Вароша: мертвый сезон. Как выглядит кипрский курорт через 44 года после войны

Русский репортерОбщество

Вароша: мертвый сезон

Как выглядит кипрский курорт через 44 года после войны

Александр Рыбин

Корреспонденту «РР» удалось побывать в закрытой военной зоне, уже в течение 44 лет недоступной для репортеров и туристов. Вароша — район города Фамагуста на севере острова Кипр, одно из самых известных в мире заброшенных поселений, растянувшееся на семь километров вдоль берега Средиземного моря. Что может сделать с некогда оживленным местом даже «ограниченный» конфликт?

Все дело в дожде. Если бы не начался дождь, то вряд ли удалось бы так легко попасть в Варошу, которую турецкие военные стерегут от посторонних…

История запустения

Летом 1974 года после того, как власть на Кипре захватила националистическая греческая организация и объявила о намерении присоединиться к Греции, Турция ввела войска для защиты турецкого населения острова. В июле в северных районах острова были высажены десанты. Греческое население Вароши, 45 тысяч человек, бежало из района, так как город Фамагуста являлся одной из целей турецкой армии.

В начале 1970-х Вароша была одним самых популярных приморских курортов в мире. К 1974 году там работали 104 гостиницы (около 60% всех кипрских гостиниц на то время), десятки баров, ночных клубов, магазинов модной одежды и других заведений, где богатые туристы со всего мира проводили свой досуг. На золотистых песчаных пляжах Вароши отдыхали Ричард Бертон и Брижит Бардо. А в гостинице «Арго» на улице Джона Кеннеди периодически селилась Элизабет Тейлор.

Курорт достался турецким солдатам в идеальном состоянии — хоть завтра снова запускай туристов. Но турецкие генералы решили иначе.

— Наши генералы столько всего вывезли из Вароши после ее оккупации! — рассказывает коренной житель Фамагусты, этнический турок Фарид. — Понятно, что им трудно было удержаться, столько дорогих и модных вещей в гостиницах и жилых домах. Греки бежали в панике, им некогда было собираться — что успели с собой захватить, то и унесли.

Заняв северную часть острова, почти треть территории Кипра, турецкая армия помогла местным этническим туркам создать собственные органы власти. Позже была провозглашена Турецкая республика Северного Кипра. Это государство до сих пор признано лишь Турцией. С лета 1974 года единственными обитателями шести квадратных километров являются турецкие военные, охраняющие район, и ограниченный контингент ООН. По периметру Вароша обнесена забором; с юга, где турецкая часть Кипра граничит с греческой, даже установлено минное поле. Через каждые несколько метров на заборе развешаны черно-красные плакаты с изображением солдата и надписью на турецком, греческом, английском и немецком: «Запретная зона».

— Турецким властям невыгодно передавать Варошу греческим властям, — продолжает свой рассказ Фарид, — ведь тогда будут очевидны масштабы мародерства турецких военных. Если открыть доступ в этот район, любой поймет, сколько всего было там разграблено и испорчено. А потом вдруг местные жители захотят подать в суд на турецких военных, требовать возвращения своего имущества… Поэтому при нашей жизни Вароша останется закрытой.

В 2014 году бывшие жители Вароши и этнические турки, живущие в Фамагусте, попытались реализовать проект Famagusta Ecocity Project, чтобы восстановить отдельные здания в закрытой зоне. Однако турецкие военные навстречу не пошли — энтузиастов в район так и не допустили.

Дыра в заборе

В Варошу есть два официальных въезда, для турецких военных и ООНовцев. КПП, вооруженные солдаты, проверка пропусков. Тут же плакаты на нескольких языках: «Фото- и видеосъемка запрещена».

Местами запретная зона вплотную подходит к жилым кварталам Фамагусты. С одной стороны улицы — забор, над которым возвышаются заброшенные дома, здания и православные церкви, с другой — жилые дома, кафе, мечети, школы и мастерские, где местные жители заняты привычными делами. Все песчаные, некогда переполненные отдыхающими пляжи расположены в Вароше. Чтобы жителям Фамагусты и туристам все-таки было где купаться, военные отгородили один из пляжей так, чтобы туда можно было свободно попасть из турецких кварталов. Над этим пляжем возвышаются три заброшенные гостиницы высотой более десяти этажей.

Я и моя коллега из России решили заночевать в палатке на пляже, чтобы под утро, еще в сумерках, попытаться пробраться в Варошу. Но ночью начался дождь, вода стала затекать в ветхую палатку и мы решили срочно переместиться под какой-нибудь навес. Ближайший навес нашелся в неработающем ресторане. Подсобное помещение, где были свалены строительные материалы, было открыто. Мы забежали туда. Под утро, когда начало светать, оказалось, что за подсобкой в заборе есть дыра, через которую можно попасть в одну из заброшенных гостиниц. Собственно, так мы и проникли в запретную зону. Выйдя из гостиницы через главный вход, возле которого уже выросли сосна и кустарники, мы увидели ее название — Florida.

На улице сквозь асфальт проросла трава, местами даже проклюнулись небольшие деревца; во дворах домов — непролазные заросли кактусов опунций. Под напором разгулявшегося ветра грохают где-то на верхних этажах оторванные металлические конструкции и двери. И ни одного человека, хотя звуки человеческой жизни слышатся совсем неподалеку — в турецких кварталах.

По данным журналистов ВВС, военные патрули в Вароше имеют право открывать стрельбу по непрошеным гостям без предупреждения. И все же сюда время от времени незаконно прибывают люди, как местные, так и приезжие. В этом мы убедились, увидев внутри некоторых зданий надписи вроде «Arkan Istambul 2013». В одной из гостиниц на берегу попалась надпись по-русски: «Мы тут были Россия 02.08.2012».

Чужая брошенная жизнь

Когда исследуешь обветшавшие здания Вароши, становится ясно, что за 44 года район подвергся основательному грабежу. Мародеры выносили все, что только можно. Своей опустошенностью Вароша напомнила мне христианские пригороды Мосула, которые были начисто разграблены боевиками террористической организации ИГИЛ*.

Нам даже не удалось найти в домах закрытого района семейные фотоальбомы или портреты бывших жильцов. Бывшие жители Вароши рассказывали в интервью: они покидали район в надежде, что через несколько дней смогут вернуться — надеялись, что греческая армия быстро вытолкает турецкую с острова в море. Значит, в домах обязательно должны были остаться семейные реликвии, не имеющие для мародеров никакой ценности, но важные для конкретных людей.

Неизвестно, разграблены ли православные церкви. Внешне они сохранились очень хорошо, но в тех из них, которые нам довелось увидеть, наглухо забиты двери и окна. При этом колокола с колоколен не сняты, на стенах нет никаких оскорбительных надписей. Видимо, церкви показательно сохраняют для миротворцев из контингента ООН, которые разместились в самой северной части Вароши (занимают одно из заброшенных зданий, над зданием флаг ООН) и на юге, на границе турецкого и греческого Кипра.

Осталось очень много старых вывесок гостиниц и общественных заведений. В последнем случае они, как правило, на английском; ясно, что курорт Вароша ориентировался в первую очередь на иностранных туристов. А вот таблички с названиями улиц новые — на турецком и английском.

В административном помещении одной из гостиниц попался сейф, вмурованный в пол. Видимо, мародерам не удалось его выдрать из бетона, поэтому верхнюю часть сейфа срезали автогеном.

На отдельных улицах турецкие военные положили новый асфальт и расставили дорожные знаки. За четыре часа в запретной зоне мы видели военных лишь на этих хорошо асфальтированных улицах и возле зданий, где дислоцируются солдаты.

Безрассудный пример

Вернувшись в Россию, я разместил в одном из закрытых сообществ сети Facebook, где общаются путешественники со всего мира, три фотографии, сделанные в Вароше. Модератор группы, а вслед за ним и некоторые участники стали осуждать меня за то, что своими фотографиями я «поощряю других» к посещению опасной запретной зоны. Один из участников сообщества сравнил посещение бывшего кипрского курорта с «прогулкой с Библией в Северной Корее, распитием алкоголя на улице в Эр-Рияде (столице Саудовской Аравии. — Прим. авт.) или осквернением памятника Туркменбаши в Ашхабаде».

Вароша — конечно, не место для беспечного туриста. Но для репортера она — важный символ, свидетельство того, как надолго могут затянуться даже ограниченные региональные конфликты и что начать войну гораздо легче, чем ее закончить.

* Организация, запрещенная в Российской Федерации.

Фотографии: Александр Рыбин

Хочешь стать одним из более 100 000 пользователей, кто регулярно использует kiozk для получения новых знаний?
Не упусти главного с нашим telegram-каналом: https://kiozk.ru/s/voyrl

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Их либе Глаубе Их либе Глаубе

Анна Глаубэ из спектакля «Очень смешная комедия о том, как шоу пошло не так»

Maxim
План Трампа два года спустя План Трампа два года спустя

Консерваторы против глобалистов

Эксперт
На краю спортивная гавань на берегу света На краю спортивная гавань на берегу света

Настала пора поделиться самыми лучшими местами Владивостока

АвтоМир
Расставание: что можно было сделать иначе? Расставание: что можно было сделать иначе?

5 историй об уроках расставаний

Psychologies
Золотая рыбка: как снизить цены на продукты питания Золотая рыбка: как снизить цены на продукты питания

Цены на продукты взвинчены, но их можно снизить

Forbes
Новейшая конспирологическая теория: высадка китайцами зонда на Луну — фальшивка Новейшая конспирологическая теория: высадка китайцами зонда на Луну — фальшивка

Обвинители США в фальсификации высадки на Луну, воззавидуйте и подвиньтесь

Maxim
Халк — серый! 4 неожиданных факта про супергероев, о которых никто не подозревает Халк — серый! 4 неожиданных факта про супергероев, о которых никто не подозревает

У каждого есть скелет в шкафу, и у некоторых он весьма необычный

Playboy
Теория больших чисел: тест Infiniti QX80 Теория больших чисел: тест Infiniti QX80

Infiniti QX80 самый длинный среди продающихся на сегодняшний день внедорожников

Популярная механика
Волонтеры собирают тонны мячей для гольфа со дна Тихого океана: видео Волонтеры собирают тонны мячей для гольфа со дна Тихого океана: видео

Американские дайверы на протяжении двух лет собирают в воде мячики

National Geographic
Пьянка стюардов и несуществующий клуб: 4 истории про очень странный Новый год Пьянка стюардов и несуществующий клуб: 4 истории про очень странный Новый год

4 истории о том, как надо отмечать Новый год. Или лучше не надо?

Playboy
Можно ли на русских сказках воспитать из ребенка миллионера Можно ли на русских сказках воспитать из ребенка миллионера

Помогают ли народные сказки сформировать в ребенке основы финансовой грамотности

Forbes
Обзор смартфона Fly View Max: недорогой, надежный и компактный Обзор смартфона Fly View Max: недорогой, надежный и компактный

Обзор смартфона Fly View Max: недорогой, надежный и компактный

CHIP
В прошлом деффчонка В прошлом деффчонка

По­ли­на Мак­си­мо­ва ра­ди­каль­но сме­ни­ла имидж

Glamour
Биохакинг: путь к вечной молодости Биохакинг: путь к вечной молодости

Идеи о вечной молодости и долгой активной жизни не дают покоя многим

Домашний Очаг
Как создавалась коллекция Dior Homme осень-зима 2019 Как создавалась коллекция Dior Homme осень-зима 2019

Накануне шоу Ким Джонс показал Vogue работу ателье в Париже

Vogue
Бизнес на семейных корнях: сколько стоит родословная Бизнес на семейных корнях: сколько стоит родословная

Forbes Life подсчитал, какова вероятность восстановить историю своей семьи

Forbes
Тихон и стоматологи: приключения тигра на «Земле леопарда» Тихон и стоматологи: приключения тигра на «Земле леопарда»

В минувшие выходные тигр Тихон прошел очередной медосмотр

National Geographic
Звоните Netflix Звоните Netflix

Звоните Netflix. Откуда в России бум хороших сериалов

Русский репортер
Искусство реновации Искусство реновации

Один из знаковых отелей Дубая и всего Ближнего Востока – Jumеirah Bеаch Нotеl

National Geographic
Страховщики нацелились на прибыль Страховщики нацелились на прибыль

Тарифы ОСАГО в «токсичных» регионах повышены

Эксперт
Новое поколение модных парижанок Новое поколение модных парижанок

Творческие и вдохновляющие жительницы французской столицы

Vogue
Медузы захватывают Мировой океан: чем это чревато Медузы захватывают Мировой океан: чем это чревато

Малейшее нарушение в экосистеме приводит к необратимым последствиям

National Geographic
Новогодний синдром: как вернуться в строй после затянувшихся праздников Новогодний синдром: как вернуться в строй после затянувшихся праздников

Чтобы вернуться в рабочий режим, придется вспомнить слова «должен» и «надо»

Forbes
Я не Рафаэль Я не Рафаэль

Знакомьтесь: Карен Хачанов, одиннадцатая ракетка мира и просто красавец

Tatler
Как цифровая трансформация изменит рынок труда в России Как цифровая трансформация изменит рынок труда в России

Рабочие места существуют только для 1,2 миллиарда человек

Forbes
«Гораздо проще Моцарта»: как музыка поможет недоношенным детям «Гораздо проще Моцарта»: как музыка поможет недоношенным детям

Музыка уже стала частью программы реабилитации некоторых недоношенных малышей

National Geographic
Минфин призвал фондовый рынок не ждать иностранных инвесторов Минфин призвал фондовый рынок не ждать иностранных инвесторов

Возвращения иностранных инвесторов на российский рынок можно не ждать

Forbes
Битва с экстрасенсами: самые громкие суды против программы и ее участников Битва с экстрасенсами: самые громкие суды против программы и ее участников

В истории «Битвы экстрасенсов» было и несколько судов

Cosmopolitan
6 удивительных фактов о гаджетах 6 удивительных фактов о гаджетах

Доказательства пользы фундаментальной науки для устройств на каждый день

Популярная механика
Volvo Ocean Race: красивое завершение 20-летней легенды Volvo Ocean Race: красивое завершение 20-летней легенды

Volvo Ocean Race: подводим итоги огромного пласта в жизни мирового яхтинга

National Geographic
Открыть в приложении