И помыслить не мог о том, с какими блистательными людьми доведется встретиться

Караван историйЗнаменитости

Сергей Паршин: «Из всех профессий наша — самая интересная и непредсказуемая»

И помыслить не мог о том, с какими блистательными людьми доведется встретиться. Каждый раз, сталкиваясь с выдающимся артистом на сцене или на площадке, буквально цепенею от восхищения

Записала Светлана Вадимова

Мне повезло нереально. В 1969 году приехал в Ленинград из шахтерского эстонского города Кохтла-Ярве и преодолев гигантский конкурс — двести сорок человек на место, поступил в ЛГИТМиК. Абсолютное чудо. Удесятеренное тем, что попал к Василию Меркурьеву, он набирал курс вместе с супругой Ириной Мейерхольд, дочерью великого театрального режиссера. Что они нашли во мне, семнадцатилетнем парнишке, не представляю.

Ирина Всеволодовна единственная в Советском Союзе вела предмет «биомеханика» — новаторскую систему упражнений, созданную отцом. И мы, занимаясь, как все, актерским мастерством по системе Станиславского, одновременно изучали и отрабатывали мейерхольдовские тренинги. Эти экспериментальные занятия вызывали колоссальный интерес у студентов, хотя многие педагоги (включая, к слову, и Товстоногова) были против такого подхода.

Однажды к Ирине Всеволодовне пришел мужчина и передал фотографии, которые позже были опубликованы: Всеволод Эмильевич Мейерхольд перед расстрелом — замученный, изможденный. Она нам их показала, но ни словом не обмолвилась об участи отца — тогда нельзя было о таком говорить. Потом уже что-то стало проясняться, в первую очередь из воспоминаний самих мастеров.

По словам Ирины Всеволодовны, в годы репрессий многие их знакомые отрекались от близких. Но она твердо решила, что на это не пойдет. Не стала менять фамилию — сохранила отцовскую. И Василий Васильевич от жены не отказался. А ведь репрессивная машина в любой момент могла стереть в пыль и их обоих. Но судьба смилостивилась.

Сосед по дому, большой чин в НКВД, не раз приходил к ним и говорил: «Срочно уезжайте, побудьте где-нибудь несколько дней». Предупреждал таким образом о возможном аресте, и Меркурьев с женой немедленно следовали совету.

Невозможно передать словами, какая у этой пары была любовь. С их сыном Петей мы дружили. Он был хормейстером, писал блестящие статьи о музыке и много снимался в кино, правда в небольших ролях. В картинах «Я — актриса» и «Есенин» сыграл своего деда Всеволода Мейерхольда, с которым имел большое сходство. Петя рассказывал, что Всеволод Эмильевич Мейерхольд сначала абсолютно не признавал Меркурьева как артиста. И вообще не считал достойным общения. Но после того как увидел его в фильме «Профессор Мамлок», где Василий сыграл нациста-штурмовика, отношение резко изменил, с той поры звал только Васечкой.

Сейчас трудно представить, насколько Меркурьев был популярен. Я лично наблюдал такую картину: он неспешно идет по Невскому проспекту — красивый, элегантно одетый, огромный, как гора. Эдакий боярин. Проезжающие мимо троллейбусы и автобусы останавливаются — пассажиры вскакивают с мест и расталкивая друг друга, прилипают к окошкам, чтобы увидеть обожаемого кумира.

Характер у Меркурьева был не сахар. Взять, к примеру, отношения с Толубеевым — тоже народным артистом СССР. Вели себя вот точь-в-точь как гоголевские Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. Однажды я спросил Василия Васильевича, почему у них с Юрием Владимировичем все так непросто.

— А потому что Юрка мне всю жизнь завидует.

— Из-за чего? — удивился я.

— Из-за того, что он — не профессор, — лаконично отшутился Меркурьев.

Сам он был профессором театрального института. А как-то во время спектакля Толубеев подозвал меня и шепотом спрашивает:

— Ты у кого учился-то?

— У Меркурьева.

— Да-а-а, — вздохнул он тяжко, — с учителем не повезло...

Порой до невероятного доходило. Отправились с «Горячим сердцем» на выездной спектакль. Ноябрь — прохладно, уже морозит. Василий Васильевич сидит в автобусе сзади, на нем по обыкновению меховая бурка, меховая шапка. Юрий Владимирович расположился спереди. Я посередине, между ними. Толубеев басит: «Что-то очень душно, дышать нечем. Открой окно!» Открываю. Через три минуты голос подает Меркурьев: «Ой, да что же это, такого холоду напустили, чувствую, уже миндалины схватывает. Закрой окно!» Закрываю. Пару минут спустя бас спереди: «Но это же невозможно! Без воздуха едем. Сознание можно потерять. Открой окно!» Открываю. Пятиминутная пауза и протяжное стенание сзади: «Все, это катастрофа! Столько текста нужно сказать, а горловина уже сипит. Надо немедленно закрыть окно, иначе, чувствую, спектакль не состоится». Закрываю. И так всю дорогу. Причем все на полном серьезе. Честное слово, они были прекрасны!

У Василия Васильевича и Ирины Всеволодовны довелось побывать в гостях — однажды рыбу у них готовил. Закончили первый семестр, и Меркурьев решил отметить это событие. Спросил:

— Кто с рыбой умеет обращаться?

Отвечаю:

— Я умею.

Их дача на озере была, и он привез туда целую корзину налимов — рыбаки одарили. Ну, я приехал и занялся стряпней — чистил, жарил. Отпраздновали здорово. Мастеру, очевидно, молодежного буйства хватило с избытком, больше он никогда с нами ничего не отмечал.

Понять его можно, мы же все были не прочь выпить — молодые, кровь горячая. Наши дни рождения для педагогов были сущим бедствием. Перед занятиями обычно проходила перекличка. Допустим, такие-то студенты отсутствуют. Василий Васильевич спрашивает:

— Что случилось?

— Заболели.

— Секундочку, а не у одного ли из них вчера был день рождения?

— Ну да, был.

— Понятно. Значит, не заболели, а приболели, — уточняет с нажимом, окидывая всех грозным взглядом.

Чтобы хоть как-то удержать нас от «нарушения спортивного режима», мастера шли на ухищрения. Магазины закрывались в десять вечера, после алкоголь нигде не купишь. Так они специально затягивали занятия допоздна. Народ начинал ныть:

— Мы голодные, есть хотим. Можно в магазинчик за едой сбегать?

— А нет надобности, — отвечал Меркурьев.

Это значит, что он заранее кому-то из студентов дал денег, чтобы тот купил молоко, кефир, колбасу, хлеб. Все это тут же вынималось и выкладывалось на стол. Проголодались? Пожалуйста — делайте бутерброды и ешьте. А едва стрелка часов показывала пять минут одиннадцатого, Ирина Всеволодовна говорила: «Все свободны!» И мы отправлялись по домам — сытые и абсолютно тверезые.

И еще в одном педагоги наши были непреклонны — категорически не разрешали студентам сниматься. Помню, с Мариной Нееловой — она училась на предыдущем меркурьевском курсе — случился грандиозный скандал. Ее не отпускали на съемки «Старой, старой сказки», но как отказаться от работы с такими артистами, как Этуш, Даль?! И она нарушила запрет. Картина получилась замечательной, но расплата оказалась суровой — Марину едва не отчислили.

Василий Васильевич относился ко мне с большой теплотой. Считал, что я похож на него — по манере игры, да и внешнее сходство улавливал, отмечал, что даже ноги такие же кривоватые. У меня сохранилась фотография, подаренная учителем незадолго до смерти. На ней он написал: «Любимому и талантливому Сергею Ивановичу Паршину».

Кстати, Меркурьев был свидетелем на моей свадьбе. Мы с Таней Астратьевой — она тоже учились в ЛГИТМиКе — решили пожениться. Я подошел к Василию Васильевичу и попросил его освободить нас денька на два.

— А что случилось, Сергей Иванович? — спрашивает.

Вообще-то мастера звали меня Сережей, но на занятиях к студентам обращались только по имени-отчеству и от нас требовали того же по отношению к сокурсникам. Я объяснил, что женюсь.

— На Таньке, — говорю, — ой, то есть на Татьяне Федоровне.

— А кто свидетель? — поинтересовался Василий Васильевич.

— Друг, — отвечаю.

— Не нужно никакого друга, сам приду.

И приехал с ящиком шампанского. Свадьба получилась забавной. Собрались ребята с курса, а я загрипповал — температура под сорок. Еле выстоял торжественную церемонию. Потом все приехали в общежитие, я посидел для приличия чуть-чуть и завалился на кровать в своей комнате. Оттуда в полузабытьи слушал, как весело орет подвыпивший народ.

Татьяна мне очень нравилась — кареглазая, высокая, вся из себя такая сдержанно-независимая. Приехала из Риги, кровей в ней было намешано много: латышская, немецкая, польская, еще и персиянская. Словом, красивая девушка. Меня всерьез не воспринимала — так мне казалось. Ситуацию в корне изменил один случай.

Я отпросился из института на несколько дней, чтобы съездить домой — в Эстонию, в Кохтла-Ярве. Друг детства из армии вернулся, хотелось пообщаться. Ну, повстречались, а дальше я влипаю, мягко говоря, в дурацкую историю. Возвращаюсь домой и вижу: на снегу сидит женщина из соседнего дома, я ее знаю, а к ней мужчина приближается — муж ее. В руке нож. Ну, подбегаю, отпихиваю его, он взмахивает рукой и стремглав убегает. Смотрю, у меня куртка располосована.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Прогулки в облаках Прогулки в облаках

Пройти по волшебному стеклу над бездной в горах Поднебесной может любой желающий

Караван историй
Цветовые ошибки: как один оттенок способен испортить весь интерьер Цветовые ошибки: как один оттенок способен испортить весь интерьер

Какие ошибки в выборе цвета стен способны испортить весь интерьер?

VOICE
Битва герцогинь Битва герцогинь

Меган Маркл добилась того, что в «великолепной четверке» наметился разлад

Караван историй
Позитивные вибрации: плюсы и минусы дизельной модификации пикапа JAC T9 Позитивные вибрации: плюсы и минусы дизельной модификации пикапа JAC T9

JAC T9: настоящие внедорожники еще выпускают

ТехИнсайдер
Георгий Курасов: Георгий Курасов:

Георгий Курасов рассказывает о профессии художника

Караван историй
Как запустить посудомоечную машину первый раз — инструкция и советы Как запустить посудомоечную машину первый раз — инструкция и советы

Как правильно запускать посудомоечную машину первый раз?

CHIP
Павел Кассинский: Павел Кассинский:

Павел Кассинский рассказывает о своем знаменитом отце Романе Карцеве

Караван историй
Взять кредит и подумать Взять кредит и подумать

Банки будут выдавать кредиты от 50 000 рублей с «периодом охлаждения»

Ведомости
Биология эльфов Биология эльфов

Чем эльфам пришлось бы «пожертвовать» в обмен на вечную жизнь?

Вокруг света
Гений, садовник и киноман: 10 эпизодов из биографии Кодзимы Гений, садовник и киноман: 10 эпизодов из биографии Кодзимы

Что вы знаете о Хидео Кодзиме?

Правила жизни
Крупным планом: что происходит с отечественным кинорынком Крупным планом: что происходит с отечественным кинорынком

Какое кино сейчас интересно зрителям в России?

Inc.
«Ревность о Севере: Прожектерское предпринимательство и изобретение Северного морского пути в Российской империи» «Ревность о Севере: Прожектерское предпринимательство и изобретение Северного морского пути в Российской империи»

Почему предпринимателей интересовала печорская древесина

N+1
Пушки или масло Пушки или масло

Как технологии двойного назначения помогли послевоенной конверсии

Эксперт
От «коробочек» — к нелинейной архитектуре От «коробочек» — к нелинейной архитектуре

Как может выглядеть архитектура XXI века?

Монокль
Ненадежная рассрочка Ненадежная рассрочка

Зачем налоговики возбуждают уголовные дела после налоговой реструктуризации

Ведомости
Вадим Балашов, «Твоя Полка»: «Стараемся не стать той самой советской комиссионкой» Вадим Балашов, «Твоя Полка»: «Стараемся не стать той самой советской комиссионкой»

Вадим Балашов рассказал, как зарабатывать на сдаче в аренду полок в магазине

Forbes
Китайская четверка Китайская четверка

Как оценивают кредитный рейтинг России китайские агентства

Ведомости
Курьеры остались без работы Курьеры остались без работы

Почему снижается спрос на курьеров в ритейле

Ведомости
Лето, прощай! Лето, прощай!

Что нужно успеть сделать на даче до конца августа

Лиза
Комфорт под ногами Комфорт под ногами

Как не ошибиться с выбором напольного покрытия

Лиза
Суверенный интеллект Суверенный интеллект

Почему своя компонентная база — это вопрос национальной безопасности

Эксперт
Пища для ума и тела: что такое буддийская диета Пища для ума и тела: что такое буддийская диета

Буддийская диета: когда еда должна не только насыщать

Лиза
Александр Овечкин: «Работай, доверяй себе – и всё сложится» Александр Овечкин: «Работай, доверяй себе – и всё сложится»

Про детскую площадку в московском дворе, где начиналась история легенды

Psychologies
«Вместо тремора — бодрость и спокойствие»: почему люди стали чаще выбирать чай вместо кофе «Вместо тремора — бодрость и спокойствие»: почему люди стали чаще выбирать чай вместо кофе

Почему люди меняют свои привычки и действительно ли чай может заменить кофе

Правила жизни
В полный голос В полный голос

Что же сообщает о нас голос и как жить в согласии с ним?

Psychologies
Звезда не родилась Звезда не родилась

Почему планета Голливуд больше не может создавать кумиров

Men Today
Ложные вампиры обнялись и поделились друг с другом пищей Ложные вампиры обнялись и поделились друг с другом пищей

Социальное поведение ложныех вампиров оказалось неожиданно сложным

N+1
Наш ответ ChatGPT: как российские стартапы делают бизнес на генеративном ИИ Наш ответ ChatGPT: как российские стартапы делают бизнес на генеративном ИИ

Что происходит на рынке генеративного ИИ в России и мире

Inc.
Как социальная ответственность бизнеса меняет медицинское страхование Как социальная ответственность бизнеса меняет медицинское страхование

Почему растет рынок добровольного медицинского страхования

РБК
Как выбрать фильтр для воды? Есть всего два важных параметра Как выбрать фильтр для воды? Есть всего два важных параметра

Разбираемся, как выбрать идеальную систему очистки воды

ТехИнсайдер
Открыть в приложении