Строгость и справедливость
Мы встретились с Лучано Барберой, чтобы поговорить о вреде свободы и демократии в моде, о качествах хороших портных и о том, как на протяжении стольких лет ему удается оставаться одним из самых хорошо одетых мужчин в мире
![](https://cs.kiozk.ru/content/zu8/4wd/pev/dxjgmpoelprszg0mdfbtvn4/art/42270/ntaasiig.jpg?v=1&temp_url_sig=A60LBcz52Jlu7PDPLsFJzQ&temp_url_expires=1725845137)
Будучи итальянцем, вы всегда явно смотрели в сторону Британии. Не будет преувеличением сказать, что вы одним из первых открыли для Италии ткани с рисунком в крупную клетку — и стали выпускать их на текстильной фабрике вашего отца Карло Барберы*…
Понимаете, за пределами Италии я впервые оказался в 1956 году. Англия тогда считалась страной победительницей во Второй мировой, а мы были проигравшими. Одевались мы очень мрачно, прямо как русские в 90-х. И вдруг мне открылся совершенно иной мир. Как-то на выходные меня пригласили в загородный дом, и все гости были так хорошо одеты: прекрасные пиджаки, клетчатые рубашки, галстуки. Я такого никогда не видел. Вернувшись в Биеллу, я сказал отцу, что хочу заниматься дизайном тканей.
Думаю, ваш отец был счастлив это услышать, ведь вы продолжили дело всей его жизни. Кстати, я слышал забавную историю о Карло Барбере. Это правда, что он как-то отрезал кусочек ткани от пальто человека, который ехал с ним в одном поезде?
Да, правда, я сам эту историю и рассказывал! Он был молод, ехал на поезде в Рим. В одном купе с ним сидела дама в великолепном пальто. Отцу очень захотелось заполучить образец этого материала. Так что он дождался момента, когда поезд въехал в длинный тоннель, достал ножницы (они у него всегда были с собой) и отрезал небольшой кусочек в незаметном месте. Замечательная история. Отец всегда смеялся, когда ее рассказывал. Показал потом этот образец своему начальнику: мол, мы можем сделать что-то похожее. Это было в 1938 году.
![](https://cs.kiozk.ru/content/zu8/4wd/pev/dxjgmpoelprszg0mdfbtvn4/art/42270/wnhogzum.jpg?v=1&temp_url_sig=ASoinfg_c4BnidZ69s6hGA&temp_url_expires=1725845137)
Вы унаследовали столь же фанатичное отношение к тканям, но в итоге пошли другой дорогой?
Я бы так и посвятил всю свою жизнь текстилю, но как-то раз я сделал для себя два отреза ткани и отправился к Марио Поцци, лучшему портному в Милане. Он был настоящей легендой, мастером портновского дела — и потом Марио для меня пошил целую сотню костюмов. А тогда я шел по улице в своем самом первом костюме от Марио — и меня заметил известный фотограф Уго Мулас. Заметил, остановил и спросил, можно ли меня сфотографировать. Я согласился. Он сделал несколько снимков, один из которых был опубликован в 1968 году в L’Uomo Vogue. Через год ко мне в Биеллу приехал Мюррей Перлстин, глава американского магазина Louis Bo¦on, который разыскивал человека с той самой фотографии Уго. Он хотел взглянуть на мою коллекцию костюмов, а я ответил, что коллекции нет и вообще я занимаюсь тканями. «Как же так, ведь у вас талант!» — воскликнул Мюррей. Вот так неожиданно все и началось — и в 1971 году я основал собственную марку одежды**.
А вы помните свой самый первый костюм, пошитый на заказ?
Да, он был из саксонского твида, с моим узором. Чем-то напоминает фланель, ее я тоже люблю. Мне вообще больше нравятся ворсистые ткани. Это мой самый любимый костюм: он теплый и очень удобный, не топорщится. Но летом, конечно, выбираю более легкие ткани.