Галина Базилевская об исследованиях физики Солнца и космических лучей

Наука и жизньНаука

«Солнечные космические лучи — моя любовь…»

Беседу ведёт Наталия Лескова

Галина Александровна Базилевская. Фото Андрея Афанасьева

Все знают, что Долгопрудный — это Московский физико-технический институт, знаменитый Физтех. Но есть здесь ещё одно, внешне почти незаметное, однако для науки крайне важное научное учреждение — Лаборатория физики Солнца и космических лучей Физического института им. П. Н. Лебедева. Долгопрудненская научная станция была основана Сергеем Николаевичем Верновым в 1946 году для изучения различных компонент вторичных космических лучей. Уникальную научную аппаратуру поднимали в атмосферу с помощью связки шаров, наполненных водородом. С 1957 года лёгкие радиозонды космических лучей стали запускать в атмосферу ежедневно на нескольких географических широтах. Данные измерений, получаемые с помощью аппаратуры, кажущейся примитивной в наши дни, позволяют изучать галактические и солнечные космические лучи, а также вторжения в атмосферу магнитосферных электронов. Об исследованиях, которые проводились и ведутся сейчас, рассказывает главный научный сотрудник Лаборатории физики Солнца и космических лучей ФИАН, доктор физико-математических наук Галина Базилевская.

— Галина Александровна, вы изучаете космические лучи, можно сказать, всю сознательную жизнь, причём не меняя место работы! Как получилось, что вы попали сюда — в Лабораторию физики Солнца и космических лучей?

— Я училась на физическом факультете МГУ и мечтала стать физиком-ядерщиком, работать на ускорителях. Но меня туда не взяли. В тот момент вышло какое-то постановление, чтобы женщин с ядерной тематики убрали. Мы с подругой — нас было две девочки в группе — пошли к Илье Михайловичу Франку, просили, чтобы нас оставили в группе «ускорителей». Подругу оставили, потому что она уже была замужем, её муж окончил физфак на год раньше нас и распределился в Дубну. А меня перевели на космические лучи. Поначалу я страшно расстроилась. Практику проходила в «Курчатнике», мне там понравилось, и я очень хотела попасть туда. Но потом постепенно как-то втянулась, стало интересно. Теперь я думаю, что это замечательно. Интерес к природе, геофизике, экспедициям — у меня всё сошлось.

— Кого считаете своими учителями?

— Александр Евгеньевич Чудаков — можно сказать, это икона для всех, изучающих космические лучи. Он у нас в группе вёл занятия. Вообще он женщин не жаловал. Но, видимо, удивлялся, на меня глядя. А здесь, в Долгопрудном, был заведующим Агаси Назаретович Чарахчьян, он вёл на физфаке практикум по электронным приборам, но не в нашей группе. И, видимо, Чудаков меня порекомендовал. Чарахчьян сказал: «Ещё посмотрим, какие у вас отметки». С отметками у меня было всё в порядке. И я пришла сюда — на Долгопрудненскую научную станцию ФИАН, которая теперь называется Лабораторией физики Солнца и космических лучей ФИАН имени академика С. Н. Вернова.

Запуск радиозонда.

Это был 1959 год. С тех пор тут мало что изменилось — те же стены, замечательная зелёная территория, но вокруг выросли кажущиеся огромными новые корпуса МФТИ. А мы затерялись среди них, как маленькая планетка среди планет-гигантов. Шестьдесят четыре года в одном месте — это целая жизнь. Наверное, это плохо. Надо для развития менять время от времени место работы. Но это место я очень люблю.

— С чего начались ваши научные исследования?

— В лаборатории, куда я пришла, занимались изучением вариаций космических лучей. После «высоких проблем» ядерной физики мне показалось это не очень интересным. Правда, меня сразу подключили к обработке данных третьего советского искусственного спутника Земли — совершенно нового эксперимента на переднем крае науки, в котором участвовал А. Е. Чудаков. Моя работа заключалась в руководстве группой из десяти лаборантов. Целый день я ходила между ними, как прораб, не было времени заняться чем-то другим.

Эта работа мне не нравилась, стала думать, как оттуда уйти. Завела разговор в ФИАНе, чтобы перейти к Сергею Леонидовичу Мандельштаму. Встретилась с ним и уже договорилась. Но в этот момент все здешние «светила» стали уговаривать меня остаться — и Чудаков, и Чарахчьян, и Вернов.

— А почему они вас так уговаривали?

— Потом уже выяснилось, что в этот момент на Чарахчьяна кто-то написал донос. Если бы и молодой специалист вдруг ушёл, это было бы нехорошо. Вот они со мной носились как с писаной торбой: хотите заниматься теорией? Хотите работать с радиозондами? И предложили новую работу, от которой я не могла отказаться.

— Что же вам предложили?

— Мне предложили исследовать фотонную компоненту широких атмосферных ливней. Когда очень высокоэнергичная частица галактических космических лучей падает на границу атмосферы, то, проходя через воздух, она порождает многочисленные каскады вторичных частиц, разлетающихся на большие расстояния, — так называемые широкие атмосферные ливни. Вторичные частицы покрывают площадь в десятки квадратных километров. До сих пор эта тематика развивается — в мире построено несколько установок широких атмосферных ливней, которые ищут источники высокоэнергичных космических лучей во Вселенной. В России такая установка сейчас работает в Тункинской долине в Бурятии.

Моя дипломная работа в МГУ в лаборатории Георгия Борисовича Христиансена была как раз о широких атмосферных ливнях. А у Чарахчьяна, к которому я пришла работать, была тогда идея о том, что содержание фотонной компоненты в атмосфере не согласуется с каскадной теорией. Должен быть избыток фотонов в ливнях. И Чарахчьян решил проверить это экспериментально с помощью маленькой установки, измеряющей каскады фотонов.

Тогда была прекрасная традиция: молодой специалист приходил и к нему прикрепляли инженера. Ко мне «прикрепили» Александра Фёдоровича Красоткина. У него не было высшего образования, но он был мастер на все руки. А мне очень хотелось заниматься экспериментом. Мы построили установку из нескольких сцинтилляционных счётчиков, чувствительных к рентгеновскому излучению и включённых на совпадения сигналов. Александр Фёдорович учил меня культуре эксперимента. Мы тщательно следили за установкой, регулярно проводили профилактику и скрупулёзно записывали в журнал полученные результаты.

Потоки заряженных частиц на разных высотах в атмосфере. Ярко выражена вариация потоков, связанная с 11-летним циклом солнечной активности.

— Это было здесь, на Долгопрудненской станции?

— Сначала да, а потом мы стали ездить на Тянь-Шаньскую станцию ФИАН, расположенную на высоте больше 3000 метров, так как вторичное излучение зависит от того, насколько вы поднимаетесь над уровнем моря. Мы приезжали на Тянь-Шань со своей аппаратурой. Александр Фёдорович строил из досок времянку. Там мы работали, раздвигая счётчики на разные расстояния, и получали новые результаты. В горы ходили. Меня это очень увлекало. В общем, замечательная школа была.

— Нашли избыток фотонов?

— Не нашли. После этого я вернулась к вариациям космических лучей. Первая моя научная публикация была о том, как мы зарегистрировали вспышку от солнечных космических лучей на третьем советском спутнике Земли. Это была вообще первая публикация в мире о наблюдении вспышки солнечных космических лучей за пределами атмосферы. Потом, спустя годы я посмотрела статью — она была неумелая, из неё ничего толком понять нельзя было. Но тем не менее сам факт регистрации первой вспышки очень важен.

— Почему это важно?

— Потому что раньше вспышек в космосе не регистрировали. Наземные возрастания излучения регистрировали начиная со вспышки 1942 года. В нашей лаборатории под руководством А. Н. Чарахчьяна в 1957 году обнаружили возрастание потоков частиц солнечного происхождения в атмосфере. Таких событий было сравнительно мало: частицы, ускоренные на Солнце, в большинстве случаев можно наблюдать только в космосе.

В 1962 году меня подключили к основной работе, ведущейся на Долгопрудненской научной станции с 1957 года, — частому стратосферному зондированию космических лучей, которое проводится до сих пор. В атмосферу на метеорологической оболочке запускается радиозонд, передающий на землю сведения о потоках ионизирующей радиации от уровня моря до высот порядка 30 км. Инициатором эксперимента был Сергей Николаевич Вернов, который в 1934 году первым измерил поток космических лучей в атмосфере с помощью радиозонда, а «душой» этой работы стали Агаси Назаретович и Таисия Никаноровна Чарахчьяны.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Где лечиться? Где лечиться?

В какую поликлинику идти – государственную или частную

Домашний Очаг
Сергей Юрский: «Думаю, что мне надо было еще смелее заниматься своим делом и не идти в общем строю» Сергей Юрский: «Думаю, что мне надо было еще смелее заниматься своим делом и не идти в общем строю»

На самом деле совершенно невозможно перечислить все сделанное Сергеем Юрским

Коллекция. Караван историй
«Ковёр» на Ковентри «Ковёр» на Ковентри

«Любое нападение с воздуха на гражданских противоречит законам ведения войны»

Дилетант
Vicootes Vicootes

Рагим Джафаров сочетает интеллектуальность с сюжетностью

Правила жизни
За водой на лунный южный полюс («Луна-25» и другие) За водой на лунный южный полюс («Луна-25» и другие)

Задачи, которые стояли перед «Луной-25», никуда не делись. Их придётся решать

Наука и жизнь
По наклонной По наклонной

Аэротруба, в которой можно летать в вингсьюте и остаться живым

ТехИнсайдер
Биоспелеология: что ищут биологи в пещерах Биоспелеология: что ищут биологи в пещерах

Какая фауна обитает в пещерах?

Наука и жизнь
Уберите свет! Почему глаза становятся гиперчувствительны к свету и как этого избежать Уберите свет! Почему глаза становятся гиперчувствительны к свету и как этого избежать

Что вызывает светобоязнь и как с ней справиться

Лиза
Зачем мы отправляем друг другу откровенные фото Зачем мы отправляем друг другу откровенные фото

Что побуждает заниматься этим женщин и какие мотивы у мужчин?

Psychologies
Путь воды Путь воды

Как цифровизация помогает развивать российское ЖКХ

РБК
Золотой Плёс Золотой Плёс

Приехать в Плес и не влюбиться в него невозможно!

Лиза
Просто и со вкусом Просто и со вкусом

Удачный микс минимализма и скандинавского стиля в миниатюрной квартире-студии

Идеи Вашего Дома
Как на нас влияют магнитные бури: объяснение физиков Как на нас влияют магнитные бури: объяснение физиков

Действительно ли на некоторых людей влияет усиление геомагнитного фона?

Psychologies
Как избавиться от одиночества и как с ним справиться Как избавиться от одиночества и как с ним справиться

Почему общительные люди тоже ощущают одиночество?

Psychologies
Нейросоцсеть Нейросоцсеть

Разговор с креативным директором LOOKY Артемом Коноваловым

ТехИнсайдер
Украшения Украшения

Оригинальная форма, полёт фантазии и виртуозная техника исполнения

Robb Report
Искусство самопрезентации: как научиться рассказывать о себе в любой ситуации Искусство самопрезентации: как научиться рассказывать о себе в любой ситуации

Как правильно преподнести себя во время переговоров и на собеседовании

Forbes
Нина Русланова: «Когда она узнала, что в «Иване Лапшине» будет играть Миронов, отказалась сниматься» Нина Русланова: «Когда она узнала, что в «Иване Лапшине» будет играть Миронов, отказалась сниматься»

Русланова была великой актрисой, играла все: от высокой трагедии до комедии

Караван историй
Сезон открытий Сезон открытий

Программа минимум в Астраханской области: Волга, вобла и арбузы

Лиза
Тревожные люди Тревожные люди

Почему пропадают месячные, куда уходит либидо и как стресс влияет на зачатие

VOICE
Хоррор дожития Хоррор дожития

Как Джордж А. Ромеро напугал стариками борцов с эйджизмом

Weekend
Стандарты общения Стандарты общения

Как компаниям выстроить коммуникацию с аудиторией

Деньги
5 одинаковых привычек разных миллиардеров 5 одинаковых привычек разных миллиардеров

Что объединяет финансовых гениев со всего мира

Maxim
Ядерные полигоны и могильники: где хранят радиоактивные отходы Ядерные полигоны и могильники: где хранят радиоактивные отходы

Какую опасность для окружающего мира представляют радиоактивные отходы?

ФедералПресс
Политическое крещение Политическое крещение

Что побудило закоренелого язычника и развратника перейти в христианскую веру?

Дилетант
Сложный выбор Сложный выбор

Седация и наркоз в стоматологии: как выбрать и точно получить безопасное лечение

Лиза
Как прожить горевание и вернуться к жизни: советы себе и окружающим Как прожить горевание и вернуться к жизни: советы себе и окружающим

О чем нам стоит знать, чтобы справиться с проживанием горя?

Psychologies
По дороге в Нальчик По дороге в Нальчик

Автопутешествие в горы мне запомнилось прежде всего невероятным смешением красок

Отдых в России
Зарядка для ленивых Зарядка для ленивых

7 классных упражнений, которые можно выполнять, не выходя из дома

Лиза
Цифровые грязи Цифровые грязи

Куда завезут нас электрические внедорожники

Автопилот
Открыть в приложении