Стресс-тест большого угля

Расширение портовых мощностей по перевалке экспортного угля

ЭкспертБизнес

Стресс-тест большого угля

Расширение портовых мощностей по перевалке экспортного угля на Дальнем Востоке запускает один из самых масштабных инвестиционных процессов в стране ценой более полутора триллионов рублей. А еще появляется шанс обустроить среду тихоокеанской глубинки для достойной жизни людей

Александр Ивантер

Глубины у пирса терминала АО «Дальтрансуголь» позволяют принимать суда дедвейтом до 200 тысяч тонн. Фото Сергей Злыдов

Поезд 351Э Владивосток — Советская гавань (единственный пассажирский маршрут, связывающий восточную оконечность БАМа с Комсомольском-на-Амуре, Хабаровском и столицей Приморья) железнодорожники недолюбливают. Участок дороги Комсомольск — Ванино забит под завязку эшелонами с углем и нефтепродуктами, а пассажирский состав требует особого к себе отношения — больших интервалов движения, освобождения ближайшего разъезда. Ведь БАМ здесь однопутный и неэлектрифицированный. Впрочем, электрификация Транссиба завершилась лишь в 2002 году, через 86 лет после окончания прокладки основного пути, так что у БАМа все еще впереди.

На подходе к Ванино, у сортировочной станции Токи, пути начинают множиться в невероятной прогрессии — до тридцати, плюс еще восемь рядом — парк отправления компании «Дальтрансуголь» (ДТУ), одного из самых крупных и современных угольных терминалов страны. Построенный СУЭК с нуля в бухте Мучке в 2008 году, он переваливает сегодня 20 млн тонн угля в год. Каждая восьмая тонна отгруженного в российских портах экспортного угля обработана здесь.

В личном рейтинге впечатлений от посещения терминала лидирует почти абсолютная тишина и безлюдность процесса: водяные пушки, орошающие штабели с углем, исполинские стакер-реклаймеры (погрузочно-разгрузочные машины — привыкайте к портовому сленгу), то формирующие эти штабели, то растаскивающие на ленты-питатели, — все работает практически бесшумно, что придает происходящему какой-то мистический оттенок.

Лишь в парке приемки вагонов, где раз в три минуты специальный механизм, зажав стальной хваткой очередную пару вагонов, опрокидывает их, 150 тонн угля устремляются вниз с внушительным уханьем. Только было взметнувшееся при этом кульбите облако угольной пыли тут же попадает под прицельный залп дюжины форсунок по верхнему срезу машины, извергающих сухой туман, микрокапли которого блокируют распространение пыли, а мощная система вентиляции всасывает эту смесь для дальнейшей очистки.

На пылеподавлении портовики буквально помешаны — даже на питателях уголь покрывают слоем специальной пены, а сам питатель по всей длине — специальным кожухом. Тщательно фильтруют сточные воды (фильтрат, кстати, тоже находит своих покупателей). А вскоре по периметру объекта возведут 25-метровый пылеветрозащитный экран. По сути, это перфорированная стальная конструкция, рассекающая ветер, как волнорез прибой. «СУЭК установила подобный экран в своем Мурманском морском торговом порту. Я был там, даже в сильный ветер внутри периметра абсолютный штиль, — рассказывает директор по производству ДТУ Владимир Франчишин. — Это самый эффективный из придуманных в мире способов защиты угольных портов. Весьма дорогое удовольствие, но оно того стоит».

Угольные бармены

Из кресла столичного офиса работа порта представлялась незамысловатой и совсем не творческой. Ну привезли тебе уголь, перегрузил его на склад. Пришел сухогруз — погрузил на корабль. Непыльная работенка в прямом (см. выше) и переносном смыслах. Однако очное знакомство с функционированием предприятия разорвало шаблон в клочья.

Во-первых, если вы выросли в угольном регионе, то знаете (а я лично не знал): нет никакого «просто» угля. В моменте ДТУ обрабатывает 28 различных марок углей. «Вы присмотритесь, они даже на вид разные. Этот темный, без отлива, а тот — сероватый, чуть блестящий», — Вячеслав Степанюк, заместитель генерального директора ДТУ, любовно описывает окружающие нас на складе емкостью миллион двести тысяч тонн штабели, по-простому — горы угля, метров пятнадцать высотой.

Каждые сутки парк терминала принимает в среднем двенадцать семидесятивагонных, длиной в километр, составов. В каждом составе — «сборная солянка»: уголь разных грузоотправителей и разных марок. Их надо аккуратно учесть и разложить по штабелям на складе. Для каждой марки надо иметь как минимум два штабеля — один для разгрузки, другой — для погрузки.

Пирс терминала редко пустует: по обеим его сторонам обычно стоят под загрузкой два судна. Глубина бухты позволяет принимать балкеры дедвейтом до 200 тысяч тонн. Год назад терминал поставил абсолютный в стране рекорд по суточной погрузке угля на флот — 130 239 тонн. А в прошлом марте здесь за 43 часа погрузили самый крупный за всю историю морских портов России балкер дедвейтом 206 тысяч тонн. (Для сравнения: самые крупные военные корабли в мире, авианосцы ВМС США типа «Нимитц» имеют предельное водоизмещение 106 тыс. тонн).

Это лишь два из десятка тщательно подобранных и лелеемых ДТУ рекордов, благо порт оцифрован и любой статистики здесь навалом. Меня же больше поразил факт, не вошедший в книгу местных рекордов: оказывается, почти никто из покупателей не заказывает уголь конкретной марки, большинство предпочитает смесь марок, обычно пять-шесть, да еще в определенной пропорции. И это блендирование осуществляется непосредственно при загрузке. А «угольных барменов», делающих эти «коктейли», всего ничего: общее количество непосредственно занятых на разгрузке-погрузке работников смены (докеров, стивидоров, механиков, операторов — без учета флотской группы и железнодорожников) — двадцать человек.

Как же работает этот «бар»? На терминале внедрена цифровая логистическая система ILSAR, увязанная с автоматизированной системой ЭТРАН РЖД. Она позволяет в режиме реального времени видеть «натурку» (содержимое) каждого состава, идущего к ДТУ на участке от Комсомольска (эти составы придут в Токи за ближайшие сутки), повагонно отслеживается грузоотправитель, дата отправки и марка угля. Одновременно система показывает, какие суда находятся под погрузкой, а какие (их обычно пять-шесть) стоят на рейде и с каким «заказом». Начальник смены ежедневно решает не похожую на вчерашнюю логистическую задачку — как оптимальным образом с учетом имеющегося на складе и подходящего по железной дороге угля соорудить нужный «коктейль» для конкретного балкера: какой прибывающий уголь пустить прямо на борт, какой (и куда именно) — на склад.

Маршруты (последовательность работы стакер-реклаймеров) меняются за смену десять-двенадцать раз. Правильно составить маршрут — задача оператора ЦПУ. Согласитесь, тонкая работа, и выполняют ее ванинцы виртуозно. Мелочей нет: имеет значение, какое именно судно поставить на левую сторону пирса, какое — на правую и в какой последовательности загружать трюмы. А загрузка судна проверяется не на вес, а по всем правилам морской науки: по осадочным меткам на корпусе кораблей специально обученными людьми — стивидорами.

Мы оставляем за скобками брутальные детали зимней перевалки, когда пришедший из Кузбасса уголь за две с лишним недели хода по сибирским морозам смерзается внутри вагонов в единую стылую массу, распирая их. К таким «беременным», на сленге портовиков, вагонам особый подход. Сначала их содержимое специальными автоматическими фрезами пилят продольно на всю глубину вагона (умудряясь при этом не распилить его дно и стенки). Затем отогревают инфракрасным излучением в закрытых ангарчиках и лишь потом опрокидывают.

С января по март много хлопот и с судами. Четыре буксира ДТУ усиленного ледового класса способны провести балкеры к пирсу через здешний лед. Но только если он в застывшем состоянии. «Если же лед приходит в движение, например от шквалистого ветра или при таянии, то судну к пирсу лучше даже не соваться, любые швартовы сорвет к чертовой матери, и кораблю не поздоровится, — объясняет портовую кухню бывший старпом (впрочем, бывших не бывает) Франчишин. — У меня бывают жесткие дискуссии с капитаном судна и капитаном порта: давать ли добро на причал и погрузку в жесткую непогоду. Приоритет отдается в конце концов всегда безопасности».

Зимой дорога везет больше (все ремонты — летом), а с погрузкой из-за непростой ледовой обстановки проблемы, склад переполнен. Летом, наоборот, могли бы переваливать больше, чем привозят, — склад полупуст. «Могли бы в летние месяцы переваливать уголь других компаний. Но это дело коммерсантов, не знаю, обсуждается ли эта тема», — комментирует Франчишин. В принципе, проводимая ФАС политика дерегулирования тарифов на перевалку выгодна лучшим портам — гибкая ценовая политика позволяет им отбивать инвестиции и расширять круг клиентов.

Перевалочный бум

В ДТУ начат проект расширения мощностей с доведением объема перевалки до 40 млн тонн к 2023 году. Не менее амбициозные планы и у других угольных компаний, планирующих развитие перегрузочных мощностей на востоке. На северной стороне бухты Мучке завершают строительные работы первой очереди специализированного угольного терминала соседи ДТУ, компания «Ванинотрансуголь» — «дочка» УК «Колмар». Через этот терминал она собирается вывозить коксующийся уголь со своих месторождений в Якутии. Планируемый объем перевалки — 24 млн тонн к 2025 году.

Есть планы построить поблизости свой терминал и у Тувинской энергетической промышленной корпорации (ТЭПК) Руслана Байсарова. Однако эти планы пока бумажные: Элегестское месторождение в Туве, лицензия на разработку которого сейчас владеет ТЭПК, не имеет железнодорожного выхода на Транссиб. Завершение стройки 410-километрового «аппендикса» Элегест — Кызыл — Курагино запланировано на 2023 год. Если это случится, Ванино окажется адресатом еще 15 млн тонн экспортного угля. Правда, к строительству порта на мысе Бурный (прямо под боком у терминала ДТУ) «дочка» ТЭПК, компания «Дальневосточный ванинский порт», пока не приступила.

Более реальные планы строительства новых перевалочных мощностей в портах Дальневосточного бассейна имеют ХК «СДС-Уголь» (порт Суходол в городе Большой Камень Приморского края, мощность перевалки 20 млн тонн к 2023 году) и входящая в группу «Сибантрацит» УК «Востокуголь» (порт Вера в ЗАТО «Фокино», тоже в Приморье, аналогичный Суходолу по мощности и срокам).

Если же учесть планы расширения действующих угольных терминалов компаниями «Кузбассразрезуголь» (третья очередь порта Восточный), «Мечел» (порт Посьет и Ванинский морской торговый порт), а также увеличения перевалки в Находке, то совокупный прирост перевалочной мощности по углю дальневосточных портов за ближайшие шесть лет оценивается в невероятные 110 млн тонн. Это будет означать более чем удвоение нынешних объемов морской перевалки экспортного угля на Дальнем Востоке (здесь расположены 11 из 27 российских экспортных угольных портов). И это после того, как с 2010 года объемы уже выросли в 2,6 раза, с 35 млн до 91 млн тонн (см. график 1).

Экспортный джокер

Возникает закономерный вопрос: а обеспечены ли планируемые циклопические объемы «новой» перевалки пропорциональным приростом в других звеньях цепочки движения угля из недр к конечному потребителю?

При этом речь идет исключительно о потребителе внешнем. Консенсус аналитиков незыблем: стагнация внутреннего рынка угля, как энергетического, так и коксующегося, продолжится, единственным локомотивом расширения добычи (а она в прошлом году вышла на позднесоветский максимум, почти повторив рекорд 1988 года — 440 млн тонн), как и в последние два десятка лет, может быть только экспорт (см. график 2).

Если в начале прошлого десятилетия за рубеж отправлялась каждая шестая тонна добытого в стране угля, то сегодня уже почти каждая вторая. В стоимостном выражении угольный экспорт по итогам прошлого года достиг 17 млрд долларов — пятое место в структуре российского экспорта, почти четыре процента его общей стоимости). Россия прочно обосновалась на третьем месте среди крупнейших мировых поставщиков угля после Австралии и Индонезии.

Но дело не только в экспортных амбициях и впечатляющей валютной выручке угольных компаний. Уголь дает жизнь десяткам городов и поселков в Сибири и на Дальнем Востоке, обеспечивает стабильную занятость 650 тысячам человек (148 тыс. непосредственно в угольной отрасли, остальные – в смежных секторах). Считая домочадцев, выходит, что уголь прямо или косвенно кормит 1,7 млн человек.

Российский угольный экспорт растет практически монотонно, несмотря на весьма волатильную конъюнктуру рынка. Так, за последние 12 месяцев цены на энергетический уголь в Азии сократились на 40%, до 73 долларов за тонну (см. график 4). Выручает лишь то, что качество (калорийность и зольность) нашего товара сравнительно высокое, а себестоимость добычи российским производителям удается удерживать за счет инвестиций в новое оборудование. Так, даже при высокой стоимости транспортировки пока что остается минимальная подушка рентабельности.

Доля нашей страны на глобальном рынке угля выросла за последние двадцать лет вчетверо, до 16%. При этом на рынке Атлантического региона наша доля 43%, а в АТР — пока еще скромные 10%. Но именно «восточный» угольный экспорт растет особенно интенсивно. Благодаря развитию железнодорожной и портовой инфраструктуры Россия нарастила поставки угля в АТР с 2011 года в два с половиной раза — с 37 млн до 99 млн тонн (см. график 5).

В страновом разрезе тоже происходят заметные подвижки. За последние пять лет Южная Корея лишила Китай лавров крупнейшего покупателя российского угля, сильно выросли отгрузки в Германию, Польшу, на Тайвань, а вот Великобритания практически свернула импорт угля, причем не только российского (см. график 6). В 2013 году страна ввела национальную систему сборов за выбросы СО

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Другая мобильность. И это не бла-бла Другая мобильность. И это не бла-бла

Сжатие автомобильных рынков — признак фундаментальной трансформации отрасли

Эксперт, октябрь'19
Лидеры конъюнктурные и не очень Лидеры конъюнктурные и не очень

Громче всех в прошлом году «выстрелил» российский нефтегазовый экспорт

Эксперт, сентябрь'19
Большая энциклопедия джентльмена Большая энциклопедия джентльмена

Правила обращения с деньгами

GQ, январь'19
Под знаком близнецов Под знаком близнецов

Аня и Соня Куприенко из модной лондонской группы Bloom Twins

Vogue, сентябрь'19
Как уберечь лицо и тело в драке: 7 советов от профессиональных бойцов Как уберечь лицо и тело в драке: 7 советов от профессиональных бойцов

Можно ли регулярно драться и при этом в буквальном смысле слова сохранить лицо

Men’s Health, август'19
Джесcика Честейн. Хамелеон Джесcика Честейн. Хамелеон

Актриса все время ищет роли, предполагающие полное перевоплощение

Караван историй, сентябрь'19
Каким получился фильм «Однажды в... Голливуде» Квентина Тарантино Каким получился фильм «Однажды в... Голливуде» Квентина Тарантино

В российский прокат вышел фильм Квентина Тарантино «Однажды в... Голливуде»

РБК, август'19
Mail.ru Group купит каршеринг-агрегатор YouDrive Mail.ru Group купит каршеринг-агрегатор YouDrive

Mail.ru Group купит контрольный пакет акций каршеринг-агрегатора YouDrive

Forbes, август'19
Плюс два в августе. Кто может парковаться в Москве бесплатно Плюс два в августе. Кто может парковаться в Москве бесплатно

Владельцы транспорта, которые имеют возможность не платить за парковку

РБК, август'19
30 лет на «розовом острове»: как живёт отшельник-блогер 30 лет на «розовом острове»: как живёт отшельник-блогер

Чтение, уборка, фотосъёмка – главные занятия итальянского робинзона

National Geographic, август'19
Прокрастинация — это не лень. Главные отличия Прокрастинация — это не лень. Главные отличия

В чем разница между ленью и прокрастинацией?

СНОБ, август'19
Что твой ребенок расскажет психотерапевту через 20 лет? Что твой ребенок расскажет психотерапевту через 20 лет?

На что будет жаловаться следующее поколение, несмотря на все усилия матерей

Cosmopolitan, сентябрь'19
На своих двоих На своих двоих

Доказано: даже 5-минутные пешие прогулки полезны

Лиза, август'19
Жизнь после ICO-хайпа: что ждет рынок коллективных инвестиций Жизнь после ICO-хайпа: что ждет рынок коллективных инвестиций

Снижение криптовалютного рынка вызвало падение интереса инвесторов к ICO

Forbes, август'19
Все цветы мне надоели Все цветы мне надоели

Декоратор Жан-Луи Денио дома легко обходится без ярких красок

AD, сентябрь'19
Упаковки пустеют Упаковки пустеют

В Японии новый феномен

Огонёк, август'19
Обманщики поневоле Обманщики поневоле

В некоторых ситуациях мы предпочитаем не говорить ребенку правду, а соврать

Лиза, август'19
Минфин придумал новые способы вернуть капитал из-за рубежа Минфин придумал новые способы вернуть капитал из-за рубежа

Минфин ищет новые способы вернуть в Россию деньги

Forbes, август'19
Интервью с клавишником Rammstein Кристианом Лоренцом Интервью с клавишником Rammstein Кристианом Лоренцом

После московского концерта Rammstein Esquire встретился с клавишником группы

Esquire, август'19
Какие кроссовки носили мужчины на этой неделе Какие кроссовки носили мужчины на этой неделе

Идрис Эльба становится для российских школьников примером для подражания

GQ, август'19
Молодость на острие иглы Молодость на острие иглы

Жизнь коротка, а искусство косметологов вечно

GQ, сентябрь'19
Кого слушать на российских фестивалях в августе Кого слушать на российских фестивалях в августе

Впереди Fields, Alfa Future People и Red Bull Music Festival

Vogue, август'19
Щедрая реструктуризация Украины: как заработать на непостоянстве экономического роста страны Щедрая реструктуризация Украины: как заработать на непостоянстве экономического роста страны

ВВП Украины во втором квартале неожиданно вырос на 4,6%

Forbes, август'19
Частные камеры пугают сильнее государственных Частные камеры пугают сильнее государственных

Проанализировали эффективность систем фотофиксации нарушения ПДД

РБК, август'19
Роботизация школы Роботизация школы

Сколько роботов нужно, чтобы заставить мальчишку учить математику

Русский репортер, август'19
Домашний хлебзавод: рейтинг лучших домашних хлебопечек 2019 Домашний хлебзавод: рейтинг лучших домашних хлебопечек 2019

Узнайте, как подобрать подходящую модель хлебопечки под свои нужды

CHIP, август'19
Криптовалюты. Поколение второе Криптовалюты. Поколение второе

От «цифрового золота» к полноценным деньгам

Популярная механика, сентябрь'19
ЕСПЧ обязал Россию выплатить €34 000 вдове и матери Магнитского ЕСПЧ обязал Россию выплатить €34 000 вдове и матери Магнитского

По решению суда, Россия должна выплатить вдове и матери Магнитского €34 000

Forbes, август'19
Как в 56 лет написать первый роман и за две недели заработать $1,5 млн Как в 56 лет написать первый роман и за две недели заработать $1,5 млн

Писатель Грэм Симсион о том, как в 56 лет написать первый роман

Forbes, август'19
Мария Миронова Мария Миронова

С чего вдруг актриса Мария Миронова стала реформатором?

Story, сентябрь'19