Ирина Азер. Актриса и дочь богатейшего человека в Тегеране

Коллекция. Караван историйЗнаменитости

Ирина Азер. Про золотые слитки, съеденные тюльпаны и дядю Гошу Вицина

Ирина Зайчик

На дорожке, ведущей к дому, послышались крадущиеся шаги. В душной темноте раздался резкий крик павлина. Где-то очень близко тревожно завыли полицейские сирены. По домофону гортанный голос на фарси приказал: "Открывайте, полиция! В вашем доме бомба!" Все дальнейшее было похоже на кошмарный сон...
Материал был опубликован в сентябре 2001 года.

— История, случившаяся со мной в Тегеране, невероятна и полна приключений, опасных и трагических. Словно в сказке о Шахерезаде! Огромная вилла в райском саду, колье с огненными рубинами и слитки золота, борьба за наследство и убийство отца ближайшими родственниками из-за денег, бегство в парандже под дулами автоматов и восточно-пряная любовь с неизбежным расставанием...

А началось все давным-давно... Еще когда моя мама, белокурая казачка, воевавшая на фронте, встретила в Баку и полюбила польского военного летчика Иофана. После войны его упросили остаться работать на местном аэродроме. Иофан очень хотел дочку и даже придумал ей необычное имя — Ирэн, но под нажимом аристократических родственников, так и не дождавшись моего рождения, он вернулся в Польшу.

На моей маме женился политический эмигрант генерал Абдур-Реза Азер. Своего отчима я всегда считала родным отцом

На маме женился политический эмигрант генерал Абдур-Реза Азер. Отчим принадлежал к ближайшему окружению иранского шаха Пехлеви, но в конце сороковых годов вынужден был бежать в СССР, так как шахиншах, именно так обращались к правителю иранцы, приговорил его к смертной казни. На плакатах, расклеенных по всему Тегерану, предлагалась гигантская сумма за голову взбунтовавшегося генерала, ставшего одним из лидеров народной партии Ирана.

Вначале Азер с соратниками прятался в горах, потом перебрался в Баку, где ему предоставили политическое убежище. Папа, а я считаю Резу своим отцом, происходил из знатной семьи потомственных врачей, учился во Франции, окончил там офицерскую школу, затем Сорбонну, на севере Тегерана имел огромную виллу с псарней и конюшней. Но он все бросил и стал изгнанником, проклятым на родине.

В Баку всех политэмигрантов поселили в резиденции бывших богачей. На закрытой территории с огромными садами попадались разрушенные мечети и заброшенные особняки, а за садами простирались необъятные поля левкоев и роз. Незадолго до моего рождения папа вырыл перед домом бассейн, облицевал его белоснежной плиткой и выложил к нему камешками причудливую дорожку. Я росла как маленькая принцесса среди душистых кустов жасмина, играя в куклы у бассейна с прозрачной водой. В метрике папа записал меня иранкой, а имя я носила, достойное персидской княжны, — Ирэн Абдур-Резаевна Азер.

— На каком языке вы говорили с отцом?

— Он только-только начинал учить русский, зато прекрасно владел арабским, французским, английским и немецким. Ко мне он обращался на фарси. Ни мама, ни моя сестра Деларам, его родная дочь, так и не выучили язык, а я до сих пор говорю свободно с тегеранским произношением. В эмиграции отец защитил докторскую диссертацию, получил профессорскую ставку в институте востоковедения. Еще папа перевел на русский поэму Фирдоуси «Шах-наме».

Абдур-Реза Азер был подданным иранского шаха и богатейшим человеком в Тегеране

В Москве от Красного Креста нам выделили большую квартиру на Песчаной, где все время толпились его ученики. Иногда, прервав занятия, он кричал маме Лиле на кухню: «Лейла, ребята хотят есть!» И мама подавала на стол гору золотистого плова, усыпанную зернами граната, и хорешт — специальную мясную добавку.

К семидесяти годам папу начала мучить ностальгия по родине, и он решил вернуться. В знак признательности передал в дар Ирану свой титанический труд — переложение на латиницу древнего языка фарси. Подарок был принят шахом с царственным безразличием. За папу просили родственники, но шах был непреклонен: «Реза хочет вернуться? Хм... Он когда-то подрался с моим братом, а потом еще революционером заделался. Я ему этого не прощу!»

На счастье папы, Реза Пехлеви как-то с официальным визитом приехал в Советский Союз. Реза с Резой встретились в посольстве и наконец выяснили отношения. Получив помилование шаха, папа обратился в Красный Крест, но там его стали отговаривать от поездки на родину: «Езжайте в любую соцстрану, только не туда».

Доведенный до отчаяния, он объявил голодовку. Мы ходили на цыпочках по квартире, у его постели в знак солидарности все время дежурили друзья-иранцы. Однако как только о голодающем иранском генерале передали по «Голосу Америки», документы на выезд моментально подготовили. Папа собрался ехать один, уладить все проблемы с возвращением поместья, а затем вызвать в Тегеран семью. В иранском посольстве, между прочим, сообщили, что его владения оцениваются в двадцать два миллиона долларов. Уезжая в Тегеран, папа на всякий случай оставил нам завещание.

— Неужели за все эти годы его виллу никто не занял?

— Перед тем как эмигрировать, отец все документы на собственность отдал на хранение старшему брату. Но тот умер и на вилле поселился его средний брат с женой американкой и детьми. В письмах брат все время заверял отца, что ждет его и готов передать все владения в целости и сохранности. Отец поверил и с радостью отправился в Тегеран. Когда я с дочкой приехала к отцу в гости, меня потрясли роскошные фруктовые сады, бассейны, вышколенная прислуга, обносящая ледяным шампанским многочисленных гостей-американцев, апартаменты, обставленные с восточной роскошью. Над виллой на собственных самолетах часто кружил живший неподалеку Пехлеви: то на голубом, то на белом.

Папа все никак не мог добиться окончания своего дела — как оказалось, брат, воспользовавшись его бегством, выкупил землю за бесценок. Отец мог подать в суд, ведь дарственной брату не оформлял. Думаю, он представлял опасность для родичей, и они задумали с ним расправиться.

Погостив немного в Тегеране, я уехала домой, и вдруг вслед посыпались телеграммы: «Отец в больнице, ему плохо». Пока мы с сестрой оформляли выезд, а в те времена это было страшной волокитой, папа оказался при смерти. Как мне потом рассказали, однажды он отправился гулять в горный заповедник шаха, куда пускали только избранных, и подвернул ногу. От обезболивающих уколов, которые отцу делал племянник, становилось только хуже. Кстати, больница, где он лежал, тоже принадлежала его родственникам.

Я навещала папу каждый день, заходила и в соседние палаты, где лежали безнадежные больные. Приносила кому гранат, кому сладости, а кому — веточку жасмина. За это больные прозвали меня Фереште Сефид — Белый Ангел. Врачи сказали, что папа обречен, и мы решили забрать его домой. После папиной смерти я нашла пустые упаковки от ампул, которые оказались сильнейшими нейролептиками. Его явно хотели убить!

Друзья отца помогли мне получить разрешение на аудиенцию у шахини — я собиралась говорить с ней по поводу наследства. Но эта встреча так и не состоялась: в стране произошел переворот, шах с семьей бежал за границу, а на Тегеран двинулся Хомейни с войсками. Все вокруг изменилось. Если раньше в Тегеране царил проамериканский настрой — слышалась английская речь, преобладала европейская одежда, то теперь на улицу стало страшно выходить, особенно мне, блондинке. Бесконечные религиозные праздники, взрывы в кинотеатрах, митинги фанатиков...

Однажды мы с сестрой отправились за продуктами, закутавшись с головы до ног в черное. Вдруг меня с силой схватил за руку незнакомый иранец и затащил в ближайшую лавку. «Вы с ума сошли! Куда вас несет, вы что, не видите, что творится?!» — прошептал он в испуге. Я выглянула в окно и в ужасе замерла — по улице двигалась огромная толпа с камнями и плакатами Хомейни, скандируя: «Долой шорави и амэрикан!» («Шорави» в Иране называли советских.) Нас могли тут же забить камнями!

Когда папа умер, его похоронили не в семейном склепе, а на общем кладбище, завернув, по местным обычаям, в белый саван. Брат на похороны ?коммуниста, опозорившего род Азеров, так и не пришел. Над могильной плитой долго и заунывно мулла читал Коран, рядом с нами стояли верные друзья генерала. После похорон я отправилась к родственникам с распиской дяди, в которой он обещал отдать племянницам треть наследства, но когда дядя попытался вырвать ее из моих рук, чтобы уничтожить, я поняла, что восточное вероломство — это не сказки... Завещание отца и дядина расписка хранятся у меня до сих пор.

— Неужели вам так ничего и не досталось?

— Перед отъездом друг отца, банкир, водил меня по банкам и в каждом клал мне в руки золотые слитки по килограмму:

— Ты сможешь их забрать с собой?

— Конечно нет! — отвечала я, представив лицо советского таможенника при виде чемодана с золотыми «кирпичиками».

На мой день рождения банкир подарил мне колье с бриллиантами и рубинами, сказав: «Когда станет трудно — продай. Этих денег тебе хватит на всю жизнь». Но продать колье пришлось там же, в Иране. Срочно нужны были деньги на билеты (в военное время они стоили баснословно дорого) и на вывоз отцовских рукописей. В Тегеране вовсю бушевала война, все опаснее становилось выходить на улицу.

Продавать колье отправилась сестра, поскольку она более походила на иранку. «Эта вещь краденая!» — убежденно заявил хозяин лавки и выдал ей сущие гроши, которых хватило лишь на оплату лишних килограммов груза в аэропорту. В Москве все работы отца я отнесла в Институт востоковедения. Впоследствии они были украдены. Думаю, папа помог написать не одну диссертацию...

— Наверное, трудно было двум москвичкам жить на чужбине?

— Слава богу, там я познакомилась с прекрасным человеком. Все то время, что мы провели подле умирающего отца, Парвиз меня очень поддерживал.

...Как-то вечером меня из гостей отвозил на машине родственник. Неожиданно на единственно широком шоссе — в Тегеране все улочки очень узкие — с нами поравнялась иномарка и из окна на меня уставился широко улыбающийся красивый парень. Его машина то отставала, то ехала рядом с нами. Это продолжалось довольно долго. Через какое-то время я не выдержала и знаком попросила водителя остановиться.

— Почему вы преследуете меня?

— Я в вас влюбился.

Незнакомец сопровождал меня до самого дома, несмотря на ужас, сковавший моего родственника. Не знаю почему, но мне ни капельки не было страшно, хотя в этой стране следовало бы опасаться встреч с незнакомцами. После смерти отца, когда я начала отстаивать у родственников права на наследство, на улице нас с сестрой чуть не сбила машина, а однажды ночью к нам внезапно ворвались полицейские и перевернули все вверх дном, объявив, что в доме заложена бомба.

В конце концов мы стали бояться, что нас отравят. Но мне повезло, я встретила защитника — Парвиза! Как выяснилось, красивый шатен с зелеными глазами был богат, занимался продюсированием фильмов и к моменту нашей встречи разводился с женой.

— Интересно, как ухаживают иранские продюсеры?

— На следующий день после знакомства он долго смеялся: «Знаешь, где ты меня остановила? Это единственная улица в Тегеране, где стоят проститутки». Мы поужинали в кафе и отправились домой. По дороге Парвиз заскочил к приятелю, попросив меня подождать в машине. Через несколько минут возвращается с огромным бумажным пакетом. Я не успела испугаться, как на меня из опрокинутого пакета дождем посыпались веточки жасмина.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Венсан Кассель и Тина Кунаки. Еще раз про любовь Венсан Кассель и Тина Кунаки. Еще раз про любовь

История любви Венсана Касселя и Тины Кунаки

Караван историй
Как за 3 часа сделать больше, чем многие успевают за неделю Как за 3 часа сделать больше, чем многие успевают за неделю

Вам бывает сложно фокусироваться, оставаться продуктивными и завершать дела?

Psychologies
Анжела Хачатурьян. Стальная леди советского шоу-биза Анжела Хачатурьян. Стальная леди советского шоу-биза

Анжела Хачатурьян. Стальная леди советского шоу-биза

Коллекция. Караван историй
Убить по правилам: кодексы чести в Российской империи Убить по правилам: кодексы чести в Российской империи

В XIX столетии начался настоящий дуэльный бум

Вокруг света
Смотрите-ка, звезда! Смотрите-ка, звезда!

Певица Лиза Монеточка о своих преподавателях и учебе в школе

Домашний Очаг
Ирак, террор, 18 лет войны. Фильм Александра Молочникова. Премьера Esquire Ирак, террор, 18 лет войны. Фильм Александра Молочникова. Премьера Esquire

Режиссер Александр Молочников снял документальный фильм об иракской войне

Esquire
Евгения Добровольская. От комедии до трагедии и обратно Евгения Добровольская. От комедии до трагедии и обратно

Евгения Добровольская о большой семье

Коллекция. Караван историй
«О мамонтах и их спутниках: палеоэкология мамонтовой фауны» «О мамонтах и их спутниках: палеоэкология мамонтовой фауны»

Отрывок из книги Иоганна Фридриха Блюменбаха о бивнях мамонта

N+1
Нина Цагарели. Любимая жена Абдуллы Нина Цагарели. Любимая жена Абдуллы

В кино Абдулла содержал гарем, а в жизни Кахи Кавсадзе хранил верность жене

Коллекция. Караван историй
Сбывшийся сон князя Гедимина: 7 фактов о Вильнюсе Сбывшийся сон князя Гедимина: 7 фактов о Вильнюсе

Вильнюс полон разных тайн, но готов раскрыть их желающим

Вокруг света
Будущее стратегической авиации: B-21 против ПАК ДА Будущее стратегической авиации: B-21 против ПАК ДА

В России и США разрабатываются новые модели стратегических бомбардировщиков

Популярная механика
4 вопроса, на которые стоит ответить себе, прежде чем уволиться 4 вопроса, на которые стоит ответить себе, прежде чем уволиться

Помогаем определиться — пора ли писать заявление об увольнении или пока нет

Playboy
Выгоревшее дело Выгоревшее дело

Когда любимая работа вдруг стала ненавистной

Добрые советы
Предприниматель — не робот: как победить выгорание и не навредить бизнесу Предприниматель — не робот: как победить выгорание и не навредить бизнесу

Как справиться с выгоранием, когда нужно управлять компанией?

Forbes
Не просто фитнес-стартап, а медиакомпания: история Peloton, которая тратит миллионы на запись тренировок Не просто фитнес-стартап, а медиакомпания: история Peloton, которая тратит миллионы на запись тренировок

Netflix в мире фитнеса

VC.RU
Броненосцы: рыцари в круглых латах Броненосцы: рыцари в круглых латах

Испанские конкистадоры удивились, встретив в Южной Америке животных в броне

Вокруг света
10 самых высокооплачиваемых профессий с минимальным уровнем стресса 10 самых высокооплачиваемых профессий с минимальным уровнем стресса

Кажется, самое время подумать о смене места работы

GQ
Кости животных указали на круглогодичное заселение датского острова в эпоху мезолита Кости животных указали на круглогодичное заселение датского острова в эпоху мезолита

Археологи проанализировали фаунистические материалы со стоянки Редхалс

N+1
Как определить размер перчаток – подробная инструкция по выбору идеальной пары Как определить размер перчаток – подробная инструкция по выбору идеальной пары

Как правильно измерить руку и выбрать верный размер перчаток

Cosmopolitan
От штампа до временных тату: легкие и необычные способы получить красивые брови От штампа до временных тату: легкие и необычные способы получить красивые брови

Самые экзотические способы привести в брови в порядок

Cosmopolitan
Отец не тот, кто родил: самые заботливые звездные отчимы — Ургант, Сил и другие Отец не тот, кто родил: самые заботливые звездные отчимы — Ургант, Сил и другие

Эти знаменитости смогли стать отличными отчимами

Cosmopolitan
Все как по маслу: 4 компонента идеального свидания Все как по маслу: 4 компонента идеального свидания

Идеальное свидание — это проще, чем ты думаешь

Playboy
Гиалуроновая ручка для увеличения губ дома: круто или опасно? Гиалуроновая ручка для увеличения губ дома: круто или опасно?

На рынке появилось устройство, с помощью которого можно увеличить губы дома

Cosmopolitan
ДТП вековой давности: история одного фото ДТП вековой давности: история одного фото

В ч/б и в цвете — можно рассмотреть все детали

Вокруг света
Они настоящие! Фильмы про маньяков, основанные на реальных событиях Они настоящие! Фильмы про маньяков, основанные на реальных событиях

Жизнь иногда подкидывает такие сюжеты, которые не придумает и сценарист

Cosmopolitan
Какие продукты снижают кровяное давление: список, рекомендованный кардиологами Какие продукты снижают кровяное давление: список, рекомендованный кардиологами

Подборка полезных для сердца продуктов, которые стоит включить в рацион

Playboy
Меня любили меньше Меня любили меньше

Эта боль знакома многим: почему брата или сестру родители любят больше?

Psychologies
Планка: 11 эффективных вариантов тренировки Планка: 11 эффективных вариантов тренировки

Планка поможет вам улучшить выносливость, ловкость и гибкость

РБК
Побег из города Побег из города

Экомаршруты для активных путешественников

Лиза
Еду я на Родину: как скульптор с мировым именем возрождает родное село Еду я на Родину: как скульптор с мировым именем возрождает родное село

Зачем скульптор Даши Намдаков вкладывает деньги в российскую глубинку

Вокруг света
Открыть в приложении