КАНТРИ Русская азбукаКулинария
Окрошка
На кефире, на квасе, а может, на просекко? С мясом или с колбасой? А огурец нужен? Вопросов не счесть, когда речь заходит о самом любимом в России освежающем летнем супе
![](https://cs.kiozk.ru/content/5ds/ker/ed4/zughgcyfiqgeeade6w7jcio/art/99181/qqqfwguv.jpg?v=1&temp_url_sig=fXc-0AQn6lHR6eoqFCqRzQ&temp_url_expires=1725837900)
Есть такая поговорка «Голь на выдумки хитра», и кулинарное изобретение под названием «окрошка» иллюстрирует ее как нельзя лучше. Что стало прообразом блюда – то ли древнерусский холодный суп на основе черной редьки и репчатого лука, залитых кислым хлебным квасом, то ли вымоченная в квасе вобла, которую ели с мелкой нарезкой из овощей поволжские бурлаки после тяжелого трудового дня, – сегодня можно лишь гадать. Но в одном сомневаться не приходится: окрошка появилась не от хорошей жизни ее авторов, став следствием их бедности и социального неблагополучия.
Сытой жизнью в условиях крепостного права мало кто мог похвастать, так что эта нехитрая еда пришлась очень кстати и оказалась удобной во всех отношениях: делалась из самых простых продуктов (изначально – огурцы, укроп, зеленый лук, яйцо и сметана, позднее – картофель, отварное мясо, иногда редис), не требовала особых поварских навыков (порезал, залил – и готово), наконец, утоляла не только голод, но и жажду (что особенно ценно в жаркий день в сезон полевых работ). Неудивительно, что уже очень скоро окрошка вошла в число самых популярных весенне-летних кушаний в русской деревне, оттянув на себя внимание от щей. При этом вплоть до XIX века она считалась вовсе не первым блюдом, как сейчас, а закуской. Тут будет уместно вспомнить ее «брата» из Европы – испанский суп гаспачо, который на протяжении веков также расценивался как блюдо для аперитива, а никак не суп, и своим названием тоже обязан способу приготовления: если окрошка образована от слова «крошить», то гаспачо – от caspa («кусочки»).
![](https://cs.kiozk.ru/content/5ds/ker/ed4/zughgcyfiqgeeade6w7jcio/art/99181/o9r021yt.jpg?v=1&temp_url_sig=P_C6xPbN3lf4eC8Uii7lVg&temp_url_expires=1725837900)
На серьезных штях
Сегодня на чем только не готовят окрошку: на минеральной воде, огуречном или капустном рассоле, айране, кислом молоке, молочной сыворотке, свекольном бульоне, ацидофилине, смеси овощных соков, пиве и даже (для озорных барышень) на просекко. Но классическими вариантами все же считаются два – на кефире и на «белом» ржаном или ячменном квасе с кислинкой, лучше всего домашнего приготовления. А вот темный питьевой квас промышленного производства, которым заставлены полки современных продуктовых магазинов, использовать для окрошки не рекомендуется: его сладость «забьет» вкус других ингредиентов и испортит блюдо.
В извечном споре, какая «заливка» исторически является более верной – кефир или квас, ответ однозначен. Во всех кулинарных книгах древнее ста лет зафиксированы рецепты именно на «кислых штях» (старое название кваса), что абсолютно ожидаемо, ведь в царской России квас делали практически в каждом доме и передавали рецепт из поколения в поколение. В некоторых старых инструкциях к квасу рекомендовали примешивать рассолы. Например, в «Словаре поваренном, приспешничьем, кандиторском и дистиллаторском» (1795) речь идет о смеси сливового и огуречного рассолов, а также яблочного уксуса. По мнению исследователей кулинарии, целью таких «добавок» могло стать стремление размягчить мясо. Дело в том, что в русских деревнях домашний скот забивали, как правило, осенью, зимой мясо активно ели, весной остатки засаливали, а к лету все это дубело так, что разжевать волокна было уже практически невозможно. Тут-то и наставал звездный час для всевозможных «кислых помощников», к которым прибегали, в частности, при приготовлении окрошек.
Квас, подвинься!
В Советском Союзе тренд на квас никуда не делся, правда, в трестах, ресторанах и столовых заливать окрошку все чаще стали не светлым, а темным напитком. «Только квас, и никакого кефира! Так было прописано в сборнике рецептуры, и мы не имели права фантазировать», – вспоминает ресторатор Клара Гладштейн. Кефир подкрался к окрошке легкой поступью, в основном с юга страны. Впервые о его пользе для организма человека поведал миру еще при царской России доктор Александр Джогин из Тифлиса. В 1867 году во время своего доклада в Кавказском медицинском обществе он продемонстрировал коллегам кефирные грибки и рассказал, что такой продукт, очень похожий на кумыс, делают, например, кабардинцы. Триумфальное шествие кефирных супов по Кавказу стало лишь вопросом времени: в Грузии набирали популярность первые блюда на мацони, в Армении – спас, в Азербайджане – овдух. Не устояла и русская окрошка, правда, держалась она дольше всех.
Кефирная мода накрыла нашу страну благодаря страстному адепту этого кисломолочного продукта Мануилу Певзнеру, основоположнику диетологии и клинической гастроэнтерологии в СССР, автору знаменитой системы питания из 15 «столов». В 1920–30-е годы с его легкой руки напиток стали включать чуть ли не во все диеты, заполонили им магазинные прилавки, словом, внедрили в повседневный обиход граждан новой, Советской страны, в том числе и в качестве заливки для окрошки. Определенную лепту в этот процесс внесла и индустриализация: сельские жители покидали деревни и, оказываясь в больших городах, переставали производить продукты питания самостоятельно и все необходимое покупали в магазинах. В регионах, где на только что построенных предприятиях запускалось производство кисломолочной и другой продукции, грех было не сделать ее частью своего рациона. Кефир, уксус, минералка – все это теперь было под рукой, оставалось лишь добавить их в блюда, переосмыслив старые рецепты. Что и было сделано – в частности, с окрошкой.