Рассказ Марии Галиновой, в котором мы можем выбрать финал

EsquireКультура

Апрель. Жестокий месяц

Мария Галина

Мария Галина редкий для нашей литературы человек, живущий сразу в нескольких средах. Она и прозаик, и поэт, и критик, и эссеист. Она своя и для герметичного мира фантастики, и для просторной «большой литературы». Она и ихтиолог (кандидат биологических наук, специалист по фауне моря), и в некотором смысле рыба – самые колоритные чудища в ее книгах всегда выходят из моря. Каждый текст Марии Галиной – это неоднозначность, недосказанность и мерцание: и вроманах («Автохтоны», «Мед ведки» и «Малая Глуша»), и в рассказах читателю каждый раз приходится конструировать развязку, выбирая один из намеченных автором вариантов. Вот и в «Апреле, жестоком месяце» мы, по сути, вольны выбрать себе финал по вкусу – более или менее трагичный.

We who were living are now dying
With a little patience

T.S. Eliot *

Он подключил соловья согласно графику. Предполагалось, что страстные трели из робких полупрозрачных кустиков напомнят усталым авитаминозным людям, что весна – время надежд, когда оживает природа и все такое. Весна, однако, выдалась ненормально холодной, последний снег выпал в конце апреля, и соловей, рэндомно орущий из мокрого черного куста, заставлял запоздалых посетителей вздрагивать и шарахаться в сторону.

А отключать соловья начальство не велело. Установка сейчас на оптимизм, и если отключить соловья, постоянные посетители парка, в чье неуклюжее и длинное название давно уже никто не вдумывался, решат, что соловей подхватил воспаление легких. Даже если не заметят, что куст молчит (на самом деле мало кто замечает такие мелочи), подсознательно будут ощущать некий дискомфорт, который впоследствии отразится на рабочих качествах организма. Где начальство набралось этой чуши, он не знал. Наверное, на последнем трехдневном интенсиве, таком же тупом, как предпоследний шестидневный.

Так или иначе, невидимый соловей уже начиная с семи вечера продолжал закатываться как маньяк.

Вообще-то он любил свою работу. Огромный парк требовал разных звуков, чтобы людям было хорошо. А людям хорошо, когда все происходит правильно и по расписанию. Он две недели назад отключил свиристелей и снегирей, щебетавших в искусственном дубняке среди бурой пластиковой листвы, такой густой, что не разглядеть было, сидит там кто или нет, и уже готовился подключить дроздов-рябинников, а к середине мая – кукушек, которые автоматически начинали куковать после триггерного «сколько лет мне жить?» и куковали не меньше пятидесяти раз… Птицами, понятно, дело не ограничивалось. Уже с начала мая в тенистых аллеях с удобными лавочками слышался отдаленный детский смех, чтобы напоминать уставшим от жизни пенсионерам, что у человечества есть будущее, на каскаде с прокатными плавсредствами волны шумели и плескались о каменный бортик, а в кронах, нависающих над беседкой, приютом влюбленных, посвистывал зяблик. Начальство намекало, что неплохо бы и сюда подпустить соловья, но настоящий художник пренебрегает банальными решениями…

К тому же полагались еще и мелкие звуки – сверчки, кузнечики, пильщики, все эти жуки-солдатики невидимого фронта, ткущие легкий покров над миром синтетической травы. Звуки он качал из каталогов «голоса природы» и составлял из них сложные, переплетающиеся композиции. Когда все только начиналось, он пробовал записывать и сам – всех этих кузнечиков и жуков, даже комаров для полной достоверности, даже специально ездил в пригороды, где еще кое-где сохранились одичавшие яблоневые сады, но, хотя микрофоны были первый сорт, воспроизведение почему-то получалось неубедительным. Так что он еще тогда бросил это дело. Тем более что «голоса природы» были окей, в высшей степени правдоподобные голоса, отчего он подозревал, что все они делались на синтезаторе…

Отключись все звуки разом, это будет как конец света, думал он, но у парка автономное энергообеспечение. Даже во время последнего энергетического коллапса, когда лифты залипли в своих шахтах, птицы пели, как им положено.

Студия располагалась на верхнем этаже админкорпуса, и напоследок, перед тем как спуститься вниз, он любовно оглядел свои владения. Парк отсюда был виден почти до южных своих границ, где он соприкасался с трассой. Ну не то чтобы виден, поскольку дело шло к ночи, но он и так отлично знал, где что находится; каскад прудов среди голых деревьев поблескивал тремя мутными зеркальцами, лабиринт из вечнозеленых туй готов был запутать любого желающего запутаться, присыпанная розовым гравием дорожка уводила влюбленных к беседке в густых зарослях, подсветка работала идеально: верхний ярус, задний план, сама беседка погружена в интимный полумрак. Положительные эмоции – это приоритетно, говорило начальство. Начальство была баба жесткая, гладкая и холодная, как рыба, и все время говорила про человеческий подход, потому что окончила какие-то курсы по коммуникации. Может, в этом она и рубила, но в тонком и деликатном деле звукового сопровождения – нет. Но деловая тетка, парк при ней работал как часы. И, кстати, темпераментная – для рыбы по крайней мере. Ладно.

Он по очереди прошелся по всем точкам, чуть усилил шорох веток у трех голубых елей, что возле ажурного мостика (ветер крепчал, и три молчаливых исполина могли вызвать у посетителей подспудную тревогу), а вот завывания настоящего ветра в парке скульптур как раз приглушил, пустив встречную звуковую волну, в конце концов, это парк скульптур, а не комната страха. Проверил, не сменит ли направление ветер к утру, – нет не сменит, натянул куртку и вышел. Спускаясь, подумал, не заглянуть ли в отдел подсветки, просто так, потрепаться, но они, похоже, поставили все на автомат и тоже ушли, тем более что в двенадцать ноль-ноль парк закрывался для посетителей, карета превращалась в тыкву и подсветку отключали. К тому же ветрюган… кому придет в голову гулять тут на ночь глядя?..

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Тимур и его финансы Тимур и его финансы

Тимур Турлов рассказал, как мечта детства привела его к успеху

Esquire
«Я могу потерять все»: основатель Healthy Food о проверках сети после волны отравлений «Я могу потерять все»: основатель Healthy Food о проверках сети после волны отравлений

Основатель Healthy Food рассказал, что происходит с бизнесом во время инспекции

Forbes
Джордж Оруэлл Джордж Оруэлл

«Альпина нон-фикшн» издает дневники писателя, впервые переведенные на русский

Esquire
В новом диснеевском фильме Русалочку сыграет темнокожая актриса, и в соцсетях ожидаемо негодуют В новом диснеевском фильме Русалочку сыграет темнокожая актриса, и в соцсетях ожидаемо негодуют

Ариэль в новом фильме «Русалочка» сыграет темнокожая актриса

Maxim
Я наберу Я наберу

В рассказе «Я наберу» реальность — вместилище для ужасных событий

Esquire
Толчок к дружбе: как новый кризис в отношениях России и Грузии может решить давние проблемы Толчок к дружбе: как новый кризис в отношениях России и Грузии может решить давние проблемы

Российско-грузинские отношения проходят очередной тест на прочность

Forbes
Грехи Грехи

Мужчины, которые обеспечили себе место в аду, зарабатывая состояние и признание

Esquire
Непридуманная история викторианских обоев-убийц Непридуманная история викторианских обоев-убийц

Дома и стены помогают? Не всегда!

Maxim
Кувшин Кувшин

Рассказ «Кувшин» – дань любви Поляринова к Амброзу Бирсу и Кормаку Маккарти

Esquire
Анастасия Уколова:   Анастасия Уколова:  

Интервью с актрисой Анастасией Уколовой

Караван историй
Каста здесь Каста здесь

Некоторые соображения об устройстве российского общества

Esquire
«США недооценивают размах агрессии России». О чем говорится в докладе аналитиков Пентагона «США недооценивают размах агрессии России». О чем говорится в докладе аналитиков Пентагона

Риски вооруженного конфликта между США и Россией растут

Forbes
Они записали убийство Они записали убийство

Квентин Тарантино, Брэд Питт и Леонардо ДиКаприо о главном фильме лета

Esquire
Родители тоже плачут: почему детям полезно видеть наши слезы Родители тоже плачут: почему детям полезно видеть наши слезы

Детям может быть полезно видеть, что мы испытываем разные эмоции

Psychologies
Лето после войны Лето после войны

Рассказ Кадзуо Исигуро – одного из самых титулованных писателей в мире

Esquire
Счастливы вместе Счастливы вместе

Куда поехать отдыхать в августе всей семьей?

Grazia
Б-Г простит Б-Г простит

Почему Борис Гребенщиков никогда не хотел быть большой звездой

Esquire
Экономист Тремасов: «Российская экономика находится в стадии болота» Экономист Тремасов: «Российская экономика находится в стадии болота»

Директор по инвестициям «Локо-Инвеста» и ведущий канала MMI Кирилл Тремасов

Forbes
Вспышечная: Фотографии, изменившие мир Вспышечная: Фотографии, изменившие мир

От первого селфи до выхода в космос – 10 фотографий, изменивших мир

Esquire
Как сделать загрузочную флешку с помощью утилиты UltraISO Как сделать загрузочную флешку с помощью утилиты UltraISO

Как самому сделать загрузочную флешку в UltraISO

CHIP
Станислав Лем о Чернобыле Станислав Лем о Чернобыле

О статье знаменитого писателя Станислава Лема «Урок катастрофы»

Дилетант
Львиная доля Львиная доля

Если разобраться, оказывается, что лев — чрезвычайно «разносторонний» зверь

Вокруг света
Смотри, читай, люби Смотри, читай, люби

Glamour выясняет, какими станут кино, театр и литература лет через 15

Glamour
«Они работают нагло и четко». Как автомобилистов подставляют на дороге «Они работают нагло и четко». Как автомобилистов подставляют на дороге

Что нужно делать, чтобы не отдать дорожным аферистам свои деньги

РБК
Сет Роген Сет Роген

Правила жизни актера и режисера Сета Рогена

Esquire
Борис Минц пожаловался на жизнь на £10 000 в неделю и давление на его семью Борис Минц пожаловался на жизнь на £10 000 в неделю и давление на его семью

Бизнесмен Борис Минц считает, что на него и его семью оказывается давление

Forbes
24 часа с Лёлей Гущиной 24 часа с Лёлей Гущиной

Один день участницы шоу «Студия СОЮЗ» на ТНТ Лёлей Гущиной

Cosmopolitan
Услышь его рев: ремейк «Короля Льва» вышел очень вовремя. Объясняем почему Услышь его рев: ремейк «Короля Льва» вышел очень вовремя. Объясняем почему

В прокат выходит новый “Король Лев”

Esquire
Меня снова обскакали… Меня снова обскакали…

Твой коллега получил повышение. Но ты далека от того, чтобы порадоваться за него

Лиза
Часы Часы

Зал славы высокого часового искусства в 2019 году пополнили пять образцов

Robb Report
Открыть в приложении