Фантастический рассказ о странном пациенте Крисе

Наука и жизньКультура

Memento Vivere

Анна Темникова

Доктор Спенсер привычным движением надел очки за секунду до того, как створки лифта распахнулись на шестом этаже муниципального Орегонского госпиталя, отведённого под психиатрическое отделение.

Спенсер подошёл к стойке в центре коридора, поздоровался с Джуди и спросил, есть ли для него что-то. Она молча открыла сейф и положила перед ним медицинскую карту. В бумажном виде — для суицидентов до сих пор использовали неоцифрованные карты, чтобы уберечь конфиденциальные данные. Так, по крайней мере, заявляло Министерство здравоохранения и социальных служб.

На карте приклеен красный стикер, означающий, что пациент требует внимания.

— КРИС-Т-1, служебное помещение, — прочитал Спенсер ещё раз уже вслух.

— А я здесь при чём?

— Вы просили список пациентов, я передала, — растерянно ответила Джуди. — Вопрос не ко мне.

Спенсер пожал плечами и двинулся в сторону подсобки: «Крис — мой пациент? Больше похоже на первоапрельский розыгрыш…»

На двери в подсобку, помимо стандартной таблички «Только для обслуживающего персонала», светилось табло «Не входить!».

Спенсер нахмурился и вошёл внутрь. Роботы-уборщики, стеллажи с бытовой химией… Возле одного из шкафов прямо на полу сидел Крис. Словно человек, сломленный напором обстоятельств. Таких сразу видно: по позе, выражению лица. И взгляд такой знакомый — испуганный, потерянный, ищущий поддержки.

— Ну, наконец-то, — буркнул вышедший из-за стеллажа медбрат.

Он работал в ночную смену, поэтому Спенсер пересекался с ним нечасто. Вроде, его зовут Ларри или Гарри.

— И я тебя тоже рад видеть… Барри, — чуть запнувшись проговорил он, успев заметить имя на бейдже. — Вы тут разбирайтесь, а я пойду. Дел накопилось невпроворот, пока вас ждал.

— Привет, Крис, — сказал Спенсер, обращаясь к своему пациенту. — Может, переместимся в мой кабинет? Или в кафетерий?

Крис медленно покачал головой.

Тогда Спенсер сел неподалёку, прислонившись спиной к шкафу. Пахло антисептиками и моющими средствами.

— Как-то здесь не очень уютно. Тебе не кажется?

— Меня никто не спрашивал, нравится мне здесь или нет, — тихо отозвался Крис. — Просто привели сюда, потому что ночью нет ни старшего техника, ни врачапсихиатра, а меня нужно было куда-то деть. Словно я какая-то вещь.

— Но это не так. Тебя зовут Крис, и ты — врач-реаниматолог.

— Нет, — резко оборвал он. — Я — киберреанимационная интеллектуальная система, модель Т-1.

Спенсер внимательно посмотрел на него:

— Это уточнение по поводу имени или рода деятельности?

Крис закрыл лицо руками, выставив вперёд угловатые локти, словно в надежде защититься.

— По поводу всего, — донёсся до Спенсера его приглушённый голос. — Я — не человек, и незачем называть меня человеческим именем.

— А ты представляешь, каково это: выговорить «киберенима…», «киберанима…»

— Да бросьте, всё вы можете выговорить.

— Это не из моего лексикона. Вот «трихотилломания» мне сказать просто. Мы все разные.

— Но я не обязан подстраиваться под каждого.

Доктор Спенсер широко улыбнулся.

— Разумеется, Кристиан.

— Я же сказал… — он яростно вскинул голову, но, встретив улыбку доктора Спенсера, смущённо потупил взгляд. — Зачем вы так?

— Затем, что я привык видеть в тебе Криса, а не «кибернима…»

Андроид тихо хмыкнул. Уже лучше.

— Вы меня до сегодняшнего дня даже не замечали.

— Это сложно, когда работаешь в разное время. Ты ведь дежуришь только ночью.

Крис кивнул. Уже лет двадцать во всём цивилизованном мире ночью в госпиталях работали только андроиды и кое-кто из младшего медицинского персонала, по договорённости. Спенсер почувствовал, как начала затекать спина, но это пустяк. Пока Крис говорит, нужно сидеть.

— Хочешь яблоко?

Крис посмотрел на доктора невидящим взглядом. Конечно, андроидам с самого начала ввели программное обеспечение «еда» — для социальной адаптации. Но мало кому удавалось застать их за этим процессом. Видимо, при расщеплении требовалось немало внутренних ресурсов. Спенсер заговорщицки подмигнул ему и громко позвал Джуди. Когда она заглянула в дверной проём, попросил её принести из кабинета пару яблок и нож. Медсестра наградила его негодующим взглядом и ушла. Спустя несколько минут вернулась, поставила перед доктором тарелку и вручила нож. Ушла, как отметил Спенсер, не бросив на Криса даже мимолётный взгляд. Он разделил яблоко на четвертинки, вырезал из каждой сердцевину, затем протянул нож Крису.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Русские в Берлине весной 1945 г. Русские в Берлине весной 1945 г.

События Великой Отечественной войны в воспоминаниях и рассказах участников боёв

Наука и жизнь
Как помойка станет парком Как помойка станет парком

Григорий Ревзин о городе будущего

Weekend
«Кем я стану, когда вырасту?» «Кем я стану, когда вырасту?»

Как выглядят птенцы и похожи ли они на своих родителей — птиц?

Наука и жизнь
Ученые решили одну из главных проблем солнечных панелей Ученые решили одну из главных проблем солнечных панелей

У солнечных панелей есть один существенный недостаток

Популярная механика
Единитная, удивная, разъятная… Единитная, удивная, разъятная…

Кто придумал знаки препинания и зачем они нужны

Наука и жизнь
Как менялся с годами образ Лады Дэнс — эволюция стиля главного секс-символа 90-х Как менялся с годами образ Лады Дэнс — эволюция стиля главного секс-символа 90-х

Как менялась с годами одна из самых ярких исполнительниц 90-х Лада Дэнс

Cosmopolitan
Тысячеликое «сейчас» Тысячеликое «сейчас»

Не может быть двух «сейчас»... или может?

Наука и жизнь
Кажется, мы нашли самый затягивающий сериал 2020 года Кажется, мы нашли самый затягивающий сериал 2020 года

Мы посмотрели все серии проекта «В ночь» разом

GQ
Мать-и-мачеха? Медуница? И впрямь не узнать! Мать-и-мачеха? Медуница? И впрямь не узнать!

У этих растений весной и летом совершенно разное обличье

Наука и жизнь
Как стартап с инвестициями от сестры Цукерберга воспользовался пандемией для бурного роста Как стартап с инвестициями от сестры Цукерберга воспользовался пандемией для бурного роста

Стартап Juni Learning позволяет школьникам освоить языки программирования

Forbes
Летось Летось

Только когда же это было, «летось»? Слово это встречается во множестве говоров

Наука и жизнь
Кто зажег фитиль: что было со Вселенной до Большого взрыва Кто зажег фитиль: что было со Вселенной до Большого взрыва

Большой взрыв обычно считают началом всего того, что есть сегодня

Популярная механика
Русская Пруссия Русская Пруссия

75 лет назад в нашей стране появился новый регион — Кёнигсбергская область

Дилетант
Несторианство: не «Богородица», а «Христородица» Несторианство: не «Богородица», а «Христородица»

Арианские распри утихли, но появились новые — о Боге-Сыне в человеке Иисусе

Weekend
Завтра была война… Завтра была война…

Резкий поворот во внешней политике Советского Союза

Дилетант
Николай Наумов: «Победить свой страх и приехать в Москву – обычная боль человека из глубинки нашей страны» Николай Наумов: «Победить свой страх и приехать в Москву – обычная боль человека из глубинки нашей страны»

Николай Наумов о том, насколько он устал от образа Коляна и как живут пермяки

GQ
«А нам все равно!»: кто рад карантину «А нам все равно!»: кто рад карантину

Кто-то на карантине сходит с ума, а кому-то хорошо и взаперт

Psychologies
Мария Гурьева: Новая эра образования — какой она будет? Мария Гурьева: Новая эра образования — какой она будет?

Вынужденная изоляция, закрытые школы и университеты перевернули мир образования

СНОБ
Яхта, перелеты из Москвы в Лондон и пилатес: где и как прячутся от пандемии российские миллиардеры Яхта, перелеты из Москвы в Лондон и пилатес: где и как прячутся от пандемии российские миллиардеры

Богатейшие предприниматели рассказали Forbes о своей жизни в изоляции

Forbes
Превратности патриотизма Превратности патриотизма

Патриотизм ведет к бесчисленным спорам и чреват революциями

Огонёк
Предпринимательницы Кремниевой Долины о фильме Дудя, феминизме и женских стартапах Предпринимательницы Кремниевой Долины о фильме Дудя, феминизме и женских стартапах

Дискуссия с предпринимательницами Силиконовой долины

Forbes
По сравнению со «сверстниками» Солнце оказалось намного слабее По сравнению со «сверстниками» Солнце оказалось намного слабее

Исследования показывают, что мы не так уж и хорошо знаем нашу собственную звезду

Популярная механика
Мордашову только спросить: миллиардер решил запустить медиа о здоровье Мордашову только спросить: миллиардер решил запустить медиа о здоровье

Алексей Мордашов намерен запустить медиа о медицине и здоровом образе жизни

Forbes
Татьяна Бурцева: В темной комнате включите свет! Как вывести из депрессии сотрудников на удаленке Татьяна Бурцева: В темной комнате включите свет! Как вывести из депрессии сотрудников на удаленке

Как спасать компанию, если сотрудники где-то в виртуальном пространстве?

СНОБ
«Возможно, все, кто оглядывался на нас, были русскими»: британцы протестировали «Ниву» и пришли в восторг «Возможно, все, кто оглядывался на нас, были русскими»: британцы протестировали «Ниву» и пришли в восторг

Русский джип в прицеле британского юмора.

Maxim
Илья Попов Илья Попов

Всероссийский феномен анимации захватывает китайский кинорынок

Собака.ru
Бег без вреда себе: главное о концепции максимального потребления кислорода Бег без вреда себе: главное о концепции максимального потребления кислорода

Важный материал для всех любителей бега и фитнеса

Playboy
Флоренс Дженкинс. Её пение называли кудахтаньем, но залы всегда были полны Флоренс Дженкинс. Её пение называли кудахтаньем, но залы всегда были полны

Самая плохая оперная исполнительница всех времен – Флоренс Дженкинс

Cosmopolitan
Самые известные психонавты Самые известные психонавты

Семь знаменитых первооткрывателей, практиковавших психонавтику

Популярная механика
Застенчивость ребенка — повод для беспокойства? Застенчивость ребенка — повод для беспокойства?

Застенчивость — патология или просто особенность личности?

Psychologies
Открыть в приложении