Новые дневники
Выбор Игоря Гулина
Стефан Цвейг «Дневник 1914–1916»
![](https://cs.kiozk.ru/content/vsp/74c/mtu/xrm3llgi119scg9zqkv7a6o/art/99246/d2mz66iw.jpg?v=1&temp_url_sig=GiRHHY8g3GzgTsWCFdO5bA&temp_url_expires=1725838725)
Издательство libra Перевод Светлана Субботенко
В 1914 году Стефан Цвейг еще не стал той мировой звездой, какой он окажется в 1920-х, но в родной Австрии уже считался крайне влиятельным литератором. Как это было с большинством европейских писателей, начало войны, позднее названной Первой мировой, вызвало у него прилив пламенного патриотизма. Цвейга признали негодным к строевой службе, но он все равно хотел помочь родине, устроился в департамент прессы и на протяжении всей войны писал патриотические очерки и фельетоны, иногда оставаясь в Вене, а иногда посещая фронт (часть этих текстов напечатана в приложении к книге). Одновременно с тем он писал дневник. Начинается он с самой мажорной ноты, и патриотические настроения первых месяцев войны так и не исчезают до конца: Цвейг продолжает праздновать победы австро-венгерской и немецкой армий, отмечать бодрость народного духа и так далее. Однако довольно скоро вступает вторая мелодия: разочарование, ощущение предательства глупого и коррумпированного командования, чувство бессмысленности происходящего, желание, чтобы этот бред поскорее закончился. Одна тема не замещает другую, они звучат параллельно, и именно эта противоречивость делает дневник Цвейга любопытным документом.
Фридрих Кельнер «Одураченные: из дневников 1939–1945»
![](https://cs.kiozk.ru/content/vsp/74c/mtu/xrm3llgi119scg9zqkv7a6o/art/99246/rplw0yzr.jpg?v=1&temp_url_sig=n3GxIkytpr_Sn7dAoX5xpw&temp_url_expires=1725838725)
Ивана Лимбаха
Издательство Ивана Лимбаха Перевод Анатолий Егоршев, Елена Смолоногина
Дневник Фридриха Кельнера, судебного инспектора небольшого городка Лаубах,— необычный документ немецкой истории. Мы привыкли ассоциировать с мелкими чиновниками Третьего рейха арендтовскую идею банальности зла — бездумного выполнения заданий бесчеловечной системы. Кельнер же представляет нечто вроде «банальности добра». Он не совершал геройских поступков, но искренне ненавидел гитлеровский режим, по мере сил боролся с несправедливостью (в том числе защищая евреев), считал своим долгом фиксировать преступления власти — преступления как физические, так и духовные — тот эффект, который нацизм оказывал на сознание граждан (отсюда название книги — «Одураченные»). Кельнер был уверен, что амбиции Гитлера окончатся поражением Германии, и с первых дней войны писал хронику падения рейха. Судьба автора и его дневника после конца войны тоже примечательная. Еще в 1930-х Кельнер отправил единственного сына в Америку; тот вернулся в конце войны, запутался в каких-то махинациях на черном рынке и покончил с собой. Кельнер впал в депрессию