Журналист Латиф Нассер попытался разобраться в судьбе другого Латифа Нассера

EsquireРепортаж

Френдзона

Как поступить, когда обнаруживаешь, что у тебя есть двойник, и этот двойник сидит в тюрьме Гуантанамо за сотрудничество с Усамой бен Ладеном? Американский журналист Латиф Нассер попытался разобраться в судьбе другого Латифа Нассера – марокканца , которого американская разведка с читает подрывником из «Аль-Каиды»*

Записал Латиф Нассер

В январе 2016-го Мохамед Салахи сидел на скамейке и ждал друга. Тот опаздывал. Мохамед мог бы и рассердиться, если бы не знал, что его друг ни в чем не виноват. Что-то произошло.

Эта скамейка стоит у ворот тюрьмы Гуантанамо, в которой Мохамеда продержали 14 лет, с 2002 по 2016 год, не предъявив никакого обвинения. Американцы подозревали, что он – член «Аль-Каиды». Его друга зовут Абдул Латиф Нассер, заключенный №244 – его доставили в Гуантанамо в том же году, так же не предъявили обвинений и считали, что он занимает высокое положение в организации.

Мохамед ждет долго, но понимает, что опаздывает на рейс, попасть на который мечтал последние 14 лет. Один из самых счастливых моментов в его жизни омрачен пропажей друга, который по всем расчетам должен был выйти на свободу в тот же день.

Журналист Латиф Нассер поднимается на борт самолета, летящего в Гуантанамо

Освобождение обоих заключенных одобрило американское правительство. Те же сотрудники разведывательных ведомств, которые в 2002-м упрятали их в Гуантанамо – в юридический вакуум, – официально заявили, что Латиф и Мохамед больше не представляют угрозы для Соединенных Штатов Америки и могут вернуться домой.

Вернулся только Мохамед. Дома, в Мавритании, он стал героем новостного выпуска – после того как пригласил к себе домой бывшего охранника из Гуантанамо, с которым подружился, пока сидел там. Он познакомил тюремщика с семьей, они вместе отметили Рамадан и пересмотрели фильм, который оба очень любят, – «Большого Лебовски». Абдул Латиф Нассер в это время сидел в своей камере. Он остается там до сих пор.

Последние три года я пытаюсь разобраться в истории Абдула Латифа Нассера, также известного как заключенный ISN 244. У него нет ни паспорта, ни водительских прав, ни телефонного номера. Мне не разрешают даже побеседовать с ним, потому что все, что он говорит, немедленно становится засекреченным. Кто этот человек? Как он оказался в одной из самых укрепленных тюрем мира? И почему он все еще там, хотя его официально разрешили освободить?

Семья Абдула Латифа Нассера

Кажется, это простые вопросы – но в попытках ответить на них я блуждал по коридорам Пентагона, за мной следили люди, сидящие в машинах без номеров, а по ночам я переписывался в WhatsApp с предполагаемыми террористами. Я взял интервью у шестидесяти человек – офицеров ЦРУ, бывших сотрудников Белого дома, адвокатов, защищающих приговоренных к смертной казни, и даже у генерал-майора морской пехоты, когда-то руководившего строительством тюрьмы Гуантанамо.

Я узнал историю, которая входит в сферу интересов пяти стран и трех американских президентов и касается самых фундаментальных ценностей Америки: жизни, свободы и власти закона. А заинтересовался я историей Абдула Латифа Нассера по личной причине: он мой тезка.

Я родился в Канаде, в семье мусульман, меня зовут Латиф Нассер. Во время учебы в университете по программе обмена студентами я отправился в Марокко, на родину «другого Латифа». Я провел там семестр и довольно быстро выяснил, что местные жители считают мое имя святотатственным – в исламе «Латиф», «Добрейший», это одно из 99 имен Бога. Как если бы американка назвала своего сына «Бог». Также я выяснил, что к моему имени стоит добавить префикс. Те месяцы, что я провел в Марокко, я называл себя Абд-аль-Латиф Нассер, «слуга Добрейшего».

Журналист Латиф Нассер в реабилитационном центре для бывших экстремистов

Много позже, в 2017-м, я случайно увидел твит о марокканце по имени Абдул Латиф Нассер. Сначала я решил, что речь идет обо мне. А когда понял, что ошибаюсь, заинтересовался: где-то живет человек, которого зовут в точности как меня, но мы никогда не встречались. Мне стало любопытно. Кто этот человек, марокканская версия меня? Похожи ли мы?

Оказалось, что «другой Латиф» – заключенный Гуантанамо. И не просто заключенный. Я читал его дело, опубликованное WikiLeaks в 2011-м. До того как его взяли в плен в Афганистане в декабре 2001-го, Латиф был (если верить Министерству обороны США) одним из главных экспертов «Аль-Каиды» по взрывчатым веществам и работал напрямую с Усамой бен Ладеном до и после терактов 11 сентября; а во время боев с американскими войсками в районе горы Тора-Бора в Афганистане командовал одним из отрядов боевиков. По версии американских спецслужб, он принимал участие в подрыве Бамианских статуй Будды, признанных ЮНЕСКО международным культурным наследием. В деле, датированном 2008 годом, сообщалось, что Абдул Латиф Нассер представляет «большую опасность для США, а также интересов и союзников США».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Звери навсегда Звери навсегда

История трех евреев из Бруклина, неспособных постареть

Esquire
«Коля — это кремень»: что мы знаем о повзрослевшем сыне Лукашенко «Коля — это кремень»: что мы знаем о повзрослевшем сыне Лукашенко

Что мы знаем о младшем сыне Лукашенко, которого отец готовил в преемники?

Forbes
Оскар Уайльд Оскар Уайльд

Правила жизни английского писателя Оскара Уайльда

Esquire
Как дети иммигрантов из России и Израиля создали в США сервис доставки продуктов стоимостью в $3 млрд Как дети иммигрантов из России и Израиля создали в США сервис доставки продуктов стоимостью в $3 млрд

Получится ли у сервиса доставки еды GoPuff выйти за пределы американского рынка?

Forbes
Музыка Музыка

Андрей Бухарин рассказывает о том, что страна слушала в нулевые

Esquire
Животная страсть Животная страсть

Елена Перминова: о муках совершенствования пресса

Vogue
Цой жив Цой жив

Виктор Цой погиб в автокатастрофе в Юрмале 15 августа 1990 года

Esquire
На пике На пике

Как поддерживать максимальную эффективность без выгорания

kiozk originals
Александр Сокуров Александр Сокуров

Правила жизни Александра Сокурова

Esquire
Худой мир Худой мир

Почему от диеты худеют только наши карманы

GQ
Джон Леннон Джон Леннон

Правила жизни музыканта Джона Леннона

Esquire
Самая высокопроизводительная камера в мире сделала первые снимки Самая высокопроизводительная камера в мире сделала первые снимки

Камера размером с внедорожник вскоре будет делать снимки галактик

National Geographic
Ронан Варвар Ронан Варвар

Откровения Ронана Фэрроу, чья статья разрушила карьеру Харви Вайнштейна

Esquire
Царское ложе Царское ложе

Как правильно выбрать матрас

Лиза
Наталья Водянова Наталья Водянова

Правила жизни Натальи Водяновой

Esquire
Чем вреден айкос? Чем вреден айкос?

Сравниваем устройство для курения без дыма с обычными сигаретами

Reminder
Илья Ильф Илья Ильф

Правила жизни писателя Ильи Ильфа

Esquire
12 фильмов о художниках и скульпторах, которые вдохновляют 12 фильмов о художниках и скульпторах, которые вдохновляют

Вдруг в вашей жизни не хватает искусства

GQ
Пока играет Вальц Пока играет Вальц

«У жизни есть одна гарантия – она всегда может стать еще хуже»

Esquire
Как ухаживать за кожаной обувью: 4 главных правила долговечности ботинок Как ухаживать за кожаной обувью: 4 главных правила долговечности ботинок

Как сделать так, чтобы пара кожаных ботинок оставалась как новенькая

Playboy
Михаил Горбачев Михаил Горбачев

Правила жизни Михаила Горбачева

Esquire
Верховный алгоритм Верховный алгоритм

Как машинное обучение изменит наш мир

kiozk originals
Осип Мандельштам Осип Мандельштам

Правила жизни Осипа Мандельштама

Esquire
На Луне запустят прыгающий транспортёр, питаемый водой со спутника На Луне запустят прыгающий транспортёр, питаемый водой со спутника

Исследователи рассматривают возможность использования льда с южного полюса Луны

National Geographic
Не жалея ни женщин, ни детей Не жалея ни женщин, ни детей

Процесс по делу об айнзацгруппах в Нюрнберге

Дилетант
Пациент Г. M. Пациент Г. M.

История памяти, безумия и семейных тайн

kiozk originals
1996 год 1996 год

Срок первого президента РФ подошёл к концу, смута продолжается

Esquire
Битва не за урожай Битва не за урожай

Почему РАН не нужны уникальные достижения селекционеров?

Огонёк
Чак Паланик Чак Паланик

Правила жизни Чака Паланика

Esquire
Ахиллесова пята: как даже «умный шагомер» может превратиться в дьявола Ахиллесова пята: как даже «умный шагомер» может превратиться в дьявола

Особенности человеческой психики, которые побуждают нас отвлекаться

Forbes
Открыть в приложении