Валентин Пикуль — первоклассный советский писатель

ДилетантИстория

Валентин Пикуль

1

В «Дилетанте» возникла плодотворная дебютная идея: что это мы всех хвалим, можно подумать, что в советской литературе не было плохих писателей? Их было, и более того, они преобладали, как и во всякой литературе, которая, по закону Старджона, на 90 процентов является мусором. Но Пикуль, которого большинством редакционных голосов отнесли к трешу, является всё же первоклассным писателем — с этого утверждения я хотел бы начать; не просто потому, что память Пикуля ревниво защищают его родственники и поклонники, что есть целая команда, отслеживающая упоминания о нём и горячо возражающая недостаточно почтительным критикам, но потому, что собственное моё отношение к нему далеко не так однозначно. Он первоклассный по гегелевскому критерию, по хармсовской формулировке насчёт «чистоты порядка»: прекрасным мы называем то, что цельно, эстетически последовательно, беспримесно, ножа не всунешь, то есть те случаи, где сам автор до конца следует законам, «им самим над собою признанным». Пикуль — пример опасной литературы: опасной тем, что она уплощает мир, предлагает простые решения, следует сомнительным источникам и так далее. Но в этом своём качестве он последователен и монолитен, он создатель жанра, в котором сегодня упражняются многие — но получалось только у него. Это заставляет относиться к нему серьёзнее, видеть в нём не бульварщину, а своеобразное упражнение в жанре сказа, не сплетню, а стилизацию под сплетню; разумеется, никому в голову не придёт рекомендовать его в качестве исторического источника или, боже упаси, историософского мыслителя, но он на это и не претендовал. Претендовал он на иное — на свою концепцию истории, которая у него, как ни крути, была — и хотя нигде не проговаривалась вслух, но из его бесконечных романов, общим числом около 20, она легко вычитывается, и с ней стоит полемизировать.

Пикуль не был, как о нём думают многие, антисемитом; точнее будет применительно к нему вспомнить известную пародию на романы о Штирлице — роман Асса и Бегемотова «Как размножаются ёжики». «Штирлиц, вы антисемит, вы евреев не любите! — Я интернационалист, я никого не люблю». В известнейшем и безоговорочно лучшем его романе «Нечистая сила», который впервые был напечатан в сильно сокращённом варианте «У последней черты», — в самом деле немало страниц отведено разнообразным еврейским заговорам и заговорчикам по разрушению монархии, но русские в этой книжке ведут себя ничуть не лучше. Достаётся у Пикуля, в разных его романах, немцам, японцам, французам, непременным англичанам, но русским не меньше, а то и больше. Бироновщина, отдадим ему должное, в сильном романе «Слово и дело» выглядит заслугой русских, а не немцев, да и не было столько немцев, чтобы полностью подменить собой русское слово и дело. История в его изложении есть прежде всего история грязи, то есть корысти, власто- и сластолюбия, глупости в самых изобретательных и непредсказуемых формах — словом, мнения о человечестве он был самого нелестного. Вот уж подлинно «на всех стихиях человек тиран, предатель или узник»; есть мнение, что идеалом Пикуля были разнообразные силовики, представители армии либо разведки, и в этом смысле он как раз кажется иным чуть ли не провозвестником нынешней российской идеологии. Но вот штука — как раз нынешние российские идеологи не спешат поднимать Пикуля на щит. Что-то они такое чувствуют, и не бульварщиной своей он им претит (бульварщины хватает и в их собственных исторических писаниях, куда они щедро подбавляют разнообразной клубнички) — а именно мизантропией. Пикуль не жаловал род людской в целом, не делая исключений ни для военачальников, ни для государственников, ни для государей. Это-то и позволяет ему выглядеть человеком с собственным миропониманием, а не просто собирателем исторических анекдотов. Кто-то, подобно Радзинскому — настоящему писателю и крупному драматургу, видит в истории прежде всего оргию, садомазохистскую страсть к мучению и мученичеству, сплошной дневник палача. Кто-то интересуется только ростом и укреплением государства, которое непременно должно пожрать как можно больше индивидуумов, чтобы фундамент его был скреплён кровью; некоторые вообще считают, что история страны есть история власти, эволюция её форм. Пикуль в этом смысле уникален, и хоть формально он принадлежал к почвенникам, регулярно ссорился с интеллигенцией и служил у неё образцом дурновкусия («самая читающая Пикуля и Ю. Семёнова страна» — формула Владимира Новикова), но государственником он не был, вот в чём штука. Он не был бардом самодержавия и вообще монархистом; не идеализировал православие — скорей уж напротив; марксизмом, кстати, не интересовался тоже, и в особенном народолюбии замечен не был, хотя историкам оно и предписывалось. Столыпин — этот идол даже самых интеллектуальных русских патриотов, включая Солженицына, — не вызывал у него тёплых чувств, и в трёх романах Пикуля о предреволюционной России нет ни малейшей его идеализации. У него совсем другой герой, в некотором роде авторское альтер эго, и это-то эго нас интересует. Именно оно обеспечило Пикулю всенародную славу — но оно же и сделало его одиночкой при жизни.

Среди писателей же у него, кажется, только один поклонник — такой же одиночка. Михаил Веллер — давний и убеждённый защитник Пикуля, он-то и приметил, что перед нами не лубок, а сказ, сознательная и умная стилизация, и стиль прозы Пикуля, как и её посыл, не так-то прост. Веллер увидел в романах, числящихся по разряду откровенного масскульта, двойное дно, и хотя тоже в силу разных причин не всё договаривает до конца, но первую попытку отнять Пикуля у обывателей предпринял именно он. Ему, правда, и Булгарин нравится, — но Пикуль всё же поприличней. Но нравится, заметим, за то же самое — за то, о чём мы проговоримся ниже.

2

Пикуль родился в 1928 году в Ленинграде, пережил там первую блокадную зиму, был эвакуирован в Архангельск и оттуда сбежал в школу юнг на Соловках. По её окончании служил на эскадренном миноносце «Грозный». Печатался с 1947 года, профессиональным писателем стал после публикации военного романа «Океанский патруль» (1954), который всегда считал неудачным. Первый исторический роман «Баязет» — про 23-дневную оборону крепости в июне 1877 года; крепость эта была ключевым пунктом для наступления на Эрзерум — и если бы Баязет пал, туркам открылась бы дорога в Закавказье. В «Баязете» есть уже все черты повествовательной манеры Пикуля: стремительное, без экспозиции, повествование, живые диалоги, минимум психологизма, сочувствие рядовым героям истории, недоверие ко всякого рода начальству; использование отдельных клише романтической прозы — роковые красавицы, коварные изменники, всё, что в прозе первой половины XIX века было очаровательно, но скоро ушло в арсенал конспирологического романа (романтизм вообще легко вырождается в фашизм, как показала история, — хотя и необязательно). Конспирологический роман (где силы зла неутомимо плетут заговоры против правильных и могучих россиян) вообще именно с нашей территории шагнул в мир; черты этой прозы — с заменой россиян на американцев, например, или каких-нибудь европейцев — есть и у Дэна Брауна, и даже — в пародийном виде — в некоторых романах Умберто Эко, которого эта схема привлекала и одновременно бесила. Женщина-медиатор, проникающая в осаждённую крепость либо в правительственные круги; международная закулиса; продажное начальство, которое легко подкупить, и неподкупные нижние чины, — все эти элементы конспирологической фабулы есть в большинстве русских военных романов либо многотомных эпопей от теории заговора, в диапазоне от «Кровавого пуфа» Крестовского до «Вечного зова» Иванова; но у Пикуля есть не только

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

За что казнили Джордано Бруно За что казнили Джордано Бруно

Джордано Бруно окончил свою жизнь на костре за совсем другие «прегрешения»

Дилетант
Академик Петр Чумаков: вирусы позволяют увидеть раковые клетки и сформировать иммунный ответ Академик Петр Чумаков: вирусы позволяют увидеть раковые клетки и сформировать иммунный ответ

Вирусы дают надежду в лечении самых злокачественных видов рака

Наука
Времён очаковских и покоренья Крыма Времён очаковских и покоренья Крыма

Как императрица Екатерина II присоединила к России Северное Причерноморье и Крым

Дилетант
Взять кредит и подумать Взять кредит и подумать

Банки будут выдавать кредиты от 50 000 рублей с «периодом охлаждения»

Ведомости
Отторжение под предлогом присоединения Отторжение под предлогом присоединения

Екатерина II была не последним правителем, раширившим свои территории

Дилетант
Позитивные вибрации: плюсы и минусы дизельной модификации пикапа JAC T9 Позитивные вибрации: плюсы и минусы дизельной модификации пикапа JAC T9

JAC T9: настоящие внедорожники еще выпускают

ТехИнсайдер
И покорить, и обустроить И покорить, и обустроить

Превращение Крымского ханства в цветущие земли принадлежит Григорию Потёмкину

Дилетант
Алексей Маслов: «Для Китая Россия — это прежде всего точки продаж» Алексей Маслов: «Для Китая Россия — это прежде всего точки продаж»

Как развиваются связи РФ и КНР и чего ждать в будущем

РБК
Телеграфный аппарат Александра II Телеграфный аппарат Александра II

Сегодня «царский телеграф» — экспонат Государственного Эрмитажа

Дилетант
Как запустить посудомоечную машину первый раз — инструкция и советы Как запустить посудомоечную машину первый раз — инструкция и советы

Как правильно запускать посудомоечную машину первый раз?

CHIP
Симон Боливар: человек и шляпа Симон Боливар: человек и шляпа

Какое отношение имеет головной убор к Симону Боливару

Дилетант
Жизнь без гаджетов Жизнь без гаджетов

Как прекратить сидеть в телефоне: 9 шагов к цифровой свободе

Лиза
В поисках Гипербореи В поисках Гипербореи

Загадочных гиперборейцев древние греки считали существующими в реальности

Дилетант
Гений, садовник и киноман: 10 эпизодов из биографии Кодзимы Гений, садовник и киноман: 10 эпизодов из биографии Кодзимы

Что вы знаете о Хидео Кодзиме?

Правила жизни
Михаил Полицеймако: «Если что-то не сделано,  это приводит меня  в неистовство» Михаил Полицеймако: «Если что-то не сделано,  это приводит меня  в неистовство»

«У меня было все расписано. И я легко вошел во взрослую жизнь»

Караван историй
Возможно, у вас уже все есть: разбор гардероба в 4 простых правилах Возможно, у вас уже все есть: разбор гардероба в 4 простых правилах

Почему бы не заняться разбором гардероба прямо сейчас?

Правила жизни
Как написать в Ватсап без добавления контакта Как написать в Ватсап без добавления контакта

Разберем, написать в Ватсап без добавления номера в телефонную книгу

CHIP
Все фильмы только о любви Все фильмы только о любви

Самые яркие новые фильмы посвящены делам сердечным

Weekend
Нефть, газ и будущее Нефть, газ и будущее

Стремление заглянуть в будущее — неотъемлемая часть человеческой натуры.

Ведомости
Музыка-антистресс: спонтанность, глубина и другие причины понять и полюбить джаз Музыка-антистресс: спонтанность, глубина и другие причины понять и полюбить джаз

Почему джаз становится все более актуальным и как его «распробовать» новичку

Forbes
Земля тысячи королей Земля тысячи королей

Как в Камеруне реалии современности переплетаются с наследием древности

Вокруг света
Девять правил жизни Французской Гвианы Девять правил жизни Французской Гвианы

Французская Гвиана: на чем сосредоточена её жизнь и как живут гвианцы?

Правила жизни
Генно-модифицированные островковые клетки прижились у пациента без иммуносупрессии Генно-модифицированные островковые клетки прижились у пациента без иммуносупрессии

Успех эксперимента по пересадке генно-модифицированных аллогенных бета-клеток

N+1
Скрытая углеводная нагрузка: так ли полезны «здоровые» сладости и что нам не договаривают маркетологи Скрытая углеводная нагрузка: так ли полезны «здоровые» сладости и что нам не договаривают маркетологи

На что обратить внимание в составе «здоровых перекусов»

ТехИнсайдер
Открывая континент Открывая континент

Как успешно коммуницировать с южными партнерами, чтобы избежать неловкости

СНОБ
Частота убытков Частота убытков

Почему снижается частота страховых случаев такси и других видов транспорта

Ведомости
Мост в небесах Мост в небесах

Некоторые современные мосты сооружают только для того, чтобы заинтриговать

Знание – сила
Посильнее фикшена и Гёте Посильнее фикшена и Гёте

Что стало с теми, кто был рядом с Анной Франк и кто такие ковбои

Weekend
Как Гарвард придумал систему отбора из-за неприязни к евреям и зачем ему спортсмены Как Гарвард придумал систему отбора из-за неприязни к евреям и зачем ему спортсмены

Какие механизмы ведут к сдвигам в поведении и убеждениях людей?

Forbes
Ученые нашли способ вдвое продлить срок службы масла для АКПП Ученые нашли способ вдвое продлить срок службы масла для АКПП

Ученые разработали новый состав масла для автоматических коробок передач

ТехИнсайдер
Открыть в приложении