В прокат вышел «Сорокин трип» — документальный фильм про писателя

РБКРепортаж

Антон Желнов и Юрий Сапрыкин — о Владимире Сорокине в жизни и на экране

В прокат вышел «Сорокин трип» — документальный фильм про автора «Нормы» и «Дня опричника». Игорь Кириенков обсудил с создателями картины, как они снимали Владимира Сорокина в Берлине и почему его можно назвать классиком.

Автор: Игорь Кириенков

755683762665960.jpg

Журналист Антон Желнов был соавтором фильмов о Иосифе Бродском и Саше Соколове, а в 2018 году выпустил собственный — про Илью и Эмилию Кабаковых. Юрий Сапрыкин руководит «Полкой» — сайтом о главных русских книгах. Мы выяснили, почему они решили заняться био- и библиографией Владимира Сорокина, о чем смогли и не смогли расспросить писателя и как радикальный концептуалист стал всемирно известным литератором.

— Когда вы впервые прочитали Сорокина: что это был за текст, какое он на вас произвел впечатление и что вы подумали про автора?

— Юрий Сапрыкин: Я впервые Сорокина не прочитал, а услышал. Это было году в 1986-м или 1987-м. Мой отец имел обыкновение слушать, как это тогда называлось, «вражеские голоса». Я сидел в комнате, у отца на коротких волнах сквозь глушилки пробивалось «Радио “Свобода”», и там, кажется, актер Юлиан Панич в литературной передаче зачитывал рассказы из сборника «Первый субботник». Мягко говоря, я — да и отец тоже — не был подготовлен к такому повороту событий: обычно там читали Солженицына, Войновича, Аксенова, Довлатова, а тут такой кондовый, даже слишком суконный для «Свободы» текст взрывается кровищей, поножовщиной и сексом. Так я послушал два или три рассказа — в том числе про геологов. Это было ужасно дико и весело: немножко неловко, что все это произошло при родителях, но я был в полнейшем восторге.

Шла перестройка, и неизвестный мне автор встроился в линию выходящего наружу подпольного искусства. В большие СМИ попало не тогдашнее зарубежье, а что-то неофициальное, но медийным людям уже известное и легкодоступное. На меня обрушилась лавина имен: в диапазоне от Юфита до Курехина, от Пригова до Сергея Летова. Прошло время, прежде чем я понял, что Юфит отдельно, Курехин отдельно — а Сорокин отдельно. Наверное, это уже было связано с первым его текстом, который я прочитал на бумаге, — «Очередью». Она строилась совсем по другому принципу, чем рассказы из «Субботника», и стало понятно, что это невероятно интересный человек, который умеет что-то такое, что другая известная мне литература даже не пробовала делать.

Антон Желнов: Наверное, первое, что я прочитал, была даже не книжка, а выпуск «Афиши», на обложке которого Сорокин держал в руках силиконовое сердце.

Юрий Сапрыкин: Последнюю фразу из этой статьи я помню наизусть: «Может быть, сейчас в чьей-то груди не бьется, но колышется сердце Сорокина».

Антон Желнов: Для меня вход в Сорокина начался через медиа. Кроме «Афиши» он — вместе с дочерьми-близняшками — появился на обложке журнала «ОМ». Так что я сначала прочитал о нем, а уже потом его самого. У меня такое часто бывает: чтобы прийти к тексту, мне нужно погрузиться в информационный контекст. Потом, когда я учился на третьем или четвертом курсе журфака, была история с Большим театром. Позже — «За стеклом» и «Розыгрыш». То есть для меня Сорокин сразу был федеральной звездой, которого обсуждают и вокруг которого происходят скандалы.

Юрий Сапрыкин: Человек из телевизора.

Антон Желнов: Да-да. Эмоционально меня больше всего вздернуло «Сало», которое мне тогда показалось сложным: я не понимал всего, что хочет сказать автор, и даже советовался с друзьями-филологами, чтобы они помогли мне разобраться. Но самое сильное впечатление произвела «Метель». Когда она вышла в 2010-м, я ее не заметил, а когда заметил, офигел — и сразу все понял.

— Как сложился ваш творческий дуэт: кто к кому — и с какой идеей — пришел?

— Юрий Сапрыкин: Антон пришел ко мне, что чрезвычайно любезно с его стороны: я уверен, он справился бы и сам, но хорошо, что так вышло. Я уже говорил на премьере в «Пионере», что для меня все фильмы Антона складываются в один ряд: это кино про классиков России будущего. Если с Бродским момент канонизации к выходу фильма уже, в общем, более-менее произошел, то Соколов, Кабаков и Сорокин — люди, которые совершенно очевидно через 10 лет будут во всех учебниках и школьных программах, но общество это пока не до конца осознало. После «Кабаковых» мне было интересно, что Антон будет делать дальше. Бывают логические и математические задачи в жанре «Продолжите ряд», и когда Антон назвал Сорокина, у меня было ощущение точного попадания: да, конечно, именно на этом месте он и должен быть.

Антон Желнов: Юра все правильно рассказал. Я задумался о Сорокине еще до «Кабаковых»: впервые я увидел его воочию в Тбилиси два года назад у наших общих друзей — актрисы Миранды Мирианашвили и бизнесмена Леонида Огарева. Мы летали туда на крестины, и там был Владимир Георгиевич. Я тогда обалдел (на одной даче с Сорокиным!), подошел, взял имейл. Прошло два года, случились «Кабаковы», и я решил ему написать. Сорокин довольно быстро согласился: ему понравился фильм, что было ключевым для принятия решения. Если бы не понравилось, он бы послал: Владимир Георгиевич не то чтобы очень церемонный и дипломатичный в этом отношении человек (да и правильно). Потом я понял, что материал для меня слишком огромен: по тому же Бродскому я защищал диплом, а сорокиноведом никогда не был. Памятуя об обложке «Афиши», я позвонил Юре; мы встретились и договорились. Это был ноябрь 2018-го. Дальше я стал искать источники финансирования, но главное было сделано: мы получили согласие героя, Юры и оператора Михаила Кричмана.

755683761947190.jpg

— Развивая ответ Юрия: насколько для вас был бесспорен статус Сорокина, когда вы брались за картину? Вы работали, условно говоря, с безоговорочным, мраморным классиком — или с автором, место которого в русской культуре еще не определено?

— Антон Желнов: Я работал не с мрамором: он действующий автор, и никакого пантеона пока нет. Сорокину 64, и это писатель в развитии, в отличие от того же Кабакова, который уже все-таки подводит итоги. Не люблю это слово, но так оно и есть: для меня и моего поколения Сорокин — очень значимая, важная, культовая фигура. Когда мы учились на журфаке, его имя звенело и обсуждалось; из рук в руки передавались эти обложки. И Сорокин, конечно, попал в сердце.

Юрий Сапрыкин: В прошлом сентябре на фестивале «Вазари» в Нижнем Новгороде мы устраивали дискуссию о судьбе классики и литературного канона: не о том, какое будущее ждет Толстого и Достоевского, а о том, что будет с самим понятием «классика». Там была редакция «Полки» и Линор Горалик, и на кабаковский вопрос «Кого возьмут в будущее?» мы все, не сговариваясь, назвали Сорокина. И я вспоминаю сейчас хорошо известную нам книжку Гарольда Блума про западный канон, где он говорит про то, что большой писатель — это всегда человек, который одновременно продолжает канон и его взламывает; стоит на плечах предшественников и прыгает с них на какую-то совсем неизвестную территорию. По этому критерию из ныне живущих Сорокин (ну, может быть, еще Петрушевская) для меня самый очевидный кандидат в будущие классики. Какой-то от этого веет космической безысходностью: ну какие будущие — все уже состоялось. Надо просто не бояться заявить об этом, как не боятся это делать американцы, пиша на обложке с Франзеном или на книге Тони Моррисон «Великий американский писатель».

— Антон только что сказал, что впервые вживую увидел Сорокина два года назад. Юрий, вы несколько раз брали у него интервью. Как это происходило — лично, по почте или в скайпе?

— Юрий Сапрыкин: Мы встречались перед выходом «Теллурии» и как-то случайно пересекались потом. Я был в Венеции на открытии его выставки и видел тот самый перформанс, где он в шкуре и с топором. Мы на тот момент были немного, но знакомы и, как мне показалось, довольно доброжелательно друг к другу относились — ну, я уж точно.

Антон Желнов: Кстати, для Сорокина было очень важно участие Юрия. Когда мы приехали с группой на знакомство (представиться, поговорить, оценить локацию), он сразу его выделил. Сорокин слышал, кто такой Кричман, но лично они никогда не виделись. А Мише когда-то предлагали снять фильм «Матрешка» по сценарию Николая Шептулина — первого издателя Сорокина в России; как-то в этом должен был участвовать и сам Владимир Георгиевич.

Юрий Сапрыкин: Еще из участников съемочной группы Сорокину сразу очень понравился дрон.

Антон Желнов: Он очень внимательно смотрел на нашу технику: расспрашивал, что это за камеры, сколько стоит их арендовать, какими объективами мы пользуемся — страшно в это все погружался. Даже снимал нас несколько раз на свой телефон.

Юрий Сапрыкин: Это не попало в фильм: Сорокин рассказывал, как они ездили на практику на нефтеперерабатывающие заводы в Баку, и его завораживала вот эта немного стимпанковская, советская, монструозная, ржавая техника. Было видно, как в глазах просыпается огонь и воспоминание греет его душу. Сразу стало понятно, почему в текстах Сорокина так часто встречаются описания механизмов. Так что его отношения с техникой не ограничиваются «умницами» или современными гаджетами — это более давняя и сложная эмоциональная связь.

— А какой у Сорокина телефон?

— Антон Желнов: У него смартфон, и он при мне скроллил ленту. Сорокин в этом смысле довольно активен: может прислать фотки с телефона, и если я вижу «отправлено с iPhone», то понимаю, что он сейчас едет в машине.

— Но при этом его нет в соцсетях?

— Антон Желнов: В фейсбуке точно нет, но в мессенджерах есть.

— Как вы делили материал и главного героя? Кто сидел перед Сорокиным во время съемок; условно говоря, кому он все это рассказывает?

— Антон Желнов и Юрий Сапрыкин (хором): Нам!

Антон Желнов: Мы придумывали с Юрой сценарий беседы — и не только: я всегда нервно реагирую, когда фильм называют «интервью» — никакое это не интервью.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Крем номер один: что нужно знать о солнцезащитных средствах Крем номер один: что нужно знать о солнцезащитных средствах

Солнцезащитные средства — пожалуй, самые недооцененные

РБК
Психологический эксперимент: что произойдет, если смотреть другому человеку в глаза 10 минут Психологический эксперимент: что произойдет, если смотреть другому человеку в глаза 10 минут

Очередная загадка человеческого разума

National Geographic
«До» и «после» акне: 5 историй невероятного преображения «До» и «после» акне: 5 историй невероятного преображения

Эти девушки показали, что нет ничего невозможного: с акне можно справиться

Cosmopolitan
Не всё то золото, что блестит Не всё то золото, что блестит

Эрик Винд об опасностях, подстерегающих коллекционеров

Robb Report
Сила воли: что мешает нам добиваться цели Сила воли: что мешает нам добиваться цели

Проблема отсутствия силы воли – в образе жизни, который ее ослабляет

Psychologies
Добро пожаловать в клуб: новая концепция private-обслуживания Альба-банка Добро пожаловать в клуб: новая концепция private-обслуживания Альба-банка

О формате клубного общения, входном пороге и всеобщей диджитализации

РБК
Спасти дымчатых леопардов: успешный опыт американского зоопарка Спасти дымчатых леопардов: успешный опыт американского зоопарка

Дымчатый леопард относится к уязвимым видам животных

National Geographic
Не в службу, а в дружбу Не в службу, а в дружбу

Довольно часто приятельские отношения с коллегами только мешают

Лиза
Никто кроме них: Гран-при России как гонка имени Mercedes-Benz Никто кроме них: Гран-при России как гонка имени Mercedes-Benz

Российский этап Formula 1 можно описать одной шуткой

Популярная механика
Как понять, что вы несчастливы в браке: 11 признаков Как понять, что вы несчастливы в браке: 11 признаков

Большинство пар слишком поздно замечает, что их брак дал трещину

Psychologies
Безмолвные близнецы: таинственная история сестер Гиббонс Безмолвные близнецы: таинственная история сестер Гиббонс

Трагически закончившаяся история сестер-близнецов

Cosmopolitan
Справиться с травлей Справиться с травлей

В российских реалиях все еще силен стереотип, что выживание закаляет характер

Домашний Очаг
Лучшее — гостям Лучшее — гостям

На ярмарке Cosmoscow запланирована обширная программа для VIP-гостей

Robb Report
Прошлое, обращенное в будущее Прошлое, обращенное в будущее

1 октября исполняется 70 лет со дня провозглашения Китайской Народной Республики

Огонёк
Квартира будущего: без кухни и стиральной машины, но с историей Квартира будущего: без кухни и стиральной машины, но с историей

Как будет выглядеть мир, где все население живет в городах?

Forbes
«Его голова — редчайшее произведение искусства»: психолог декодирует сериал Netflix о мозге Билла Гейтса «Его голова — редчайшее произведение искусства»: психолог декодирует сериал Netflix о мозге Билла Гейтса

Netflix выпустил мини-сериал «В голове Билла: декодируем Билла Гейтса»

Forbes
5 вещей, на которые нужно обратить внимание на этой неделе 5 вещей, на которые нужно обратить внимание на этой неделе

О лучших вещах, которые выпустили бренды за прошедшую неделю

Esquire
«Я иду только туда, где интересно». Как филолог из Нижнего Новгорода смогла стать топ-менеджером Visa в Америке «Я иду только туда, где интересно». Как филолог из Нижнего Новгорода смогла стать топ-менеджером Visa в Америке

Как филолог из России стала главным операционным директором Visa в Америке

Forbes
Люди больше хотят видеть меня в роли убийцы Люди больше хотят видеть меня в роли убийцы

Роль импульсивного эксцентрика, упрямца или злодея Джон Малкович играет хорошо

Playboy
На пороге глобальной катастрофы? Зазеркальная жизнь На пороге глобальной катастрофы? Зазеркальная жизнь

Кто и зачем пытается получить живые организмы из зеркально отраженных молекул

Популярная механика
Народные ремесла Народные ремесла

Основатели сайта о рекламе Adme создали крупнейшую фабрику контента для YouTube

Forbes
Кроссовки для любителей пива: BSTN и adidas SC Premiere Prost Кроссовки для любителей пива: BSTN и adidas SC Premiere Prost

Почему в кроссовках для любителя пива нет никакого противоречия

Esquire
Голливуди Голливуди

За последние десять лет актер стал неотъемлемой частью сверхпопулярных франшиз

Esquire
Безвредной дозы не бывает Безвредной дозы не бывает

Сколько допустимо пить алкогольных напитков, чтобы не навредить здоровью?

Лиза
Играем в Devil May Cry V: 5 лайфхаков Играем в Devil May Cry V: 5 лайфхаков

В Devil May Cry 5 есть несколько неочевидных фишек

CHIP
Восьмое чудо света: российский радар Восьмое чудо света: российский радар

За внешний вид и характеристики военные часто называют его восьмым чудом света

Популярная механика
Долма у дома Долма у дома

По Армении лучше путешествовать, пользуясь советами местных жителей

National Geographic Traveler
Трагические смерти участников «Битвы экстрасенсов»: рак, авария и другие причины Трагические смерти участников «Битвы экстрасенсов»: рак, авария и другие причины

Участники шоу «Битва экстрасенсов», которые не смогли предсказать свою судьбу

Cosmopolitan
«Нужно выходить из социального круга, который состоит только из вам подобных». Профессор Йеля о том, как феминизм влияет на урбанистику «Нужно выходить из социального круга, который состоит только из вам подобных». Профессор Йеля о том, как феминизм влияет на урбанистику

Тезисы Шилы Левант де Бреттвиль

Forbes
Девочка моего мальчика Девочка моего мальчика

Злых свекровей больше не существует, остались только добрые. С чего бы это?

Домашний Очаг
Открыть в приложении