Интервью со звездой сериала «Подражатель» Евгенией Крюковой

Караван историйЗнаменитости

Евгения Крюкова: "Теперь мне можно все!"

В пятнадцать думала, что после двадцати жизнь заканчивается. В тридцать полагала: это еще можно пережить, вот в пятьдесят - труба! А в пятьдесят испытала настоящий драйв. Отныне имею право на дурачества!

Марина Порк

На Евгении: тренч Снежная Королева Limited Edition, серьги Sokolov

вгения Владиславовна, зрители привыкли видеть вас в образе романтических героинь, и вдруг — серийная убийца в «Подражателе». Неожиданная смена амплуа...

— Мне важно, когда задача, которую ты себе поставил, достигнута, когда твоя работа цепляет какие-то правильные рецепторы. Я довольно часто отказываюсь от съемочных предложений, понимая: это не то, что хотела бы сыграть. Какие-то предложения просто неинтересны, какие-то неинтересны, потому что это уже было. Зачем тратить время? Вот и возникают творческие паузы. Но это в большей степени касается кино, в театре у меня достаточно творческой работы. А у кинорежиссеров в отношении актеров часто складывается некий стереотип, мало кто готов пойти на эксперимент. Зачастую потому что на творческий процесс заложено мало времени. Сегодня мы сильно зависим от продюсеров, для которых превыше всего рейтинги, все боятся, что они будут низкими, и предпочитают понятные истории. Поэтому когда творческие люди готовы рисковать, это вызывает невероятное уважение, восхищение и интерес.

Предложение прозвучало чем-то фантастическим, ничего подобного я в жизни не играла, эта непростая история была мне совсем незнакома. Поэтому, конечно же, сразу согласилась. К режиссеру Сергею Комарову у меня возникло невероятное доверие. Поразил своей включенностью в творческий процесс продюсер Александр Стариков, который практически постоянно находился на площадке. Раньше ни разу не видела, чтобы продюсер сам сидел на озвучании и знал каждую сцену и каждое слово. Режиссер и его сын оператор Илья Комаров составили невероятный творческий тандем. Они так слаженно работали, договаривались друг с другом на каком-то птичьем языке, что снимали с тем же качеством, с которым снимают полный метр. В сериале мы ограничены малым количеством времени, хронометражем. Чтобы получилась достойная работа, все должны быть к ней максимально готовы и сосредоточенны. Правда из-за пандемии пришлось начать съемки на полгода позже, в конце лета, хотя изначально намеревались снять зимнюю слякотную натуру, что смотрелось бы на экране гораздо страшнее.

— Вряд ли, готовясь к роли, опирались на личный опыт, не думаю, что в вашем окружении когда-либо встречались подобные персонажи.

— Во время подготовительного периода работал консультант, но мне этого было недостаточно. Я очень хотела поехать в тюрьму, чтобы поговорить с заключенными, посмотреть на обстановку, почувствовать атмосферу. Ведь у сидящего там человека совершенно иная психика, хотелось максимально понять и почувствовать правду, чтобы потом ничего не сочинять, не придумывать. Но мне сказали, что это опасно. Да и муж запретил ехать в тюрьму просто категорически, но помог организовать несколько встреч с женщинами, которые отсидели достаточно длительные сроки и за убийства, и за серьезные экономические преступления. Я разговаривала с красивой женщиной, которая отсидела семь лет за то, что по молодости подписала не те документы. А поскольку статья была тяжелой, она оказалась в колонии с убийцами. Я крайне аккуратно задавала ей непростые вопросы, а она совершенно спокойно и откровенно на них отвечала. Я была в шоке от трансформации, которая происходит с человеком, когда после огромного количества боли, страхов, постоянного напряжения он остается открытым, его честность без какого-либо кокетства, способность говорить о непростых, очень интимных вещах обезоруживает.

Когда ожидала в СИЗО два с половиной года приговора, ей казалось, что это сон, мираж, что на суде ее оправдают. Но приговор прозвучал, и ее отправили в колонию. Она говорила, что после пяти лет с людьми там происходит малообратимая трансформация, а после десяти — уже такая, которую совсем не исправить.

Сначала она сторонилась тех, кто убил. Потом все границы стираются и уже неважно, какая у тебя статья, а важно, какой ты человек. Говорит: «Сидим с женщиной, которая убила мужа, чай пьем, я спрашиваю:

— Как ты это сделала?

— Да не помню, какая разница? Ну напились, а потом просыпаюсь, а он лежит с ножевыми ранениями».

А как молодые девчонки на зоне заботятся о внешнем виде! У всех синяя форма, а я, говорит, «вымутила» зеленую. Там между персоналом и заключенными складываются свои отношения. Когда тебя кто-то «греет» с воли (присылают вещи, деньги), то ты в фаворе, можешь расплачиваться с охранниками. Говорила — любила, чтобы тело выглядело загорелым. Загорелым, и все. И ей в бутылочке из-под шампуня на зону присылали автозагар.

На Евгении слева: платье Laroom, серьги Sokolov, туфли No One; справа: блузка Laroom, брюки Снежная Kоролева Limited Edition, серьги Sokolov, туфли Max Mara

Пользоваться мобильными там запрещено, но у кого-то они все равно имелись, о чем было известно персоналу, но это скрывалось. Мой консультант рассказывала: «Владимирская область, зима, минус тридцать, стоим на поверке в полпятого утра. Пять бараков по сто человек, вдруг у кого-то звонит телефон. И эта дура, вместо того чтобы просто его отключить, шепчет в трубку: «Сейчас перезвоню!» И нас в течение трех с половиной часов раздевали практически догола, пока не нашли этот проклятый мобильный».

Выйдя из колонии, она не могла находиться в тишине и темноте, потому что привыкла к тому, что всегда шум и горит свет. Мне-то казалось — все должно было быть наоборот. Меняется психика...

Эта женщина еще рассказала, как ей дали три дня свидания с бабушкой и сестрой. Она выдержала всего сутки: находиться с родственниками с воли и понимать, что потом не увидишь их еще два года, тяжко. А в колонии у тебя уже свои дела. Вот она и сократила пребывание с родными, не выдержала, поняв, что ее просто разорвет от боли.

Мой муж после этой встречи вышел больным, он вообще принимает все близко к сердцу. На него рассказ произвел неизгладимое впечатление. Он его просто слушал, мне же было легче, потому что я переваривала услышанное в работу над ролью. Ужас догнал, когда мы снимали эпизоды в «Крестах». Я очень хотела на съемки именно туда, исторически уникальное место, где сидели Рокоссовский, Иосиф Бродский, где Ахматова отстаивала очереди, чтобы передать посылку сыну... Когда нам дали добро на съемки в «Крестах», у меня затрепетало в груди, я понимала, что ни при каких обстоятельствах больше туда не попаду. Приехала в тюрьму минут на тридцать раньше начала смены. Когда появилась группа, нас предупредили, что категорически нельзя гулять по территории и разговаривать с заключенными. Но я уже все успела... На съемку пошла заряженной.

Снимали там один день, но я почувствовала: если не уеду куда-то на обеденный перерыв, просто не выдержу. После съемки, вернувшись в гостиницу, лежала в ванне, было ощущение, что у меня застыли кости. На меня лился кипяток, а хотелось пустить воду погорячее, потому что все внутри промерзло. Энергетически эти съемки меня просто раздавили, размазали, отходила от них три дня. Озноб бил изнутри, никак не могла согреться.

Вообще, у нас были фантастические локации. Например снимали внутри часового механизма Петропавловской крепости. Туда никого не пускают, но по сюжету там чуть не погибла моя героиня. Меня действительно привязывали к часовому механизму, и он действительно работал. Каскадеры сочинили целую конструкцию, чтобы петля не затянулась вокруг моей шеи, но веревка все равно уходила в движущуюся махину.

— Надеюсь, это прочитают те, кто уверен, что актерская работа — дело легкое.

— В свое время я играла «В пространстве Теннесси У.» по пьесе «Трамвай «Желание» Теннесси Уильямса, а потом ложилась в гримерке на пол, не в состоянии переодеться. Валялась минут двадцать, не могла встать. У мужа есть фотография, где я лежу на полу на гастролях. Но то, что за кадром, — наша актерская тайна, никто не должен знать, чего нам это стоит. И конечно, встречаются люди, уверенные, что актерам все дается легко.

Мы долго играли «Трамвай...» (я — Бланш, Катя Гусева — Стеллу, Валера Яременко — Стенли Ковальского), это был невероятно мощный спектакль. Но с каждым годом становилось все сложнее, весь накопленный опыт переживаний вылезал наружу, как бы ты его ни пытался спрятать. В какой-то момент волевым усилием приняли решение его больше не играть.

На Евгении: платье Marella, серьги Sokolov

— В «Подражателе» вашу героиню чуть не похоронили заживо. Знаю, великий актер Алексей Васильевич Петренко, игравший в «Агонии» Распутина, категорически отказался ложиться в гроб. Кроме того, считается, что многие беды Натальи Варлей начались после «Вия», где ее Панночка тоже лежала в гробу.

— Я легла в гроб не впервые, до этого такое случалось в «Петербургских тайнах» и в картине «Ведьма». Думаю, теперь имею полное право сделать заявку в Книгу рекордов Гиннесса! Поскольку это уже третья история, кроме легкой иронии и нервного смеха она ничего не вызывала. Понятно лежать в гробу, когда твой персонаж умер, но чтобы это происходило три раза, притом что герой жив, — такое вряд ли случалось с кем-то из коллег. Так что точно могу отправить заявку и уверена — ее примут! Каждый раз, играя в подобном эпизоде, я получала благословение у батюшки. Когда снималась в роли Ведьмы, меня запугивали тем, что случилось с Варлей. Сначала я никак на это не реагировала, потом все же поехала в церковь за советом. Батюшка сказал: «Гоголь — православный писатель, он писал о вере. Если тебе есть что сказать по этому поводу, снимайся спокойно и ни о чем не думай».

И действительно, ничего страшного, что могло бы случиться из-за лежания в гробу, со мной не произошло. Все, что бывало, никак с этим не связано. Я это точно знаю.

В «Подражателе» было по-настоящему жутко, когда мы снимали на реальном Волковском кладбище. Пугало ощущение не гроба, а то, что ты на кладбище в гробу. Но сцена длилась очень недолго. Крышку до конца не закрывали, я попросила оставить щелочку, поскольку у меня дичайшая клаустрофобия. Не могу лежать на МРТ, прошу положить на глаза салфетки, чтобы я, не дай бог, их не открыла, всегда про себя что-то пою, считаю, читаю молитвы, чтобы выдержать процедуру. Это началось после съемок в программе «Форт Боярд», где пришлось лезть по узкой трубе, потом она мне долго снилась.

Крупные планы моей героини мы снимали, лежа с оператором под тканью, — такое кино! Мне хотелось там что-то сыграть. Но требовалось, чтобы ни один мускул на лице не дернулся, потому что миорелаксанты, которые вкололи по сюжету героине, выключали все ее мышечные движения. Нельзя было даже пошевелить ноздрями. При этом я должна была сыграть сцену, хотя ни на что не имела права — такая была задача.

— Как складывались отношения с партнерами?

— С партнерами мне повезло. Это был праздник! Случаются тяжелые съемки, когда все не получается, не складывается, ты едешь с утра на площадку и заклинаешь: скорее бы все закончилось! Эта же работа приносила как творческую усталость, так и бесконечное удовольствие. Хотя роль сложная.

Способ поведения моей героини включал в себя минимальный набор выразительных средств. Мне хотелось сыграть человека, находящегося на свободе на птичьих правах. Ведь завтра, когда преступника поймают и ее миссия закончится, она отправится назад в колонию. Я играла героиню, которая не имела права на обычную жизнь, единственное, что ее держало, это желание объясниться с дочерью. Поэтому на площадке я постоянно была в напряжении: по щелчку в нужное состояние невозможно войти, приходилось держать его все время. Это было сложно, но очень интересно. Хотелось добиться максимальной правды даже в деталях. Ужасно переживала, что в сцене, где героиня спускается по трапу самолета в сопровождении охранника, забыла завести за спину свободную руку. Вторая была прикована наручником к сопровождавшему. Вроде бы ерунда, но меня мучило, что невольно погрешила против правды. Никто ничего не заметит, но я-то знаю, как должно быть. Это работа, в которую все вкладывали душу, все свои энергетические возможности. Мы очень старались.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Николай Добрынин: Николай Добрынин:

Николай Добрынин вспоминает собственную биографию

Караван историй
Jodie Comer Jodie Comer

Джоди Комер в новой картине Ридли Скотта — исторической драме «Последняя дуэль»

Elle
Ирина Апексимова. Живу как хочу Ирина Апексимова. Живу как хочу

Ирина Апексимова — о работе в театре и критике

Коллекция. Караван историй
Первых кроманьонцев заподозрили в охоте на хищников ради меха и материалов для украшений Первых кроманьонцев заподозрили в охоте на хищников ради меха и материалов для украшений

Археологи проанализировали фаунистический материал из пещеры Бачо-Киро

N+1
Марина Зудина: «Жить прошлым — не мой путь» Марина Зудина: «Жить прошлым — не мой путь»

Марина Зудина разобралась в себе и живет будущим

Коллекция. Караван историй
D-дискуссия D-дискуссия

Необходим ли регулярный приём витамина D?

Здоровье
Жанна Бадоева: Жанна Бадоева:

Жанна Бадоева: Раздражаться или расстраиваться нет смысла

Караван историй
«Поливал меня святой водой»: 20 смешных историй о странных бойфрендах и мужьях «Поливал меня святой водой»: 20 смешных историй о странных бойфрендах и мужьях

Читательницы о своих странных и забавных бойфрендах

Cosmopolitan
Евгения Добровольская. От комедии до трагедии и обратно Евгения Добровольская. От комедии до трагедии и обратно

Евгения Добровольская о большой семье

Коллекция. Караван историй
Как позаботиться о себе, если у тебя «работа на ногах» Как позаботиться о себе, если у тебя «работа на ногах»

Реально ли избежать постоянной усталости ног от стоячей работы?

Лиза
Карина Андоленко: Карина Андоленко:

Как Карина Андоленко знакомилась с самой собой

Караван историй
Незапрещенная профессия Незапрещенная профессия

Как женщины уже 20 лет руководят российской журналистикой

Forbes Woman
Центробежность Центробежность

Гид по местам Москвы, куда редко ступает нога человека (а зря)

Esquire
#тыжедевочка #тыжедевочка

Времена меняются, а в жизни женщин по-прежнему остается много «нельзя»

Домашний Очаг
Я мечтаю о дочке Я мечтаю о дочке

Певица Зара – о детстве, сыновьях и преимуществах зрелых родителей

Домашний Очаг
Где-то над землей Где-то над землей

Певец Артём Качер — о предстоящей свадьбе и своих отношениях с любимой девушкой

OK!
«У нас нет хлеба, мы умираем» «У нас нет хлеба, мы умираем»

Массовый голод с человеческими жертвами в СССР случался неоднократно

Дилетант
Полный детокс: как правильно выводить шлаки из организма и нужно ли это делать Полный детокс: как правильно выводить шлаки из организма и нужно ли это делать

Как правильно чистить свой организм от шлаков и токсинов

Cosmopolitan
Главный редактор Vogue Диана Вриланд об эпохе Сергея Дягилева и Коко Шанель Главный редактор Vogue Диана Вриланд об эпохе Сергея Дягилева и Коко Шанель

Отрывок из автобиографии Дианы Вриланд, главного редактора Vogue

Forbes
9 вопросов о здоровье груди 9 вопросов о здоровье груди

Отвечаем на самые важные вопросы о молочных железах

Лиза
Ударница Ударница

Кто эта хрупкая блондинка? Модель? Актриса? А вот и нет!

Maxim
Пирог с антоновкой и миндальным тестом Пирог с антоновкой и миндальным тестом

Когда я сообщаю гостям, что мой пирог без капли муки, его вожделеют все

Weekend
Миссия невыполнима: что стало с лицом Тома Круза Миссия невыполнима: что стало с лицом Тома Круза

Том Круз — человек-загадка. Никто и никогда не понимал, сколько ему лет

Cosmopolitan
Верховая езда оказалась опаснее лыж и мотоциклов Верховая езда оказалась опаснее лыж и мотоциклов

Верховая езда в четыре раза травмоопаснее, чем езда на мотоцикле

National Geographic
«Музыкант обязан быть экспертом в цифровых технологиях»: Джаред Лето заработал миллионы на музыке, кино и ИТ-проектах «Музыкант обязан быть экспертом в цифровых технологиях»: Джаред Лето заработал миллионы на музыке, кино и ИТ-проектах

Джаред Лето больше десяти лет инвестирует в технологические стартапы

VC.RU
Монополия на насилие. Почему запрет «Мужского государства» не имеет ничего общего с защитой женщин Монополия на насилие. Почему запрет «Мужского государства» не имеет ничего общего с защитой женщин

Государство хочет сохранить монополию на насилие?

СНОБ
Олеся Новикова Олеся Новикова

Новой (долгожданной!) примой Мариинского стала хрупкая красавица Олеся Новикова

Собака.ru
Магазин на диване Магазин на диване

Как нас заставляют тратить больше, чем мы собирались, и как этого избежать?

Psychologies
Секс и саспенс в Белграде Секс и саспенс в Белграде

«Дунай» Любови Мульменко, поляроидный снимок докарантинной эпохи

Weekend
Автора! Автора!

Старые добрые сценаристы тихо плачут в сторонке — за дело берутся нейросети

GQ
Открыть в приложении