Известность пришла к Алексею Поляринову после перевода «Бесконечной шутки»

EsquireКультура

Кувшин

Алексей Поляринов

Известность пришла к Алексею Поляринову после того, как легендарная «Бесконечная шутка» Дэвида Фостера Уоллеса в его переводе стала сначала самым ожидаемым (работа над книгой длилась более трех лет), а потом если не самым читаемым, то, во всяком случае, самым обсуждаемым и фотографируемым романом в России. Чуть менее известны другие детали биографии Алексея: например, что по образованию он инженер-гидротехник и в институте его учили строить плотины и рассчитывать прочность бетонных конструкций. Инженером Поляринов не стал, зато выучился на специалиста по тропическим рыбам, сохранив тем самым связь с водной стихией. Кроме того, у Алексея Поляринова вышел роман «Центр тяжести», а также сборник «Почти два килограмма слов», в который вошли эссе, по большей части посвященные американской литературе. Рассказ «Кувшин» – дань любви Поляринова к двум писателям, лучше других описавшим Гражданскую войну в США: Амброзу Бирсу и Кормаку Маккарти.


– Десять долларов.

– Еще чего! Нашел дурака.

– У нас лицензия, пацан, мы шутки не шутим. Ты из какого полка?

– Из двенадцатого.

– Из двенадцатого, значит. Хм-м. Спроси у Гувера. У него брата убили на Булл-Ране. Мы отвечали за тело и доставку. В идеальной сохранности, никаких следов тления. В гробу как живой лежал. А еще в двенадцатом был Марксон. Знаешь, что с ним теперь? В братской могиле, вот что. Ты как хочешь: чтоб тебя в землю и с концами или чтоб родные отпели и по всем обычаям? Сам подумай. Попрощаться с матерью, хоть и после смерти, – это же святое.

Солдат обдумывал слова Белла. Курил папиросу и сплевывал под ноги. Совсем еще мальчишка. Худой, замученный. Мешки под глазами, щеки впалые, по всему видно – недолго осталось. Белл таких за версту чуял, говорил, от них корицей пахнет. Бахман принюхивался, но корицы не чувствовал – запах пота перебивал все остальные. И все же – Белл безошибочно находил в толпе таких солдат – тех, кого точно убьют в следующем сражении, – и обрабатывал до тех пор, пока не подпишут бумаги.

– Ты же христианин, – Белл равнодушно смотрел вдаль. – Я предлагаю тебе христианскую смерть. Еще и со скидкой.

Схема была простая: солдат подписывает договор, его убивают, Белл бальзамирует тело, везет домой и уже там по полной торгуется с родственниками, давит на них и заставляет выкупать мертвого сына, отдать все, что у них есть.

Солдат смотрел под ноги, Бахман стоял чуть в отдалении и по лицу видел – еще чуть-чуть и подпишет.

– Как вы это делаете?

– Что?

– Сохраняете тела? Почему они не гниют?

– Наука. Я химик, – улыбаясь, сказал Белл и за спиной незаметно подал знак Бахману, тот вложил ему в ладонь договор – вписать полное имя, адрес, и готово.

***

Южане пошли в наступление, над полем повис голубоватый пороховой дымок. Забухали мортиры, затрещали штуцеры. Белл и Бахман взошли на холм и расположились под дубом – отсюда открывался отличный вид. У Белла был складной стульчик, он сел на него, расстегнул пиджак, снял и сложил цилиндр, достал из портфеля бутылку шипучки, сорвал крышку ножом и с удовольствием отпил. В реальности сражения – это какая-то унылая, бессистемная возня в синем дыму, с криками и стонами. «Совсем как футбол, – сказал Белл, – в моей стране он очень популярен. Та же возня, те же люди в форме, те же вопли, только без дыма». Бахман стоял рядом и в подзорную трубу наблюдал за битвой.

Когда затих последний залп и голубой дым уже уносило ветром на восток, Белл поднялся, сложил стульчик, застегнул пиджак, расправил и надел цилиндр. Они спустились с холма на поле боя, здесь пахло паленым мясом и чем-то еще – Бахман все не мог понять, чем именно: как будто вырванными зубами. Вопли, стоны, крики о помощи отовсюду. Белл шагал спокойно и невозмутимо, переступая через тела и старательно обходя лужи крови, чтоб не запачкать ботинки. Навстречу им шли трое – тоже гробовщики. Один из них, по всему видно бывалый, приложил два пальца к шляпе. Белл приподнял цилиндр и кивнул.

– Вы его знаете? – спросил Бахман.

Вместо ответа Белл указал пальцем на труп:

– Вот он, наш. Солдат лежал ничком, дыра в затылке.

– Шкурка почти цела. Заворачивай.

Бахман распахнул брезент и втащил на него труп. Впереди показались еще гробовщики. Они грузили тела в телегу. Сразу видно – любители, деревенщина. Все знают, что с телегой на поле боя хрен развернешься. А эти еще и тела бросают абы как, к тому же работают без системы, хватают все, что плохо лежит.

– Джентльмены! – воскликнул Белл. – Прошу прощения, но, кажется, мы имеем небольшое недоразумение. Вы забрали нашего клиента. Вот этот юноша без руки – он наш.

«Джентльмены» обернулись. Один из них, с седой бородой, в красной рубашке, синем комбинезоне и соломенной шляпе – выглядит так, словно украл одежду у чучела на кукурузном поле, – сплюнул в сторону Белла. Бахман напрягся – он знал, чем обычно кончаются такие плевки.

– Чо?

– Мы из агентства «Белл и Бахман». Вот этого бедного юношу зовут Клайв Джозеф Мартин, и он наш клиент. По договору мы обязуемся доставить его тело родственникам в целости и сохранности.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Сталин» гудлак «Сталин» гудлак

Александр Горбунов о том, почему спасение утопающих – дело рук самих утопающих

Esquire
Коворкинг: что это такое, в чем его преимущества и кому он подходит больше всего Коворкинг: что это такое, в чем его преимущества и кому он подходит больше всего

Мы расскажем про новый подход к организации рабочего пространства

Playboy
Анна Седокова Анна Седокова

Наверное, она уже привыкла к эпитетам «горячая», «аппетитная», «сочная»

Playboy
Пора начать открыто говорить о сексе Пора начать открыто говорить о сексе

Может, пора признать, что секс — базовая человеческая потребность

Psychologies
Секта Секта

Дарья Бобылева работает в магазине антикварных книг, а параллельно пишет прозу

Esquire
Обновлённый Mitsubishi L200. «Плачущие» фонари и бьющиеся сердца Обновлённый Mitsubishi L200. «Плачущие» фонари и бьющиеся сердца

Специалисты, занятые доводкой пикапов, никогда не потеряют работу

4x4 Club
Вы свободны Вы свободны

Родители нарекли будущего писателя Джозефом Хиллстромом

Esquire
Сны наяву Сны наяву

Спальня — личное пространство, в её оформлении присутствует бессознательное

SALON-Interior
Вспышечная: Фотографии, изменившие мир Вспышечная: Фотографии, изменившие мир

От первого селфи до выхода в космос – 10 фотографий, изменивших мир

Esquire
Правила жизни Кейт Буш Правила жизни Кейт Буш

Певица, композитор, Лондон

Esquire
Апрель. Жестокий месяц Апрель. Жестокий месяц

Мария Галина редкий для нашей литературы человек

Esquire
ЦБ во второй раз подряд снизил ключевую ставку. Что будет с вкладами и ипотекой? ЦБ во второй раз подряд снизил ключевую ставку. Что будет с вкладами и ипотекой?

ЦБ уже второй раз за год снижает ключевую ставку

Forbes
Стефано Канали. Президент Canali Group Стефано Канали. Президент Canali Group

О том, зачем классической мужской марке молодежная линия с кроссовками

Esquire
Зачем идти на Eat Film Festival 2019 Зачем идти на Eat Film Festival 2019

Осознанное потребление, рамен-баттл и секреты гуакамоле

Vogue
Лето после войны Лето после войны

Кадзуо Исигуро – один из самых титулованных писателей в мире

Esquire
На турецком берегу На турецком берегу

Хочешь поехать в Турцию, но не знаешь, какой курорт выбрать?

Лиза
Этот человек Этот человек

Любовь Мульменко проделала путь от документального театра к игровому кино

Esquire
Конец крымского консенсуса: чем он грозит власти? Конец крымского консенсуса: чем он грозит власти?

Гражданские и политические свободы становятся важнее материальных потребностей

Forbes
Не опять, а Сноу Не опять, а Сноу

Звезда «Игры престолов» Кит Харингтон и его «Дольче»

Esquire
Строителей загонят за Третье кольцо Строителей загонят за Третье кольцо

Мэр столицы анонсировал льготы на возведение коммерческой недвижимости

РБК
«Ширли» и еще 5 лучших психодрам о выдающихся писателях на грани нервного срыва «Ширли» и еще 5 лучших психодрам о выдающихся писателях на грани нервного срыва

Фильмы о писателях, которые добровольно погружались в безумие

Esquire
Дорого и страшно: почему банки не спешат внедрять биометрию Дорого и страшно: почему банки не спешат внедрять биометрию

Технология сбора биометрических данных должна появиться во всех банках

Forbes
Советы да любовь Советы да любовь

Как разведчик сделал головокружительную карьеру и пожертвовал ей ради женщины

Esquire
Владимир Мухин: «Это не очень дорого – привезти «Мишлен» Владимир Мухин: «Это не очень дорого – привезти «Мишлен»

GQ поговорил с Владимиром Мухиным, шеф-поваром White Rabbit

GQ
Сотворение Де Ниро Сотворение Де Ниро

Корреспондент Esquire отправился на встречу с Робертом Де Ниро

Esquire
#прохобби: цифровой консалтинг и плавание Антона Шапоренко #прохобби: цифровой консалтинг и плавание Антона Шапоренко

Креативный директор компании AIC — о цифровизации бизнеса в России

РБК
Медицинский гипермаркет дочери президента: Русская служба Би-би-си рассказала о бизнесе Марии Воронцовой Медицинский гипермаркет дочери президента: Русская служба Би-би-си рассказала о бизнесе Марии Воронцовой

Старшая дочь Путина оказалась совладелицей компании «Новая медицинская компания»

Forbes
Григорий Бальцер: «Россия — самая выгодная страна для наследования» Григорий Бальцер: «Россия — самая выгодная страна для наследования»

Forbes представляет новый видеопроект «Forbes Capital с Андреем Мовчаном»

Forbes
Женщины в бизнесе: вице-президент Mi TV Джанет Цзэн о работе и жизни Женщины в бизнесе: вице-президент Mi TV Джанет Цзэн о работе и жизни

17 июня компания Xiaomi впервые представила телевизоры Mi TV в России

Cosmopolitan
Марк Эспер объявил кибервоенное положение Марк Эспер объявил кибервоенное положение

Кандидат в министры обороны США представил свою программу в сенате

РБК
Открыть в приложении