«Время глобальных исторических проектов закончилось»

Почему Google — это новая философская машина

ЭкспертОбщество

 «Время глобальных исторических проектов закончилось»

Профессор философии и известный теоретик искусства Борис Гройс — о том, что случилось с советским проектом после холодной войны, о призраке сегодняшнего капитализма и о том, почему Google — это новая философская машина

Тихон Сысоев

Борис Гройс считает, что при капитализме проекты могут быть только индивидуальными, личностными, а идея единого проекта воспринимается как ложная, репрессивная и тоталитарная. Фото: из личного архива Бориса Гройса

Что стало с советским проектом и куда России двигаться дальше — в конечном счете, какова ее метафизическая и историческая идея? Эти вопросы обсуждаются постоянно. Казалось бы, 1990-е годы расставили все точки над i в главном противостоянии XX века; история, как сказал Фрэнсис Фукуяма, закончилась. Однако повсеместная рефлексия по поводу краха социального государства, рост национализма и борьба с русификацией демонстрируют, что мы вступили в новую эпоху, в рамках которой единоличное доминирование капиталистической системы и дигитализация по-новому определяют повседневность и природу человека, а лишь недавно обрушившийся советский проект перевоплощается в новые формы.

Эту тему мы решили обсудить с Борисом Гройсом — российским ученым с мировым именем, который вот уже много лет живет и работает в США. Он родился в Восточном Берлине, получил образование в СССР, а после эмиграции в 1981 году стал одним из немногих покинувших страну советских интеллектуалов, кто сделал блестящую академическую карьеру на Западе. Автор ряда важнейших философских работ по русской культуре и современному искусству, первый исследователь Московской концептуальной школы, куратор выставок, в том числе российского павильона на Венецианской биеннале, — исследовательский взгляд Бориса Гройса уникален для нас хотя бы потому, что философ, с одной стороны, был свидетелем советской эпохи и как мало кто другой понимает русскую культуру, а с другой стороны, сам уже много лет живет в западном обществе, наблюдает и изучает его.

— Борис Ефимович, советскому прошлому вы посвятили целую книгу «Коммунистический постскриптум». С чем связан интерес к этой эпохе, ведь вы уже много лет живете на Западе?

— Во-первых, советская цивилизация была уникальным феноменом — во многом беспрецедентным. Во-вторых, поскольку я частично был ее свидетелем, мне всегда было интересно на нее как-то отреагировать. Семидесятые годы вообще приоткрыли новый этап в осмыслении советского проекта. Я был связан с диссидентской средой и хорошо помню, как в шестидесятые все были резко настроены против всего советского. Многие знакомые хотели уехать из страны, а перед глазами были Бродский и Тарковский — воплощение всего антисоветского. А в семидесятые настроения изменились: все вдруг ужасно заинтересовались советской системой, стали над ней рефлексировать.

В общем, меня все это тогда очень интересовало — в том числе как человека русской культуры. И эти темы, повторюсь, не ушли в прошлое. На Западе проблемы социализма, коммунизма и капитализма обсуждают сегодня очень активно. Не думайте, что напряжение и диалог между в широком смысле капитализмом и в широком смысле социализмом куда-то исчезли. У этого противостояния огромная история, которая холодной войной не завершается. Уже Платон предложил государственную модель без частной собственности. И раннехристианские монастыри были организациями, которые также исключали частную собственность. То есть проблема частной собственности — отказа или принятия частной собственности — это, конечно, вечная проблема европейской цивилизации и культуры. За многовековую историю обсуждения этого вопроса маятник качался то в одну, то в другую сторону. И Советский Союз, пожалуй, один из самых интересных эпизодов в истории этой традиции.

— Из-за своей масштабности?

— Не только. Он оказался еще и самым долговременным. В европейской истории было очень много социалистических экспериментов. Были англосаксонские эксперименты по созданию коммун, были похожие проекты в Израиле (там до сих пор существуют социалистические кибуцы), был эксперимент Парижской коммуны. Но все они, в общем, оказались очень ограниченными и кратковременными, так что к началу двадцатого века было ощущение и даже убеждение, я думаю, что долговременный социалистический эксперимент просто невозможен. Однако, несмотря на это, Советский Союз просуществовал семьдесят лет. Конечно, этот эксперимент был трагичным и кровавым. Но, знаете, все исторические эксперименты трагичны и кровавы. Уж сколько Французская революция перебила людей во имя прав человека — не сосчитать. В свое время английский философ Эдмунд Берк, прочтя манифест о правах человека, сказал, что лучше быть англичанином, чем человеком. Гегель не случайно писал, что история — это Голгофа духа.

— Почему же именно в России социалистический проект оказался настолько долгим? Беспрецедентно долгим, как вы сами сказали.

— Это непросто объяснить. Дело в том, что история — это все-таки событийный, спонтанный процесс, едва ли укладывающийся в логику тех или иных законов. И в этом плане мне очень нравится мысль Троцкого, который вообще почти всегда был очень точным в своих диагнозах. Он писал, что все социалистические эксперименты провалились на Западе потому, что буржуазные лидеры там всегда были более циничными и жестокими, чем социалистические утописты, и лучше понимали расстановку сил, реальное положение вещей. Но мы, продолжает Троцкий, тем и отличились, что лучше всех остальных в России понимали, что на самом деле происходило в стране. Революцию ведь сделали эмигранты, которые вернулись в империю с Запада, имея большой опыт международных политических дискуссий.

Тут не надо забывать, что западная культура — это культура с огромной историей и традицией подозрения, скепсиса. И в первую очередь этот скепсис всегда распространялся на человека. Вся эпоха Просвещения — это постоянное упражнение в искусстве подозрения: а почему вы это говорите? а откуда вы это взяли? а почему вы считаете, что он хороший? а, может быть, он на самом деле прикидывается? Россия же по своей социальной и культурной природе всегда была менее подозрительна. И вот в эту страну коммунисты приехали с огромным аналитическим, просвещенческим багажом, с совершенно холодным, рассудочным взглядом на вещи. У них вообще не было никаких иллюзий. Это у всех остальных были какие-то иллюзии, что можно сохранить империю, победить в войне, что Россия должна духовно возрождаться и так далее. А у большевиков иллюзий не было, и именно благодаря этому они и победили.

— Положим, благодаря усвоенной культуре подозрения большевики и взяли власть в свои руки. Но почему сумели удержать ее так надолго?

— Вы знаете, французы ненавидели Эйфелеву башню, пока она строилась, а потом полюбили. Мне кажется, это случилось и в России. Вообще, двадцатый век был временем удивительной пластичности масс: они отчего-то с огромным энтузиазмом принимали то, что им предлагалось. И когда советский режим был установлен, он просто начал нравиться. Он начал нравиться прежде всего потому, что дал людям какие-то перспективы: сломалась сословная система, открылись широкие карьерные возможности, погибла ненавистная для многих традиционная русская аристократия.

— А потом просто канул в небытие?

— Мне кажется, что в сегодняшней России советский проект был перекодирован в русский империализм — и эта перекодировка глубоко интегрировалась как в общественное сознание страны, так и в сознание людей, проживающих в сопредельных ей государствах. Этот сдвиг очень важен. Он, мне кажется, полностью определяет политическое сознание современной России. Отсюда, кстати сказать, и такая популярность фигуры Сталина — человека, попытавшегося осуществить синтез социализма и империализма. И именно поэтому борьба с русификацией в сопредельных России странах сегодня превратилась в борьбу с коммунизмом.

Более того, как бы парадоксально это ни звучало, но я считаю, что главная проблема современной русской культуры — это то, что она стала русской: она утратила свое советское, интернациональное измерение. В качестве советской культуры она была культурой международной. Тогда во всем мире были коммунисты, антикоммунисты, коммунистические партии, антикоммунистические движения. Это был единый мир, внутри которого Россия занимала свое место и оперировала единым глобальным языком политики, дискутировала, спорила, настаивала на своем глобальном проекте.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Президентский харассмент топит демократов Президентский харассмент топит демократов

Дональд Трамп изящно переиграл демократов и повысил свои шансы на второй срок

Эксперт, сентябрь'19
Обходить разрешенное Обходить разрешенное

Цензура — явление хотя и старое, но не теряющее своей актуальности

Elle, октябрь'19
Нулевая ступень Нулевая ступень

Весной 2019 года в небо поднялся самолет с самыми большими крыльями в истории

Популярная механика, октябрь'19
Ситуация с разводами Ситуация с разводами

Почему логомания и цветочные принты уступают в актуальности технике тай‑дай

Vogue, май'19
Таймлайн: история рэпа от Гарлема до красных дорожек и миллионных контрактов Таймлайн: история рэпа от Гарлема до красных дорожек и миллионных контрактов

Путь хип-хопа из гетто на красные дорожки

Esquire, апрель'19
Стадо буйволов спасает собрата от гибели в лапах львов: видео Стадо буйволов спасает собрата от гибели в лапах львов: видео

Зов помощи попавшего в передрягу буйвола был услышан сородичами

National Geographic, апрель'19
Голая правда Голая правда

Несколько лет назад Карина Эвн впала в депрессию, когда потеряла волосы и брови

StarHit, апрель'19
Пакуй чемодан Пакуй чемодан

«СтарХит» узнал, как звезды проведут майские праздники

StarHit, апрель'19
Шоссе в никуда Шоссе в никуда

Маршрут Москва — Челябинск среди дальнобойщиков считался одним из самых опасных

Men’s Health, май'19
МТС присмотрела кино на свой вкус МТС присмотрела кино на свой вкус

Оператор «большой тройки» начал переговоры о покупке ivi.ru

РБК, апрель'19
Big Baby Tape: «Меня очень сложно сейчас удивить, ничего не цепляет» Big Baby Tape: «Меня очень сложно сейчас удивить, ничего не цепляет»

Его первый же альбом DRAGONBORN послушали больше 45 миллионов человек

Esquire, апрель'19
Человек на борту Человек на борту

Пора покупать свой джет

Robb Report, апрель'19
Виктор Добронравов. Баловень судьбы Виктор Добронравов. Баловень судьбы

О чем мечтает Виктор Добронравов

Караван историй, май'19
Муж на час Муж на час

Николас Кейдж второй месяц добивается аннулирования четырехдневного брака

StarHit, апрель'19
Как изменились породы собак за 100 лет Как изменились породы собак за 100 лет

Узнай, как выглядел прапрапрапрапрапрапрапрапрадед твоего Шарика

Maxim, апрель'19
Beverly Hills 90035 Beverly Hills 90035

История любого роскошного отеля — это история о гостеприимстве и комфорте

Elle, май'19
Эволюция капитализма Эволюция капитализма

Могут ли появиться новые миллиардеры в России

Forbes, май'19
Самая опасная птица в мире убила своего хозяина Самая опасная птица в мире убила своего хозяина

Казуар – единственная птица на всей планете, что периодически убивает человека

National Geographic, апрель'19
«Слуга народа» — предвыборный сериал «Слуга народа» — предвыборный сериал

Сериал как опыт программирования нации

Эксперт, апрель'19
Врачи без границ Врачи без границ

Что делать, если ты заболел в другой стране

Men’s Health, май'19
«Сейчас я счастлива!» «Сейчас я счастлива!»

Телеведущая и просто красивая женщина Арина Шарапова

OK!, апрель'19
Кому добавки? Кому добавки?

Нуж­ны ли нам пи­ще­вые до­бав­ки для кра­со­ты ко­жи и во­лос

Glamour, май'19
Сознание или интуиция: что сильнее? Сознание или интуиция: что сильнее?

Психологи уверены: не всегда стоит полагаться на шестое чувство

Psychologies, апрель'19
Что будет, если есть виноград целых два месяца (каждый божий день) Что будет, если есть виноград целых два месяца (каждый божий день)

Мы думали, что опять все плохо, но были удивлены!

Playboy, апрель'19
А нос и ныне там А нос и ныне там

Что стало с нашими носами и другие интересные факты о искусстве обоняния

Maxim, май'19
BMW X7 BMW X7

Здесь даже пассажиры третьего ряда отнюдь не обделены комфортом

Quattroruote, май'19
Сборы в роддом: список необходимого Сборы в роддом: список необходимого

Чтобы чувствовать себя спокойно, нужно заранее собрать вещи для родильного дома

9 месяцев, май'19
Тихо! Идет съемка Тихо! Идет съемка

Интервью со Станиславом Дужниковым

OK!, апрель'19
Стойкие безымянные солдатики Стойкие безымянные солдатики

Roim Rachok, в переводе с иврита — «Взгляд в будущее»

Esquire, май'19
Правильные пищевые привычки с детства: что важно знать? Правильные пищевые привычки с детства: что важно знать?

Одна из главных задач – научить подрастающего малыша правильно питаться

9 месяцев, май'19