Книга воспоминаний Анны Лариной-Бухариной

ДилетантИстория

Анна Ларина-Бухарина

Портретная галерея Дмитрия Быкова

1.

Кремлёвские обитатели и члены их семей писали довольно много — главным образом в мемуарном жанре, — но только одна книга из этой обширной библиотеки принадлежит к настоящей литературе. Я говорю о книге воспоминаний Анны Лариной-Бухариной. Из всех большевистских публицистов, по совместительству литературных критиков, некий литературный дар обнаружили трое — Ленин, Троцкий и Бухарин; первые двое были по преимуществу журналистами, со всеми издержками этого рода литературы (Троцкий при  этом ещё и невыносимо кокетлив). Бухарин мог стать писателем и в тюрьме работал над автобиографическим романом. Его жена тоже обладала повествовательным талантом — вероятно, неосознанным; при этом писала она чрезвычайно просто, без вычур, без тени самолюбования, но, видимо, была в их отношениях с Бухариным такая подлинность, которая может стать основой подлинного психологического романа.

Книга Анны Лариной-Бухариной обладает всеми свойствами романа, причём идеология совсем не мешает воспринимать её именно как лирический текст; это, во-первых, глубокая, сдержанно-страстная книга о любви, причём любви сложной — Анна всегда чувствует себя младшей по отношению к мужу, у них 26 лет разницы, а между тем в последний год его жизни именно она заботится о нём, обречённом и совершенно деморализованном. Во-вторых, это документальное расследование, подробно отвечающее на главный вопрос: как удалось нескольким десяткам блестящих, широко образованных, самоотверженных людей, всей большевистской верхушке, проиграть всё в довольно примитивной игре с человеком, который был глупей, бездарней и предсказуемей каждого из них. В-третьих, это (здесь, пожалуй, заминка) даже не приключенческая книга, а гротескная, временами абсурдистская хроника русской жизни тридцатых — пятидесятых. Ну невозможно же себе представить, чтобы это было правдой, — я говорю сейчас не о диких, пыточных главах, не о том, как Лариной угрожали расстрелом и несколько раз водили расстреливать, не о том, как гноилив сыройодиночке, не о том, как отправляли в детдом её сына, но об эпизодах невообразимых, алогичных, просто как бы приснившихся. Вот везут её из томского лагеря в новосибирскую тюрьму, везут в гражданской одежде, с конвоиром, одетым тоже в гражданское, в общем вагоне, — а встречает их шофёр НКВД, и она узнаёт, что это ещё полтора года назад, когда она сюда приезжала с Бухариным в его последний отпуск, был шофёр Роберта Эйхе, первого секретаря Новосибирского обкома партии. Он был своим человеком в семье, обедал с ними, вообще старые партийцы были большие демократы, хоть им и причиталась, по-старинному говоря, прислуга. И она вспоминает, как они с Бухариным увозили в Москву пойманного за городом филина, куриного вора. И шофёр в полном молчании везёт её в новосибирский НКВД, а по дороге спрашивает только: ну, как филин? (Филина отдали детям Микояна.) Полтора года назад она была жена самого Бухарина, их тут принимали как московских небожителей, а теперь он её везёт в НКВД, и лицо у него наглое, самоуверенное (Эйхе перевели в Москву наркомземом и почти сразу арестовали, как тогда делалось сплошь и рядом после внезапных, как бы успокаивающих повышений). И она понимает, что шофёр-то был приставлен, что он шпионил, что это он, скорее всего, и давал показания, будто они ездили в Сибирь поднимать крестьянское восстание… Бред полный! И она говорит:

— Арестовали филина. А с Эйхе что?

И шофёр молчит, и больше они не произносят ни слова.

Есть книги, которые пишутся жизнью, и Ларина не мешает собственной памяти, которая последовательно воссоздаёт все этапы её тюремных мытарств — слово «этап» в России никогда уже не отмоется от своего тюремного второго смысла, — но по малейшей ассоциации подбрасывает ей экскурсы в три счастливых года замужества, а иногда в годы сравнительно безоблачного детства. Сравнительно — потому что родители Ани Бухариной умерли и воспитывали её дед с бабкой. Потом её удочерили родная сестра матери и её муж, старый большевик Михаил Лурье, более известный под псевдонимом Юрий Ларин. В их семье она и познакомилась с Бухариным, который был уже тогда обречён и знал это — с 1928 года, о котором особый разговор, его заклеймили правым уклонистом, и никакие покаяния не могли отвести этот удар от его головы. Роман их начался с того, что в тридцатом она с родителями отдыхала в Мухолатке, а Бухарин — в Гурзуфе, и она к нему ездила туда на санаторном грузовике. Он брал с собой книгу Гамсуна (аккуратно завёрнутую в газету) и на берегу читал ей из «Виктории» невыносимо напыщенные абзацы о любви. И однажды вдруг спросил:

— А ты могла бы полюбить прокажённого?

И она — умная, рано развившаяся девочка, выросшая в среде, где привыкли разговаривать откровенно, — не решилась ему сказать, что уже давно… Бухарин странным образом продолжал надеяться, когда она уже понимала всё; в каком-то смысле она действительно была взрослей.

2.

Почему это получилось? Почему вообще в этой книге больше всего поражает именно несоответствие между нервным, колеблющимся героем — типичным русским человеком на rendez-vous, по Чернышевскому, — и героиней, которая раз и навсегда для себя решила, что надеяться нельзя, что она погибла вместе с мужем, что даже любовь к ребёнку не должна привязывать её к жизни?

Вообще это традиционная коллизия в русской литературе — сильная женщина в союзе-поединке со слабым мужчиной; потрясающая книга Глеба Павловского о Бухарине, написанная по материалам разговоров о нём с Гефтером и по материалам из архива самого Гефтера, так и называется «Слабые». Самое страшное в этой книге — стенограммы прослушиваемых предсмертных, уже после приговора, разговоров Бухарина с подсаженным к нему сокамерником, когда Бухарин ежесекундно ждёт смерти, но заставляет себя поддерживать разговоры и играть в шахматы. Непонятно, почему Сталин устроил ему такую изощрённую пытку — год ожидания ареста и потом год ожидания расстрела; хотя как раз понятно. Сталин понимал, что Бухарин — человек утончённый, нервный, на это и давил. За это и мстил, собственно, — потому что интеллектуалом не был, да, вероятно, и не хотел быть,

но чувствовал в Бухарине другую породу, чувствовал в нём гуманиста, способного поставить себя на чужое место и за это любимого решительно всеми. Странная черта для большевика — Бухарина не просто так называли любимцем партии. Да и люди в самых глухих деревнях, о чём Ларина вспоминает тоже, чувствовали к нему необъяснимую симпатию, старый алтаец приехал на него посмотреть и назвал его «моя хорошая» (он обо всех говорил в женском роде). Мальчик-бухарчик, обращались к нему друзья по оппозиции — то умильно, то раздражённо; раздражало, что он всем верит, делится идеями, вообще думает о людях лучше, чем они того заслуживают.

Бухарин, что вообще для большевистских вождей нехарактерно, человек незлобный, даже добрый — крестьянина жалеет, бескомпромиссности не одобряет, многих кидается защищать. Ларина его полюбила за это, за юмор, за душевную широту, за охотничий азарт и храбрые крымские заплывы, такие далёкие, что из воды его вылавливают пограничники… (Я сейчас думаю: не было ли это попыткой самоубийства, которую так грубо пресекли?) В нём вообще есть то веселье, которого зачастую у большевистского начальства не было, сколь бы они ни стремились изобразить беззаботность и смешливость a la Ильич. Вот выловили его пограничники, спрашивают: чего это вы заплываете в нейтральные воды? А он: я Бухарин, отдыхаю тут… Как вы докажете, что вы Бухарин? Документы у вас есть? А он им, смеясь в лицо, отвечает: я могу только снять трусы, больше, сами понимаете, ничего сделать не могу! Доставили на берег, разобрались, спрашивают: когда вы уже перестанете хулиганить, товарищ Бухарин? Когда вы перестанете называть меня правым оппортунистом, отвечает он с вызовом. И понятно, что это не пограничники его так называют, но просто в этой ситуации они представляют ту силу, которая на него едет катком, и они — «этой силы частица».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Зимний пейзаж после боя Зимний пейзаж после боя

Весной 1938 года между СССР и Финляндией начались тайные переговоры

Дилетант
Почему мы пьем алкоголь с точки зрения эволюции Почему мы пьем алкоголь с точки зрения эволюции

Как сама эволюция объясняет нашу тягу к алкоголю?

Maxim
Одиночный пикет Одиночный пикет

Именно тогда, в критические дни октября 1962 года, проявилась воля людей к миру

Дилетант
Правда ли, что Правда ли, что

Почему язык тела воспринимают везде по-разному?

ТехИнсайдер
Подпоручик, маршал, палач, жертва Подпоручик, маршал, палач, жертва

Как самонадеянность привела Тухачевского к гибели

Дилетант
Разлад по-хорошему: 35 правил ссоры, которая не приведет к расставанию Разлад по-хорошему: 35 правил ссоры, которая не приведет к расставанию

Добрая ссора бывает получше худого мира

VOICE
Жёны застоя Жёны застоя

Супруги генсеков и членов политбюро ЦК КПСС

Дилетант
Кейт, которая гуляет сама по себе Кейт, которая гуляет сама по себе

Ее саму понимать уже давно перестали

Караван историй
Невидимые миру Невидимые миру

Жён советских лидеров часто называли «первыми леди СССР». Но это были лишь слова

Дилетант
Почему у поезда колеса металлические, а у автомобиля — резиновые Почему у поезда колеса металлические, а у автомобиля — резиновые

Почему у разных видов транспорта разные колеса

ТехИнсайдер
Крёстная мать перестройки Крёстная мать перестройки

Маргарет Тэтчер лучше всех почувствовала возможность перелома в Советском Союзе

Дилетант
20 игр для детей в путешествии 20 игр для детей в путешествии

Дорога пролетит незаметно, если устроить с ребенком интересную игру

Лиза
Гибель Надежды Гибель Надежды

Популярные версии причины конфликта на банкете в кремлёвской квартире Ворошилова

Дилетант
В сосудах бронзового века из Израиля обнаружили остатки опиума В сосудах бронзового века из Израиля обнаружили остатки опиума

В бронзовом веке в Левант наркотик поставляли с Кипра

N+1
На партийном девичнике На партийном девичнике

Расспрашиваем о кремлёвских дамах Нину Хрущёву, внучку советского лидера

Дилетант
Развод по-русски Развод по-русски

9 способов не остаться без штанов после развода

Лиза
Писаная красота Писаная красота

Византийское «наследство» в виде письменности

Дилетант
Олли Дабу: «Гости — это люди, которые кладут деньги в твой карман» Олли Дабу: «Гости — это люди, которые кладут деньги в твой карман»

Олли Дабу — о карантине, детском питании и гиде Michelin

Bones
Джон Кеннеди, наш западный партнёр Джон Кеннеди, наш западный партнёр

60 лет назад центральные газеты СССР напечатали полный текст речи президента США

Дилетант
5 тайн океана, которые не могут разгадать ученые 5 тайн океана, которые не могут разгадать ученые

Медузное бессмертие, отчаявшиеся киты, загадочный фиолетовый шар, молочные моря

Maxim
Крым: как устроить человеческое житьё Крым: как устроить человеческое житьё

Летом 1920 года в Крыму царил осторожный оптимизм

Дилетант
Где должна находиться «Троица» Рублева — в музее или храме? Где должна находиться «Троица» Рублева — в музее или храме?

Почему РПЦ и ученые не могут поделить «Троицу» Андрея Рублева?

СНОБ
Дело об убийстве угличском Дело об убийстве угличском

Дело розыскное 1591 года, об убийстве царевича Дмитрия Иоанновича

Дилетант
Гравитационную постоянную измерили с помощью изгибных колебаний металлических балок Гравитационную постоянную измерили с помощью изгибных колебаний металлических балок

Новый способ измерения гравитационной постоянной

N+1
Мобилизация по-екатеринински Мобилизация по-екатеринински

Как беспрецедентный рекрутский набор помог России в войне с Турцией

Дилетант
Ресторатор Уиллиам Ламберти — о новом старте после 50 и семейных рецептах Ресторатор Уиллиам Ламберти — о новом старте после 50 и семейных рецептах

Ресторатор Уиллиам Ламберти — как добиться успеха, несмотря на закрытия проектов

РБК
7 знаковых стихотворений Евгения Евтушенко 7 знаковых стихотворений Евгения Евтушенко

Семь знаковых стихотворений, привязанных к биографии поэта Евгения Евтушенко

Правила жизни
Одна вокруг света: опасная дорога к ледникам, горные озера и разноцветная гора Одна вокруг света: опасная дорога к ледникам, горные озера и разноцветная гора

176-я серия о кругосветном путешествии москвички Ирины Сидоренко: Перу

Forbes
«Мальчик, который не переставал расти… и другие истории про гены и людей» «Мальчик, который не переставал расти… и другие истории про гены и людей»

Отрывок из книги «Мальчик, который не переставал расти…» о митохондриальной ДНК

N+1
Эти галактические явления пугают даже опытных астрономов: чего мы не знаем о Вселенной Эти галактические явления пугают даже опытных астрономов: чего мы не знаем о Вселенной

Галактические явления, которые нарушают прогнозы и ставят в тупик

ТехИнсайдер
Открыть в приложении