Интервью с классными молодыми пианистами

Собака.ruКультура

Исполняют!

Текст Анна Виленская

Куртка Saint Laurеnt, футболка Brunello Cucinelli, брюки Brioni, ботинки Alexander McQueen (все — ДЛТ)

Спасибо локдауну или здравому смыслу, но теперь Шопен и Рахманинов соседствуют в наших трек-листах с рэперами и техно-артистами, а на академических концертах полно тех, кто после пойдет в клуб «Изич». Попросили евангелистку нового музыковедения Анну Виленскую поговорить с классными молодыми пианистами, знакомыми Петербургу по прогрессивному фестивалю классической музыки Pianissimo. Арсений Мун, Александр Болотин и Абисал Гергиев поясняют за Мусоргского и Нину Кравиц.

Абисал Гергиев

Выпускник музыкальной школы при Санкт-Петербургской консерватории, студент бостонской Консерватории Новой Англии (класс Ва Кюн Бьен) и сын дирижера Валерия Гергиева впервые выступил с оркестром Мариинского театра в 16 лет, играет сольные концерты на международных фестивалях и всем советует слушать Шестую симфонию Чайковского.

Анна: Так, скажи, а ты часто вообще интервью даешь?

Абисал: Я очень редко даю интервью. Если не считать превью перед моими концертами — это по две-три минуты на камеру, — то у меня был только один болееменее полноценный разговор с журналистом. Поэтому да, для меня это важное событие, которое сейчас у нас с тобой происходит.

Анна: А что у тебя спрашивали в этом первом интервью? «Как вы так гениально живете?»

Абисал: (Смеется.) Мне задавали вопросы, связанные с двумя темами. Тема номер один: как тот факт, что мой папа — известный дирижер, повлиял на мою карьеру, на меня, и какие у нас отношения. Тема номер два довольно стандартная: гастроли, жизнь музыканта. Было прикольно, но я считаю, мне нужно достичь определенных высот в профессиональном плане, а потом уже начинать говорить о профессии.

Анна: То есть у тебя есть принцип: сначала делаю, потом рассказываю?

Абисал: Мне кажется, так будет правильнее.

Анна: А тебя вопросы про отца не беспокоят? Я не очень хочу тебе их задавать, если честно. Мне кажется, тебе скучно об этом говорить. Или я неправа?

Абисал: Нет. У меня не вызывают никаких негативных эмоций вопросы про папу. Обычно спрашивают, выбирал ли я профессию сам или это все-таки было давление. Но я сразу могу ответить, что давления не было. Я стал пианистом абсолютно по собственному желанию. Конечно, музыка была вокруг меня с самого детства и это имело определенный эффект, что папа — дирижер. Я слушал его лет с трех, наверное.

Анна: А не было такого, что тебя, наоборот, отговаривали? Типа зачем нам еще один музыкант? Хотя вряд ли с твоими родителями это было бы как-то вроде: «Ну, наконец-то, хоть кто-то займется нормальным делом!» Но, может, у них есть какой-то свой травмирующий опыт? Или не было такого?

Абисал: Меня никто никогда не отговаривал! Папа всегда хотел, чтобы я занимался на фортепиано, и всегда это поддерживал. И на фортепиано я начал заниматься, когда еще не совсем знал, что я делаю, нравится мне это или нет.

Анна: Тебя посадили за рояль?

Абисал: Да, меня посадили. И я начал сам петь песенки, читать ноты — это было в формате развлечения скорее. Почему фортепиано? Ну, во-первых, изначально мой папа сам занимался на фортепиано — перед тем как перейти на дирижера. И фортепиано просто... как сказать?.. не то чтобы предоставляет тебе больше всего возможностей, но... а я вообще не знаю, почему фортепиано! Почему не скрипка? Не труба? Почему не валторна?

Анна: А тебе показывали вообще скрипку, валторну, трубу?

Абисал: Да, конечно, я ведь часами слушал — мне было интересно. Анна: И не было такого, что ты вот, маленький, в яме сидишь и говоришь «О, труба такая золотая, хочется научиться на ней играть!»

Абисал: Нет, нет. Я сейчас на самом деле понял, что для фортепиано есть очень богатый репертуар. В отличие от трубы. Анна: Представляю себе прагматичного ребенка, который сидит, значит, в 4 года в оркестровой яме и такой: «Нет, ну я, пожалуй, выберу фортепиано — у него ведь очень богатый репертуар!» Так, теперь покончим с банальностями — еще один стандартный вопрос: а дирижером потом станешь?

Абисал: Может, и стану. Но сейчас я о карьере дирижера не думаю. Слушаю много симфонической музыки, разных дирижеров и, естественно, много записей папы. Да, хотелось бы попробовать точно. Но пока я не стану пианистом такого высокого качества, какого мне хочется, нет смысла и начинать. Может, это произойдет через 5 лет, может — через 10. Тогда я буду готов, наверное, и попробовать.

Футболка Brunello Cucinelli, пиджак и брюки Sandro

Анна: Пианист, как и дирижер, тоже заряжает зал своей энергией, какие-то образы транслирует. А ты как пианист откуда знаешь, что нужно воплотить в ноктюрне Шопена? Ты это как чувствуешь? Слушаешь педагога? Пытаешься повторить то, что слышал в записях?

Абисал: Ну, во-первых, всегда нужно опираться на текст. Пытаться понять, что хотел композитор. Конечно, я также опираюсь и на свое чутье — я слышу музыку и у меня почти сразу возникает идея, что можно с этим звуком сделать, как его преобразить в убедительный образ. Мне кажется, именно в этом и заключается талант музыканта. Но, конечно, нужно не просто опираться на «я художник, я так вижу»: хорошо еще понимать, в какое время композитор жил, каким он был человеком, и пытаться воплотить ту идею, которая была заложена в текст автором.

Анна: Как по-твоему, в музыке есть лирический герой? Когда ты играешь, ты представляешь на месте себя композитора или героя пьесы?

Абисал: Это хороший вопрос. В произведении заложено настроение именно композитора, его эмоций? Или композитор просто захотел создать некий образ и абстрагироваться? Я вот все думаю: Чайковский, когда писал свою Шестую симфонию, последнюю, — что он чувствовал? Эта работа была больше интеллектуальная? Или эмоциональная? Я редко именно перевоплощаюсь в то настроение, которое есть в музыке. Я просто погружаюсь в него и пытаюсь сделать то, что уйдет в зал, убедительным, живым и близким к тексту.

Анна: А ты никогда не думал... наверняка же рефлексировал, каким нужно быть, чтобы понравиться публике? Пианисты — все-таки сложная история. Вот у меня есть музыкальное образование, но так, чтобы проанализировать произведение, сыгранное двумя разными пианистами, и сказать, кто из них лучше и почему именно его полюбила публика, мне сложно. Может, дело в харизме, во внешности? Или только в игре?

Абисал: Это сложный вопрос. Интересный. Я и сам иногда думаю, почему некоторые пианисты именно вот так вот в сердечко публики залетают? Думаю, во-первых, нужно уметь сыграть музыку так, чтобы публика ее поняла, чтобы она была ей доступна! Чтобы это не была только смесь звуков, которая не вызывает никаких эмоций. Ну звук и звук! Я могу по двери стукнуть — тоже звук будет. Изложить музыку в понятной логичной манере — это вот и есть задача. Как этого достичь? Публике нужно чувствовать эмоциональный импульс от пианиста — что он горит тем, что делает, что он вовлечен. Особенно той публике, которая, может, в первый раз слышит выступление классического пианиста. Потому что классическая музыка сложнее для восприятия, чем поп-музыка и другие жанры. В ней намного больше информации! И для ее восприятия нужно больше внимания, во-первых, и понимания, во-вторых.

Анна: Ты сказал: нужно сделать музыку понятнее для слушателя, и он тебя полюбит. По сути, получается, он тогда почувствует, что ты не сверху вниз ему что-то вещаешь и не просто привел его полтора часа посидеть на стуле красивом, а ты ему хочешь что-то важное донести. Но как этого достичь? Что ты делаешь такого, чтобы сделать музыку понятной? Абисал: Ты должен вложить эмоциональный импульс и построить фразу так, чтобы в зале слышали через нее живое, человеческое…

Анна: По сути, открыть душу?

Абисал: Ну да. Но бывает, публика это не чувствует.

Анна: Да ты что!

Абисал: Ну конечно, я уверен, так случается. Бывает, пианист живет музыкой, а карьера не идет. Или публика не привязывается, или на конкурсах не получается — обидно, что так происходит. Но касательно того, что нужно сделать: играть убедительно. Выбрать правильную динамику, образ, эмоцию. Чтобы шли четкие и понятные ассоциации. Но в конечном счете все эти вопросы сводятся к одному: как вообще происходит так, что через звук можно передать эмоцию или воплотить образ?

Анна: Или даже жизненный опыт…

Абисал: Взять ту же гармонию: играю аккорд и у меня в голове возникает ассоциативная связь с эмоцией. Я не понимаю, как это работает, как мозг может трансформировать звук во что-то эмоциональное. Но мозг это делает — и делает с большим успехом. Ведь, бывает, музыка доводит человека до слез. Или приводит в состояние катарсиса, очень сильного эмоционального опьянения.

Анна: Люди, которые приходят на твой концерт, — они для чего приходят?

Абисал: Ну, часть людей приходит, потому что им интересно понять и почувствовать музыку. Часть — из-за эстетики: все-таки поход в театр — это красиво. Даже если сама музыка тебя не трогает, то оркестр, дирижер, аплодисменты, тишина — это все очень эстетично. И буфет тоже, да!

Анна: Буфет, да!

Абисал: Это очень важно. Хороший буфет — залог успеха.

Анна: Вот! Согласна! А пианист? Важен ли образ пианиста на сцене?

Абисал: Очень! Некоторые пианисты настолько индивидуальны и ярки, что ты идешь слушать не просто произведение, а то, что именно пианист сделает с этим произведением. Но я не думаю, что это хорошая идея — пытаться привлечь через внешность. Анна: Я вот Арсения Муна спросила, хотел бы он сыграть не в черном костюме, а в красном, например. И вот к тебе тот же вопрос.

Абисал: Кстати, Арсений иногда играет концерты в черной рубашке, но с изображением льва на спине!

Анна: У-у-у! А ты себе что-нибудь позволяешь эдакое?

Абисал: Хотя там как бы не лев, а силуэт льва, черная ниточка. Но все-таки это уже отход от строгости. Может, и нужно расширять эти границы — в чем ты можешь выходить на сцену. Но это будет отвлекать от сути того, зачем ты выходишь. Я предпочитаю выходить в черной рубашке или в костюме, чтобы все внимание было сконцентрировано на музыке. Чтобы люди не думали во время выступления: «Ой, зачем он в этом вышел?» Даже если я считаю, что было бы нормально сыграть в красном, фиолетовом, желтом — да в каком угодно костюме, или босиком там, или с татуировками. Я был бы не против.

Анна: Ты пишешь сам музыку?

Абисал: Я иногда стараюсь сочинять: не импровизировать, а именно сочинять. Но у меня нет большого таланта к этому, если честно.

Анна: Ну и ладно. Не кажется ли тебе, что в мире уже есть слишком много музыки?

Абисал: Чем больше музыки, тем лучше.

Анна: Тогда назови лучший фильм про классическую музыку или с ее участием. Вот прочитают люди твое интервью — и захотят посмотреть что-нибудь тематическое!

Абисал: Пф-ф... хороший вопрос! Есть фильм про пианиста, очень известный, он называется просто годом — там история в том, что пианист работает на корабле, работает…

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Виталий Несис Виталий Несис

Виталий Несис – исполнительный директор компании «Полиметалл»

Собака.ru
Зима близко: руководство по тренировкам в холодную погоду Зима близко: руководство по тренировкам в холодную погоду

Занятия в холодное время года дают особые преимущества

Men’s Health
Это не Чехов! Это не Чехов!

Почему современный театр изменяет классику, но никогда ее не бросает

Weekend
Пирог с антоновкой и миндальным тестом Пирог с антоновкой и миндальным тестом

Когда я сообщаю гостям, что мой пирог без капли муки, его вожделеют все

Weekend
Песня про счастливого Песня про счастливого

Не более полутора минут – столько уйдет на чтение этого рассказа

Esquire
«В магазин должны идти не за пивом, а к тебе»: предприниматель открывает пивные магазины для других «В магазин должны идти не за пивом, а к тебе»: предприниматель открывает пивные магазины для других

Аракелян начал с торговли в ларьках в 90-е, а сейчас открывает пивные магазины

VC.RU
Мрачные сказки Мрачные сказки

«Черные гуси» и «Баллада о мальчике по имени Ножниц» Марианны Лаптевой

Esquire
Секрет — в брокколи Секрет — в брокколи

Ани Тейлор-Джой о триллере «Прошлой ночью в Сохо»

OK!
Мусульмане, горожане и жители крайнего севера: зачем ориентировать бизнес на метарегионы Мусульмане, горожане и жители крайнего севера: зачем ориентировать бизнес на метарегионы

Ориентация на метарегионы может дать больше, чем ориентация на страны

Inc.
Новый русский Гарвард. Как создать успешное профессиональное сообщество из тех, кто только учится Новый русский Гарвард. Как создать успешное профессиональное сообщество из тех, кто только учится

Зачем нужны и как создаются новые объединения учащихся в России

СНОБ
Светлана Миронюк — Forbes: «Из медиа уходит влияние, как воздух из воздушного шарика» Светлана Миронюк — Forbes: «Из медиа уходит влияние, как воздух из воздушного шарика»

Есть ли у журналистики будущее? Настанет ли гендерное равенство в бизнесе?

Forbes
Земля и небо Земля и небо

Интерьер в природных оттенках на тридцать шестом этаже московской новостройки

AD
Статус: доступен Статус: доступен

Социальные сети вовлекли нас в гигантскую паутину непрерывного общения

Psychologies
Колики или нет? Колики или нет?

Как быстро снять дискомфорт в животике малыша?

Лиза
Я чувствовала себя как в клетке Я чувствовала себя как в клетке

История о том, как воля к победе творит чудеса

ПУСК
Тише! Вы же в библиотеке! Тише! Вы же в библиотеке!

Наталья Османн рассказывает о том, почему важно читать классику

Elle
7 самых необычных и таинственных мест на планете 7 самых необычных и таинственных мест на планете

Эти уголки планеты заставят вас удивиться

Playboy
Другой берег Другой берег

Черногория готова принимать гостей как с моря, так и с суши

Robb Report
Вы и убили-с: случай Кристи Вы и убили-с: случай Кристи

Галина Ельшевская рассказывает о классических детективных романах

Полка
Алексей Меркулов, Animaccord: «У нас с самого начала не было стратегии продавать контент» Алексей Меркулов, Animaccord: «У нас с самого начала не было стратегии продавать контент»

Коммерческий директор Animaccord — о популярности сериала «Маша и Медведь»

Эксперт
Десятки японских кораблей времён Второй мировой войны поднялись со дна моря Десятки японских кораблей времён Второй мировой войны поднялись со дна моря

Две дюжины кораблей поднялись со дна океана после подземных толчков

National Geographic
Голос, космос и различные странности. Что все-таки нас объединяет? Голос, космос и различные странности. Что все-таки нас объединяет?

Журналист Сююмбике Давлет-Кильдеева — о громком молчании

РБК
24 часа с Лёлей Гущиной 24 часа с Лёлей Гущиной

Один день участницы шоу «Студия СОЮЗ» на ТНТ Лёлей Гущиной

Cosmopolitan
Выбираем SSD: на что обратить внимание при покупке Выбираем SSD: на что обратить внимание при покупке

Получите ли вы выигрыш от самого доступного SSD? Какой накопитель будет быстрее?

CHIP
Настройка экранного времени Настройка экранного времени

Интервью с телеведущим Азаматом Мусагалиевым

Glamour
Мобильные данные Мобильные данные

Сегодня мы заливаем в машину не только топливо, но и гигабайты информации

GQ
Стоит отметить Стоит отметить

Оксана Бондаренко, основательница бренда «Ли–Лу», отмечает 28 лет в бизнесе

Harper's Bazaar
Открыто соединение, способное «включаться» под действием лазера Открыто соединение, способное «включаться» под действием лазера

Созданный фосфонат позволит точнее и безопаснее воздействовать на организм

Популярная механика
Подточить клыки, установить камеру: странные запросы пациентов стоматолога Подточить клыки, установить камеру: странные запросы пациентов стоматолога

Странные пожелания пациентов стоматолога

Cosmopolitan
Что общего у нейронов с яичницей Что общего у нейронов с яичницей

Рак можно распознать в самый первый момент, когда опухоль только формируется

Наука
Открыть в приложении