Народ и партии
«Табия тридцать два»: шахматная Россия будущего
![](https://cs.kiozk.ru/content/tgz/e3s/gap/slcczikkdhnh1oj8cvtuwrz/art/99117/ing21an9.jpg?v=1&temp_url_sig=vHjQFXFuSPAVAAcPW9S_xw&temp_url_expires=1725839811)
В издательстве Individuum вышел дебютный роман исследователя советской культуры Алексея Конакова «Табия тридцать два» — остроумная фантасмагория о России будущего, в которой культуру заменили шахматы.
Один из самых интересных исследователей советской культуры, петербуржец Алексей Конаков начал писать прозу недавно. Его вышедший в прошлом году «Дневник погоды» — художественное развитие тем конаковской монографии «Убывающий мир», посвященной поискам НЛО и йети, лечению при помощи мумиё и прочему «советскому невероятному». Герой-рассказчик «Дневника» — современный петербуржец, склонный к паранойе интеллигент, одержимый зловещим воздействием разного рода таинственных сил на повседневную реальность, включая погодные явления. Это небольшая, изящная, трогательная и тревожная книжка. «Табия тридцать два» — вещь более амбициозная, настоящий роман.
Как часто бывает с романами филологов, это текст, не скрывающий свою генеалогию, наоборот — нарочито предъявляющий ее: романы раннего Набокова и поздних Стругацких, «1984», «Игра в бисер», «Человек в высоком замке» Филиппа Дика. Если объединить эти довольно разные произведения в одну линию, все это — романы-головоломки, книги о власти игры над человеком. У Конакова это игра в самом буквальном смысле — шахматы. Его роман переполнен мельчайшими деталями из шахматной истории и теории. Для человека, с этим занятием не слишком знакомого, бесконечные перечисления позиций и ходов выглядят заумью, доходящей иногда до абсурда (когда вдруг поминается какой-нибудь «коготь бобра»), но, как ни странно, Конаков ничего не выдумывает. Все шахматные реалии, включая заглавную «Табию», взяты из практики. За текстом — обстоятельное исследование.
Время и место действия: Россия начала 2080-х годов. Страна в карантине, у нее нет связей с внешним миром, она очень бедна, но, как ни странно, счастлива. Это — результат Переучреждения. Главным идеологом его был Дмитрий Александрович Уляшов (ученики зовут его ДАУ). Ученого посетило озарение: в бедах России виновата великая русская литература. Пушкин, Толстой, Достоевский и иже с ними веками прививали народу колониализм и милитаризм, комплекс мессианства, пристрастие к саморазрушительным страстям, тягу к поискам истины, непременно кончающимся бедой и для самих ищущих, и для их соседей. Победить кровавый логоцентризм можно, только найдя новую национальную идею. Ею и стали шахматы.