«Белла не умеет сочинять по заданию!» — говорил я Майе Плисецкой

Караван историйКультура

Борис Мессерер: «Наш брак с Беллой иначе как тридцатилетней войной не называю...»

«Почему Белла ничего обо мне не напишет? — пожимала плечами Майя. — Вы уже давно вместе!» — «Белла не умеет сочинять по заданию!» — говорил я Майе. «Ты же утверждал, что она восторгается!» А Белла ведь действительно восторженно к ней относилась...

Беседовала Елена Михайлина

Фото: Наталия Шаханова/Архив «Каравана историй»

Был ли хоть один человек в Москве, кто мог равнодушно смотреть на Плисецкую, мою двоюродную сестру, в «Кармен-сюите»? Белла каждый раз плакала во время сцены, когда Майя, опустившись на колено, смотрит на тореадора! И детям, которые тоже смотрели спектакль, говорила: только искусство стоит того, чтобы из-за него плакать. Просто не умела писать про балет, прыжки, специфику, но воспринимала очень эмоционально. Вот про отражение Майи в луже рядом с консерваторией могла написать, и очень восторженно.

Конечно, со временем великие дамы полюбили друг друга. В моем фотоархиве много их совместных фотографий. Кстати, в одном они очень сильно похожи: их не интересовали почести.

— Борис Асафович, от фамилий голова кругом — Плисецкие, Мессерер, Ахмадулина! Грандиозные величины изобразительного искусства, балета, кино, поэзии... Как же вам удалось всем собраться?

— А кто ж его знает?! Немножко судьба, отчасти случай... Да, кровь еще... Вот что главное! Кто-то из знакомых однажды позвонил мне: по «Голосу Америки» передают возмутительное известие — мол, ваша дорогая тетя Мита, сталинский лауреат и орденоносец, в возрасте семидесяти двух лет попросила политического убежища во время гастролей Большого театра в Японии.

— И что бы это могло значить? — спросил звонивший.

Я понимал, что разговор не только слушают, но и записывают, и больше всех теперь попадет моему отцу, художественному руководителю гастрольных групп Большого театра, поэтому ответил коротко:

— Кровь играет, не иначе! — и расхохотался.

Кровь! От нее ведь не уйдешь, ее не поменяешь по дороге... Вот влюбись моя мамочка Анель Судакевич не в балетного танцовщика Асафа Мессерера, а в поэта Владимира Маяковского, к примеру, и все пошло бы по-другому. А ведь могло бы так быть!

Маяковский приглядывался к моей маме и тете Софье Алексеевне. Обе девочки Судакевич были красотками. Наверное, маму можно считать более породистой: нос с горбинкой, как у Ахматовой, огромные зеленые глаза... Маяковский острил: «Анель, у вас глаза в мировом масштабе, а у Софьи — в советском, но мне вот больше в советском нравятся».

Мама продолжила знакомство с Владимиром Владимировичем в Хосте в 1929 году. Она отдыхала в компании артистов балета и, конечно, с танцовщиком Асафом Мессерером в том числе. Молодые балетные — публика заводная, общительная. Владимир Владимирович приехал туда ухаживать за Вероникой Витольдовной Полонской. Та его «истязала». Она роскошно плавала, на несколько километров заплывала. Маяковский, который загорать не хотел, печально сидел на берегу в модной фетровой шляпе, рубашке и ботинках и жутко нервничал, что любовь его утонула.

И вот как-то раз Маяковский, прождав Полонскую час или два, не выдержал. «Пойдемте пить вино!» — сказал моему отцу. И они пошли. Вина купили много. Пили и играли в карты. Отец не знал, о чем с Маяковским говорить, и не придумал ничего лучше, чем спросить:

— И как вам Америка?

Тот внимательно на него посмотрел, взял бутылку красного вина и плеснул себе на брюки. Потом достал салфетку, вытер:

— Вот — Америка!

Действительно, ни одного пятна не осталось, очень качественные брюки были. В карты он отцу проиграл, и они купили еще бутылок тридцать вина. Потом Мессерер позвал балетных девочек, и пролетарский поэт значительно повеселел.

Так они подружились. В Гагры, где у Маяковского должны были состояться концерты, поехали на шикарном черном «хорьхе» Владимира Владимировича с его личным водителем — есть даже фото, как они едут. Надо заметить, мамочка тогда была весьма популярной особой — все-таки звезда немого кино. Маяковский купил пачку ее фотографий, и когда по дороге встречались туристические комсомольские отряды, машину было велено останавливать, Владимир Владимирович выходил и молча раздавал молодежи мамины портреты.

Вокруг Маяковского все время возникали скандалы. Стихи-то странные. Публика частенько ругалась: «Маяковский, нам непонятно! Гоните деньги обратно!» Он ведь сам собирал деньги за выступления, больше некому было. Однажды после очередного такого выкрика Владимир Владимирович вернул крикуну стоимость билета, а тот, мошенник, не ушел, а спрятался за спинами зрителей и продолжал слушать. Маяковский завелся: «Уходите, раз не нравится!» За поэта заступилась публика, и хулигана выгнали.

Фото: из архива Б. Мессерера

Еще раньше Маяковский бывал у мамы и тети Сони в Москве. Большой, величественный человек. Мама — женщина высокая, а он, стоящий рядом, — на полметра выше ее! Приезжал на своем «хорьхе», брал тетушку и вез ее в Кузьминки на пруды кататься на лодке.

Однако бабушка развиться роману не дала. Подвело Маяковского одно происшествие. Мама жила тогда в красивом доме на Остоженке, и поэт, в очередной раз заехав за Софьей Алексеевной, поднялся в квартиру. А бабушка Жозефина Владиславовна Коско, полька, не сняла иконы во время революции, их от лишних глаз просто закрывали ширмой. Маяковский заглянул сверху за ширму и бестактно спросил: «Дороги как память?» Бабушка ничего не ответила, но дочку с ним отпускать перестала... Тете только восемнадцать исполнилось, поэтому матушкиному «нет» она подчинилась безропотно.

Мама рассказывала, что когда взрывали храм Христа Спасителя, бабушка пребывала на грани отчаяния. Она помнила тот день до своего последнего вздоха. Еще Жозефина Владиславовна сказала, что никогда проект Бориса Иофана со стометровой статуей Ленина наверху не построят, так на бумаге и останется: «Он не допустит. Ему себя наверх надо». Фамилию Сталина опасались произносить вслух уже тогда... Права оказалась бабушка, абсолютно права.

В коммунизм родители, конечно, не верили, но и диссидентствовали разве что дома на словах. У Беллы с политикой вообще своя история. Она писала про восходы и закаты, про деревню и людей, не замечая государственного строя. Чем и бесила власть. Будто нету их, никаких большевиков и коммунистов. Я записывал ее рассказы на диктофон. Если можно, пусть сказанное поэтессой Ахмадулиной выйдет от первого лица.

«Возможно, мои близкие выжили потому, что бабушкин брат Александр Митрофанович Стопани считался каким-то дружком Ленина, — говорила Белла. — Вождя бабушка видела всего два раза. Второй раз в Донбассе это произошло. Она работала сестрой милосердия. Мне очень нравилось — «милосердная сестра», то есть что сестра — всех. У нас же называется «медсестра». Она как-то жила, сражалась с болезнями.

И дети все болели, и бабушка, потому что заразно было. Потом бабушка заболела тифом, от которого чуть не погибла, сыпным тифом. И тут явился Ленин проведать своего подобострастного друга Стопани. Ну и вот, он явился, когда бабушка уже заболевала тифом, а он грубо сказал: «Вели своей сестре подать кофе!» Бабушка подала какой-то там плохо сваренный кофе, с какими-то холодными сливками, и он тогда закричал: «Что, твоя сестра такая дура, до сих пор не научилась кофе готовить?!» Вот какой характер. Ну а бабушка стала терять сознание, и ее увезли в больницу — сыпной тиф».

Белла видела все — травинку, цветок, деревню, людей в деревне... Стихи писала как дышала. У нее была обостренная реакция на все. А про режим — нет. Хотя деться от него никуда нельзя было, даже если ты сосредоточен только на художественных ценностях.

«Итог увяданья подводит октябрь, природа вокруг тяжела, серьезна...» — не печатали ее стихи с такими первыми строками. Говорили: «Политическая провокация». Так смешно, я эти строчки публикую сейчас именно в журнале «Октябрь».

Не отстранишься. Недавно вот с моим двоюродным братом Азарием история произошла. Назарбаев устроил прием в Астане для бывших заключенных трагически знаменитого лагеря АЛЖИР — Акмолинский лагерь жен изменников Родины. Выжили, конечно, немногие, сейчас старики уже все... Собирали народ по спискам заключенных. Азарий в Лозанне живет, так ему оплатили дорогу в оба конца, и он поехал. На приеме — а там пресса, все как надо — Назарбаев его спрашивает:

— Расскажите, господин Плисецкий, как вы тут у нас сидели?

— Я главным образом лежал, — ответил Азарий.

Фото: из архива Б. Мессерера

Дело в том, что когда матери Майи дали восемь лет и отправили в лагерь, она приехала с младенцем. Ему только три месяца было. Старших, Майю и Алика, успели перехватить родственники... А Азарий сидел, но скорее лежа.

У него судьба такая — вот бы о чем спрашивать! Как балетного танцовщика Азария в махровое советское время пригласили «в порядке оказания помощи братской стране» за рубеж.

Любимица Кубы великолепная Алисия Алонсо стремительно теряла зрение, но не собиралась покидать сцену. Азарий был для нее незаменимым партнером, и Алисии несколько раз удавалось убедить кубинское руководство договориться с СССР, чтобы Плисецкого как партнера у нее не забирали.

Приглашение продлевали и продлевали, что в советское время было невероятно. Танцевали они по всему миру. Наш Азарий жал руку Мао Цзэдуну и еще много кому. Дуэт Плисецкий — Алонсо был настолько отточен, что ни у кого и мысли не возникало, что великая кубинка временами не видела ни зала, ни сцены... Азарий потом работал как педагог и балетмейстер с Роланом Пети в Марселе, со Штутгартским балетом в Германии и очень сблизился с Бежаром, который к тому времени перебрался с труппой в Швейцарию.

— Мне всегда казалось, что так, как Плисецкие, властью мало кто обласкан...

— Если не считать, что отца Майи Михаила Плисецкого расстреляли. Майя всегда соблюдала свою отдельность, с ней был груз ее памяти. Режим, исступленная работа, сколько ее помню, засыпала со снотворным. При этом неукротимая, вспыльчивая, взрывная.

В 1956 году наметились первые заграничные гастроли Большого театра в Англию. Во главе коллектива тогда стояла Галина Сергеевна Уланова, Майя была как бы на втором месте. Все афиши печатались, понятное дело, на обеих прим. Мой отец тогда уже не танцевал, был педагогом. Зато Алик, мой двоюродный и родной брат Майи, которого она очень любила, как раз пришел в труппу Большого после окончания хореографического училища.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Алиса Вокс. Алиса из Ленинграда Алиса Вокс. Алиса из Ленинграда

Нужно отдать должное Шнурову, он был крутым конъюнктурщиком — в хорошем смысле

Коллекция. Караван историй
В лучшей форме В лучшей форме

Интерьер загородного дома, в котором всё подчинено здоровому образу жизни семьи

SALON-Interior
Ирина Пегова: «Иногда нужно остановиться и сделать то, что подсказывает сердце, не слушая никого» Ирина Пегова: «Иногда нужно остановиться и сделать то, что подсказывает сердце, не слушая никого»

Вы что? У вас есть артистка, которая хочет сама прыгнуть! Пользуйтесь этим

Караван историй
«Если руководить — тогда мужчины»: что делали женщины в советской политике «Если руководить — тогда мужчины»: что делали женщины в советской политике

Женщины в политической системе СССР

Forbes
Алла Довлатова: «Жена Нагиева мстила соперницам» Алла Довлатова: «Жена Нагиева мстила соперницам»

По дороге Нагиев наплел мне, семнадцатилетней дуре, что совершенно свободен

Коллекция. Караван историй
10 необычных видов диких кошек, которых сложно приручить 10 необычных видов диких кошек, которых сложно приручить

В качестве домашних любимцев таких кошечек завести тяжеловато

ТехИнсайдер
Александр Васильев: «К Щедрину я приехал с большим пустым чемоданом» Александр Васильев: «К Щедрину я приехал с большим пустым чемоданом»

«Модный приговор» — великая школа жизни, я смог узнать многое о психологии людей

Караван историй
Почему мы все становимся нарциссами? Почему мы все становимся нарциссами?

Связаны ли социальные сети и нарциссизм?

Популярная механика
Братья Третьяковы. За великую заслугу пред Москвою... Братья Третьяковы. За великую заслугу пред Москвою...

Был Третьяков человеком непафосным, избегал публичности и похвал в свой адрес

Караван историй
МХТ Хабенский МХТ Хабенский

Новый художественный руководитель МХТ им. А.П.Чехова Константин Хабенский

Собака.ru
Команда Команда

Ушедший год для молодых артистов выдался более чем насыщенным

OK!
Что такое блокчейн: все, что нужно знать о технологии Что такое блокчейн: все, что нужно знать о технологии

Что такое блокчейн и как он работает?

Forbes
Леонид Роберман. Авантюрист Леонид Роберман. Авантюрист

Отношения продюсера и актеров — самое ценное и дорогое, что может быть

Коллекция. Караван историй
Дело вкуса Дело вкуса

Почему люди выбирают сознательные ограничения в питании, связанные с религией?

Seasons of life
42 месяца, чтобы научить ребенка общаться 42 месяца, чтобы научить ребенка общаться

Родителей беспокоит, как развивается их ребенок. Попробуем в этом разобраться

Psychologies
«Если вы идёте сквозь ад — не останавливайтесь». Что говорят руководители своим сотрудникам в начале нового кризиса «Если вы идёте сквозь ад — не останавливайтесь». Что говорят руководители своим сотрудникам в начале нового кризиса

Мы собрали несколько сильных обращений руководителей к своим командам

Inc.
Дети и подростки в эпоху перемен Дети и подростки в эпоху перемен

Как воспитывать детей и подростков в условиях нестабильности

СНОБ
6 простых механизмов: облегчаем работу! 6 простых механизмов: облегчаем работу!

«Простые механизмы»: колесо и ось, рычаг, наклонная плоскость, шкив, винт и клин

Популярная механика
Консервные банки, «E-шки» и рецепты для гиков: научный взгляд на пищевую индустрию Консервные банки, «E-шки» и рецепты для гиков: научный взгляд на пищевую индустрию

Книги о том, как на самом деле производят все, что мы едим

Популярная механика
Почему в России до сих пор нет своих процессоров? Почему в России до сих пор нет своих процессоров?

Что ждет отечественные процессоры Байкал и Эльбрус

CHIP
Устойчивые мифы: 7 популярных заблуждений о мировых достопримечательностях Устойчивые мифы: 7 популярных заблуждений о мировых достопримечательностях

Предлагаем семь мифов о достопримечательностях, которые стоит развенчать

Вокруг света
5 диких традиций, калечащих женщин в разные времена 5 диких традиций, калечащих женщин в разные времена

Бинты, дамское седло, пояс верности и другие традиции, которые калечили женщин

Популярная механика
Все о мигрени: современные способы профилактики головной боли Все о мигрени: современные способы профилактики головной боли

Мигрень: какие лекарства действительно работают, а какие – нет

Популярная механика
Повелители рек Повелители рек

Плотины кардинально меняют окружающий ландшафт и экосистему

Вокруг света
Как очистить Айфон перед продажей: подробная инструкция Как очистить Айфон перед продажей: подробная инструкция

Как правильно удалить данные с Айфона перед продажей?

CHIP
Palantir: как американские спецслужбы следят за населением Palantir: как американские спецслужбы следят за населением

Мы все под колпаком!

Популярная механика
Не пустой звук Не пустой звук

34 миллиона детей по всему миру страдают от проблем со слухом

Harper's Bazaar
Кто такие ассирийцы: история древнего города Ассирия Кто такие ассирийцы: история древнего города Ассирия

Ассирийцы – один из самых древних народов мира

Популярная механика
Раннее слабоумие: 5 тревожных сигналов Раннее слабоумие: 5 тревожных сигналов

Порой повышенная рассеянность говорит о начале деменции

Лиза
Сила сестринства: как женщины собираются в кризисных ситуациях и помогают другим Сила сестринства: как женщины собираются в кризисных ситуациях и помогают другим

Несколько примеров женской взаимопомощи даже в самых сложных ситуациях

Forbes
Открыть в приложении