Директриса ГМИИ им. А.С. Пушкина — об изменившейся художественной сцене

Школа MastersКультура

«Пока мы только спасаем свои жизни»: Марина Лошак в беседе с Ириной Мак

Марина Лошак © Семен Кац

Masters Journal продолжает публиковать материалы, вышедшие в зимнем выпуске печатной версии журнала — выпуске больших интервью руководителей ведущих художественных институций обеих столиц, подводящих итоги 2020 года и пытающихся предугадать, чего искусству и культуре ждать от 2021-го. Сегодня мы представляем беседу директора ГМИИ им. А.С. Пушкина Марины Лошак и обозревателя Masters Journal Ирины Мак — об изменившейся художественной сцене, новой жизни ГЦСИ и взаимоотношениях современного искусства и власти.

— Мы подошли к финалу этого странного года, который продолжает подкидывать сюрпризы — временами жуткие. Как, по-вашему, он изменит привычный художественный ландшафт?

— В том-то и дело, мне кажется, что наша привычная роль — строить планы, обсуждать что-то и прогнозировать — сейчас абсолютно бессмысленна и бесполезна. Слишком часто за это время мы находились в разных зонах ожидания или предчувствия. Все корректировалось временем и обстоятельствами, так что, да — ведем футуристические разговоры, продолжая менять свое представление о парадигме развития. Не знаю, на самом деле, что будет. Хотелось бы, чтобы следующий год был все-таки подкорректирован вакцинами, которые у нас появились, и дал бы возможность для передышки и перестройки, потому что сейчас мы слишком заполнены проблемами своего физического существования. Это очень мешает заниматься другими вещами. Пока мы только спасаем свои жизни — так что не знаю, насколько наши планы окажутся верными.

— Весной Пушкинский музей отреагировал на ситуацию локдауна с молниеносной скоростью — ваш онлайн-проект «100 способов пережить минуту» появился тогда, когда другие институции только начинали задумываться о необходимости выхода в цифровое пространство…

— Это так. Просто медитация, когда ты только ее начинаешь, — это один способ существования. И совершенно другой — когда ты медитируешь очень долго. Другая фаза, она требует другого состояния. Все, конечно, продолжается, но уже в других форматах, мы пытаемся вырастить из этого проекта нечто большее, создав крупную цифровую платформу, которая объединит в себе много-много всего того, что мы называем словом «медитации»: идей, проектов, которые из них возникают и связывают Пушкинский и мир еще более глобальной сетью взаимодействий.

— Это будет какой-то интернациональный межмузейный проект — или платформа создается Пушкинским музеем?

— Это проект Пушкинского. И это тоже результат — мы перешли на другую ступеньку, перешагнули еще несколько, поднялись на целый лестничный пролет и, глядя с этой высоты на окрестности, глубже проникли в опыт, уже накопленный нашими международными коллегами. Мы знаем теперь, кто чем занят, какие существуют тренды. Как работают музеи, предпочитающие архивы, что выбирают культурные институции, которые хотят создания новых продуктов, возникающих из современной жизни, с современными художниками, как все это микшируется. Очень много новых знаний легли в основу того, что мы пытаемся сейчас осознать и создать, адресуясь к самым разным партнерам — мы правда занимаемся этим очень интенсивно.

— Что в этом году происходило с реконструкцией зданий ГМИИ — она ведь не прекращалась?

— Да, продолжается. Естественно, из-за локдауна сроки чуть-чуть сдвигаются, но в целом мы идем по плану. ДРВЦ — депозитарно-реставрационный и выставочный центр — будет готов в конце 2022 года. До этого должен быть сдан Дом Текста, в самом начале 2023 года — Музей импрессионистов в усадьбе Голицыных.

— А усадьба Вяземских-Долгоруковых с коллекцией старых мастеров?

— Будет открыта в 2024 году — там 19 тыс. кв. м под землей, это просто очень сложный проект. И как только мы откроем депозитарий и переедем туда с экспонатами, сразу закроется главное здание музея — то есть это должно случиться в 2023 году. Должен отдать свои экспонаты и Музей личных коллекций, который сейчас функционирует как хранилище, — и после этого тоже встать на ремонт и реконструкцию.

Билл Виола. «Чаша слез», 2005. Фото: Кира Перов © Студия Билла Виолы

— При этом параллельно вам приходится решать множество вопросов, связанных с физическим существованием музея в его нынешнем виде, когда в состав ГМИИ вошла структура Государственного центра современного искусства (ГЦСИ), со всеми его региональными филиалами.

— Мы вошли в 2020-й, приняв ГЦСИ, но физическая работа в этом году оказалась практически невозможной. Когда ты в принципе не можешь летать, не можешь оказаться в нужном месте и все пребывает в таком задавленном состоянии пандемической реальности — это очень сложно. Тем не менее, большое счастье, что у нас появилась пауза, необходимая для нашей консолидации с идеями современного искусства в стране. Соглашаясь на этот спасительный маневр, мы ощущали ситуацию совершенно иначе.

— Спасительный по отношению к современному искусству?

— Да, к ГЦСИ. Если бы я представляла себе ситуацию глубже и объемнее, не уверена, честно говоря, что я бы так легко на это согласилась. Наша способность питаться иллюзиями и строить воздушные замки в этом смысле не очень помогает. Так что за год мы очень много раз изменили свое ощущение габаритов происходящего, всего того, что нам предъявляет время. И списочек ожиданий от нас, как мы понимаем, — он сейчас совершенно другой. Поэтому я и считаю, что сверху какая-то кармическая счастливая звезда подкинула нам эту паузу, внутри которой было очень много открытий и, я бы сказала, разочарований — или, наоборот, корректировок или очарований. Мы глубже стали понимать эту ситуацию и обнаружили совершенно другую картинку жизни, не ту, что представляли себе. Хорошо это или плохо? Конечно, хорошо. Не случись этого, мы могли бы идти по первоначально намеченному пути, считая, — как я действительно всегда считала — что вот я сама по себе такая прекрасная, такая милая, добрая, что я подарок для всех и всякий, кто меня знает, счастлив просто со мной дружить.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Каково это: критические дни в космосе? Каково это: критические дни в космосе?

Оказывается, есть такая профессия - космический гинеколог

Cosmopolitan
«Есть основания заблокировать любую соцсеть»: как власти России и Индии ограничивают работу крупнейших площадок «Есть основания заблокировать любую соцсеть»: как власти России и Индии ограничивают работу крупнейших площадок

Социальные сети сталкиваются с давлением властей разных стран на фоне протестов

Forbes
Империя Безоса: как богатейший человек на планете создал Amazon и зачем рвется в космос Империя Безоса: как богатейший человек на планете создал Amazon и зачем рвется в космос

История успеха Джеффа Безоса — самого состоятельного человека в мире

Forbes
Ешьте на здоровье! Ешьте на здоровье!

Простые способы, которые помогут избавиться от наеденных за зиму килограммов

Добрые советы
Как найти хорошую работу: 10 советов для построения успешной карьеры Как найти хорошую работу: 10 советов для построения успешной карьеры

Пришло время двигаться по карьерной лестнице

Playboy
История одного здания: Дом Зингера в Петербурге История одного здания: Дом Зингера в Петербурге

Дом Зингера — одно из самых узнаваемых зданий на Невском проспекте

Культура.РФ
Не важно, закроется ли Clubhouse: почему у «социального аудио» есть будущее и какие сервисы нужны на этом рынке Не важно, закроется ли Clubhouse: почему у «социального аудио» есть будущее и какие сервисы нужны на этом рынке

Почему рынок «социального аудио» выглядит важным и кто на нем может заработать

VC.RU
Анастасия Миронова Анастасия Миронова

Наша муза и блогер-феномен Анастасия Миронова построила бизнес-империю

Собака.ru
Старые письма о главном: как писатели признавались в любви Старые письма о главном: как писатели признавались в любви

Лучшие любовные письма писателей

Esquire
Посиделки в графском особняке Посиделки в графском особняке

Жизнь большой «литературной коммуналки» с ее скандалами и творческими вечерами

Караван историй
«Нельзя колоть ботокс в 20» и еще 6 мифов о ботулинотерапии, которые пора забыть «Нельзя колоть ботокс в 20» и еще 6 мифов о ботулинотерапии, которые пора забыть

Как обстоят дела с ботулинотерапией?

Cosmopolitan
Британский фунт Британский фунт

Британский фунт — древнейшее в мире действующее платежное средство

Вокруг света
Самые странные идеи свиданий, которые вас сблизят: она поймет, что ты не такой, как все Самые странные идеи свиданий, которые вас сблизят: она поймет, что ты не такой, как все

Быть чудиками на свиданиях не зазорно

Playboy
Лора Дерн. Дикая сердцем Лора Дерн. Дикая сердцем

Как нестандартная внешность и возраст помогли актрисе Лоре Дерн

Караван историй
Опыт против разума: чем купоны на еду лучше контроля над ценами Опыт против разума: чем купоны на еду лучше контроля над ценами

Как помочь малоимущим без принятия вредных для экономики решений

Forbes
Самобытная Россия: нивхи Самобытная Россия: нивхи

Как нивхи пешком пришли на Сахалин с Большой земли

Культура.РФ
«Мы забросили русское искусство!» Что Мягков думал о современном российском кино «Мы забросили русское искусство!» Что Мягков думал о современном российском кино

Андрей Мягков, его отношение к кино, железные принципы и большая любовь

Cosmopolitan
Невидимые угрозы: TORCH-инфекции Невидимые угрозы: TORCH-инфекции

Что такое TORCH-инфекции и чем они опасны для ребенка?

Здоровье
Как научиться высыпаться Как научиться высыпаться

Хочешь хорошо выспаться?

Maxim
«Хрупкость человечества будет обсуждаться еще много лет»: большое интервью Дмитрия Озеркова «Хрупкость человечества будет обсуждаться еще много лет»: большое интервью Дмитрия Озеркова

Дмитрий Озерков — о «новой тактильности» и будущем Дома Радио

Школа Masters
Говорить ли с детьми о политике? Говорить ли с детьми о политике?

Как разговаривать с детьми о политике сегодня?

Psychologies
В бирманском янтаре нашли шипастую гусеницу возрастом 100 миллионов лет В бирманском янтаре нашли шипастую гусеницу возрастом 100 миллионов лет

Одна из немногих гусениц, известных из мелового периода

N+1
Что представляет собой флот Монголии, не имеющей выхода к морю Что представляет собой флот Монголии, не имеющей выхода к морю

К 1990 году монгольский флот состоял из единственного судна

Maxim
Физики поставили рекорд в измерении размера альфа-частицы Физики поставили рекорд в измерении размера альфа-частицы

Для этого они провели измерение частоты 2S-2S перехода в мюонном ионе гелия

N+1
Квантовый вычислитель оказался сильнее классического в прикладной задаче Квантовый вычислитель оказался сильнее классического в прикладной задаче

Новая задача для квантового вычислителя с реальным возможным применением

N+1
Вечер дома Вечер дома

Обволакивающий, уютный интерьер для молодых супругов

SALON-Interior
Спанкинг: как правильно шлепать девушку, чтобы ей это понравилось Спанкинг: как правильно шлепать девушку, чтобы ей это понравилось

Спанкинг — не просто жарко, а обжигающе горячо

Playboy
Антикризисный бизнес: сколько в России ИП и много ли они зарабатывают Антикризисный бизнес: сколько в России ИП и много ли они зарабатывают

Сектор индивидуального предпринимательства увеличивает заработки даже в кризисы

Forbes
Сестра таланта Сестра таланта

В весенне-летних коллекциях о себе решили напомнить почти забытые нами мини-юбки

Vogue
«Макаров»: плохой хороший пистолет «Макаров»: плохой хороший пистолет

Пистолет Макарова — это такая же легенда, как автомат Калашникова

Maxim
Открыть в приложении