Встреча в фуд-корте с главной авангардной группой поколения Shortparis

EsquireЗнаменитости

Прожектор Shortparis

Shortparis называют самой эффектной молодой группой страны и новыми героями питерского андеграунда. В фуд-корте торгового центра музыканты рассказали Esquire, почему выступать на стадионах – стыдно

Фотограф Алексей Костромин
Записали Сергей Минаев, Сергей Яковлев

Сергей Минаев: Кто придумал эту локацию? (фуд-корт в торговом центре «Галерея» в Санкт-Петербурге. – Esquire).

Николай Комягин: Администратор «Галереи»? (Смеется.)

Сергей Минаев: Но почему?

Николай Комягин: Ну посмотрите, какое чудесное место! Сидит дама в платке – явно представительница исламской конфессии, она красит губы, потребляет пищу. Она удовлетворяет свои базовые потребности, чтобы потом удовлетворить духовные. Здесь же рядом мужик в голубой рубашечке с галстучком, у него обеденный перерыв, он какой-нибудь аудитор или продавец сотовых телефонов. Когда я в первый раз оказался здесь вечером, обычными смертными посетителями «Галереи» были продавцы из Finn Flare. Уставшие женщины, апатичные. У них хватало сил дойти до какого-то «Теремка», сделать заказ, съесть и пойти домой. Это уникально. Мне кажется, это современный Вавилон, где много мерзкого и прекрасного одновременно – правды жизни.

Сергей Яковлев: Вы не такие же, как обычные смертные?

Николай Комягин: Я имел в виду продавцов, резидентов «Галереи». В общем-то мы все обычные смертные.

Сергей Минаев: Можно я сразу перейду к интервью, которое вы дали «Афише»? Там было много разного, иногда наивного, на мой взгляд. Вы рассказывали историю вашего перформанса (в творческом кластере «Бертгольд-центр» в Санкт-Петербурге. – Esquire), когда перед выступлением вы записали и запустили аудиообращение к строителям на киргизском языке («Уходите, уходите, мы не будем играть для вас…». – Esquire). И кто-то из вас сказал в интервью: «У нас получился диалог без обратной связи. Кто понял – ничего не ответил, а тот, кто мог ответить, ничего не понял. Но рано или поздно люди начнут задумываться». Над чем начнут задумываться?

Данила Холодков: Задумываться не над чем-то конкретным, а вообще, в принципе. Люди начнут погружаться в суть проблемы: «Почему мы не понимаем друг друга?» Есть противопоставление между теми, кто понимает, но не может ничего сказать, и теми, кто может сказать, но не понимает. Я имел в виду язык. Если мне на своем языке киргизские рабочие скажут, что они поняли меня, я не пойму их.

Сергей Минаев: Как ты думаешь, что киргизские рабочие в тот момент чувствовали, когда они видели вас и слышали знакомый язык?

Данила Холодков: Если сказать просто, то заинтересованность, конечно. Обычную заинтересованность.

Сергей Минаев: «Какие-то странные люди почему-то говорят на нашем языке...»

Николай Комягин: Для них реальность в тот момент стала сложнее. У всех в голове есть определенные паттерны. Возникли ситуации, которые не укладывались в них. Мысль может повести себя непредсказуемо. Мы об этом говорим. Мы как бы разрушаем привычную логическую цепочку, мысль выпадает из заведомо запланированных паттернов, и, соответственно, она способна на любое хаотичное движение. Оно может быть продуктивным, может быть деструктивным. В биографии каждого этого киргиза возникает прецедент, когда выходит группа совершенно посторонних людей, которые внешне выглядят как белые хипстеры, лысые, бритые парни – то есть максимально недружелюбно, – и вдруг обращаются к ним с уважением, с пиететом, то ли иронично, то ли серьезно. Они уже понимают, что это сложное измерение, в нем есть какие-то ходы. Такого опыта крайне мало. Все привыкли существовать в стандартах. А мы обогащаем друг друга непредсказуемостью.

Сергей Минаев: Ты действительно считаешь, что ты обогатил киргизских рабочих? Они подумали, что обстоятельства стали более дружелюбными?

Николай Комягин: Мне кажется, это приятное ощущение, когда кто-то обращается к твоей культуре и пытается говорить. Это создает прецедент одинаковости. Если бы мы были какими-нибудь либеральными ребятами, которые хотели бы прививать мультикультурность и принцип инаковости, мы бы так и работали. Мы создали бы инаковую ситуацию. И каждый из нас имеет опыт отличного. Вот и все.

Сергей Минаев: У меня, собственно, об этом и был вопрос – о диалоге культур. Вы видите его возможным?

Данила Холодков: Я думаю, что диалог возможен практически между любыми культурами.

Сергей Минаев: Я имею в виду диалог между большой массой людей, которые приезжают сюда, неся не просто иную культуру, а зачастую ее отсутствие. Я не говорю сейчас, что они плохие. Просто у них была такая страна. Плюс у них совершенно другая религия. И вы – вполне образованные мальчики, цитируете немецких философов, понимаете, как развивалась европейская цивилизация. Какой у вас может быть диалог?

Николай Комягин: Что такое диалог?

Сергей Минаев: Диалог – это первая ступенька: мы поздоровались, объяснились, сформулировали какие-то принципы, обозначили свои комфортные и дискомфортные зоны, и дальше начинаем вместе существовать. А я говорю про историю, когда тебя атакуют. Есть большая пассионарная масса, для которой на первом этапе ты работодатель, потому что масса здесь зарабатывает, а на втором этапе ты, конечно, противник, потому что занимаешь их жизненное пространство.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Наследие: Литература, искусство, кино Наследие: Литература, искусство, кино

В майском номере Esquire находит русский след в мировой культуре

Esquire
«Капитан Марвел»: каким получился первый фильм Marvel про супергероиню-женщину «Капитан Марвел»: каким получился первый фильм Marvel про супергероиню-женщину

Вспоминаем все, что предшествовало премьере фильма «Капитан Марвел»

Esquire
Тимур Бекмамбетов Тимур Бекмамбетов

Правила жизни режиссера Тимура Бекмамбетова

Esquire
Перемены неизбежны Перемены неизбежны

Мода будущего: одежда из 3D-принтера, отказ от меха и экзоскелеты

Grazia
ОМ в горле ОМ в горле

Сергей Минаев и Игорь Григорьев о том, как меняют культуру новые артисты

Esquire
Дима Гордей: Дима Гордей:

Дима Гордей о том, как проводит выходные и что считает своим главным недостатком

Cosmopolitan
Брюс Бэннер Брюс Бэннер

Правила жизни ученого и супергероя Брюса Бэннера

Esquire
Дмитрий Шевченко: Дмитрий Шевченко:

Почему Дмитрий Шевченко до сих пор не женился снова?

Караван историй
Над пропастью поржи Над пропастью поржи

Ходят слухи, что российский юмор снова на взлете

Esquire
Как правильно выбрать кальян? Полезный гид со всеми нюансами Как правильно выбрать кальян? Полезный гид со всеми нюансами

Как найти кальян, который не стыдно будет достать и приятно покурить?

Playboy
Лав Ю Лав Ю

Актриса Юлия Хлынина покоряет мир

Esquire
Мягкая сила Мягкая сила

Отказ Джулианны Мур от власти и иерархии как путь к внутренней свободе

The Rake
5-минутный путеводитель по... мандаринам 5-минутный путеводитель по... мандаринам

Всё о мандаринах

Esquire
6 правил выживания в Арктике. Рассказывает покоритель Северного полюса 6 правил выживания в Арктике. Рассказывает покоритель Северного полюса

Плюс, офигенный фоторепортаж

Playboy
Децл (Кирилл Толмацкий) Децл (Кирилл Толмацкий)

Правила жизни рэпера Децла

Esquire
Семь способов приблизиться к мечте Семь способов приблизиться к мечте

Несколько советов от Барбары Шер о том, как начать жить так, как вам нравится

Psychologies
Рами Малек Рами Малек

Правила жизни актера Рами Малека

Esquire
Три мушкетера Три мушкетера

Семейные секреты парижского ателье Camps de Luca

The Rake
Будущее бремя Будущее бремя

Почему в XXI веке футурология – грустная наука

Esquire
«Яндекс» как подменили «Яндекс» как подменили

Хакеры используют блокированные Роскомнадзором сайты для сетевых атак

РБК
Смотрительница маяка Смотрительница маяка

В 2018 году дебютный роман Джонсон «В самой глубине» попал в шортлист Букера

Esquire
«Все будет по-моему!» А если нет? «Все будет по-моему!» А если нет?

Чем непомерно высокая планка отличается от высоких стандартов

Psychologies
Михаил Горбачёв: «Лёша, б...!» Михаил Горбачёв: «Лёша, б...!»

Президент Горбачёв не смотрел сериал «Чернобыль», но очень им интересовался

Дилетант
Бьюти-тренды будущего Бьюти-тренды будущего

Необходимость сделать свою жизнь осознаннее и понятнее привела к новым трендам

Psychologies
Они записали убийство Они записали убийство

Квентин Тарантино, Брэд Питт и Леонардо ДиКаприо о главном фильме лета

Esquire
Анна Снаткина: Анна Снаткина:

Интервью с Анной Снаткиной

Караван историй
Гарри ясно Гарри ясно

Дэниел Рэдклифф давно отошел от амплуа волшебника из Хогвартса

Esquire
С почином! С почином!

Дизайнер Томас Физант оформил для молодой семьи их первый собственный дом

AD
У банков отбирают комиссии У банков отбирают комиссии

Экономическая обоснованность комиссий за эквайринг вызывает все больше вопросов

Эксперт
Сбербанк помог создать экзоскелет для хирургов Сбербанк помог создать экзоскелет для хирургов

Хирург провел 12-часовую операцию в экзоскелете ExoChair

Forbes
Открыть в приложении