Юрий Анненков. Рисуя звезд

GALA БиографияСтиль жизни

Искусство / Юрий Анненков

Баловень судьбы

Чтобы одному человеку столько талантов дано!» – завидовали ему коллеги – художники, поэты, писатели, кинематографисты. Потому что Юрий Анненков был не в последнюю очередь талантливым поэтом, писателем, кинематографистом, но в первую – художником, графиком, чьи работы знают даже те, кто никаких графиков не знает.

Текст: Владимир Симонов

Звездный парадокс – как бы ни падал на тебя свет звезды, рядом с которой ты находишься, тебе всегда суждено оставаться в ее тени. Но с художником Юрием Анненковым, с детства пребывавшим в окружении ярчайших знаменитостей эпохи, все случилось иначе…

Несколько лет назад один из написанных им кубофутуристических портретов был продан на аукционе Christie’s за 4 миллиона фунтов стерлингов. Даже сам перечень портретных моделей Анненкова выглядит внушительно: Максим Горький, Николай Евреинов, Александр Бенуа, Борис Пастернак, Анна Ахматова, Георгий Иванов, Владислав Ходасевич, Федор Сологуб, Корней Чуковский, Николай Петров, Евгений Замятин, Михаил Кузмин, Всеволод Мейерхольд, Владимир Маяковский, Виктор Шкловский, Велимир Хлебников, Алексей Ремизов, Иван Пуни, Всеволод Пудовкин, Федор Комиссаржевский, Ольга Глебова-Судейкина, Борис Пильняк… он был дружен со всеми; а еще портреты революционных вождей, включая Ленина и Троцкого, красных командиров, в большинстве потом расстрелянных, знаменитых русских парижан и французских актеров – великолепное созвездие Юрия Анненкова. Когда Анненков взялся написать автобиографию, она сама собой превратилась в огромное собрание биографических очерков о его великих друзьях – «Дневник моих встреч».

Автопортрет. 
Анненков любил оставлять на портретах ненарисованной половину лица, что умножало выразительность прорисованной части.
1920 год.
Russian Look

Он вовсе не был «прилипалой» (если у вас вдруг возникло такое впечатление). Хотя сегодня его помнят лишь как художника, создавшего удивительные портреты знаменитых современников, друзья знали его и как замечательного живописца, графика, книжного иллюстратора, театрального декоратора, сценографа, режиссера, поэта и писателя. «Наш пострел везде поспел», – восхищался многообразием талантов друга известный русский масон в Париже, писатель Михаил Осоргин.

1919 «Автопортрет»
Картина написана в квартире Дмитрия Менделеева в тяжелое время военного коммунизма, когда художник, по его признанию, был «доведен до полной нищеты», топил печь паркетом и межкомнатными дверями (на лице отсвет в темной комнате от огня в буржуйке: электричества не было), но при этом всю библиотеку все же оставил нетронутой.
Russian Look

И все же главным талантом в нем было его неиссякаемое жизнелюбие. «Жизнь ему вкусна, – писал о нем Корней Чуковский. – Любят его все очень, зовут Юрочкой». Он был рожден с добрым солнцем внутри, но в детстве мечтал стать революционером, как весь анненковский род. Его дальним родственником был тот самый декабрист Иван Анненков, чья романтическая история любви с француженкой Полиной Гебль, отправившейся вслед за женихом на каторгу в Сибирь, была воспета не одним романистом. Ту же судьбу повторил и его отец, Павел Семенович Анненков, который был народовольцем, по счастливой случайности избежал повешения, прошел через сибирскую каторгу, а когда ее заменили ссылкой в Петропавловск Акмолинской области (ныне Казахстан. – Прим. ред.), к нему приехала жена, и там в 1889 году у них и родился сын, нареченный Юрием. Ему было 4 года, когда семье разрешили переехать в Самару, где Павел Анненков познакомился с семьей Ульяновых, и с тех пор у них с Владимиром Лениным завязалась переписка. Когда Юре исполнилось 6 лет, Анненковы перебрались в Санкт-Петербург, где глава семейства, благодаря связям с бывшими соратниками по подполью, а ныне высокими чиновниками, возглавил крупное страховое общество, имевшее отделения в самых захолустных углах империи, разбогател и обзавелся прекрасным имением в финляндском местечке Куоккала (ныне Репино).

Юрий Анненков в возрасте двух лет в Петропавловске Акмолинской области. Будучи большим мистификатором, в своих автобиографиях художник указывал местом рождения Петропавловск-Камчатский.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR
Дед по отцовской линии, Анненков Семен Епафродитович, был известным ученым-лесоводом, учредителем первого в России Лесного общества.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR
Бабушка и дедушка по материнской линии, Надежда Ивановна и Александр Иванович Маковы, были революционерами – бабушка из-за этого попала в Петропавловскую крепость, дедушка – выслан в Сибирь.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR
Зинаида Александровна Анненкова, мать художника (в девичестве – Макова). 1885 год.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR
Отец художника, Анненков Павел Семенович, в юности состоял в террористической организации «Народной воли», совершившей убийство Александра II. Вместе с Перовской, Кибальчичем, Михайловым, Желябовым и Рысаковым был арестован, но в отличие от них избежал повешения, отделавшись каторгой и ссылкой.
1890-е годы.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR
Юрий Анненков со старшей сестрой Надеждой. Всего у Анненковых было пятеро детей. 1893 год.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR

Тогда же гимназист Юрий Анненков познакомился с кумирами-революционерами. Народоволец Вера Фигнер, выйдя из заключения, гостила у них. «Я слышала, что вы уже тоже революционер?» – улыбалась она и расспрашивала «Юрика» о школьных организациях. «Гимназист пятого класса, я был уже замешан в гимназическом революционном движении, выступал с речами на нелегальных гимназических сходках, участвовал в уличных демонстрациях, прятался от казаков в подворотни, видел кровь на мостовой и на тротуарах, потерянные калоши и зонтики, состоял в школьном «совете старост», – вспоминает он. За революционность, но в большей степени за карикатуры на учителей мальчика исключили из гимназии.

На экзамене на школьный аттестат Юрий завалил математику. Зато блеснул стихотворным переводом с латыни перед председателем экзаменационной комиссии поэтом Иннокентием Анненским, который и велел исправить «неуд» на тройку с минусом. В результате Анненков смог поступить на юрфак в Петербургский университет. 1908 год.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR

Сосед по даче, «буревестник революции» Максим Горький, его одобрил: «Молодчага, так ты, пожалуй, скоро и в университет попадешь». И пояснил, что имеет в виду не тот университет, в котором читают лекции, а тот, в котором построены одиночные камеры с решетками на окнах, намекая на название будущей книги – «Мои университеты». Горький был для него «старшим товарищем», дружбу с которым он пронес через всю жизнь.

А вот Ленин, в 1906 году скрывавшийся от полиции на соседней даче Ваза в Куоккале, произвел на юношу странное впечатление: «Небольшого роста, бесцветное лицо с хитровато прищуренными глазами, типичный облик мелкого мещанина». Анненков вспоминает, как, раскачиваясь в их саду на качелях, тот, посмеиваясь, говорил: «Какое вредное развлечение: вперед – назад, вперед – назад! Гораздо полезнее было бы: вперед – вперед! Всегда – вперед!» И все смеялись вместе с Лениным.

А еще рядом с Анненковыми в Куоккале жило музыкальное семейство Пуни и друг детства Иван Пуни – будущий знаменитый художник, бравший тогда уроки у Ильи Репина, купившего здесь имение Пенаты почти одновременно с Анненковыми. В другом доме жил художник и меценат, друг Евреинова и Мейерхольда Николай Кульбин. Добрым соседом был Корней Чуковский, который в своем знаменитом домашнем журнале «Чукоккала» написал и про первое знакомство с «талантливым гимназистом», из которого, «кто знает – может быть, выйдет поэт, а быть может, художник».

Семейное фото в Куоккале. На фото: Юрий (стоит) c родителями и младшей сестрой Зинаидой. Женщина слева – Вера Фигнер. Середина 1910-х годов.
Из личного архива Е.А. Чегловой/DR

«Я был еще подростком, когда в 1905 году Репин, увидав мой портретный набросок с писателя Евгения Чирикова (жившего на нашей даче), погладил меня по голове и сказал: «Ты будешь крепким портретистом… если не собьешься с дороги», – вспоминал Анненков. С Репиным он, несмотря на разницу в возрасте, подружился, и они часто хаживали друг к другу в гости. В Пенатах юноша перезнакомился с множеством знаменитостей, приезжавших из столицы. В этом своеобразном Переделкине Серебряного века гости, как в сообщающихся сосудах, перетекали из дома в дом, и у Анненковых гостили многие литераторы – они даже прозвали их имение «литературной дачей». «...В комнате для друзей на кровати, на которой в разное время ночевали Владимир Маяковский, Михаил Кузмин, Василий Каменский, Осип Мандельштам, Виктор Шкловский, Лев Никулин, Бенедикт Лившиц, Владимир Пяст, Александр Беленсон, Велимир Хлебников, всех не упомню…» – пишет он в «Дневнике моих встреч», вспоминая, как, например, былинный «сказитель» Рябинин копал с отцом грядки в огороде и обильно «сказывал» («слушать его я мог без конца, как добрый церковный хор»).

Как Николаша Евреинов, проживавший в доме целую зиму, развел во втором этаже курятник, «так что там пришлось произвести капитальный ремонт».

Изгнанный из гимназии, среднее образование Юра завершил частным образом и поступил на юрфак университета в Петербурге, хотя не собирался становиться юристом: просто вся талантливая молодежь тогда училась там. Он посещал рисовальные классы Зайденберга, где учился и Марк Шагал, но год спустя срезался на экзамене в Академию художеств и потом брал частные уроки у знаменитого профессора Академии Яна Ционглинского, стяжавшего в столице славу «первого русского импрессиониста». Ционглинский прозвал его «Малявиным в студенческой тужурке» и дал оригинальный совет – плюнуть на Академию – и на юрфак тоже – и отправляться во Францию.

В Париж он прибыл весной 1911 года. Снимал ателье на улице Кампань-Премьер и посещал знаменитые художественные академии «Гранд-Шомьер» и «Ля Паллет». Тогда же там жил и его друг Иван Пуни, с которым они гуляли по бульварам в вывернутых наизнанку пиджаках, «эпатируя» публику. Очарованный городом любви веселый и общительный петербуржец пил в уютных кабачках и соблазнял в Люксембургском саду парижанок, в честь которых писал потом стихи. Например: «Это была девушка шестнадцати лет, звали эту девушку Мариетт…» Впрочем, помимо Мариетт были «маленькая Габриель», еще Генриетта. Как утверждают биографы Анненкова, в последнем случае речь идет о юной натурщице Генриетте Мавью, музе Кислинга и Модильяни.

Но при всем при том молодой повеса умудрялся много работать, постоянно рисовал и городские пейзажи, и уличные сценки. В Петербург он вернулся мастером, виртуозно владеющим разнообразными «измами» – от импрессионизма до сюрреализма и кубизма, а его бесподобное кубическое полотно «Адам и Ева», хранящееся ныне в Третьяковской галерее, произвело настоящий фурор. Впрочем, он все больше рисует карикатуры и шаржи для «Сатирикона» или «Аргуса». Талант молниеносных зарисовок приводит его в театр, где в 1913 году он дебютирует в качестве художника-декоратора у доброго знакомца по Куоккале, режиссера Николаши Евреинова в театре «Кривое зеркало». Живет в основном в Куоккале, где частенько «дуется» с Владимиром Маяковским в крокет по пятьдесят копеек партия.

Картина Юрия Анненкова «Адам и Ева» вызвала полемику в художественных кругах. Евгений Замятин отзывался так: «У Анненкова – к Еве идет Адам с балалайкой, и у Адамовых ног в раю – какой-то паровозик, петух и сапог. Не смешно ли тут говорить о каком-то реализме – хотя бы даже и «нео»? Ведь известно, что желоб – есть желоб, и в раю – даже земном – все без сапог». 1913–1918 годы.
AKG/East News

Анненков был у Репина в Пенатах, отмечая день его семидесятилетия, когда пришла, запыхавшись, соседка по даче и выдохнула: «Война!» Первая мировая война почти не изменила жизнь столичной богемы. Большинству друзей удалось отвертеться либо с помощью влиятельных родственников (как Шагалу и Анненкову), другим помог Горький (как Маяковскому), а самые немощные (как поэт Кузмин) не прошли по здоровью. Из друзей на войну ушли разве что Николай Гумилев и Бенедикт Лившиц. Оба позднее были расстреляны большевиками.

В начале войны в 1914 году по Невскому проходила колонна призывников, Анненков (справа) и Чуковский (второй слева) были в толпе, провожая поэта Бенедикта Лившица (второй справа). Там они встретили Мандельштама (слева). Вдруг к ним подошел незнакомый человек и попросил разрешения сфотографировать их. Фотографом оказался знаменитый Карл Булла, у которого снимались цари.
Russian Look

Военное время Анненков весело проводил в богемном подвале «Бродячая собака» на Михайловской площади в Петербурге, где собирался весь цвет столичных литераторов, и в Куоккале – катался на лодке в Финском заливе с Мейерхольдом, вел пьяные дискуссии с Сергеем «Сережей, Серегой, Сергуней» Есениным, с которым познакомился на одной из репинских сред, увел к себе ночевать, и знакомство быстро перешло в «близость и потом в забулдыжное месиво дружбы».

Его все больше увлекал театр, он работал в кабаре «Привал комедиантов», сотрудничал с Театром им. В.Ф. Комиссаржевской в Москве, а с 1915 года еще и с кабаре «Летучая мышь» Никиты Балиева. Там познакомился с актрисой и балериной Еленой Гальпериной. Российская империя несла тяжелые потери на фронте, а для Юрия Анненкова наступило счастливое время любви. Роман был стремительным и со скорой свадьбой.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Жили они долго и счастливо Жили они долго и счастливо

Брак Софи Лорен и Карло Понти называли уникальным, исключительным, самым прочным в истории кинематографа. История знает немало случаев, когда известный продюсер женился на красавице актрисе, по возрасту годящейся ему в дочери. Но Карло и Софи были единственными, кому удалось создать крепкую семью и жить долго и счастливо, как в сказке. Правда, как и в любой сказке, на пути к счастью их ожидали преграды, причем посерьезнее, чем классические козни злых фей.

GALA Биография
Ждать или не ждать, вот в чем вопрос Ждать или не ждать, вот в чем вопрос

Почему не любят актрису и директора Ирину Апексимову

Русский репортер
Любовь, похожая на смерть Любовь, похожая на смерть

Джим Моррисон и Памела Курсон. Любовь на пределе

GALA Биография
Художник — Ирина Корина Художник — Ирина Корина

Амбициозный художник Ирина Корина о своих сомнениях и достижениях.

Numéro
Лаборатория высокого полета Лаборатория высокого полета

Международная космическая станция — одна из самых необычных научных площадок, имеющихся в распоряжении человечества. Какие эксперименты проводят там ученые и космонавты?

GEO
Сплошное беспокойство Сплошное беспокойство

Как победить тревожность.

Добрые советы
Павел Деревянко. Эффект невесомости Павел Деревянко. Эффект невесомости

Смешной, талантливый и очень искренний – именно такой Павел Деревянко

Cosmopolitan
Яблоч­ки от яблоньки Яблоч­ки от яблоньки

Иванка и Тиффани Трамп - девушки мечты со всеми подробностями.

Tatler
Точка опоры Точка опоры

Мифов о позвоночнике сложено немало, разбираем самые живучие из них.

Добрые советы
Родные люди Родные люди

Где найти справедливость и как жить без нее.

Русский репортер
Женское дело Женское дело

Накануне Международного женского дня мы решили поговорить с известными в нашей стране девушками-гонщицами.

АвтоМир
Илья Глинников: Главный мужской порок – попытки казаться круче Илья Глинников: Главный мужской порок – попытки казаться круче

Илья Глинников о недостатках сильного пола: «Главный мужской порок – попытки казаться круче».

Лиза
Актри­са Весна Актри­са Весна

Голливудская актриса Зои Дойч - о съемках с Данилой Козловским и будущих премьерах.

Vogue
Север помнит Север помнит

Зачем ехать на Фареры.

GQ
Осмелиться на близость Осмелиться на близость

Близкие отношения позволяют нам оставаться собой и вместе с тем развиваться

Psychologies
Девочки vs мальчики. Воспитывать одинаково или по-разному? Девочки vs мальчики. Воспитывать одинаково или по-разному?

Советует психолог Александр Кузнецов.

Домашний Очаг
Hyundai Solaris Hyundai Solaris

Симпатичный дизайн, приемлемая цена и достойные характеристики.

АвтоМир
Сдела­ет из него человека Сдела­ет из него человека

Эмма Уотсон и Дэн Стивенс рас­кры­ва­ют сек­ре­ты «Краса­ви­ца и Чудови­ще»

Glamour
Гражданин Петербург Гражданин Петербург

Как в Северной столице устроен общественный протест.

Русский репортер
Gagarin полетел Gagarin полетел

Как Николай Давыдов стал инвестором и превратил свою жизнь в сериал

РБК
Реки у нас под ногами Реки у нас под ногами

Большинство рек в крупных городах текут под землей, в коллекторах

Популярная механика
Испор­тил квар­тир­ный вопрос Испор­тил квар­тир­ный вопрос

Глава Airbnb Брайан Чески придумал еще один способ заработать миллиард - сдавать в аренду наши таланты.

Tatler
Это все моя жизнь Это все моя жизнь

Актриса Ингеборга Дапкунайте о вдохновляющих людях, стремлении делать хорошее и о том, в чем ей в жизни повезло.

Домашний Очаг
Деньги из-под капота: стартап CarMoney хочет приучить россиян к розничным займам под залог ПТС Деньги из-под капота: стартап CarMoney хочет приучить россиян к розничным займам под залог ПТС

Интервью с основателем стартапа CarMoney, предоставляющим кредит под залог авто

Forbes
Skoda Octavia: дискурс о ракурсе Skoda Octavia: дискурс о ракурсе

Четырехглазая рестайлинговая Skoda Octavia многих смутила своим видом.

АвтоМир
Coverstory: Александра Бортич Coverstory: Александра Бортич

Интервью с уникальной актрисой Сашей Бортич.

SNC
Освободиться от чувства вины Освободиться от чувства вины

Искать в себе недостатки, переживать из-за своей ущербности – удел многих из нас

Psychologies
Вкус манги Вкус манги

Скарлетт Йоханссон об аниме и моногамии.

GQ
Золотой мальчик Золотой мальчик

Как при­вить ма­лы­шу лю­бовь к спор­ту? Расска­зы­ва­ет мама че­ты­рех­лет­не­го Саши Плющен­ко, Яна Рудковская.

Vogue
Холодный карлик и его обитатели Холодный карлик и его обитатели

Есть ли жизнь на WISE J0855-0714?

Популярная механика
Открыть в приложении