Заниматься любовью и… искусством: истории художников, которые творили в паре
Свободные отношения, внебрачные дети, творческий успех и судебные процессы — истории семей, в которых и муж, и жена были талантливыми художниками.

Фрида Кало и Диего Ривера
Отношения Диего Ривера и Фриды Кало напоминали американские горки. Любовь на фоне бесконечных измен, творчество на грани мазохизма, одержимость друг другом и живопись. Случись их любовь в наши дни, Диего назвали бы абьюзером, а Фриде присвоили бы статус нарциссической жертвы. Когда они поженились, Диего Ривере было 43 года. Брак с 22-летней Фридой был для него третьим по счету.
В детстве художница переболела полиомиелитом, из-за чего всю жизнь хромала, а в 18 лет попала в аварию и год провела, не вставая с постели. С этого вынужденного затворничества и началось ее увлечение живописью. Любимая тема — автопортрет, средство передачи одиночества и боли.
Диего же предпочитал яркие реалистичные пейзажи, кубистические портреты простых людей и картины на околорелигиозные темы. Когда они стали жить вместе с Фридой, фигуры друг друга кочевали из одной картины в другую. В то время, когда Фрида писала свадебный портрет, на котором огромный, как дом, Диего держит за руку миниатюрную Фриду, муж изменял ей с одной из натурщиц. Это была первая, но не последняя измена, в череде которых у Диего родилось два ребенка, в то время как Фрида пережила три выкидыша.
Она долгое время прощала ему все, пока в 1934 году Диего не изменил ей с ее младшей сестрой Кристиной. Художники развелись, но продолжали писать портреты друг друга. «Диего = мой муж. Диего = мой друг. Диего = моя мать. Диего = мой отец. Диего = мой сын. Диего = я. Диего = Вселенная», — писала Фрида в своем дневнике, и в этой фразе вся суть этого странного союза.




Михаил Ларионов и Наталья Гончарова
Лучизм как направление живописи предлагает сконцентрироваться на отождествлении солнечных лучей с предметом, от которого они отражаются. Наталья Гончарова, на ощупь исследуя разные методы, выбрала лучизм за его праздничность. В расписных театральных кулисах и афишах, костюмах танцовщиц балета и предметах декора — повсюду художница играла с отражением света и цвета.