Александр Збруев знает, наверное, что такое счастье

Караван историйЗнаменитости

Александр Збруев: "Я никогда не был первым"

"Счастье такая трудная штука..."* - помните эти слова из песни, звучащей в фильме "Большая перемена"? Александр Збруев, снявшийся там в роли Ганжи и примеривший на себя разные судьбы еще в десятках фильмов и спектаклей, знает, наверное, что такое счастье.

Ирина Кравченко

– Счастье посещает нас намного реже, чем все остальные чувства. Оно возникает очень ненадолго, проходит, и наступают обычные дни, когда ты просто живешь и ожидаешь чего-то. Ожидаешь не счастья, а хорошего настроения и осмысленных дел.

Что для меня счастье? С самого детства — родной Арбат, я его так и называю: «Мой Арбат», хотя внешне он изменился. Но он мой и всех старых арбатцев, даже с которыми незнаком, узнаю в лицо: есть особая печать на тамошнем жителе. Могу провести весь день в кафе напротив своего бывшего дома, вспоминая детство и юность, жизнь шпанскую с друзьями-товарищами и, конечно, самого близкого человека — маму, замечательную, красивую, много пережившую...

Она была актрисой, а пришлось работать на заводе. Моего отца, замнаркома связи, в тридцатые годы направили в командировку в Америку — перенимать опыт в сфере телевидения, которое только зарождалось, а вскоре после возвращения на родину арестовали. Пришли в нашу огромную арбатскую квартиру и увели. Перед уходом отец сказал матери: «Родится дочь — назови Машей, а сына — Сашей». Мама тогда носила меня во чреве. Ей позволили родить в роддоме имени Грауэрмана и сослали нас, жену и сына «врага народа», далеко от Москвы. Вернулись мы через пять лет, на работу мама смогла устроиться только на электроламповый завод.

Но она по-прежнему обожала театр, дружила с вдовой Евгения Вахтангова Надеждой Михайловной. Мой старший брат Женя, от первого маминого брака, служил актером в Театре имени Вахтангова, мы жили рядом. К нам приходили Женины молодые коллеги, я крутился возле них, слушал разговоры, в доме часто говорили об актерской профессии. Хотя я рос практически во дворе: голуби, гитара, футбол, драки...

— Дворовая среда была жестокой?

— Нет, мы друг к другу хорошо относились. Цеплялись иногда: тебе что-то сказали, ты ответил — и пошли выяснять, кто сильнее. А если с чужими компаниями сходились, то дрались спина к спине, никто своих не предавал. Но ввязывались и в неприятные истории, даже криминал случался: во дворе были мужики, отсидевшие за уголовку не по одному разу. Мама страшно за меня переживала — а как иначе, если подростка вызывают на суд? — и все делала для того, чтобы сын оставался человеком.

От нее я рано получил прививку театром. Вел двойную жизнь. Днем — шпана, а вечером бежал в Вахтанговский, в Малый, где тоже служили родственники, во МХАТ. Брал контрамарки и таскал на спектакли приятелей. Пересмотрел весь репертуар, некоторые постановки — по многу раз, главные роли знал наизусть. На Арбате еще было пять кинотеатров, я все фильмы там смотрел, в том числе зарубежные — трофейные. Мне казалось, тоже могу играть как актеры на экране и на сцене, и что-то из увиденного изображал ребятам во дворе.

— Тогда и стали посещать мысли об актерстве?

— Знаете, я очень плохо учился, оставался на второй год. Ленивым был, не любил рано вставать. Выходил из дому, делая вид, что иду в школу, а сам по дороге смотрел на афиши арбатских кинотеатров и заворачивал туда. А кем хотел стать? Не знаю... Друзья происходили из разных семей, многие — из простых, работали на стройке, на производстве. Один друг, водитель грузовика, когда приезжал домой на обед, давал мне порулить, но я не собирался становиться шофером. Вообще не помышлял о профессии, мне было все равно. Нравилось жить свободным человеком, смотреть фильмы и спектакли, подражать актерам или проигрывать увиденное по-своему. Искусство и оказалось настоящей школой вместо той, которую отчаянно прогуливал.

В драмкружках или студиях я никогда не занимался, единственный раз подростком вышел на сцену, когда по чьей-то просьбе сыграл нехорошего персонажа в любительском спектакле «Тимур и его команда», — и все. Но когда оканчивал школу, мама попросила Вахтангову: «Наденька, не послушаешь моего оболтуса? Мне бы хотелось, чтобы он стал актером». Мы пришли к Надежде Михайловне в квартиру-музей Вахтангова, и я стал читать ей сон Пети из «Войны и мира». Читал ужасно, развязно и не понравился себе совершенно.

Надежда Михайловна, послушав меня, позвонила актрисе Вахтанговского же театра Дине Андреевой: «Диночка, позанимайся, пожалуйста, с одним оболтусом — братом Женечки Федорова. — У моего брата фамилия мамина. — Позанимайся, чтобы он поступил к нам учиться». В Щукинское то есть. И через пару дней я уже пришел к Андреевой, она слушала меня, что-то поправляла, подсказывала. Потом был экзамен в «Щуке», и не принять парня, которого рекомендовала сама Надежда Михайловна Вахтангова, не могли. Так в результате маминой задумки и полублата я поступил в театральное.

Когда мы, новоиспеченные студенты, стояли перед приемной комиссией, замечательный педагог Борис Захава спросил:

— Ну, будем учиться?

— Да! Да! Да!

— А кто тут у вас Збруев? — Я вышел вперед. Захава посмотрел заинтересованно, держа в руках какой-то документ. — Вот ваш аттестат. Ничего не понимаю. У вас же одни тройки, как заниматься-то будете?

— Там не все тройки, — робко возразил я. — У меня четверка по Конституции.

И все — Захава, другие педагоги, ребята — засмеялись. Пора мне было открывать книги и начинать учиться по ним.

— Но кроме театра, кино и театрального училища у вас была еще одна школа — реальной жизни, верно?

— Конечно, и какая! Однажды гоняя голубей возле сарая, где они, родные, жили, я взобрался на забор, и вдруг сорвалась нога. Распорол ее от коленки почти до паха, зияла рваная рана. Допрыгал кое-как до подъезда, открывшая мне дверь квартиры мама чуть не упала в обморок. Вызвали скорую. А у нас был сосед по коммуналке, когда-то работавший в органах, но изгнанный оттуда за пьянство, разврат и матерщину. Отвратительный тип: ругался с жильцами, несколько раз замахивался на мою маму. Но тут, увидев пацана в крови, поднял меня на руки, отнес в машину скорой. Значит, в момент столкновения с несчастьем, случившимся с мальчишкой, в этом хулигане проявилось что-то очень человеческое. Нет, с чем ни встречаешься — все школа жизни, а для актера — вдвойне.

В Институте травматологии и ортопедии, где я провел дней десять, то разъезжая на каталке, то ходя на костылях, лежал один парень. Он работал на железной дороге — сцеплял вагоны, и ему буферами раздробило кисть руки. Выписавшись, я долго к нему ходил, приносил бутерброды, еще что-то из еды, он благодарил. Чем-то этот человек меня привлек.

— Думаю, потому что неплохо понимали жизнь как она есть, вам и стали давать роли персонажей, будто шагнувших на экран или сцену с улицы или из соседней квартиры, как в фильме «Мой младший брат» Александра Зархи.

— Книгой Василия Аксенова «Звездный билет», по которой снята картина, тогда зачитывались: в ней было новое талантливое слово и живые человеческие судьбы. На пробы меня пригласили после дипломного спектакля, где присутствовали ассистенты сразу нескольких режиссеров. Позвали в три картины: к Марлену Хуциеву в «Июльский дождь», к Михаилу Калатозову в «АБВГД» и к Александру Зархи, собиравшемуся снимать «Моего младшего брата». Съемки у Калатозова свернули, а из оставшихся двух режиссеров первым, кто меня утвердил, был Зархи, поэтому выбор сделался сам собой.

На картине встретились, кроме меня, Олег Даль, Андрей Миронов, Людмила Марченко, Олег Николаевич Ефремов. Снимали в той атмосфере, где писалась эта вещь: в Москве и в Таллине. В Эстонию к нам приезжал Аксенов, мы подружились. Он был ненамного старше нас с Олегом и Андреем, но мы называли его «папа Вася», потому что все знал про то, о чем снимали. Аксенов не любил много разговаривать, но его участие в любой компании было значительным, от него исходила мощная энергия. Если говорил, то без лишних слов — точно и по делу. Мы, молодые актеры, заглядывали ему в рот, хотя он был достаточно простым человеком.

— А его пижонство «Вася — стиляга из Москвы»?

— В манере одеваться у Аксенова присутствовало больше простоты, но простоты элегантной — элегантной небрежности, когда человек не ставит задачи подбирать одежду, а все выходит само собой.

С папой Васей мы — Олег, Андрюша и я — в свободное время ездили куда-нибудь погулять по Эстонии. Активно обживали новое для нас пространство и свою профессию. Выезжали в рыболовецкий совхоз, мы ведь и снимались на сейнере в море даже в шторм: судно ходило вверх-вниз, кого-то привязывали, чтобы не вылетел за борт. Мы, городские жители, прочувствовали, что такое море, вернее, что такое съемки.

Кино — трудное дело, если, конечно, относишься к нему серьезно. Но в кино и нельзя работать спустя рукава, поскольку оно очень приближено к жизни, а жизнь порой доставляет неудобства. Вспоминаю, когда позднее снимался в четырехсерийном фильме «Батальоны просят огня», где у меня центральная роль, возникало ощущение, что мы воевали, до такой степени все походило на реальность. Режиссер Владимир Чеботарев, сам прошедший фронт, припадавший после ранения на одну ногу, знал, как рассказывать о войне. «Воевали» мы в тяжелых условиях, например в болотах, где приходилось прыгать с кочки на кочку и если промахивался, то падал в жижу, и чтобы не засосало, кто-нибудь сразу помогал выбраться.
Вот и в картине «Мой младший брат» все приближено к настоящей жизни: там настроение оттепели, там мы молодые.

— Подружились с Далем и Мироновым?

— С Андреем я уже был знаком — он учился в «Щуке» на курс младше, мы вместе играли в одном спектакле. С Олегом, который был моложе на два курса, но учился в Щепкинском, впервые увиделись на съемках. В экспедиции мы все время проводили вместе, я их обоих устраивал и каким-то образом соединял, а так они вряд ли смогли бы дружить — были очень разными.

Олег меня поразил: он потрясающе пел — что романсы, что блатные песни, — аккомпанируя себе на гитаре. Андрюша, наоборот, тогда не проявлял склонности к пению, разве что мурлыкал какие-то джазовые вещи, но чтобы взять в руки инструмент и спеть... Он часто смущался и будучи влюбленным, а влюблялся, по-моему, постоянно, бродил, например, под окнами понравившейся девушки. Стеснительным был в отличие от Олега — правдивого, порой резкого, в пору тех съемок выглядевшего приблатненным. Даль и в кино, и в жизни делал то, что подсказывала его суть, а был он ярко и глубоко талантлив: у него во всех ролях присутствуют второй, третий, четвертый планы. Как-то нас пригласил к себе в номер Ефремов, мы сидели разговаривали, Даль пел под гитару — и это было так душевно, чисто, прекрасно! Олег Николаевич его спросил:

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Николай Добрынин: Николай Добрынин:

Николай Добрынин вспоминает собственную биографию

Караван историй
Мистер спорта Мистер спорта

Почему от некоторых мужчин, увлеченных здоровым образом жизни, хочется бежать

Cosmopolitan
Юрий Мороз: Юрий Мороз:

Юрий Мороз — о работе с актерами, своей киноистории и «Содержанках»

Караван историй
Родила вне брака и пережила травлю: личные драмы Кристины Орбакайте Родила вне брака и пережила травлю: личные драмы Кристины Орбакайте

Непростой путь Кристины Орбакайте к счастью и гармонии

Cosmopolitan
Зураб Джапаридзе. Я был тенью Баталова Зураб Джапаридзе. Я был тенью Баталова

Зураб Джапаридзе о наследстве Алексея Баталова

Коллекция. Караван историй
Григорий Чухрай. Баллада о солдате Григорий Чухрай. Баллада о солдате

Каким был Григорий Чухрай? Рассказывают его сын и дочь

Караван историй
Светлана Камынина: Светлана Камынина:

Большое интервью со Светланой Камыниной

Караван историй
На севере Франции нашли редкую римскую тубу времен поздней империи На севере Франции нашли редкую римскую тубу времен поздней империи

Археологи нашли во Франции редкий древнеримский музыкальный инструмент

N+1
Екатерина Васильева. Непридуманная история Екатерина Васильева. Непридуманная история

Трагичная история актрисы и народной артистки РСФСР Екатерины Васильевой

Караван историй
В водах Мадагаскара нашли «четвероногих рыб». Это настоящие живые ископаемые! В водах Мадагаскара нашли «четвероногих рыб». Это настоящие живые ископаемые!

Латимерии появились на планете еще до динозавров – и практически не изменились

National Geographic
Мария Порошина. Быть мамой непросто Мария Порошина. Быть мамой непросто

Мария Порошина: У меня нет права, да и времени на уныние или отчаяние

Караван историй
Денис Родькин и Элеонора Севенард: Денис Родькин и Элеонора Севенард:

Он хотел стать машинистом, она же с детства мечтала о балете

Караван историй
Леонид Агутин: Леонид Агутин:

Интервью с Леонидом Агутиным

Караван историй
Скрывала это даже от семьи: история женщины, первой в мире увеличившей грудь Скрывала это даже от семьи: история женщины, первой в мире увеличившей грудь

Первой женщиной с искусственным бюстом стала многодетная мама

Cosmopolitan
Венсан Кассель и Тина Кунаки. Еще раз про любовь Венсан Кассель и Тина Кунаки. Еще раз про любовь

История любви Венсана Касселя и Тины Кунаки

Караван историй
Безымянная пациентка №360446: как закончилась карьера балерины Ольги Спесивцевой Безымянная пациентка №360446: как закончилась карьера балерины Ольги Спесивцевой

Эта легендарная русская балерина стала одной из самых знаменитых в мире

Cosmopolitan
15 мыслей Михаила Шишкина 15 мыслей Михаила Шишкина

Обладатель главных русских книжных премий не собирается возвращаться в страну

GQ
Исследователь морей Исследователь морей

Поиск сокровищ на дне океана для Роберта Балларда — экспедиция длиною в жизнь

National Geographic
Вспоминая Сергея Федоровича Бондарчука Вспоминая Сергея Федоровича Бондарчука

«Он создал планету Бондарчук»

Караван историй
«Да» это «да» или «нет»? Как понять, когда женщина согласна «Да» это «да» или «нет»? Как понять, когда женщина согласна

Как определить, согласна ли женщина на секс

СНОБ
Александр Макогон. Счастливый билет Александр Макогон. Счастливый билет

Актер Александр Макогон: «Я не собирался участвовать в продолжении "Ищейки"»

Караван историй
Я тебя копчу Я тебя копчу

Почему мы начали коптить овощи?

Bones
2001 год 2001 год

Митинг журналистов НТВ, шоу «За стеклом», появление «Единой России»

Esquire
Потерянная республика: почему Москва не может договориться с Киевом Потерянная республика: почему Москва не может договориться с Киевом

Политолог: стереотипы об Украине мешают выстроить диалог между странами

Forbes
Бьюти-эволюция Алсу: как менялся образ звезды на протяжении 20 лет Бьюти-эволюция Алсу: как менялся образ звезды на протяжении 20 лет

Алсу - одна их самых красивых и популярных певиц в России

Cosmopolitan
Глава из книги лауреата Букеровской премии Говарда Джейкобсона «Немного пожить» Глава из книги лауреата Букеровской премии Говарда Джейкобсона «Немного пожить»

Первая глава из новой книги Говарда Джейкобсона «Немного пожить»

СНОБ
«И вскоре я забыл отца. Как если бы он умер»: каким было детство Джона Леннона «И вскоре я забыл отца. Как если бы он умер»: каким было детство Джона Леннона

Глава о детстве Джона Леннона из его биографии, написанной Рэем Конноли

Forbes
ASKA – водить, летать, жить в будущем ASKA – водить, летать, жить в будущем

ASKA одновременно и ездит, и летает, а по размерам сравним с внедорожником

Naked Science
Кодекс шопоголика: как бороться с навязчивым желанием приобретать вещи Кодекс шопоголика: как бороться с навязчивым желанием приобретать вещи

Причины шопоголизма и способы справиться с бесконтрольным потреблением

Psychologies
Что делать, если сел аккумулятор: 8 способов Что делать, если сел аккумулятор: 8 способов

Способы справиться с севшим автомобильным аккумулятором

РБК
Открыть в приложении