Морально я был готов к Мишиной смерти, но известие о ней все равно прибило

Караван историйЗнаменитости

Владимир Качан. Про друга

Задорнов внезапно исчез. По словам Максима Галкина, его обнаружили стоящим на дороге с травмой головы только через три часа. Миша не понимал, в какой точке пространства находится, и не знал, что произошло.

Беседовала Виктория Катаева

Фото: Persona Stars

Прошло уже три с половиной месяца после Мишиного ухода. Боль утраты не отпускает, но зная его характер, убежден: Задорнов был бы против постоянных сетований. Впрочем, не могу сказать о нем «был» — как и о Лене Филатове. Оба моих друга всегда рядом.

С Мишей нас связывали пятьдесят семь лет жизни. Познакомились еще в Риге, где оба выросли, — на тренировке по настольному теннису в школьной секции. Я тогда ходил в седьмой класс, Миша — в шестой. Он любил вспоминать, как однажды после проигрыша я решил взять реванш. И надменно спросил, скольких девочек Задорнов уже поцеловал. Покраснев, он соврал, что одну. В ответ я с нахальством опереточного любовника небрежно сообщил, что у меня за плечами уже семьдесят пять, и показал свою записную книжку, в которой фамилии оцелованных были отмечены галочками.

Фото: Persona Stars

Тогда он тоже завел себе блокнот, в который переписывал фамилии с обложек книг из папиной библиотеки. Естественно, переводя фамилии писателей в женский род. В списке его побед значились Толстая, Островская, Полевая, Шолохова... Но у меня перечень всегда оказывался длиннее и разнообразнее. «Видимо, Качан переписывал фамилии прямо из телефонной книги», — позже резюмировал Миша. Он любил живописать эту историю на своих концертах.

В Риге мы жили в ста пятидесяти метрах друг от друга. Я на улице Свердлова, Миша — на Кирова. Встречались на углу, у местных мальчишек он назывался «пятак», и шли гулять в Стрелковый сад.

Встречались с другом и в Москве, и в Риге. Сидят: сестра Велты Людмила и моя жена — актриса Людмила Гарница, мы с писателем Аркадием Аркановым, рядом племянник Миши Алексей. Стоят: Задорнов с сестрой Милой и сатирик Лион Измайлов. Фото: из архива В. Качана

Я хорошо знал Мишиных родителей Елену Мельхиоровну и Николая Павловича. Задорнов-старший был крупным писателем, лауреатом Сталинской премии. Писал о Дальнем Востоке. А я родился в Уссурийске. Спустя полжизни Дальний Восток объединит нас всех снова: Миша поставит на берегу Амура памятник отцу. В судьбе ничего не бывает случайным, надо только уметь замечать.

Задорновы жили в элитном доме, их квартира всегда поражала меня, сына «воина-освободителя», а сейчас бы сказали «советского оккупанта», солидностью и размерами. Забегая вперед, скажу, что когда распался СССР и прибалты познакомились со словом «реституция», у здания нашелся прежний владелец. К счастью, Миша уже заработал себе возможность переселить семью в другое место. Николай Павлович до этого не дожил.

Миша уже в детстве совершал попытки идеологических диверсий, на которые впоследствии была так богата его творческая жизнь. Одно время мы выступали в школьном хоре и с пионерским энтузиазмом распевали всяческую чушь. Поначалу я искренне пытался понять смысл того, о чем поем. Однажды не вытерпел, отозвал друга в сторону с вопросом: «Как считаешь, что означает строчка в песне о Гагарине «Простой советский паренек, сын столяра и плотника»? А еще про партизана Железняка: «Он шел на Одессу, а вышел к Херсону»? Этот красноармеец плохо знал географию или собирался дезертировать?»

Вскоре нас из школьного хора выгнали — за глумление над творчеством советских композиторов. Оставался театральный кружок, где Миша также совершал попытки идеологических диверсий. Задорнов (с усами) на репетиции пьесы Михаила Светлова, где он играл наставника молодежи. Рядом — я. Фото: из архива В. Качана

Мы начали вдумываться в тексты. Когда я спросил у руководителя хора Доры Соломоновны, что значит название песни «Счастье иметь тебя, Родина», она стала обходить нас стороной. Вскоре нас с Задорновым из хора выгнали — за глумление над творчеством советских композиторов. И об этом Мишка не раз рассказывал в концертах. Как и о наших «Ходоках у Ленина».

Поставить спектакль к очередной годовщине Октябрьской революции решила наша историчка. Мы играли ходоков, представляя их по известной всем картине Владимира Серова. Ни лаптей, ни зипунов в наличии не оказалось, с бородами и изможденными лицами тоже не сложилось. Сгорбились, выпустили рубашки, подвернули брюки и наизнанку надели ушанки — в таком виде вышли на сцену. Одноклассница Оля Дзерук, игравшая секретаршу, строго спросила — по сценарию:

— По какому вопросу к Ильичу?

— Сестрица, землицы бы нам.

Тут мы с Задорновым имели неосторожность переглянуться и будто заново друг друга увидели. Внезапно оба осознали, что в таком виде к Ленину не ходят. По идее, секретарше следовало вызвать Дзержинского, чтобы немедленно нас расстрелять — за циничное глумление над трудовым крестьянством. Какая землица? На кой она розовощеким, спортивного вида подросткам? Хохот накрыл нас лавиной. Спектакль закончился, по большому счету так и не начавшись.

Что и говорить, много было у нас общих приключений! Начинающие сатирики часто шутят весьма грубовато. И однажды, лет в шестнадцать, Миша прогулялся по городу переодетым в девушку. Сделали ему соответствующий макияж — помогала старшая сестра Мила, надели черные чулки, туфли на высоком каблуке, даже нацепили ретрошляпку с вуалькой. И мы с ним на центральной улице Риги изображали ссорящуюся пару.

Мише было сложнее. Непривычные туфли сильно жали, а ему приходилось имитировать женскую походку. Но даже прихрамывая, он не забывал развязно вихлять бедрами и что-то выговаривать мне в манере вокзальной шлюхи. На нас начали обращать внимание мужчины — вернее на задорновские ножки. Видимо, местные донжуаны надеялись, что «парочка» сейчас окончательно рассорится и у них появится шанс. Но тут у Миши спустился чулок и он шмыгнул в ближайшую подворотню, чтобы его поправить.

«Кавалеры» как бы невзначай топтались неподалеку. Один, самый наглый, подошел поближе, чтобы лучше видеть. Задорнов нарочито косолапо двинулся на эротомана и баском рявкнул: «Чё надо? Чё те надо? Я вот тебе щас как дам! Пшел отсюда!» Мужик, конечно, пустился наутек. Да и мы путь домой проделали бегом, при этом Задорнов, сняв туфли, в одних сползающих чулках несся за мной с визгом: «Когда будешь алименты платить?» Можно считать, это был тест на преодоление застенчивости будущего эстрадного сатирика.

Наша десятая школа считалась элитной, но в ней, как и всюду, заставляли проходить производственное обучение. Мы с Мишкой стали токарями первого разряда. А одноклассница Задорнова и его будущая жена Велта — чертежницей-деталировщицей, что, думаю, в дальнейшем очень помогло ей стать профессором и преподавать английское языкознание в МГУ.

Получив аттестат, я уехал в Москву и поступил в Щукинское училище. Поселился в общежитии в одной комнате с Борей Галкиным и Леней Филатовым, вскоре мы стали закадычными друзьями.

Годом позже в столицу прибыл и Миша — перевелся из Рижского политехнического в Московский авиационный институт. Как потом с юмором вспоминал, «научился играть в преферанс, пить пиво... бренчать на гитаре... отсыпаться после бессонных ночей на лекциях... И разливать бутылку водки с завязанными глазами по булькам на равные доли по стаканам».

Фото: М. Баранов/Global Look Press

На третьем курсе я пригласил друзей-однокашников в Ригу на зимние каникулы. И мы приехали — Боря, Леня и Наташа Варлей, в которую Филатов был влюблен. Двумя годами раньше вышла знаменитая «Кавказская пленница», и Варлей знала вся страна. Как раз в те дни в нашей рижской школе проходила встреча выпускников. Можете представить, какой фурор произвело наше появление! Даже попросили выступить со сцены: мы с Филатовым и Галкиным что-то пели, Наташа рассказывала о съемках у Гайдая. Позже Миша вспоминал: «От Вовкиных друзей шла необыкновенная энергия свежести».

Фото: из архива В. Качана

Перед самым отъездом болтались по заснеженной Риге и в каком-то дворике между католической церковью, Верховным Советом и свалкой заметили большую дыру в земле. Юным романтикам очень хотелось верить, что это средневековый подземный ход. Решили исследовать. Миша с Наташей полезли первыми, я следом. Филатов с Галкиным остались на стреме. Тоннель оказался заваленным и вскоре закончился. Пятясь, поползли к выходу в обратном порядке. Домой возвращались на трамвае. Наташу несмотря на ее популярность никто не узнавал, но ее это мало заботило, насторожило другое:

— Чем-то пахнет!

Миша ответил:

— Чем-чем — романтикой! Точнее дерьмом! Кто-то, видимо, наступил и перепачкался.

— А что у тебя на лацкане? — поинтересовалась Наташа. — А еще вот тут и тут!

— На себя посмотри! Просто у тебя шубка коричневая, но если приглядеться, ты сегодня не Варлей, а дерьмовочка!

Вероятно, в темное подземелье за последние несколько веков забегали только собаки и пьяные — с известной целью. Пришлось долго чиститься снегом в парке. Филатов сказал: «Это всем вам урок! Нельзя искать истину где попало! Окажешься по уши в дерьме!»

Кажется, Мишка бывал в своем институте реже, чем в нашем общежитии. Позже многие замечали, что Задорнов произносит свои монологи в манере, напоминающей нашу с Леней. По-щукински. И неудивительно: Миша действительно впитал атмосферу вахтанговской школы, думаю, мог бы даже получить диплом артиста!

У нас был увлекательнейший предмет — наблюдения. Будущих актеров учили подмечать мельчайшие детали, ведь в искусстве, как и в жизни, нет мелочей. Задорнов с удовольствием следил, как мы с Леней и Борей подсматриваем за людьми: в метро, на улице, в магазинах. Этот метод перекочевал в его миниатюры: точные наблюдения стали отличительным знаком Мишиного творчества.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Движение и дыхание Движение и дыхание

Что надо знать про Аштанга-йогу и как начать практику

Yoga Journal
Ложка утешения Ложка утешения

Лобио как путешествие во времени

Огонёк
Сальма Хайек. Отчаянная домохозяйка Сальма Хайек. Отчаянная домохозяйка

В его глазах я не была художником. Даже не была человеком. Я была куском мяса

Караван историй
Ной на дне Ной на дне

Кто спасет бомжей от себя и от всемирного потопа

Русский репортер
По стопам апостола По стопам апостола

Что ищут и что находят современные паломники на пути к святому Иакову

Огонёк
С пряным акцентом С пряным акцентом

Азиатские соусы на твоем столе

Лиза
«Откопаем машину. Цена договорная» «Откопаем машину. Цена договорная»

Крупнейшие снегопады немедленно привели к появлению на рынке новых услуг

АвтоМир
Общее дело Общее дело

Кубанское братство, тульский хаб и кемеровский кооператив

РБК
Самый черный дом на свете построили в Южной Корее Самый черный дом на свете построили в Южной Корее

Из самого черного материала на планете Vantablack построили дом в Южной Корее

National Geographic
Не такие, как мальчики? Не такие, как мальчики?

Как воспитать девочку, советуют психологи

Домашний Очаг
Культурный код Культурный код

Как треска спасла человечество, открыла Америку и стала в Москве дефицитом

Tatler
Четыре комнаты Четыре комнаты

Четыре новых отеля, приглашающих окунуться в жизнь мегаполисов Европы и Азии

AD
Под крышей дома своего Под крышей дома своего

Квартира с мансардой на последнем этаже сталинского дома

AD
Микропластик добрался по пищевой цепи до высших хищников Микропластик добрался по пищевой цепи до высших хищников

Пластиковый мусор, заполняющий воды Мирового океана добрался и до тюленей

National Geographic
_Не музыка еще, уже не шум _Не музыка еще, уже не шум

Как научить машину сочинять музыку и писать картины

Популярная механика
Торжество цивилизации Торжество цивилизации

Иван Давыдов: Власть в стране стала более прогрессивной

СНОБ
«Всегда всё делаю сам» «Всегда всё делаю сам»

Создатель музыкальной группы Pizza певец и композитор Сергей Приказчиков

OK!
Американские герои Американские герои

Как и на чем зарабатывает российский офис The Walt Disney Company

РБК
Бизнес-Модель Бизнес-Модель

Что стоит за успехом «fashion-инкубатора» LuxCartel

Elle
Сами с ушами Сами с ушами

Рассказываем вам о впечатлениях от Disneyland

Добрые советы
Жесткое ретро Жесткое ретро

Настя Ивлеева – девушка, которая зарабатывает на жизнь своим чувством юмора

Maxim
Виталий Антонов: Ваш бренд используют паразиты Виталий Антонов: Ваш бренд используют паразиты

Юрист — о том, как на репутации известных брендов наживаются конкуренты

СНОБ
Ритмы Абу-Даби Ритмы Абу-Даби

Не ищи машину времени, а купи билет до Абу-Даби

Cosmopolitan
Артур Хачуян Артур Хачуян

Артур Хачуян – создатель главного российского BigData-алгоритма

Esquire
Светская хроника Светская хроника

Действуйте оригинально — езжайте в Ереван

SNC
Прямой телефон Бога Прямой телефон Бога

Время и связь Григория Великанова

Русский репортер
Хайку: вот и все стихотворенье Хайку: вот и все стихотворенье

Древнее японское искусство и сегодня пользуется успехом

Psychologies
Фолклендские острова: царство природы и предмет территориального спора Фолклендские острова: царство природы и предмет территориального спора

Фолклендские острова – одинокий архипелаг в Атлантическом океане

National Geographic
Пошли по головам Пошли по головам

Скрабы и лосьоны, BB- и ночные кремы, маски и масла – уход за волосами все больше походит на ритуалы для лица. Что это – благо для наших голов или желание брендов побольше заработать?

Psychologies
Заразиться паразитами за 1000 евро: научный эксперимент в Нидерландах Заразиться паразитами за 1000 евро: научный эксперимент в Нидерландах

Медики попросили группу добровольцев заразиться червями-трематодами

National Geographic
Открыть в приложении