На фоне Пушкина

Не пора ли подводить итоги отечественной словесности

ОгонёкКультура

На фоне Пушкина

На фоне Пушкина современная русская литература выглядит скромно. Фото Анатолий Жданов

Пушкину — 220 лет. За эти годы он успел стать «нашим всем», войти в каждый детский сад со своими Золотыми рыбками и царями Салтанами, вооружить нас мемами на все проявления российской действительности, подарить свое имя улицам и городам, школам и библиотекам… Ах да, и, конечно, в статусе «солнца русской поэзии» осветить литературный пейзаж на столетия вперед. Не пора ли подводить итоги отечественной словесности, последние 200 лет развивавшейся под требовательным пушкинским приглядом, но за последние годы не подарившей ни одного значительного литературного события?

Литература сегодня существует в условиях информационного взрыва и перепроизводства слов. Много шума — слышимость падает. Количество книг и публикаций во всех средах, включая интернет, зашкаливает. Идем к тому, что каждый может написать и издать книгу, но это будет книга для одного читателя — для себя. Избыточность заметна прежде всего в стихотворстве, но и в прозе наблюдается перепроизводство. (Хотя тиражи крошечные. Получается, что книг много, но они малодоступны.)

Перепроизводство литературы

Перепроизводство книг, а не смыслов. Со смыслами проблема — может, расплачиваемся торможением за бурное развитие в 90-х, для кого-то «лихих», но для литературы очень плодотворных? Тогда выходящее из андерграунда сопоставлялось с поднимающимся из небытия, накопленным за десятилетия сокровищем, запретным литературным городом, а с ними обоими должны были вступить в соревнование на той же площадке, деля одну и ту же публику, совсем новые писатели. Сама эпоха была эпохой постмодерна, не путать с постмодернизмом как направлением,— литература разрасталась, как куст, в разные стороны сразу, шли в рост и корни, и ветки. Правда, замечу в сторону, в борьбе за читателя приз взяла массовая литература, которая ни с кем не соревновалась, просто заполоняла пространство. И учила адаптироваться к новому времени — с братками, новыми русскими, девушками пониженной и повышенной социальной ответственности и так далее. А сейчас? Торможение — и одновременно цунами, самум — к какому образу еще прибегнуть? — книг. Такой парадокс. А еще — гонка сочинений как гонка вооружений. Стон стоит по редакторам и писателям — успеть бы к премиальному дедлайну (словарный запас пополнился словосочетанием «премиеемкий роман»).

При этом сузилось и дальше сужается поле литературных возможностей. Поджимаются или вовсе исчезают некоммерческие издательства, существуют (или уже нет) с большими финансовыми проблемами. Мало кто из издателей и писателей хочет в таких обстоятельствах рисковать эстетически, рисковать идейно и того меньше. А какая же без риска новая словесность? Наступило время осторожного, оглядчивого литературно-издательского поведения — как политического, так и эстетического. Время конформизма. Не дай бог хрустнет ветка, на которой висим. (Некоторые, между прочим, над бездной небытия — экономического, финансового.) Исчезают периодические издания — только что были, а вот и нету. Как-то не очень заметили смерть «Континента», журнала, составившего эпоху, выходившего в Париже, а потом и в Москве. Перед смертью журнал успел выпустить четыре тома-дайджеста лучших статей, эссе, мемуаров — обращаюсь к ним как к наследию Игоря Виноградова. Смерть журнала совпала со смертью главного редактора, литературоведа, критика, философа. Закрылся журнал поэзии «Арион». Тридцать лет выходил усилиями Алексея Алехина — и вот исчез, нет средств. Зато (горькая усмешка) рекомендую бакалаврам и магистрантам: можно писать дипломы об «Арионе» или «Континенте» — проекты завершены. Говорят, что литературные журналы устарели — нет, не надо обманывать себя и других, это просто денег нет, литературно-журнальный мегажанр не приносит доходов ни в одной точке мира, но существует и в США, и в Японии, и в Китае. Оборвались и премиальные проекты — с литературной карты исчезли жанровые премии: имени Юрия Казакова — за лучший рассказ года, имени Белкина — за лучшую повесть года, и, наконец, «Русский Букер» — за роман года. Система упрощается — торжествует «Большая книга». Но это ведь формат, а не жанр литературы. Идем от объема. Хорошего человека должно быть, как известно, много — и книги туда же. Все учтено могучим ураганом рынка, который все расставит по местам. Только почему-то рынок не закрывает консерваторию и филармонию как убыточные.

Быстрая литература

Присоединяться к отрицательной оценке всей русской литературы за два десятилетия я не буду. (Отрицание — всегда более выгодная позиция.) И знаете, почему? Потому что даже продвинутый критик-читатель осваивает лишь малую часть. На самом деле литература — слон, которого ощупывают вслепую. И сразу делают далеко идущие выводы, хотя один нащупал только уши, другой — хобот, третий — слоновью ногу, а четвертый — вообще верткий хвостик. А массив слона, массив написанного и напечатанного стремительно прирастает.

Не успеваем осмысленно отойти, чтобы лучше разглядеть итоги предыдущего года, как уже торопливо собираем урожай нового. Никому не известные «читчики», «эксперты» и критики вынужденно пользуются короткой памятью, длинная — отсутствует. А дальнейший выбор идет по уже протоптанной «экспертом» дорожке — так-то проще, через присоединение к мнению.

Назову главные, на мой взгляд, имена и романы за последние десятилетия: Михаил Шишкин, лауреат «Букера»-2000 («Взятие Измаила», а потом появились и романы «Венерин волос», «Письмовник»), Владимир Шаров («Репетиции», «Старая девочка», «Воскрешение Лазаря», роман на прощание с читателем — «Царство Агамемнона»), новая Петрушевская («Нас украли. История преступлений»), Светлана Алексиевич («Время секонд хэнд» и другие книги), Мария Рыбакова («Анна Гром и ее призрак», «Гнедич», «Если есть рай»). Не забудем и шо-ковые романы Владимира Маканина (да, умер, но «Андеграунд» и «Асан» живы, читаются, обсуждаются). Наконец, Александр Терехов. Проза поэта — Сергей Гандлевский, «НРЗБ». И его стихи — но об этом в другой раз, сегодня мы о прозе, нельзя о стихах говорить «между прочим». Исторический роман-триллер — это, увы, ушедшие не так давно Анатолий Азольский, Маргарита Хемлин. Замечательные авторы, плохо и мало прочитанные. Есть такая игра составлять списки — у каждого из думающих о литературе будет свой, но в пересечениях открывается общее, а по краям новое. И вместо очередного стона — куда ни кинешься, ничего у нас нет! — хорошо бы посмотреть хотя бы в иносторону: Ягеллонский университет в Кракове раз в два года усилиями замечательных польских русистов проводит международные конференции «Знаковые имена русской литературы», их «героями» были поочередно Михаил Шишкин и Евгений Водолазкин; на следующий год разбирать по косточкам будем тексты Марии Степановой. Другое дело, что и у «знакового» имени могут быть неудачи — таковой я, например, вопреки уже распространившемуся мнению считаю последний роман Водолазкина «Брисбен»… У нас ведь оценка писателю присуждается навсегда, как орден. Без оттенков в дальнейшей литературной судьбе, подчас очень коварной,— и без возможных разочарований!

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Письма Письма

Отклики читателей

Огонёк, июль'19
Письмо редактора Письмо редактора

Не факт, что скорое завтра будет лучше, чем сегодня

Популярная механика, июль'19
Домик у озера Домик у озера

Здесь тоже есть хорошие пляжи, прекрасные виды и много рыбы

Лиза, июнь'19
15 главных фильмов лета 15 главных фильмов лета

О фильмах, которые не стоит пропускать этим летом

РБК, июнь'19
Honda N600: романтическая история хэтчбека, который выжил Honda N600: романтическая история хэтчбека, который выжил

Когда провел 50 лет на помойке, а потом выяснилось, что ты — наследный принц

Maxim, июнь'19
Мой любимый спорт — плавание Мой любимый спорт — плавание

Зачем наша героиня научилась плавать и почему теперь не променяет воду ни на что

Glamour, июль'19
Готовы донашивать вещи за Дэвидом Бекхэмом? Готовы донашивать вещи за Дэвидом Бекхэмом?

Уверены, это неплохая причина купить себе винтажное джерси

GQ, июнь'19
В зеркале заднего вида В зеркале заднего вида

Нынешние события на Украине причудливым образом вписались в историческую канву

Огонёк, июнь'19
Бонни и Клайд Бонни и Клайд

Самая известная пара гангстеров в истории

Story, июль'19
7 улётных фактов о фильме «Аэроплан!» 7 улётных фактов о фильме «Аэроплан!»

Общепризнанно один из самых смешных кинофильмов всех времен!

Maxim, июнь'19
Президенты перешли на расширенный формат Президенты перешли на расширенный формат

О чем договорились в Осаке Владимир Путин и Дональд Трамп

РБК, июнь'19
Музыкальный генерал Музыкальный генерал

Хочу предложить вниманию читателей атрибуцию, точка в которой ещё не поставлена

Дилетант, июль'19
Гражданин мира: как Жерар Депардье превратился из актера в бизнесмена Гражданин мира: как Жерар Депардье превратился из актера в бизнесмена

Парижская прокуратура сняла с Жерара Депардье обвинения в изнасиловании

РБК, июнь'19
Прозрачная «вторичка» Прозрачная «вторичка»

Депутаты хотят запретить манипуляции с историей подержанных автомобилей

АвтоМир, июнь'19
В ожидании налоговых каникул В ожидании налоговых каникул

Хозяйство приносит государству все больше доходов, однако само хозяйство беднеет

Эксперт, июнь'19
Ключ к здоровью Ключ к здоровью

Какие суперфуды обязательно должны быть в рационе

StarHit, июнь'19
Шанс разбудить провинцию Шанс разбудить провинцию

Важнейший социальный эффект ВСМ гораздо важнее сроков их окупаемости

Эксперт, июнь'19
Город для промышленника Город для промышленника

Импортозамещение — явление, к которому мы обращаемся с завидной регулярностью

Эксперт, июнь'19
Критическая инфраструктура накликала шпионов Критическая инфраструктура накликала шпионов

ФСБ заявила об утечке данных о кибератаках на российские объекты за рубеж

РБК, июнь'19
Зачем музыканты становятся дизайнерами Зачем музыканты становятся дизайнерами

Чем работа над песней похожа на создание платья

Vogue, июнь'19
Сандра Чой и Эшли Уильямс рассказали Vogue о том, как создавалась коллекция Jimmy Choo x Ashley Williams Сандра Чой и Эшли Уильямс рассказали Vogue о том, как создавалась коллекция Jimmy Choo x Ashley Williams

Зеленые меховые балетки и не только

Vogue, июнь'19
«Слуга народа» собрал компанию «Слуга народа» собрал компанию

Украинские партии начали борьбу за места в Верховной раде

РБК, июнь'19
Государство собирает цифровые подписи Государство собирает цифровые подписи

Законопроект, усиливающий контроль за электронным документооборотом

РБК, июнь'19
Александр Кузнецов: «Надо бороться не за Александр Кузнецов: «Надо бороться не за

«РБК Стиль» поговорил с Александром Кузнецовым о любви к «Игре престолов»

РБК, июнь'19
Россия — Япония: перспективы креатива Россия — Япония: перспективы креатива

Чему Россия могла бы научиться у Японии для развития региональных экономик

Эксперт, июнь'19
Мир сливается воедино Мир сливается воедино

Оливье Рибе о перспективах развития интернета вещей и облачных технологий

Эксперт, июнь'19
Kia Sportage: Противоречивый Kia Sportage: Противоречивый

Четырех страниц мало, чтобы описать все особенности Sportage третьего поколения

АвтоМир, май'19
Голова в облаках Голова в облаках

Лучше гор могут быть только… небоскребы

Вокруг света, июль'19
«Семейный брак»: а поговорить? «Семейный брак»: а поговорить?

Каждой «по-своему несчастной» семье не помешал бы психотерапевт

Psychologies, июнь'19
Тянемся к лучшему Тянемся к лучшему

Как и зачем садиться на шпагат и вставать на мостик, чтобы потом не было больно

Tatler, июль'19