«Голод»: книга ненависти к себе
Редакция Елены Шубиной выпустила книгу Светланы Павловой, в которой главная героиня страдает расстройством пищевого поведения
![](https://cs.kiozk.ru/content/9yx/ups/vdj/63jv40ss5mb0ocjlmvxkfuc/art/98067/fgz4ywve.jpg?v=1&temp_url_sig=WEw57AM7va32S0dmgyeCag&temp_url_expires=1725839452)
В автофикшен принято смешивать элементы собственной биографии с вымыслом. Герой не равен автору. Но сила воздействия текстов, написанных в этом жанре, как раз в том, что читатель ассоциирует писателя с его персонажем и воспринимает все написанное как реальную историю. Скорее всего, это и есть тот эффект, какого добивается автор. Он пишет текст от первого лица и перевоплощается в своего героя. Но в отличие от актера, сначала входящего в образ, а потом выходящего из него, у писателя нет обратного пути из выдуманной им реальности. В глазах читателей он навсегда останется тем самым человеком, который не только пережил написанное им в своем воображении, но и испытал его на собственной шкуре. А вдруг магия текста перестанет действовать, если автор начнет отделять выдуманное от невыдуманного, объяснять, что было, а чего не было? Да и есть ли смысл что-либо отрицать, если автор не описывал ничего выходящего за рамки закона?
В автофикшен автор преодолевает «смерть», напророченную ему Роланом Бартом. Он намертво припаивает текст к себе. Здесь он навсегда главный герой и двигатель сюжета. У читателя нет выбора: либо он принимает автора таким, какой он есть, и соглашается провести время в его обществе от начала книги до ее конца, либо нет. Как показывает опыт Салли Руни, чтобы развлечь читателя книгой на триста-четыреста страниц, не нужно прятаться под масками разных персонажей,