Почему сестры Хачатурян не убежали

Адвокат сестер Хачатурян о деталях убийства

Русский репортерОбщество

Почему сестры Хачатурян не убежали

Адвокат девочек о деталях убийства

Текст: Марина Ахмедова

Алексей Паршин (справа) защищает сестер Хачатурян на общественных началах

27 июля в межквартирном холле дома в Москве было найдено тело с колотыми ранами. Имя убитого — Михаил Хачатурян. Следствие обвинит в убийстве его дочерей, которые в свою очередь заявят о том, что жили со своим отцом на положении рабынь и не могли ходить в школу из-за побоев. «РР» вместе с адвокатом восемнадцатилетней Ангелины Хачатурян (который работает в этом деле на общественных началах) Алексеем Паршиным разбирались в социальных причинах этого чудовищного дела.

— Дело сестер Хачатурян можно назвать делом о домашнем насилии?

— Конечно, в их случае это было длительное домашнее насилие, длительная психотравмирующая ситуация, в результате которой наступила смерть потерпевшего. Она явилась результатом домашнего насилия. Я, к сожалению, пока не общался с девочками и не могу вам сейчас сказать, какую позицию они занимают. По документам, которые я читал, их позиция — признательная. А у меня самого сейчас другое видение этого дела, но без согласования с девочками, я и этого вам сказать не могу.

— Другое видение относительно убийства?

— Да. Относительно квалификации их действий.

— Насколько психотравмирующие обстоятельства, о которых вы говорите, распространены в российских семьях?

— Очень тяжело ответить на этот вопрос точно. Официальной статистики нет, так как в нашей стране о домашнем насилии в силу определенных причин предпочитают не рассказывать. Вы не хуже меня знаете, что женщины стесняются об этом говорить и не часто обращаются за помощью — даже за той, которая существует. Одна из основных проблем домашнего насилия — обидчик, как правило, внушает жертвам, что его поведение нормально, что так и положено, что их никто не будет слушать. А если они обратятся за помощью, то в результате ситуация дома только усугубится. И статистика имеется тоже разная. Какие-то источники говорят, что каждая пятая россиянка подвергается домашнему насилию, какие-то — что каждая седьмая. Но точной цифры вам никто не назовет. Можно только говорить о том, какое количество женщин обратилось за помощью в кризисные центры, на линии доверия… Но сколько их на самом деле — кто ж знает.

— По вашим ощущениям, эта статистика как-то поменялась в связи с декриминализацией домашнего насилия?

— Есть информация, что после декриминализации домашнего насилия количество обращений выросло в три раза. С сорока пяти тысяч человек в год, которые обращались за возбуждением уголовного дела по частному обвинению, куда входили и случаи домашнего насилия, до ста пятидесяти тысяч обращений за 2017 год — за привлечением к административной ответственности. С одной стороны, это могло быть вызвано тем, что привлекать к административной ответственности проще. Но, с другой стороны, причина увеличения обращений может быть и в том, что обидчики, узнав о декриминализации, восприняли это как призыв к действию. Наверное, следующие год-два покажут нам, что происходит на самом деле. А сейчас делать выводы преждевременно — слишком незначительный период времени прошел после декриминализации.

Пока у нас до сих пор нет закона о профилактике домашнего насилия. Но в последние годы, по крайней мере, в стране начали признавать, что такая проблема существует. Долгое время считалось, что такой проблемы у нас нет, что все должно решаться в семье и о насилии в ней даже не стоит говорить.

— Почему вы решили взять на себя защиту одной из сестер?

— Я об этом деле услышал сразу, как только все случилось. Ко мне обратились с разных сторон. Вдобавок я вижу здесь несправедливость. По моему личному мнению, получается, что девочки страдали, государство им не оказало никакой помощи. И даже после смерти своего обидчика они продолжают страдать. А государство вместо того, чтобы оказать им какую-то помощь, начало их преследовать.

— Но это все же убийство, и есть тело…

— Насчет квалификации их действий вопрос все-таки спорный. Все не так однозначно, как может показаться. Сейчас мы изучаем обстоятельства, собираем доказательства. По результатам можно будет делать какие-то выводы.

— Рядом с сестрами были люди, которые могли им помочь?

— Если люди даже и были, они, к сожалению, не знали, что происходит в семье. Мама была устранена из семьи несколько лет назад, была не в курсе того, что творилось там в последние годы. Если бы была в курсе, то, думаю, какие-то действия предприняла бы. Но в ее отношении тоже длительное время осуществлялось домашнее насилие, ее годами не выпускали из квартиры. Потом из дома был фактически выгнан сын, за ним — она. С девочками она периодически виделась, но они ей ничего не говорили, не обращались к ней за помощью, не видели в этом выхода.

— То есть они не считали, что она в силах хоть сколько-нибудь их защитить?

— Трудно сказать. Вероятно, они просто не думали, что мама им сможет помочь.

— А учителя?

— Пока не могу комментировать, но уверен, что это обстоятельство тоже будет изучаться следствием.

— А что в той ситуации, в которой девочки находились до убийства, могло сделать государство?

— В этой ситуации инструментов у государства не очень много, но социальные службы могли бы вмешаться. Могли бы задать вопросы — почему девочки не ходили в школу, не получали образования, что в этой семье было не так. И в зависимости от информации, полученной от соседей, от самих девочек, от их подруг, социальные службы могли бы принять решение. Может быть, стоило лишить погибшего родительских прав, оградить девочек от тирании.

— Девочки заявили о сексуальном насилии. Это подтверждается материалами дела?

— Я пока не могу вам сказать. Для этого мне нужно пообщаться с девочками лично. Скоро я это сделаю и тогда отвечу на ваши вопросы. Но в прессе информация о сексуальном насилии фигурирует. Насколько я знаю, одна из девочек рассказала об этом в интервью корреспонденту «Московского Комсомольца». Но я эту информацию пока не могу ни подтвердить, ни опровергнуть.

— Я слежу за дискуссией об этом деле в социальных сетях. Одни считают, что девочки — жертвы, другие — что убийцы, аргументируя количеством ударов, нанесенных их отцу…

— Количество ударов в данном случае может вообще значить все что угодно. В частности, указывать на состояние аффекта.

— У всех троих?

— Но наносили-то удары не все трое. Поверьте, количество ударов в этом деле не показательно.

— Каковы перспективы девочек?

— Все будет зависеть от той позиции, которую они займут.

— Каково максимальное наказание для них?

— По той статье, которую им сейчас вменяют (ст. 105, ч. 2, пункт «ж»), — наказание от восьми до двадцати лет лишения свободы. Статья не предусматривает пожизненного лишения свободы для женщин. Это особо тяжкая статья, и она может рассматриваться с присяжными заседателями. Но, если на то будет воля девочек, мы будем настаивать на другой квалификации. Многое будет зависеть от экспертиз — судебно-психологических. Находились ли девочки в состоянии аффекта или в состоянии, приближенном к нему.

Да, статья тяжкая, но им вполне могли бы избрать меру пресечения в виде домашнего ареста. Учитывая обстоятельства.

Сестрам Хачатурян избирают меру пресечения

— Насколько я понимаю, общество в своей реакции на это дело разделилось потому, что так и не определилось: считать девочек агрессорами или жертвами. А система наблюдает за реакцией общества и, может быть, готова качнуться в ту сторону, в которую качнется общественное мнение.

— В данный момент органы предварительного следствия исходят из позиции, что девочки виновны в убийстве. И не просто в убийстве, а в убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору. Другой вопрос — чего хочет общество? Вы говорите, оно разделилось. Кто-то считает их виновными и имеет право на свою точку зрения. Но нельзя рассматривать эту ситуацию в отрыве от того, что происходило с девочками в последние несколько лет. Я считаю, что их вина еще не доказана.

— Люди, к счастью, не сталкивавшиеся в своей жизни с домашним насилием, задают, на их взгляд, справедливые вопросы: почему девочки не бежали, не обращались за помощью.

— И на эти вопросы должны быть даны ответы. Но для ответов пока рановато. Скоро я отвечу на эти вопросы.

— Мы будем следить за этим делом.

— Это нормально, что у людей возникают такие вопросы. Но если мы обратимся к той же статье о необходимой самообороне, то там прописано: даже если у человека была возможность обратиться за помощью, избежать ситуации, он все равно имеет право обороняться. Надо еще учитывать юный возраст девочек и то, что они не были социализированы. А знали ли они о возможности обратиться за помощью и могли ли ею воспользоваться? Все это мы будем выяснять.

— Вас назначили или вы сами предложили свою помощь? Что вами движет? Девочки ведь не смогут оплатить ваши труды.

— В таком случае движет одно — желание им помочь. На самом деле у меня возникает ощущение какой-то чудовищной несправедливости, и мне хочется ее устранить. Так не должно быть, это неправильно. Государство за такие вещи, за которые девочки пострадали, не должно преследовать. Я принимаю все меры к устранению этой несправедливости.

— Вы хотите сказать, что они были жертвами отца, а после его смерти продолжили быть жертвами, но уже системы?

— Да.

— В соцсетях писали о том, что вас не пускали к вашей подзащитной, одной из сестер, в изолятор временного содержания. Действительно ли следователь по делу дал указание администрации изолятора не пускать тех адвокатов, которых он сам не знает?

— Да, следователь принял меры для того, чтобы меня и других адвокатов не допустить, и мы потеряли практически день, который могли бы посвятить подготовке к защите девочек. На следующий день уже была избрана мера пресечения. Суд и так предоставил семьдесят два часа для сбора дополнительных доказательств. Но у нас, к сожалению, оставались только ночь и утро на то, чтобы что-то предпринять.

— А почему следователь так поступил?

— Следователь — чиновник. И его задача как чиновника — не напортачить. Не проявить инициативу, милосердие. Его задача — усидеть в своем кресле, чтобы к нему не было никаких вопросов, претензий. Чем меньше он проявит инициативы, тем меньше будет к нему вопросов. Возникает проблема — как квалифицировать действия сестер? Если он их обвинит, то к нему будет меньше вопросов. А если вынесет постановление о невиновности, то скажут: «взятку получил».

— Вы раньше занимались делами о домашнем насилии?

— Конечно. Последние лет пятнадцать.

— Были ли похожие случаи в вашей практике?

— Аналогичных случаев не было не только в моей практике, я таких случаев не припомню вообще. Были случаи, когда женщины не выдерживали издевательств и либо убивали своего обидчика, либо наносили ему телесные повреждения. Бывала самооборона. Бывал аффект. И я часто такими делами занимался. Но вот ничего похожего на это дело не припомню.

— А что его делает уникальным?

— То, что трое обвиняемых — сестры. Это первое. Второе — сам характер домашнего насилия. Одна из девочек — несовершеннолетняя. Две стали совершеннолетними совсем недавно. На 2014-й год, когда все это только началось, все три девочки были несовершеннолетними. Будут экспертизы — они покажут, могли ли сестры подпитываться энергетикой друг от друга…

— Что вы имеете в виду? Истерику?

— Нет. Состояние сильного эмоционального возбуждения. Известны случаи, когда люди заражали своим состоянием других. А здесь речь о сестрах, они чувствуют друг друга сильнее, чем просто посторонние люди. И, будучи жертвой, каждая страдала еще и от того, что другие жертвы — ее близкие. Они могли получать это эмоциональное состояние друг от друга и друг друга им подпитывать… Впрочем, только экспертиза покажет, что они испытывали. У меня мурашки по коже от того, что там все эти годы творилось. От той безысходности, в которой оказались девочки.

Фотографии: Вячеслав Прокофьев/ТАСС

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Казанский Илон Маск Казанский Илон Маск

Надир Багавеев переехал в США, чтобы заработать миллионы и покорить звезды

РБК, май'18
Лучшие друзья девушек: как появились первые вибраторы Лучшие друзья девушек: как появились первые вибраторы

Полтора века назад вибратор использовался исключительно в медицинских целях

Cosmopolitan, август'18
Страшнее прививок: будут ли ваших детей поголовно секвенировать Страшнее прививок: будут ли ваших детей поголовно секвенировать

Вопрос целесообразности расшифровки геномов всех новорожденных детей

Forbes, август'18
Юлия Ефременкова: «Для меня пример – Ксюша Бородина» Юлия Ефременкова: «Для меня пример – Ксюша Бородина»

Ведущая «Дома‑2» на ТНТ впервые об отношениях с бывшим

StarHit, август'18
Англоязычный твиттер узнал о меме Англоязычный твиттер узнал о меме

Не все поняли мем "А как тебе такое, Илон Маск?"

Esquire, август'18
Выбросьте из головы Выбросьте из головы

При­ме­ты «пра­виль­ной жиз­ни» мо­гут не по­мо­гать, а ме­шать раз­ви­вать­ся

Glamour, сентябрь'18
«Памятники стали знаками власти» «Памятники стали знаками власти»

Споры о том, какие памятники должны украшать наши улицы, не утихают до сих пор

Огонёк, август'18
7 обычных продуктов, которые могут серьезно навредить 7 обычных продуктов, которые могут серьезно навредить

Какие из спутников обыденной жизни могут представлять серьезную опасность

Популярная механика, август'18
Феномен модных коллабораций: кто все эти люди и зачем нам это нужно Феномен модных коллабораций: кто все эти люди и зачем нам это нужно

Какие фэшн-коллаборации по-настоящему хороши

Cosmopolitan, август'18
Туристы на Сардинии платят штраф за песок с пляжа Туристы на Сардинии платят штраф за песок с пляжа

На Сардинии действует закон, запрещающий вывозить из страны природные материалы

National Geographic, август'18
7 мистических звуков и сигналов, природу которых никто не раскрыл 7 мистических звуков и сигналов, природу которых никто не раскрыл

Если ты не из слабонервных, хватай наушники и слушай

Cosmopolitan, август'18
Отец Влада Соколовского публично извинился перед Ритой Дакотой Отец Влада Соколовского публично извинился перед Ритой Дакотой

Отец Влада Соколовского публично извинился перед Ритой Дакотой

Cosmopolitan, август'18
Гулливеры нашего времени Гулливеры нашего времени

Сравнительный тест Chevrolet Traverse и Volkswagen Teramont

АвтоМир, август'18
Как сделать кухню модной Как сделать кухню модной

Как сделать кухню модной. Превращаем бытовую комнату в пространство для отдыха

Vogue, август'18
10 фруктов с высоким и низким содержанием сахара 10 фруктов с высоким и низким содержанием сахара

Рассказываем, в каких фруктах количество сахара зашкаливает

Women’s Health, август'18
Собираем ребенка в школу и колледж: лучшие гаджеты и аксессуары к 1 сентября Собираем ребенка в школу и колледж: лучшие гаджеты и аксессуары к 1 сентября

Гаджеты для детей (не хуже, чем у тебя)

Maxim, август'18
Машина времени | Утопия на воде Машина времени | Утопия на воде

Утопия на воде

Мир Фантастики, сентябрь'18
Агент влияния Агент влияния

Как работает главный современный кинокритик России Евгений «BadComedian» Баженов

РБК, сентябрь'18
Перейти Рубикон: как компании готовятся к закату нефтяной эры Перейти Рубикон: как компании готовятся к закату нефтяной эры

Сектор ископаемого топлива играет важную роль в экономике многих стран

Forbes, август'18
9 самых невероятных мастеров стрит-арта, которые снесут вам крышу 9 самых невероятных мастеров стрит-арта, которые снесут вам крышу

Эти люди создают масштабные проекты прямо на фасадах зданий

Playboy, август'18
Лана Таккори Лана Таккори

Создательница итальянской марки Tak.Ori — о вдохновении больших брендов

Numéro, сентябрь'18
Прививка или смерть Прививка или смерть

Создание эффективной вакцины против ВИЧ заняло почти 40 лет

Популярная механика, сентябрь'18
Бьюти-дневник певицы Maruv Бьюти-дневник певицы Maruv

Как быть поп-звездой и при этом успевать круто выглядеть

SNC, август'18
Мы будем жить теперь по-новому Мы будем жить теперь по-новому

Как создать уют красиво и недорого

Лиза, август'18
Каннский кинофестиваль глазами Алены Пеневой Каннский кинофестиваль глазами Алены Пеневой

Ретроспектива (а также закулисье) Каннского фестиваля

Cosmopolitan, август'18
Экзотика северных морей: фотографии от Романа Федорцова Экзотика северных морей: фотографии от Романа Федорцова

Рыбак из Мурманска знакомит с удивительными подводными обитателями

National Geographic, август'18
Правила игры Правила игры

«Правильный» интерьер детской комнаты отражает характер и увлечения ребёнка

SALON-Interior, сентябрь'18
Что смотреть: итальянские каникулы наяву и на экране Что смотреть: итальянские каникулы наяву и на экране

Топ итальянских фильмов и сериалов

Cosmopolitan, август'18
Почему бренды упрощают логотипы Почему бренды упрощают логотипы

У Burberry новая айдентика

Esquire, август'18
Яна Рудковская, Одри Тоту и другие звезды за 40, которые круто выглядят в бикини Яна Рудковская, Одри Тоту и другие звезды за 40, которые круто выглядят в бикини

Фигурам девушек из нашей подборки можно только позавидовать

Cosmopolitan, август'18