Интервью с главным публиным лицом death studies в России Сергеем Моховым

EsquireРепортаж

Антрополог и исследователь смерти Сергей Мохов о том, как в российском обществе заговорили о смерти, и о том, каково это — профессионально ее изучать

Максим Мамлыга

Сергей Мохов

Антрополог Сергей Мохов сейчас главное публичное лицо death studies в России. Его отправная точка — феномен смерти: исследования похоронной индустрии и обрядов, восприятия горя и утраты обществом, история идей в этой области. Мохов издает журнал «Археология русской смерти» и написал книгу «История похоронной индустрии. От средневековых погостов до цифрового бессмертия», выдержавшую несколько переизданий. Сейчас на полках книжных магазинов появилась вторая книга Мохова — «История смерти. Как мы боремся и принимаем» (фрагмент выходил на Esquire.). Мы поговорили с Моховым о том, как сформировались представления современных россиян о вечном, и о том, почему, говоря о смерти, мы подразумеваем жизнь.

О чем мы на самом деле говорим, когда говорим о смерти

Когда мы говорим о смерти — мы говорим о жизни. В большей степени о политике, социальном устройстве, справедливости и так далее. На мой взгляд, интерес образованной публики в России к теме смерти связан с тем, что смерть очень хорошо оттеняет разговоры о человеке, о субъекте, о политике. Ведь когда мы говорим об эвтаназии — мы говорим о политике; когда мы говорим о горевании — мы говорим о политике; когда мы говорим о бессмертии — мы тоже говорим о политике. Мы говорим о человеке — имеет человек право на добровольный уход из жизни или не имеет, добрая или злая природа у человека, нужен ему контроль или не нужен. Речь именно об этом, а не о каких-то прикладных вещах.

О разрушении монополии на разговор о смерти

Русскоязычный человек часто стоит в немного колониальной позиции, он вынужден с открытым ртом смотреть, а что там якобы на каком-то умудренном Западе говорят. Можно признаться, что в случае разговора о смерти это действительно в какой-то степени так. Мы находимся в немного такой не то чтобы догоняющей позиции, но более переходной. Старый язык разговора о смерти — монопольный — уже отошел, а нового языка нет. Раньше говорила церковь, потом о смерти пыталась говорить партия — у нее это очень плохо получалось, сейчас о смерти может говорить самое огромное количество людей. Это здорово, значит, они конкурируют, и в этой конкуренции рождается какое-то осмысление этого недосягаемого для нас опыта. Разговор о смерти — хорошая отправная точка для общественной дискуссии.

О том, как хосписное движение связано с политикой

Во всем мире хосписное движение зарождалось и развивалось как часть new social movement — низовых социальных движений. Этот процесс связан с ростом тем феминизма, благотворительности, социального государства, борьбы за права человека, гуманизма и так далее. Каждый человек имеет право не быть униженным болью, не быть униженным отсутствием гигиенических возможностей, отсутствием выбора питания. Смерть не должна быть унизительной.

В России эта идея была завезена с распадом СССР — Виктором Зорзой и некоторыми другими активистами. И что любопытно — бум в движении, колоссальный приток активистов произошел после провала протестов 2011 года. Про это пишут очень много социологов — про уход активистов в благотворительность, в низовые проекты, переходят к так называемой практике малых дел, или практике реальных дел. Условно говоря, Путина можно победить, когда идешь красить лавочки во дворе. Отсюда вырастает активизм последних десятилетий, начиная от Шиеса, свалок, вырубки парков и так далее. И вот какая-то часть активистов ушла не в урбанизм, троллейбусы, лавочки и велосипедные дорожки, она ушла в паллиативное хосписное движение, так как хосписное движение очень хорошо совпадает с тем, чтобы заниматься политикой под видом социального действия, социальных услуг.

Вроде вы занимаетесь паллиативной помощью, а на самом деле вы все время актуализируете проблему достоинства, проблему прав человека, необходимость милосердия — очень политических установок. Это появилось потому, что трансформировалась европейская и американская политика. До России это постепенно докатывается, неудивительно, что хосписные активисты — это активисты, имеющие, на самом деле, очень четкую политическую позицию.

В конце года про это у меня выйдет англоязычная статья в британском журнале Mortality, посвященном смерти и умиранию, где я рассказываю непосредственно о хосписном движении в России.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

10 скандальных и спорных высказываний Владимира Жириновского 10 скандальных и спорных высказываний Владимира Жириновского

Несколько ярких и спорных цитат Владимира Жириновского

Esquire
Солдат Мулан: какой получилась новая экшен-версия диснеевского мультфильма о китайской девушке-воине Солдат Мулан: какой получилась новая экшен-версия диснеевского мультфильма о китайской девушке-воине

Голливуд осваивает фемповестку, но остается верным традиционным ценностям

Esquire
Приглушенные голоса. Юлия Петрачук — о фестивале оперной музыки, написанной женщинами Приглушенные голоса. Юлия Петрачук — о фестивале оперной музыки, написанной женщинами

Как женщины участвуют в современной академической музыке и необычных операх?

СНОБ
Как правильно делать маникюр в домашних условиях Как правильно делать маникюр в домашних условиях

Рассказываем все тонкости домашнего маникюра

Cosmopolitan
Болезнь Гоголя? Узнайте, как людей с «каталепсией» хоронили в гробах заживо! Болезнь Гоголя? Узнайте, как людей с «каталепсией» хоронили в гробах заживо!

Когда-то от погребения некоторых людей буквально «спасал звонок в колокол»

ТехИнсайдер
Прыжок в карьеру Прыжок в карьеру

Cергей Гилев о том, каково это – в 40 лет проснуться востребованным актером

Esquire
Истории внутри нас Истории внутри нас

Истории о женском теле и здоровье от победительниц конкурса #ИсторииVнутриНас

Grazia
Победитель конкурса GQ Платон Никитин о секонд-хендах, высокой моде и TikTok Победитель конкурса GQ Платон Никитин о секонд-хендах, высокой моде и TikTok

Тикток-блогер Платон Никитин о моде и магазинах, в которые никогда не пойдет

GQ
Сами с усами Сами с усами

Женщина вполне способна справиться с ремонтом сама – попробуй!

Лиза
Правила жизни Агаты Кристи Правила жизни Агаты Кристи

Агата Кристи: «Война не решает никаких проблем»

Esquire
Сам себе портной: что можно сшить из старых джинсов Сам себе портной: что можно сшить из старых джинсов

Сумка, сарафан, юбка и другие детали гардероба, которые можно сшить дома

Cosmopolitan
На искусственный интеллект выделят 36 миллиардов На искусственный интеллект выделят 36 миллиардов

В России принят еще один проект поддержки искусственного интеллекта

Эксперт
Семь очень древних звуков, которые удалось воссоздать ученым Семь очень древних звуков, которые удалось воссоздать ученым

Как «заговорили» тираннозавры, египетские мумии и кое-кто еще!

Maxim
Давать свободу, доверять и наплевать на оценки. Мэй Маск и Эстер Войжитски — о том, как воспитать ребенка, который попадет в список Forbes Давать свободу, доверять и наплевать на оценки. Мэй Маск и Эстер Войжитски — о том, как воспитать ребенка, который попадет в список Forbes

О принципах воспитания нескольких участников списков Forbes из первых уст

Forbes
Почему Кремль боится санкций США и не боится Евросоюза Почему Кремль боится санкций США и не боится Евросоюза

Неуступчивость в отношениях с Евросоюзом работает

СНОБ
Как стать любящим родителем самому себе Как стать любящим родителем самому себе

У нас есть шанс наладить отношения с родителем внутри нас

Psychologies
13 отличных британских комедийных сериалов 13 отличных британских комедийных сериалов

Прелесть британских комедийных сериалов — в том, что они достаточно короткие

Esquire
«Не замужем» не значит одна, «одинока» не значит несчастна «Не замужем» не значит одна, «одинока» не значит несчастна

У моих знакомых проблема: я не замужем

Cosmopolitan
Прочтите фрагмент нового романа Бориса Акунина Прочтите фрагмент нового романа Бориса Акунина

Отрывок из нового исторического детектива Бориса Акунина

GQ
Его прекрасная леди Его прекрасная леди

О любви первого президента СССР выходит спектакль. Что известно

Vogue
«Наши» и «ваши» «Наши» и «ваши»

Как изменил Беларусь месяц протестов

Огонёк
Новый способ преобразования кремния в наночастицы Новый способ преобразования кремния в наночастицы

Ученые из Сколтеха разработали новый способ переработки кремниевых пластин

Популярная механика
Что делать стартапам, которые надеялись на привлечение капитала Что делать стартапам, которые надеялись на привлечение капитала

Каждый ли стартап нуждается в инвестициях на ранних стадиях

СНОБ
Следуй за мной Следуй за мной

Следуем за сложной геометрией пространства

AD
Безглазые пескорои потеряли юго-запад Безглазые пескорои потеряли юго-запад

Эти грызуны практически слепые, но они ориентируются на магнитное поле

N+1
Роберта Паттинсона, Тома Холланда и Билла Скарсгарда бесы попутали Роберта Паттинсона, Тома Холланда и Билла Скарсгарда бесы попутали

Бог забыл про Огайо и Западную Виргинию, надвигается кромешная тьма

GQ
Почему мы любим поговорить о бывших (особенно с нынешним) Почему мы любим поговорить о бывших (особенно с нынешним)

Признавайся, у тебя тоже бывает такое, что хочется рассказать о своем бывшем?

Cosmopolitan
10 фактов, которые делают хищников еще опаснее 10 фактов, которые делают хищников еще опаснее

Удивительные и пугающие черты хищников

Популярная механика
Киностудии дореволюционной России Киностудии дореволюционной России

Кто создавал в России первые киностудии и какие картины на них снимали

Культура.РФ
Аллергия на кошек: что делать, чтобы не расставаться с пушистым другом Аллергия на кошек: что делать, чтобы не расставаться с пушистым другом

Как жить одновременно с кошкой и аллергией на кошек?

Cosmopolitan
Открыть в приложении