Дмитрий Конов про перспективы IPO, отношение к делу Калви и московским протестам

РБКБизнес

Глава «Сибур» — РБК: «Нас часто спрашивают, когда мы начнем зарабатывать»

Глава «Сибура» Дмитрий Конов рассказал РБК про участие компании в «списке Белоусова», перспективах IPO, отношениях к делу Калви и московским протестам, а также о том, что мешает построить крупнейшей в мире нефтехимический завод

Тимофей Дзядко

755740572028196.jpeg
Дмитрий Конов (Фото: Владислав Шатило / РБК)

— В правительстве обсуждаются две версии законопроекта о защите и поощрении капиталовложений (СЗПК). Вы какую поддерживаете?

— У меня нет позиции. Я не знаю, какие будут возможности для бизнеса и будем ли мы ими пользоваться. Но в любом случае возможность зафиксировать правила игры однозначно полезна для бизнеса и для инвестиционного климата.

— В августе 2018 года помощник президента Андрей Белоусов писал письмо Владимиру Путину с предложением изъять у нефтегазовых компаний, включая «Сибур», 500 млрд руб. сверхдоходов, и с тех пор обсуждается участие бизнеса в нацпроектах. В каких проектах готов участвовать «Сибур»?

— Это обсуждение уже не «списка Белоусова». Эта история [со списком компаний], которую Андрей Рэмович считает недоразумением, давно неактуальна, и в правительстве идет обсуждение формата СЗПК. Дмитрий Козак предлагает создать одинаковые правила игры для всех, а не для кого-то, кто придет [в правительство] и скажет: «Нам нужно то-то».

Вы же видели комментарий господина Белоусова по поводу того, как возник список? Он говорит, что искались инструменты для вовлечения частного бизнеса в инвестиционные проекты в России и на первом этапе пытались понять, у кого могут быть «свободные» деньги и кто может их инвестировать, но не делает этого. А на втором этапе — и это не было целью письма, а должно было пройти отдельное обсуждение — понять, что нужно государству сделать для того, чтобы российские компании, зарабатывающие на производстве в России, активнее инвестировали бы в российскую экономику. Но для этого сначала нужно было разобраться, кто может быть таким крупным инвестором, поэтому и составили этот список («список Белоусова». — РБК).

Это не очень подходит для нашего «сибуровского» кейса. «Сибур» по двум причинам не должен был бы оказаться в этом списке. У нас нет никакого exposure (зависимости от природных ресурсов. — РБК) на недра — в списке были все, у кого есть либо НДПИ, либо субсидированный природный газ в качестве сырья. И долгое время мы инвестируем в новые производства большую часть нашей EBITDA.

Нас действительно часто спрашивают: «Когда вы будете зарабатывать деньги?»

— Весной вы достроили нефтехимический комплекс «Запсибнефтехим» в Тобольске. Когда собираетесь запустить завод, в который инвестировали почти $9 млрд, на полную мощность?

— Сложно ответить, поскольку производств такой мощности в России еще не запускалось и везде в мире выход на проектную мощность таких комплексов занимает длительное время. В презентациях мы указываем 6–12 месяцев от завершения пусконаладки как ориентир. Нас действительно часто спрашивают про выход на мощность в контексте: «Когда вы будете зарабатывать деньги?»

— И когда?

— Изначально в этом проекте с учетом размера капитальных затрат был заложен срок окупаемости больше десяти лет. Но многое будет зависеть от макроэкономики, геополитики, одновременного ввода мощностей [других заводов] и спроса.

— «Запсиб» будет в первую очередь ориентирован на Россию?

— Нет. Я говорю, что в первую очередь мы заинтересованы продавать продукцию «Запсиба» в России, в том числе потому, что домашний рынок наиболее маржинальный с учетом логистики. Но по объемам он явно не будет ориентирован на Россию, по крайней мере большей частью и в первое время: спроса российских компаний не хватит, чтобы забрать больше 50% его продукции.

— Куда будете продавать вторую половину?

— Одна из целей — рынок Европы. Вопрос в том, как быстро и при каких ценах мы будем в состоянии выбить другую компанию из портфеля клиента. Это можно сделать в какой-то степени за счет цены, лучшего сервиса и скорости доставки. С учетом логистики до внешних рынков углеводородное сырье, если его перерабатывать в России, даст ценовое преимущество нефтехимическим производствам. Если сравнить удельные затраты «Запсиба» на тонну продукции, то они ниже из-за размера завода — эффект масштаба — и того, что это только построенное производство по современным технологиям, существенно более эффективная мощность, чем среднестатистический завод в Европе.

— Основной акционер «Сибура» Леонид Михельсон говорил, что запуск «Запсиба» является отправной точкой для проведения IPO компании. Эти планы сохранились?

— Очевидно, что работающий завод такого масштаба сделает бизнес «Сибура» более привлекательным для потенциальных инвесторов. Есть преимущества в том, чтобы выходить на рынки капитала, когда этот проект полностью проявится в отчетности компании.

— Можно было дать upside инвесторам до запуска «Запсиба», чтобы они поучаствовали в росте компании.

— Если рассуждать теоретически, мы эту гипотетическую развилку до запуска «Запсиба» прошли в начале этого года. После отчета за девять месяцев 2018 года было окно в 135 дней (до февраля 2019 года), когда можно было сделать финансовую транзакцию — или выпуск облигаций, или IPO. А решение о том, размещаться или нет, нужно принимать заранее, примерно за два месяца, поэтому в декабре 2018 года мы на самом деле прошли эту возможную развилку. Наша задача как менеджмента обеспечивать устойчивый рост компании в интересах всех ее стейкхолдеров вне зависимости от планов по выходу на рынки капитала.

— В декабре 2018 года вы это обсуждали?

— Мы постоянно изучаем варианты стратегического развития компании. Акционеры решили, что надо дождаться [запуска] «Запсиба». Но у нас история про то, что «Сибур» должен быть публичным, действительно «вшита» внутри компании. Мы всегда работали с пониманием того, что компания должна быть прозрачная и эффективна, и нам ничего не нужно сделать внутри, кроме непосредственно процедурных вещей, связанных с листингом, для того, чтобы идти на IPO.

— Сейчас не появилось дополнительных аргументов для проведения IPO?

— Это вопрос не ко мне.

— Финансовые рынки готовы к такому размещению?

— Есть три фактора: готовность компании, хорошее состояние финансовых и индустриальных рынков. И в идеале эти три точки должны совпадать. Мы видим финансовые рынки средне позитивно, а нефтехимические рынки скорее средне негативно: для большинства продуктов спреды находятся на многолетнем минимуме, и мы учитываем это в своем планировании.

755740583512879.jpeg
Нефтехимический завод компании Сибур «ЗапСибнефтехим» (Фото: Владимир Смирнов / ТАСС)

— А почему приостановили подготовку к IPO?

— Мы не объявляли о выходе на IPO. Кстати, на повестке был и есть ряд вопросов по госрегулированию, что также является важным фактором для рынка капитала.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Ожидание и реальность: как машины выглядели на скетчах и что получилось Ожидание и реальность: как машины выглядели на скетчах и что получилось

Часто серийные машины сильно отличаются от дизайнерских рисунков

РБК
«Добрый поступок»: Фонд «ГАЛЧОНОК» «Добрый поступок»: Фонд «ГАЛЧОНОК»

Как добро стало частью повседневной жизни четырех женщин

Glamour
Контекст может всё разрушить Контекст может всё разрушить

Переговорный приём, о котором вам не рассказывали

VC.RU
Как избавиться от катышков на одежде Как избавиться от катышков на одежде

Как почистить любимый свитер от катышков в домашних условиях?

Cosmopolitan
Как повысить самооценку и обрести уверенность? 11 советов психолога Как повысить самооценку и обрести уверенность? 11 советов психолога

Заниженная самооценка мешает нам строить здоровые отношения и карьеру

Psychologies
Заочно арестованные рассказали о полковниках и «Дарте Вейдере» Заочно арестованные рассказали о полковниках и «Дарте Вейдере»

Финансисты Моснарбанка объяснили, как в их структуры попал полковник ФСБ

РБК
От «Паразитов» до «Лобстера»: 10 главных фильмов о (не)справедливости От «Паразитов» до «Лобстера»: 10 главных фильмов о (не)справедливости

Самая справедливая подборка фильмов от Forbes Life

Forbes
Алексей Пиманов и Ольга Погодина: «Убьем за семью» Алексей Пиманов и Ольга Погодина: «Убьем за семью»

Алексей Пиманов и Ольга Погодина о сильных характерах и разнице в возрасте

StarHit
Как сохранить репутацию на яхте, в офисе и соцсетях Как сохранить репутацию на яхте, в офисе и соцсетях

Существует ли институт репутации в России и какие скелеты в шкафу уже не скрыть?

РБК
Конец эры блогеров: крупные бренды уже заменили их на мемы при общении с поколением Z Конец эры блогеров: крупные бренды уже заменили их на мемы при общении с поколением Z

Крупные бренды от Uber до Netflix ищут способы завоевать внимание поколения Z

Forbes
Можно ли в грозу разговаривать по телефону? Можно ли в грозу разговаривать по телефону?

Правда ли, что работающий мобильник «притягивает» молнии

CHIP
Солист OQJAV Вадик Королев — о кегельной дорожке и социальных сетях Солист OQJAV Вадик Королев — о кегельной дорожке и социальных сетях

Как появляются новые песни OQJAV и какому микрострессу подвержен каждый

РБК
«Это не остановить»: NYT рассказала, как Twitter стал политическим оружием Трампа «Это не остановить»: NYT рассказала, как Twitter стал политическим оружием Трампа

Как Трамп превратил Twitter в инструмент политики и средство шантажа советников

Forbes
Пьеса для двоих Пьеса для двоих

Между Большой Дмитровкой и Тверской есть тихий Глинищевский переулок

Seasons of life
Я поведу тебя в музей Я поведу тебя в музей

Мы выбрали 30 нетривиальных музеев, раздвигающих границы восприятия

National Geographic Traveler
Стритвир и тейлоринг: как две противоположности сумели объединиться Стритвир и тейлоринг: как две противоположности сумели объединиться

Стритвир умер, да здравствует стритвир

GQ
«Пивная открывалка» в честь Великой Победы. Как война памятников сближает Россию и Польшу «Пивная открывалка» в честь Великой Победы. Как война памятников сближает Россию и Польшу

Установка памятников как утверждение консервативной воли

СНОБ
Центр подготовки Центр подготовки

Что делать, чтобы новогодняя вечеринка прошла без вреда для организма?

Cosmopolitan
Юлия Хлынина: «Компромисс для меня означает проигрыш» Юлия Хлынина: «Компромисс для меня означает проигрыш»

Юлия Хлынина никогда не встречала мужчин, стремящихся запереть в золотой клетке

Караван историй
На задворках двух империй На задворках двух империй

Как Пушкин и древнеримский поэт Овидий оказались практически в одном месте

Наука и жизнь
Между коррупцией и неэффективностью: как найти золотую середину в системе госзакупок Между коррупцией и неэффективностью: как найти золотую середину в системе госзакупок

Не все проблемы можно решить «ужесточением» или «упрощением»

Forbes
О давно назревавшем повороте О давно назревавшем повороте

Сигнал о начавшихся переменах на Украине поступил с газового фронта

Эксперт
Набережная неисцелимых: как Венеция переживала самое сильное наводнение за 50 лет Набережная неисцелимых: как Венеция переживала самое сильное наводнение за 50 лет

Как спастись, если вода пытается тебя поглотить

Forbes
Они - легенда Они - легенда

Кристиан Бейл и Мэтт Дэймон о биографическом фильме «Ford против Ferrari»

OK!
Солнце внутри Солнце внутри

Витамин D, оказывается, и не витамин вовсе, а гормон. Без него организму — никак

Огонёк
На крыльях стрекозы На крыльях стрекозы

Бренд Dragonfly стал лидером на российском рынке экипировки для отдыха

Forbes
Интроверты: жить в своем ритме Интроверты: жить в своем ритме

Что делать, если современная жизнь — слишком сильный раздражитель?

Psychologies
Реальные подарки миллиардеров: сколько на самом деле тратят на благотворительность Баффетт, Безос, Сорос и Блаватник Реальные подарки миллиардеров: сколько на самом деле тратят на благотворительность Баффетт, Безос, Сорос и Блаватник

Кто из миллиардеров выделил на благотворительность наибольшие суммы в 2018 году

Forbes
Правила жизни Леонардо Ди Каприо Правила жизни Леонардо Ди Каприо

Актер, Лос-Анджелес

Esquire
Ткань королей и режиссеров: как носить вельвет Ткань королей и режиссеров: как носить вельвет

Что общего у Вуди Аллена, Уэса Андерсона и Гая Ричи

GQ
Открыть в приложении