Адвокат Добровинский вспомнил, что были у него в Париже политические убеждения

Tatler18+

Поселок старых большевиков

Адвокат Добровинский вспомнил, что были у него когда-то в Париже политические убеждения — но они его бросили, как и та женщина

Дочь увлеченно доедала тортик. Воскресенье — папин день.
— Пап! Ты пойдешь голосовать на выборах?
— Да, конечно. Это мой гражданский долг. Как супружеский: в смысле тоже не обязательный и удовольствие сомнительное, но для здоровья второй половины полезен.

— Раз в шесть лет?
— Адриана! Как тебе не стыдно так отца… Разница в возрасте у тебя со старшей сестрой пять лет. Понятно? Ты считаешь, что я в свое время зачастил?

— Пап! А ты когда-нибудь увлекался политикой?
— Ммм… Как тебе сказать… Очень опосредованно.
— Расскажи. Обожаю твои рассказы. Я должна позвонить, а ты пока вспомни что-нибудь.

Рассказать? Не уверен, что стоит. Это было давно и для современной молодежи не очень понятно, а поэтому и неинтересно. Хотя тогда это было действительно увлекательно.

…Мне нравилось это кафе в Латинском квартале по многим причинам. Шла вторая неделя моего пребывания в Париже, и я уже облюбовал себе несколько мест, в которых можно спокойно сидеть с одной чашкой кофе весь день и не ловить на себе злобные взгляды официантов. В молодежном районе неподалеку от Сорбонны к этому привыкли. После детального изучения меню я пришел к нескольким важным выводам. Кофе — самый дешевый напиток из всех. Поэтому брать надо только его. С другой стороны, за ним долго не высидишь. В дикую летнюю жару, когда тошнило от одного только вида горячего эспрессо, оказалось, что существует еще такой напиток, как «еврейский coffee frappe для бедных». Это было личное изобретение двадцатилетнего иммигранта и его гордость с той поры и до сегодняшнего дня. У гарсонов, которых, как выяснилось, никто уже лет тридцать к тому времени так не называл, заказывается стакан со льдом (бесплатно) и кофе (можно с молоком, но это дороже). В стакан со льдом переливается кофе, который мгновенно остывает, и дальше за этим шедевром безденежной мысли можно сидеть целый день. У шизеющего от такой наглости официанта можно попросить еще сосательную соломинку. Посиделки в парижском кафе всегда были моим особым развлечением. Созерцать снующую беззаботную молодежь, эфемерно считая себя частью великого города, — это ли не счастье для только что уехавшего из Советского Союза бывшего вгиковца? Вокруг меня двигалась, жила и любила бесшабашная середина семидесятых. Я был страшно молод, одинок, но все равно счастлив.

Тот день поначалу никак не отличался от предыдущих, да и с чего бы? Так вот, закончив обряд переливания и подобрав забытую кем-то за соседним столиком газету (покупать новую денег было жалко), я закурил свои любимые Gitanes. И, чтобы читать новости, отложил незапрещенного во Франции Солженицына, толстую и на редкость скучную книгу. Загорать на солнце было значительно веселее.

— Ты русский? — услышал я вопрос с левого бока и увидел палец, указывающий на книгу.
«За русского ответишь», — подумал я, но вслух произнес:
— Из Советского Союза. Пару недель назад. Свежачок, так сказать.

На меня с интересом смотрели четыре молодых парня.
— Извини, что пристаем. Ты диссидент?
— Это из-за очков? — ответил я вопросом на вопрос, как учили в Одессе.

Молодые люди с одесскими традициями знакомы не были и поэтому поняли, что я не диссидент.
— А на агента КГБ ты не тянешь по возрасту, — добавил кучерявый.

Я молча согласился. Мне было уже интересно, доберемся ли мы с версиями до сбежавшего в Париж танцора Большого театра или застрянем где-то на полпути.
— Если ты не диссидент и не агент КГБ, значит, ты коммунист…

Железная логика. Если учесть, что три месяца назад меня выгнали из комсомола — сразу, как только я подал документы на ПМЖ к маме в Париж, — то слиться в коитусе с какой-нибудь коммунистической партией шансов не было никаких. Ни у партии, ни у меня.

— …и это здорово, что ты серьезный коммунист, которого прислали во Францию. Потому что мы все студенты, и мы все левые. Это судьба, camarade!

Левые студенты начали мне дырявить сознание, как несправедлив мир во Франции и как, должно быть, хорошо в СССР, где все равны и все бесплатно, включая бухло и дурь. Я послушал в одну шестую уха еще какое-то время, одновременно наблюдая за прохожими в мини-юбках, как вдруг до меня долетел обрывок фразы:
— …так ты согласен?

— Я что-то пропустил. Давайте еще раз.
— Ты чего? Не придешь? Мы тебя очень просим! Послушай, сегодня у нас в центральном зале на Odeon будет диспут между маоистами и троцкистами. Соберется много народа, человек триста, наверное. По сто с лишним с каждой стороны. Ты как коммунист должен нас рассудить.

«Я?! Я буду арбитром у этих баранов? — пронеслось в голове. — Если учесть, что меня турнули из комсомола за французскую маму и мерзейшая преподавательница научного коммунизма с именным словосочетанием Валентина Ивановна Шаббат вкатила на ближайшей сессии двойку из страха перед моей поездкой, то руководить диспутом маоистов и троцкистов — для меня самое то что надо. А с другой стороны, почему нет? Когда я еще увижу такое количество сумасшедших?»

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Крепкий орешек Крепкий орешек

Юлия Снигирь о злых комментариях и о том, как не бояться остаться одной

Cosmopolitan
Посмотри налево Посмотри налево

Арина Холина — о том, в чем настоящий смысл измены

СНОБ
Ручная работа Ручная работа

Карина Андоленко готовит блюдо, знакомое ей с детства

OK!
Где рожать? Советы по выбору роддома и врача Где рожать? Советы по выбору роддома и врача

Пора задуматься, где пройдут роды и какой врач будет рядом с вами

9 месяцев
Volvo XC90 Volvo XC90

XC90 действительно хорош, но все же не без греха

АвтоМир
Как умирает Арал: вид из космоса Как умирает Арал: вид из космоса

Как высыхающее Аральское море выглядит из космоса

National Geographic
Beauty. Виза Beauty. Виза

Три парижских отеля с дворцовым прошлым за один приезд

SNC
«Я говорю историями» «Я говорю историями»

В этой мемориальной статье мы вспоминаем, какой была Урсула Ле Гуин

Мир Фантастики
Плот больного воображения Плот больного воображения

Яхтсмен Дональд Краухерст – самый загадочный горемыка яхтенного спорта

Maxim
Идея! Идея!

Режь как шеф-повар, добыча светящегося порошка, редкий брак

Maxim
Как научиться понимать искусство и самого себя Как научиться понимать искусство и самого себя

Искусство — это образное отражение реальности, эдакое закодированное сообщение, которое нам нужно расшифровать. С ним мы сможем иначе смотреть на окружающий мир, стать эмоционально более зрелым человеком и расширить свой кругозор.

Psychologies
На общем фоне На общем фоне

Где встречать наступающий fashion-сезон?

Elle
«Говорили, что я ничтожество и слабак». Истории людей, которые занимаются самоповреждением «Говорили, что я ничтожество и слабак». Истории людей, которые занимаются самоповреждением

Истории людей, которые занимаются селф-хармом

СНОБ
Самые запоминающиеся мужские смокинги церемонии «Оскар» Самые запоминающиеся мужские смокинги церемонии «Оскар»

За последние 90 лет церемония «Оскар» подарила нам немало запоминающихся образов

GQ
О да, еда! О да, еда!

Фоторедактор Ольга Исакова делится впечатлениями от гастропутешествия по Италии

Cosmopolitan
А кому сейчас легко? А кому сейчас легко?

Начало года обогатило сокровищницу знаний любопытными фактами из жизни животных

СНОБ
Интеллект для самолета Интеллект для самолета

Многофункциональная боевая машина следующего поколения

Популярная механика
Weekend в Мадриде Weekend в Мадриде

Почему в испанскую столицу мы полетели зимой? Цены в этот сезон были заманчивые

Лиза
Скрытая угроза: туристы заносят на Мань-пупу-нёр новые виды растений Скрытая угроза: туристы заносят на Мань-пупу-нёр новые виды растений

Туризм может изменить экосистему одного из главных природных чудес России

National Geographic
От русского до исламского. Как террор стал методом борьбы От русского до исламского. Как террор стал методом борьбы

Глеб Павловский: Мы вполне можем стать свидетелями новых форм террора

СНОБ
Я не подарок Я не подарок

Можно ли сделать так, чтобы любимый научился выбирать подарки?

Добрые советы
Заварить кашу Заварить кашу

Диетологи называют ее «царицей круп», и мы можем с ними только согласиться

Добрые советы
Сальма Хайек. Отчаянная домохозяйка Сальма Хайек. Отчаянная домохозяйка

В его глазах я не была художником. Даже не была человеком. Я была куском мяса

Караван историй
Сердце Востока Сердце Востока

Дубай — город неограниченных возможностей

OK!
Что нужно знать о “Черной пантере” и почему все сходят от нее с ума Что нужно знать о “Черной пантере” и почему все сходят от нее с ума

“Черная пантера” добралась до российского проката только сейчас

Esquire
Модель дома Модель дома

Удивив всех, Поппи Делевинь переехала жить на тихую окраину

Vogue
В лучах солнца В лучах солнца

Джулия Робертс — о своей семье, отношении к возрасту и бьюти-пристрастиях

Elle
Похвала глупости Похвала глупости

Почему эволюция не искоренила человеческое безрассудство?

GEO
«Я девушка, которая бегает с мачете в руках по Амазонии» «Я девушка, которая бегает с мачете в руках по Амазонии»

Телеведущая Регина Тодоренко решила начать с чистого листа

OK!
Каталония Каталония

Здесь можно найти больше интересного и прекрасного, чем просто море и песок

АвтоМир
Открыть в приложении