Добровинский с волшебной сказкой про природу — жадную, наивную и полную чудес

TatlerРепортаж

Лисичка-сестричка

Адвокат Добровинский с волшебной сказкой про природу — жадную, наивную и полную чудес.

Самое смешное, что ее звали Барби, а его – Кен. Сначала я думал, что это прикол, но потом все нерусское население гольф-клуба в лице американцев и сочувствующих им экспатов подтвердило мне, что это не шутка. Они оба были из Бостона и с гордостью рассказывали окружающим (когда таких находили), что это именно их предки выгнали англичан из Америки почти двести пятьдесят лет назад. Между строк надо было читать, что Барби и Кен — аристократы. Американский аристократизм капал на мозг всем вокруг. Когда пара вылавливала меня для прогревания ушей про Бостонское чаепитие, я быстро дистанцировался от жалкого XVIII века и переходил на исход евреев из Египта пятитысячелетней давности во главе с товарищем Моисеем и его правой рукой — торговцем качественным бухлом Абрамом Семеновичем, в дальнейшем за заслуги перед еврейским отечеством получившим фамилию Добровинский. Опустошенные ударом по беспределу, Барби и Кен спорить не решались.

Жизнь в элитном клубе текла своим чередом: время от времени отечественные ребята разводились, садились и судились, отражая нормальную российскую действительность, и, естественно, обращались с челобитной за помощью к действующему президенту. В тот период как раз я и был всенародно избранным гарантом гольф-конституции отдельно взятого клуба, по совместительству с адвокатской деятельностью. Обращались более или менее все, кроме иностранцев. Гестарбайтены держали марку и работали с пришлыми коллегами. В Москве орудовало уже несколько американских, английских и прочих колониальных юридических контор.

Работа работой, а детей надо вывозить на море. В ту пору одной малявке было три года, другой — семь, и на майские праздники мы с любимой, разумеется, куда-то уехали.

Солнечным утром 1 мая я проткнул клюшкой прогретый до тридцати градусов воздух, и тут около седалищного нерва зашевелился телефон.

— Хай, Саша! Это Кен, муж Барби. Ты моя последняя надежда. Я уже позвонил вчера всем нашим американским адвокатам в Москве. Вчера и сегодня. Ты последний, кому я звоню. Но я не уверен, что ты сможешь мне помочь.

Как это тонко, как по-бостонски…

— Все наши отказались со мной работать. Вчера они уже закрывались, а сегодня они не работают, так как праздничные дни. Мне нужна помощь буквально на два-три дня. Потом откроется наше посольство на Садовом кольце, и все будет хорошо. Сможешь? Я тебе расскажу, что случилось.

Это была гениальная американская история. Драйзер XXI века. В середине апреля в гости к Кену приехала в Москву сестра Джуди. Из того же Бостона. В воскресенье брат отправил сестру в Измайлово на блошиный рынок посмотреть сувениры. Хохлома, ложки-матрешки.

Джуди притормозила там американское поступательное продвижение около христопродавцев. На внушительном лотке громоздились иконы XVI‑XIX веков. От рублевской школы до палехских праздников. Ковчежные, в окладах и без. Автор, которому, судя по временному отрезку созданных им шедевров, было лет пятьсот-шестьсот, нажравшись теплой водки, дрых на соседней скамейке. За прилавком работал его партнер — маркетолог.

— Мисс! Мы, как серьезные антик-дилеры, отказываемся работать с музеями. Тут Третьяковка постоянно стонет и хочет все купить. Но они же платят по безналу и долго. А нам нужен наличный респект. Мы с братом очень много занимаемся благотворительностью. Видите, он в тенечек прилег? Всю ночь занимался прекрасными деяниями. У нас фонд, который мы содержим. Как называется? Действительно… как называется? А, да, называется «Хелп ближнему!» Мощнейший фонд, надо сказать. Так что все ваши деньги, если вы что-то у нас купите, пойдут на очень благое дело. Я вижу, что вы очень хороший и отзывчивый человек. Придется вам что-то продать. Мы плохим людям ничего не продаем. Вообще ничего! Возьмите Рублёва. «Троица». Шедевр. Только что из Суздаля привез. Кто такой Рублёв? Наш художник. Отличный парень. Типа вашего Пикассо. Но немного пораньше. Режиссера Тарковского слышали? Они дружили. Две тысячи долларов. Только для вас. Конечно, можно вывозить! Чтобы старые наши иконы нельзя было вывозить?! Вообще без проблем! Я вам выдам сертификат на провоз через таможню. Они меня все знают. Никаких проблем не будет. Мы серьезные дилеры. Коллекционера Щукина знаете? Мой дед.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Прости нас, Юра Прости нас, Юра

Кремниевая долина устала от всеобщей уберизации и свободного секса

Tatler
10 ужасных фильмов, которые не стыдно любить 10 ужасных фильмов, которые не стыдно любить

Эти фильмы провалились в прокате, но на самом деле это чудесные ленты

Maxim
Спасите наши души Спасите наши души

О профессии будущего — spiritual worker

Tatler
Знакомьтесь, Эдвард Кратчли – дизайнер, исследователь, путешественник Знакомьтесь, Эдвард Кратчли – дизайнер, исследователь, путешественник

Его коллекции называют новым образчиком современной мужской роскоши

GQ
Разговорчики в строю Разговорчики в строю

Адвокат Добровинский выполняет заявки читателей

Tatler
Полярник, лесник и подводник — о трудностях и радостях изоляции Полярник, лесник и подводник — о трудностях и радостях изоляции

Люди, для которых преодоление одиночества стало профессиональным навыком

РБК
Все побежали, и я побежала Все побежали, и я побежала

Год назад жена правителя Дубая принцесса Хайя сбежала из дворца в Лондон

Tatler
С винтовкой и алебардой: насколько грозна швейцарская армия С винтовкой и алебардой: насколько грозна швейцарская армия

Слова «Швейцария» и «нейтралитет» звучат почти как синонимы

Популярная механика
Невеста была в черном Невеста была в черном

«Татлер» никогда не видел Ксению Собчак такой. Нежной, влюбленной и в стиле панк

Tatler
Где время идет быстрее, когда оно закончится и кто живет в прошлом Где время идет быстрее, когда оно закончится и кто живет в прошлом

Мы его не ценим, очень часто им пренебрегаем, порой убиваем

Популярная механика
Джонсонс бейби Джонсонс бейби

Знакомьтесь: самая влиятельная женщина соединенного королевства Кэрри Саймондс

Tatler
Хотеть не вредно: самые быстрые машины Советов Хотеть не вредно: самые быстрые машины Советов

Краткий ликбез на тему советского спортакаростроения

Популярная механика
Опус магнум Опус магнум

Выставка «Иной взгляд: Портрет страны в объективе агентства Magnum»

Vogue
Детективы на дом: организатор детских научных лекций из-за пандемии переключился на рассылку наборов опытов и квестов Детективы на дом: организатор детских научных лекций из-за пандемии переключился на рассылку наборов опытов и квестов

Симбиоз онлайн-квестов и офлайн-экспериментов даёт около трети оборота компании

VC.RU
Не выходи из комнаты Не выходи из комнаты

Наш новый невроз — радость от того, что пропустил мероприятие или свежую сплетню

Tatler
Физика с разоблачением Физика с разоблачением

Опыты и фокусы: проверяем физику через 130 лет

Наука и жизнь
Выше моих сил Выше моих сил

Который год у тебя одна должность и зарплата – и перспектив не видно

Cosmopolitan
Джесси Айзенберг: «Талантливые люди всегда одиноки» Джесси Айзенберг: «Талантливые люди всегда одиноки»

Интервью с Джесси Айзенбергом о стеснительности и своем «неголливудском» образе

Cosmopolitan
Чего вы там не видели Чего вы там не видели

Невероятный город Санкт-Петербург всегда найдёт, чем ещё вас удивить

National Geographic Traveler
«Если сдохну, значит, я этого достоин»: владелец Natura Siberica о том, почему пандемия оздоровит рынок «Если сдохну, значит, я этого достоин»: владелец Natura Siberica о том, почему пандемия оздоровит рынок

Андрей Трубников рассказал, как в разгар эпидемии собирается увеличить продажи

Forbes

Вспоминаем классику и разбираемся, устарела ли она или же стала еще злободневнее

Esquire
Андрей Ланьков: Жизнь северокорейских беженцев и их семей Андрей Ланьков: Жизнь северокорейских беженцев и их семей

Глава из книги Андрея Ланькова: «Все снова под контролем?»

СНОБ
Краткая история музыки: почему нам нравятся эти звуки Краткая история музыки: почему нам нравятся эти звуки

Поиск оптимального музыкального звукоряда схож с поиском идеального календаря

Популярная механика
Ботаническая аномалия: заповедник «Галичья Гора» Ботаническая аномалия: заповедник «Галичья Гора»

«Галичья Гора» – заповедник с уникальным биоразнообразием

National Geographic
Правила жизни Игги Попа Правила жизни Игги Попа

Музыкант, Майами, 73 года

Esquire
Модельной популяции нематод оказалась выгодна ранняя смерть взрослых червей Модельной популяции нематод оказалась выгодна ранняя смерть взрослых червей

Благодаря ранней смерти взрослых особей, пищи хватает для развития личинок

N+1
Русью пахнет Русью пахнет

Усадебные пейзажи художника Сергея Виноградова послужили прообразом для дома

AD
Подделай сам Подделай сам

Как мокьюментари смеялся над жизнью, а жизнь посмеялась над мокьюментари

Weekend
Сложно, но можно. Как помочь своему ребенку стать предпринимателем Сложно, но можно. Как помочь своему ребенку стать предпринимателем

Подробная инструкция как это сделать, если вы решились

Forbes
История в машинах: чем запомнился 1999 год История в машинах: чем запомнился 1999 год

Каким был конец 1990-х в автомобильном мире?

РБК
Открыть в приложении