Фирмы-платформы берут социальную энергию, заблокированную в трансакциях обмена

ЭкспертБизнес

Парадигма Коуза

Фирмы-платформы извлекают социальную энергию, заблокированную в трансакциях обмена

Сергей Чернышев, директор АНО «Русский институт»

Рональд Коуз (1910–2013), английский экономист

О современной системе хозяйствования говорят и пишут как о социуме «взаимного доступа» к активам, «шеринга», «импактинвестирования», «общих ценностей» и т. п. Но главная ее черта в том, что она проектно-обусловлена, ее производительность предопределена качеством проработки совместных проектов и в первую очередь адекватностью лежащего в их основе образа проектного будущего. Это следует уже хотя бы из того, что взаиморасчеты участников проекта ведутся в долях от будущего совместного результата. Залог будущего в проектном соинвестировании заступает место имущественного залога.

За поворотом, в глубине
Лесного лога,
Готово будущее мне
Верней залога.

И здесь общественная наука, выброшенная было за борт социально-экономической практики под предлогом идеологической ангажированности, должна вернуться на капитанский мостик по парадному трапу. Чтобы возобновить связь настоящего с будущим, отозваться на запрос генсека Андропова, а для начала определить стоимостной эквивалент инвестиционного «импакта».

Но что это за наука? И где ее взять?

Я не внес ничего нового в высокую теорию. Мой вклад в экономическую науку состоял в том, что я настаивал на включении в анализ столь очевидных характеристик экономической системы, что они ускользали от внимания, подобно почтальону из рассказа Г. К. Честертона о патере Брауне «Человек-невидимка». Тем не менее, если эти характеристики все-таки включить в анализ, то, по моему убеждению, они приведут к полному изменению структуры экономической теории. Из Нобелевской лекции Рональда Коуза

1.

В том пути, который проделывает и прокладывает рациональное познание, есть смысл различать фарватер и мейнстрим. Фарватер — русло, в котором течение мысли тесно взаимодействует с человеческой практикой, то освещая для нее путь, то устремляясь вдогонку. Мейнстрим — текущее направление статистического большинства исследований, разработок и публикаций, своего рода поветрие или модный тренд. Фарватер в науке имеет преемственный, традиционный характер, подобный судовому ходу религиозного сознания, очерченному маяком Писания и створными знаками Предания. Европейское социальное познание восходит к Платону и Аристотелю. Гегель завершил работу философии, построив всеобщую систему знаний, в которой наука об обществе занимает вполне определенное место. Маркс, а затем Дюркгейм и Вебер сформировали ядро системы социального знания как науки об институтах.

Мейнстрим в большей мере ситуативен и конъюнктурен. Совпадая временами с фарватером, он то и дело отрывается и удаляется от него, образуя отраслевые рукава и заводи, локальные отмели и болота, непригодные для практического судоходства, но комфортные для размножения околонаучного планктона.

Признаки долговременного отхода экономического мейнстрима от фарватера науки об обществе обозначились в 1870-е. Спустя два десятилетия Маршалл перегородил основное русло, и в боковой проран хлынул поток любителей «численной экономики». Образовался обширный затон, обычно называемый неоклассической теорией. Конечно, мысль — даже отойдя от русла практики, но не утратив интеллектуальной преемственности и культуры, — остается самоценной, ее конструкции и модели могут быть математически безукоризненны. Проблема в том, что эти модели все менее пригодны для интерпретации и решения актуальных практических задач.

Подлинная беда приходит, когда адепты интеллектуального сектантства приписывают своим моделям нормативный статус. Они предъявляют практике требования просоответствовать им, а текущую деятельность объявляют порочной и подлежащей принудительному реформированию. Ростки мысли, устремленные к фарватеру, мейнстрим душит своей массой и тотальностью. В кафедральной педагогике на долгие годы восторжествовал карго-культ «экономикс», чьи претензии на сожительство с практикой оказались в итоге бесплодными.

Точка перегиба, тенденция возврата экономического мейнстрима к фарватеру наметилась в 1930-х. В декабре 1931 года была опубликована статья Джона Коммонса, в которой он ввел понятие трансакций и обустроил вокруг базовые представления институциональной экономики. В октябре следующего, 1932 года студент Рональд Коуз в письме своему другу Фаулеру изложил представления о трансакционных издержках рынка, опубликованные в статье «Природа фирмы» пятилетие спустя.

Джон Коммонс (1862–1945), американский экономист

2.

По непостижимому совпадению в том же 1932 году впервые увидели свет «Экономико-философские рукописи 1844 года» Карла Маркса, обнаруженные Давидом Рязановым в архивах социал-демократии и расшифрованные Дьёрдем Лукачем.

Карл Маркс (1818–1883), немецкий философ, социолог, экономист

По глубине и фундаментальности социокультурного последействия этот текст, возможно, не имеет и долго не будет иметь себе равных. Коммонс утверждал, что Маркса следует признать первым институционалистом. Притом Коммонсу и его современникам был недоступен корпус важнейших работ Маркса, не было известно о самом их существовании. Они имели дело с так называемым марксизмом — политизированной сектой, которая оперировала узким спектром опубликованных текстов, зачастую вынужденно конъюнктурных. Сам Маркс еще при жизни категорично отрекся от марксистов, спекулирующих его именем.

Маргинализация марксизма, последовавшая за его банкротством в Советском Союзе, повлекла за собой диаметрально противоположные последствия в самой стране и в мире.

В РФ имя Маркса на долгие годы подпало под негласный лингвистический запрет, обзавелось привкусом ретроградной оппозиционности. Обжегшись на марксизме, общественность додумалась «конституционно запретить» себе иметь идеологию и правящую партию — что фактически означало отречение от какой бы то ни было общей картины мира и социальных институтов, ответственных за долговременную стратегию общества на ее основе. Как если бы престарелая звезда местного драмтеатра провалилась в роли Офелии — а на этом основании сама роль была вычеркнута из цензурированной пьесы «Гамлет», Шекспир осужден, а театр закрыт.

Никакой удар не мог бы стать более сокрушительным для мирового марксизма, чем корпус основополагающих работ Маркса, введенных в социокультурный оборот в послевоенные годы. Ортодоксальное ядро скукожилось, а политическое тело раздробилось на множество сект типа еврокоммунизма или чучхе, каждая из которых силилась склеить осколки веры с отдельными фрагментами, выхваченными из вновь открытых шедевров уровня «Немецкой идеологии» или «Grundrisse». И по мере того, как шелуха отваливалась, фигура самого Маркса становилась все значительнее. В книге с симптоматичным названием «Маркс после марксизма» американский философ Рокмор пишет:

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Жилье для цифровых кочевников Жилье для цифровых кочевников

Для цифровой эпохи нужны новые форматы недвижимости

Эксперт
Как промыть систему охлаждения и ничего не сломать Как промыть систему охлаждения и ничего не сломать

Что такое система охлаждения двигателя и как ее промывать?

РБК
6 признаков глупого человека 6 признаков глупого человека

Как понять, кого нужно избегать? Да и нужно ли на самом деле?

Psychologies
За что мы любим руколу: 4 полезных свойства За что мы любим руколу: 4 полезных свойства

Рукола укрепляет кости и улучшает работу сердечно-сосудистой системы

РБК
15 мыслей Игоря Бутмана 15 мыслей Игоря Бутмана

Игорь Бутман — о возрасте, тишине, кино и Моргенштерне

GQ
Еще в игре Еще в игре

Старая гвардия баскетбола, невзирая на свой возраст, все еще доминирует

Men’s Health
Время повернуть дышло Время повернуть дышло

Законодательство о банкротстве грозит «обнулением» значительному числу компаний

Эксперт
Закат культуры. Часть 2 Закат культуры. Часть 2

Жизнь в нищете и смерть в роскоши

Esquire
Хомяки против кукловодов Хомяки против кукловодов

Инвесторы думали, что устроили революцию, но помогли заработать своим врагам

Эксперт
Земное светило: факты о возрасте, размерах и истории солнца Земное светило: факты о возрасте, размерах и истории солнца

Солнце находится в центре Солнечной системы, где оно — самый большой объект

Популярная механика
Не зовите акушера Не зовите акушера

«Будет больно»: Бен Уишоу и кровавые будни английского роддома

Weekend
10 интересных сайтов из забытых уголков Интернета (часть 2) 10 интересных сайтов из забытых уголков Интернета (часть 2)

Оказывается, в Интернете есть еще что-то кроме соцсетей

Maxim
Маршруты Сикстинской Мадонны Маршруты Сикстинской Мадонны

«Сикстинской Мадонне» было суждено пережить много приключений

Дилетант
Костюм преткновения Костюм преткновения

История костюма «зут»

Вокруг света
Бродский, Чемезов и Леди Гага: как Альберт Авдолян сколотил миллиардное состояние Бродский, Чемезов и Леди Гага: как Альберт Авдолян сколотил миллиардное состояние

Почему Альберт Авдолян избегает публичности и как он связан с госкорпорациями

Forbes
Посмертные приключения тела: пенис Наполеона, глаза Эйнштейна и зубы Гитлера Посмертные приключения тела: пенис Наполеона, глаза Эйнштейна и зубы Гитлера

Некоторым знаменитостям удалось продолжить свое посмертное существование

Cosmopolitan
Игорь Романов. Голос «Землян» Игорь Романов. Голос «Землян»

Девушки, завидев этого музыканта, визжали и бежали следом

Коллекция. Караван историй
Война будущего Война будущего

Борьба за территорию сменяется борьбой за умы

Esquire
От мышиной водки до виски со вкусом груди: 5 самых необычных алкогольных напитков в мире От мышиной водки до виски со вкусом груди: 5 самых необычных алкогольных напитков в мире

Заскучал от темного крафтового и белого сухого? Лови варианты поинтереснее

Playboy
По следам «Анчартеда»: как снять успешный фильм по гейм-франшизе и не ударить лицом в грязь По следам «Анчартеда»: как снять успешный фильм по гейм-франшизе и не ударить лицом в грязь

Для успеха экранизации любой компьютерной игры необходимо быть психологом

Популярная механика
В темноте и за углом: американские солдаты получат высокотехнологичные очки для ближнего боя В темноте и за углом: американские солдаты получат высокотехнологичные очки для ближнего боя

«Системы дополненного зрения» помогают солдатам видеть в темноте

Популярная механика
Отрывок из переизданного романа Людмилы Улицкой «Медея и ее дети» Отрывок из переизданного романа Людмилы Улицкой «Медея и ее дети»

Отрывок одного из самых известных романов Людмилы Улицкой

СНОБ
Топ-7 мест в Европе, которые все мечтают посетить Топ-7 мест в Европе, которые все мечтают посетить

Лучшие маршруты по Европе

Лиза
Как приблизить победу электротяги Как приблизить победу электротяги

Возвращение трамвая на улицы российских городов

Эксперт
Кто в доме хозяин Кто в доме хозяин

Владелец самого крупного рекламного агентства для блогеров Ярослав Андреев

Elle
Противолодочная война Противолодочная война

Подводная охота вернулась

Популярная механика
Антон Адасинский: «У нас было больше времени: мир нас не отвлекал» Антон Адасинский: «У нас было больше времени: мир нас не отвлекал»

Антон Адасинский — о ценности времени и о том, как не отвлекаться на лишнее

Эксперт
Игры строгого режима Игры строгого режима

Олимпийские игры на фоне резкого усиления противостояния Китая и США

Эксперт
Самый близкий человек после мамы Самый близкий человек после мамы

Истории людей, которые привязались к своим друзьям по переписке

Лиза
«Параллельные матери»: мамы, не горюйте «Параллельные матери»: мамы, не горюйте

«Параллельные матери» – фильм Альмодовара о переплетении женских судеб

GQ
Открыть в приложении