от эмоционального хлама и навести порядок в мыслях

Psychologies
Заткнуть за пояс Заткнуть за пояс

Все модели Jetour в одном путешествии

Автопилот
Завал на работе Завал на работе

Как все успевать и грамотно снизить нагрузку на работе

Лиза
Книги для тех, кто устал от реальности: 5 художественных романов, которые перенесут вас в другие страны Книги для тех, кто устал от реальности: 5 художественных романов, которые перенесут вас в другие страны

Захватывающие романы, в которых точно передается атмосфера разных стран

ТехИнсайдер
Окаменелости растений из Колумбии оказались панцирями черепашат Окаменелости растений из Колумбии оказались панцирями черепашат

Палеонтологи исправили ошибку непрофессионального коллеги спустя 20 лет

N+1
Жизнь как путь: дороги Николая Гарина-Михайловского Жизнь как путь: дороги Николая Гарина-Михайловского

Николай Гарин-Михайловский: романтик, влюбленный в железные дороги

Знание – сила
Ветроэнергетика: освоение новых территорий Ветроэнергетика: освоение новых территорий

Что произошло с ветроэнергетикой за последнее десятилетие?

Наука и жизнь
Магия магния Магия магния

Орехи, шоколад и еще 8 продуктов, содержащих магний в большом количестве

Лиза
Конфликт с начальством Конфликт с начальством

Как себя правильно вести и не испортить репутацию

Лиза
Синдром высокого мака: почему ненавидят тех, кому «больше всех надо»? Синдром высокого мака: почему ненавидят тех, кому «больше всех надо»?

Почему тот, кто выбивается из среднего уровня, раздражает всех вокруг?

Psychologies
Роковая пощечина Берии: почему советская актриса Евгения Гаркуша ушла из жизни в 33 года Роковая пощечина Берии: почему советская актриса Евгения Гаркуша ушла из жизни в 33 года

Смерть актрисы Евгении Гаркуши загадочна

VOICE
Законы взаимного притяжения: 4 вопроса юнгианскому аналитику о выборе партнера Законы взаимного притяжения: 4 вопроса юнгианскому аналитику о выборе партнера

Почему некоторые люди притягивают настолько сильно, что становятся партнерами?

Psychologies
Genesis GV80. Премиальный — не значит дорогой Genesis GV80. Премиальный — не значит дорогой

Genesis GV80 — альтернатива премиальным кроссоверам BMW и Medcedes

4x4 Club
Одиночество назвали независимым фактором риска смерти от всех причин Одиночество назвали независимым фактором риска смерти от всех причин

Связаны ли как-то одиночество и смерть? Отвечают ученые

N+1
Рубен Ениколопов: «В вопросах на миллиарды долларов нельзя консультироваться с ChatGPT» Рубен Ениколопов: «В вопросах на миллиарды долларов нельзя консультироваться с ChatGPT»

Рубен Ениколопов: сможет ли Россия в одиночку совершить технологический рывок

РБК
Лингвисты в утробе матери. Как дети начинают осваивать язык еще до рождения Лингвисты в утробе матери. Как дети начинают осваивать язык еще до рождения

Можно ли считать маленьких детей прирожденными лингвистами?

СНОБ
Подрывная деятельность Подрывная деятельность

Простые авторы получили от ученых «супероружие» для защиты своих прав

Цифровой океан
Датчик таланта Датчик таланта

Как оценить талант киберспортсмена?

Цифровой океан
Траты и возвраты: 16 историй предпринимателей, меняющих Россию Траты и возвраты: 16 историй предпринимателей, меняющих Россию

16 историй предпринимателей из регионов — в фоторепортаже Forbes

Forbes
«Автор неизвестен»: объективная ценность произведения искусства «Автор неизвестен»: объективная ценность произведения искусства

Можно ли воспринимать анонимные произведения искусства

Монокль
Большой переполох Большой переполох

На что обратить внимание при выборе клининговой компании?

Лиза
Учимся падать Учимся падать

Иногда удовольствие зимнего отдыха сопровождается рисками. Давай ими управлять

Лиза
Иван Антонович Ефремов и его вклад в мировую науку Иван Антонович Ефремов и его вклад в мировую науку

Иван Ефремов оставался признанным классиком жанра и при жизни, и после смерти

Наука и Техника
Дружба с Канье Уэстом и сотрудничество с мировыми брендами: чем известен дизайнер Гоша Рубчинский Дружба с Канье Уэстом и сотрудничество с мировыми брендами: чем известен дизайнер Гоша Рубчинский

Чем прославился российский дизайнер Гоша Рубчинский  — в материале «Сноба»

СНОБ
«Смерть — всего лишь иллюзия»: объяснение с точки зрения физики «Смерть — всего лишь иллюзия»: объяснение с точки зрения физики

Различие между прошлым, настоящим и будущим — лишь упрямая непреходящая иллюзия

Psychologies
Открыть в приложении