Каким был Григорий Чухрай? Рассказывают его сын и дочь

Караван историйЗнаменитости

Григорий Чухрай. Баллада о солдате

В конце весны исполнилось сто лет со дня рождения Григория Чухрая, фильмы которого — достаточно упомянуть "Сорок первый" и "Балладу о солдате" — будут смотреть еще как минимум столетие. О том, что это был за человек, которому время оказалось только на пользу, рассказывают его сын — режиссер Павел Чухрай и дочь Елена Чухрай.

Ирина Кравченко

Павел: Мое детство проходило в годы, когда отец учился во ВГИКе. На Сретенке в подвале родители снимали угол: семи-восьмиметровую комнатку разделяла занавеска, на одной половине жила хозяйка Варвара, полная симпатичная женщина, на другой — мои отец с матерью. А в гости еще набивались папины однокурсники — режиссеры, операторы, художники. После окончания ВГИКа отца распределили на Киевскую киностудию, дали комнату, и я, шестилетний, до этого живший у бабушки в селе, воссоединился с родителями.

Так началась моя кинематографическая жизнь. Мы были семьей, то есть имели какой-никакой уклад, мама готовила завтраки-обеды-ужины, поэтому вся холостая молодежь киностудии собиралась у нас. Режиссеры Сергей Параджанов, Владимир Наумов, художник Борис Немечек — кто только не приходил. Взрослые талантливые люди, они придумывали игры, пародировали кого-то, просто дурачились, а я болтался среди них и был счастлив.

Родители мной особенно не занимались, поскольку оба работали, а я был предоставлен самому себе, но одиноким себя не чувствовал. Было достаточно того, что в воскресные дни мы с папой ходили в кино или он выстругивал мне из дерева лодки и пропеллеры для самолетиков — у него были золотые руки, мог сделать все, даже радиоприемник собрать. Но главной моей гордостью было то, что папа учил всяким бойцовским приемам. Помню, как залезал к отцу, еще спавшему, в постель, он в полусне сгибал и разгибал руку, а я с восторгом щупал его бицепсы. Владимир Наумов подарил мне настоящие, хоть и детские, боксерские перчатки, английские, мы с друзьями надевали их по одной и бились в коридоре коммуналки. И с отцом я тоже все детство буцкался.

Елена: В любой компании он был весомым. При этом громко не разговаривал, никогда не слышала, чтобы повышал голос. Это у нас с мамой и братом, экспрессивных, шумных — итальянский дворик. Помню, с мамой что-то бурно обсуждали на кухне и пришла моя маленькая дочь:

— Не ругайтесь, дедушка сердится.

Я удивилась:

— С чего ты взяла?

— У него бровки домиком.

Ребенок точно подметил: когда отцу что-то не нравилось, он мог нахмурить брови, но ничего не сказать. Его молчание было разным: доброжелательным, сердитым, иногда гневным. При этом он всегда оставался сдержанным, и эта сдержанность оказывалась красноречивее любых слов.

Павел: Ни разу в жизни отец не повысил на меня голоса, не одернул, не унизил, что часто взрослые, пусть невольно, делают в отношении детей. Он учил отстаивать себя. В Киеве меня однажды побил мальчишка. Я прибежал домой и рассказал отцу. «А зачем жалуешься? — спросил он. — Ты должен был сам себя защитить». Я запомнил его слова. Уже в Москве мы несколько раз переезжали, и в школах я оказывался новеньким. Приходилось драться, и отцовские уроки пригодились.

Елена: Отец прекрасно двигался, профессионально отбивал чечетку, научил меня танцевать твист, рок-н-ролл, танго. Он вообще был музыкальным человеком, любил, чувствовал и понимал музыку. Дома мы слушали Высоцкого, Окуджаву, Галича, Утесова, Вертинского. Знаю их песни наизусть. Еще у нас была пластинка с записью музыкальных композиций к «Трехгрошовой опере» по Бертольту Брехту. На музыку к песне Мэкки-Ножа отец положил слова из «Мойдодыра» Корнея Чуковского и пел: «Как из маминой из спальни, кривоногий и хромой, выбегает умывальник и качает головой». Мы с отцом всегда танцевали под эту песню, мелодия до сих пор связана у меня со словами «Как из маминой из спальни...»
В детстве меня завораживал его огромный шкаф, набитый инструментами: там было все — от большого тяжелого зажима для обработки деревянных болванок до малюсеньких отверточек для часовых механизмов. Отец умел чинить часы и говорил: «Если бы я не стал режиссером, стал бы часовщиком».

Павел: На мой взгляд, он был из тех людей, которые в любой профессии проявляют себя ярко. Обладал способностями гипнотизера. Впервые почувствовал их в себе лет в десять-одиннадцать, когда как поводырь сопровождал своего слепого деда. «В какой-то момент, — вспоминал, — я заметил, что без слов понимаю, чего хочет дедушка, даже предугадываю его желания». Отца чуть не выгнали из школы, когда на уроке он загипнотизировал учительницу, с которой у него были плохие отношения: она тогда не смогла сдвинуться с места. Фронтовые товарищи и сокурсники по ВГИКу часто вспоминали о гипнотических экспериментах отца.

Елена: Во ВГИКе отец учился в мастерской Михаила Ромма. Когда тот приступил к съемкам фильма «Адмирал Ушаков», предложил отцу поработать у него ассистентом. Съемки проходили, кажется, в Одессе. В город приехал с выступлениями Вольф Мессинг. Кто-то сказал ему, что в их съемочной группе тоже есть гипнотизер, и Мессинг решил проверить парня: попросил загипнотизировать некую женщину и внушить ей, чтобы привела к нему. Отец выполнил задание. Мессинг признал его способности, но попросил не превращать их в профессию, сказав: мол, если понадобится помощь, любая, обращаться к нему. Однако папа так никогда и не воспользовался этой возможностью. Но ему, безусловно, была лестна оценка Мессинга.

Мы в семье знали, что у отца есть дар гипнотизера, но с нами он никогда сеансов не проводил, объясняя, что с близкими этого делать нельзя. Правда однажды мы с женой брата Машей стали свидетельницами такого сеанса. Новорожденная дочка Павла и Маши первое время болела, плакала сутками напролет, очень плохо ела. Маша, в свою очередь, сутками не спала. И вот в один из дней папа, мама и я приехали их навестить и застали такую картину: Маша, уже выбившаяся из сил, пытается накормить Настю, та плачет, отказывается есть. Тогда отец взял внучку на руки, положил на пеленальный столик и поставил ладони по сторонам от ее головы. Просто поставил, не касаясь. Настя начала затихать и заснула. С тех пор она больше так не плакала. Это единственный раз, когда отец провел сеанс гипноза с близким, родным человеком, и единственный, когда мы это видели.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Римма Маркова: «Леню я всю жизнь берегла, да не уберегла...» Римма Маркова: «Леню я всю жизнь берегла, да не уберегла...»

Римма Маркова — о жизни и своем брате Леониде Маркове

Караван историй
Распределяй и властвуй: почему взлетели токены IСP и как их создатель хочет победить Google и Amazon Распределяй и властвуй: почему взлетели токены IСP и как их создатель хочет победить Google и Amazon

Какая судьба ждет ICP?

Forbes
Алена Яковлева. Три судьбы Алена Яковлева. Три судьбы

Судьба актрисы Алены Яковлевой

Коллекция. Караван историй
Обмани меня: что такое ложь и зачем она нашему мозгу Обмани меня: что такое ложь и зачем она нашему мозгу

Мы не можем отказаться от лжи – она заложена в нас самой природой

Популярная механика
Венсан Кассель и Тина Кунаки. Еще раз про любовь Венсан Кассель и Тина Кунаки. Еще раз про любовь

История любви Венсана Касселя и Тины Кунаки

Караван историй
TikTok против Трампа: как соцсеть для подростков угодила в политический скандал, который мог стоить ей части бизнеса TikTok против Трампа: как соцсеть для подростков угодила в политический скандал, который мог стоить ей части бизнеса

Как TikTok победил в войне с Дональном Трампом, переживая корпоративную драму?

Forbes
Юрий Мороз: Юрий Мороз:

Юрий Мороз — о работе с актерами, своей киноистории и «Содержанках»

Караван историй
Смерть после помолвки и истерика перед свадьбой: личные драмы Кейт Миддлтон Смерть после помолвки и истерика перед свадьбой: личные драмы Кейт Миддлтон

Герцогиня Кембриджская столкнулась с несколькими тяжелыми моментами

Cosmopolitan
Сергей Никоненко: Сергей Никоненко:

Сергей Никоненко рассказывает о своей семье и карьере

Караван историй
Фрагмент книги Ксении Суриковой «Музей. Архитектурная история» про связь архитектуры с культурой и развитием общества Фрагмент книги Ксении Суриковой «Музей. Архитектурная история» про связь архитектуры с культурой и развитием общества

Отрывок из книги Ксении Суриковой о том, как архитектура следовала за культурой

Esquire
Александр Збруев: Александр Збруев:

Александр Збруев знает, наверное, что такое счастье

Караван историй
Инки выбрали для жертвоприношений на вулканах хорошо развитых детей Инки выбрали для жертвоприношений на вулканах хорошо развитых детей

Археологи: древние инки выбирали для жертвоприношений здоровых детей

N+1
Свинячьи грибы, или маслята Свинячьи грибы, или маслята

Маслята — одни из самых собираемых грибов в России

Наука и жизнь
Хакеры на заказ с техподдержкой: чем известна группировка DarkSide, которая вызвала кризис топлива в США Хакеры на заказ с техподдержкой: чем известна группировка DarkSide, которая вызвала кризис топлива в США

DarkSide стала одной из крупнейших и авторитетных хакерских организаций в мире

VC.RU
Под знаком девы Под знаком девы

Тридцать пять девушек, наслаждающихся своей свободой

Tatler
Как выстраивать личные границы в отношениях с родителями? Как выстраивать личные границы в отношениях с родителями?

Почему даже во взрослом возрасте нам бывает непросто общаться с родителями

Psychologies
Юлия Хлынина и Алексей Гуськов. Разговор по душам Юлия Хлынина и Алексей Гуськов. Разговор по душам

Разговор актрисы Юлии Хлыниной с народным артистом Алексеем Гусковым

Караван историй
Куда плывём? Куда плывём?

Яхтенная индустрия должна понять, куда двигаться дальше

Robb Report
Продолжение традиций Продолжение традиций

Маленькая двушка, оформленная под сталинский ампир

Идеи вашего дома
Букет возможностей Букет возможностей

Использование трав и цветов в приготовлении еды — тренд в кулинарии не новый

Bones
В Изернии найдена мраморная голова императора Августа В Изернии найдена мраморная голова императора Августа

Уникальная находка может открыть неизвестные страницы в римской истории города

N+1
Глава из книги Максима Семеляка Глава из книги Максима Семеляка

Отрывок из первой главы книги Максима Семеляка, посвященной Егору Летову

Esquire
Грязи не боимся: топ-8 достойных стиральных машин на 4, 5 и 6 кг Грязи не боимся: топ-8 достойных стиральных машин на 4, 5 и 6 кг

Стиральная машина для дома может быть качественной, функциональной и недорогой

CHIP
Жизнь незрячего. Отрывок из книги Сергея Сдобнова «Не вижу текста» Жизнь незрячего. Отрывок из книги Сергея Сдобнова «Не вижу текста»

Первая глава книги Сергея Сдобнова «Не вижу текста»

СНОБ
Контекст может всё разрушить Контекст может всё разрушить

Переговорный приём, о котором вам не рассказывали

VC.RU
«Вредные привычки» лица: зачем нужно контролировать мимику? «Вредные привычки» лица: зачем нужно контролировать мимику?

Почему необходимо контролировать лицо и как это делать

Psychologies
Секреты жен миллиардеров: как похудели Хайек, Лонгория, Честейн и другие актрисы Секреты жен миллиардеров: как похудели Хайек, Лонгория, Честейн и другие актрисы

Голливудские актрисы раскрыли секреты стройности и красоты

Cosmopolitan
От велосипеда с ракетным двигателем к бизнесу на $4,1 млрд: история Питера Бека и его космической Rocket Lab От велосипеда с ракетным двигателем к бизнесу на $4,1 млрд: история Питера Бека и его космической Rocket Lab

Питер Бек запускает ракеты в космос и надеется добраться до Венеры и Марса

VC.RU
Шрам, лайк и видео Шрам, лайк и видео

«Мейнстрим» Джиа Копполы — устаревшее высказывание о вреде интернета

Weekend
Личные драмы звезд фильма «Ночной дозор»: Жанны Фриске, Хабенского и других Личные драмы звезд фильма «Ночной дозор»: Жанны Фриске, Хабенского и других

Какие события произошли в жизни звезд «Ночного дозора» после премьеры фильма?

Cosmopolitan
Открыть в приложении