План Трампа два года спустя

Консерваторы против глобалистов

ЭкспертОбщество

План Трампа два года спустя

Консерваторы против глобалистов: президент США делает ставку на военных, нефтяников и саудовцев, «мягкая сила» уступает место прямому силовому давлению

Константин Стригунов

Дональд Трамп, 45-й президент США. ТАСС

Новый виток противостояния американских элит довел страну до рекордного по продолжительности шатдауна в истории США. Шатдаун — это техническое ограничение деятельности правительства вследствие того, что демократы и республиканцы в Конгрессе не могут договориться о параметрах бюджетного процесса. Такие кризисы случались и при прежних президентах, но тогда речь шла о способности сторон достигать компромисса по тем или иным программам. Сегодня в дело вмешалась идеология и стойкая ненависть части элит к президенту Дональду Трампу, которого спустя два года его пребывания в Белом доме все так же мечтают отправить в отставку через импичмент, как и на старте срока. Тем более что не только внутренняя политика оказывается в центре жестких противоречий элит, но и внешняя.

В американском истеблишменте много различных идеологических течений, которые традиционно объединяют в две группы. Первую представляют глобалисты-неолибералы — они стремятся ликвидировать любые национальные ограничения и границы, которые мешают транснациональному бизнесу и долларовой гегемонии. Яркие представители этого лагеря — предыдущий президент Барак Обама и несостоявшийся преемник — Хиллари Клинтон. Во времена этих политиков США делали ставку на ликвидацию суверенитета государств с помощью современных технологий разрушения политических режимов и прокси-сил — часто откровенно террористического типа.

Расходы США на национальную оборону

Действующая администрация во главе с Трампом представляет иную часть спектра американского истеблишмента, более консервативную и национально ориентированную. Для них США, национальная экономика и благосостояние американских граждан на первом месте. Они склонны к прямой агрессии, интервенции, поскольку считают, что методы опосредованного управления и переформатирования целых регионов менее эффективны. Хотя прямое военное вмешательство (к примеру, Афганистан и Ирак) имеет подчас больше побочных эффектов в политическом и экономическом отношении. Сторонники принципа America First сами делятся на две условные подгруппы: те, кто считает необходимым активно навязывать свои интересы по всему миру (к ним относятся неоконсервативные круги) и более изоляционистски настроенные республиканцы, такие как Трамп.

В Демократической и Республиканской партиях, внутри политической и чиновничьей номенклатуры есть представители всех трех направлений. Более того, есть точка зрения, что отцы-основатели американской империи заложили в систему госуправления такой крепкий фундамент и баланс сдержек и противовесов, что, какой бы президент ни попал в Белый дом, политика Соединенных Штатов останется неизменной. Но мы видим, что это не совсем так: поведение последних двух администраций разительно отличается. Мы сравнили два «Совместных стратегических плана (Joint Strategic Plan, JSP)» Обамы и Трампа. Это документы, в которых отражено видение госсекретаря и администратора Агентства по международному развитию (USAID) по вопросам внешней политики, основанным на обязательствах президентах США перед гражданами. Фактически JSP документирует стратегическое планирование Белого дома. План преследует четыре цели: защита безопасности США внутри страны и за рубежом; возобновление конкурентного преимущества США для устойчивого экономического роста и создания рабочих мест; продвижение американского лидерства; обеспечение подотчетности американскому налогоплательщику. Если говорить о USAID, то его формальные задачи состоят в поддержке торговли, экономического роста, гуманитарной помощи, поддержке демократии и т. д. Но помимо этого через USAID ведется подрывная работа с политической элитой, бизнесом, молодежью, интеллигенцией ряда государств. Часто подобная деятельность приводит к «цветным революциям».

Добыча нефти в США

Меньше «мягкой силы»

Первое, что бросается в глаза, — в JSP на 2018–2022 годы сокращаются статьи финансирования Госдепартамента, программ USAID и раздела «Зарубежные операции» (Foreign Operations) по сравнению с временами Обамы. При нем внешнеполитическое ведомство США обладало большими ресурсами, чем в сейчас, и активно участвовало во всех ключевых событиях на мировой арене, начиная с серии переворотов в Магрибе и на Ближнем Востоке, получивших название «арабская весна», и заканчивая государственным переворотом на Украине в 2014 году.

Трамп уменьшил финансирование и политический вес Госдепартамента в иерархии своей администрации. Во-первых, в память о своих непростых отношениях с этим ведомством в период предвыборной кампании. Тогда Госдепартамент фактически превратился в «предвыборный штаб» Клинтон и демонстративно оказывал ей поддержку. Трамп такое не забывает.

Во-вторых, по-видимому, новый президент придерживается иного внешнеполитического стратегического видения. Основные сокращения Joint Strategic Plan коснулись той части бюджета, которая предназначена для оказания влияния в государствах и регионах, где есть интересы США. Предоставление «экономической помощи» и деятельность USAID относятся к концепции так называемой мягкой силы (soft power), разработчиком которой считается политолог Джозеф Най. Это не значит, что США станут меньше вмешиваться в дела других суверенных государств, скорее, акценты сместятся с непрямых методов воздействия на классические меры силовой поддержки. Например, киевскому режиму поэтапно будет выделено 350 млн долларов по линии минобороны, включая поставку техники и летальных вооружений.

Примечательно, что сокращение финансирования USAID совпало с обсуждением возможного объединения агентства с Госдепартаментом, против чего резко выступили американские аналитические структуры. Опасения в американском экспертном сообществе связаны с тем, что правительство Соединенных Штатов может лишиться одного из ключевых инструментов стратегического влияния и переформатирования условий в отдельно взятой стране или даже регионе.

Расходы Госдепартамента и USAID при Дональде Трампе уменьшаются (млрд долларов)

Больше грубой силы

Одним из основных маркеров, по которым можно судить о радикальных расхождениях в подходах сил, стоящих за Трампом и Обамой, является их отношение к двум интеграционным проектам. Речь идет о Трансатлантическом торгово-инвестиционном партнерстве (Transatlantic Trade and Investment Partnership, TTIP) и Транстихоокеанском партнерстве (Trans-Pacific Partnership, TTP). Это две суперструктуры, смысл создания которых заключается в фактическом захвате европейских и азиатских рынков, конкретнее — в ослаблении торгово-экономических (а значит, и политических) связей между ЕС и Россией, а также между ЕС и Китаем. Доступ в эти зоны должен был быть ограничен и для Индии. По сути, инициация TTIP и TTP — это стремление транснационального капитала окончательно разрушить национальные барьеры и подавить государственные интересы в пользу интересов глобального бизнеса в масштабах двух третей всей мировой экономики. Следствием реализации этих проектов должно стать разрушение суверенитета десятков государств ЕС и Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) с радикальным усилением ТНК и финансовых организаций. Но одновременно воплощение в жизнь этого плана автоматически означает ослабление национально ориентированного бизнеса в США. Подход Трампа и стоящих за ним сил иной: для них США как государство должно быть на первом месте, и оно должно диктовать правила глобальным элитам.

Однако суть не в том, что Обама продвигал глобальные интеграционные проекты, а Трамп поставил на них крест. Интересно наблюдать, как изменилась внешнеполитическая стратегия поведения американской дипломатии вследствие радикального разворота интересов Белого дома. Это хорошо видно из анализа документов JSP.

Вместо акцента на продвижение TTIP и TTP как центральных элементов экономической (и, следовательно, геополитической) стратегии в Европе и АТР в JSP 2018–2022 основной упор делается на стратегическое противостояние главным государственным противникам США — России, Китаю, Ирану, КНДР. В подходе и целях глобалистов доминирует задача подавить суверенитет стран и целых регионов для продвижения TTIP и TTP, используя технологии непрямого вмешательства. Сюда относятся политико-дипломатическое давление, деятельность агентов влияния, создание хаотизированных зон по периметру ключевых противников и т. п. Эти методы призваны блокировать допуск военно-политического и экономического проникновения стран-противников в регионы, входящие в TTIP и TTP. Для решения этих задач крайне важно использовать дипломатические методы и навыки организаций по типу Госдепартамента, USAID и спецслужб, которые применяют современные технологии организационного управления, финансируют СМИ, НПО, НКО, выделяют гранты, проводят семинары, конференции для навязывания странам западной (в первую очередь американской) системы ценностей. Но, как мы уже выяснили, финансирование этих статей при Трампе было урезано. Что пришло им на смену?

Вместо непрямых методов воздействия ставка сделана на классическую военную мощь государства. Напомним, что при Трампе расходы на национальную оборону достигли рекордной цифры — 716 млрд долларов (см. график). Разумеется, и при Обаме расходы на оборону были значительными, однако не за счет сокращения ассигнований на Госдепартамент и зарубежные операции. Односторонний выход Трампа из ДРСМД с Россией, а также создание Космических сил и принятие новой ядерной доктрины США еще больше развязывают руки американской военной машине. Трамп куда более склонен к использованию прямой военной силы. Достаточно вспомнить отданные им приказы нанести удары по объектам в Сирии в апреле 2017 и 2018 годов. Для сравнения: Обама после провокации с использованием химического оружия в Восточной Гуте в августе 2013 года не пошел на прямой удар. Или другой пример, с Северной Кореей. После испытания Пхеньяном термоядерного заряда Трамп отреагировал грозной риторикой, отправил авианосные группы к Корейскому полуострову для совместных учений с Южной Кореей. Обострение ситуации в регионе достигло небывалого уровня за последние двадцать пять лет. При Трампе были также проведены крупнейшие со времен окончания холодной войны военные учения НАТО Trident Juncture, а, по заявлению самого Трампа, остальные страны альянса согласились повысить расходы на оборону (более 2% ВВП).

От партнеров к врагам

В новом JSP куда четче прописаны угрозы национальным интересам США со стороны конкретных держав. Некоторые из них предыдущая администрация считала надежными партнерами, а не врагами. Теперь же стремительный рост Китая «вызывает беспокойство». Госдепартамент считает, что он стремится увеличить свое влияние в АТР. Кроме того, особое опасение вызывает «милитаризация спорных территорий в Южно-Китайском море», «нарушение норм в киберпространстве» и «поддержка Северной Кореи», а также «пренебрежение правами человека» и «недобросовестные торговые и инвестиционные практики».

В JSP 2018–2022 куда больше внимания уделяется Ирану как основной угрозе американским интересам на Ближнем Востоке. По сравнению с предыдущим планом Иран упоминается в тексте почти в три раза чаще. Это неудивительно: при Обаме с Тегераном была заключена сделка по иранской ядерной программе (СВПД). Кроме того, на Иран была сделана ставка как на нового регионального «жандарма» в противовес ориентированным на республиканцев арабским монархиям. После прихода в Белый дом Трампа подход кардинально изменился. Он в одностороннем порядке вышел из СВПД и стал куда более агрессивно действовать против проиранских сил в Сирии.

Даже в разделах JSP, посвященных борьбе с терроризмом, можно увидеть смещение внешнеполитических интересов США. При Обаме борьба с «Исламским государством» (ИГ; организация запрещена) проводилась путем ограниченных авиаударов и ликвидации наиболее недоговороспособных террористов. Отчасти такая война не в полную силу была связана с использованием ИГ против Саудовской Аравии, на что указывает конфигурация зоны конфликта на период лето–осень 2016 года. Антисаудовские действия администрации Обамы просматриваются и в ставке на группировки, руками которых осуществлялась «арабская весна». Например, поддерживаемые Катаром «Братья-мусульмане». Наравне с переносом ставки на Иран Доха числилась одним из важнейших инструментов демонтажа целого ряда прореспубликанских арабских режимов в интересах глобалистов.

Экспансия Дохи, в том числе на энергорынках, завершилась с приходом в Белый дом Трампа, представляющего ТЭК и силы, близкие к Саудовской Аравии. Подход в отношении к ИГ был пересмотрен. Воссозданная при поддержке США коалиция из курдов ставила перед собой цель взять под контроль территории к востоку от Евфрата, занятые на тот момент игиловцами. Одновременно проводилась операция по деблокаде Дейр эз-Зора проасадовской коалицией, а освобождение иракского Мосула вошло в решающую фазу. Таким образом, синхронизированная атака на основные позиции ИГ позволила лишить его маневра и за год сократить занятые им территории приблизительно на 90%. Тем самым попутно была устранена угроза Саудовской Аравии.

ТАСС

Глобальная энергетика

Большое значение в JSP 2018–2022 уделяется вопросу энергетики. Трамп представляет интересы топливно-энергетического комплекса и заинтересован в снятии ограничений для развития углеводородной энергетики США. Сланцевая революция 2000-х и отмена Обамой запрета на экспорт нефти открыли для США возможность влиять на рынок энергоресурсов. Так, объем добычи нефти в США в 2018 году достиг рекордных 11,7 млн баррелей в сутки (см. график). Кроме того, Вашингтон сознательно идет на подрыв неустойчивого баланса спроса и предложения на нефтяном рынке через наращивание добычи, тем самым решая сразу несколько задач. Первая — радикальное изменение энергетической политики, позволяющее, по мнению Трампа, добиться независимости в этой критически важной сфере. Вторая — усиление позиций стоящего за ним ряда республиканских кланов внутри США.

Еще один фактор, влияющий на количество добываемой нефти, — снятие Трампом запрета Обамы от 2010 года на разработку нефтяных месторождений на американском шельфе. Опубликован проект плана сдачи в аренду участков на шельфе США для разведки бурения нефтяных скважин на 2019–2024 годы. До 2024 года правительство предоставит национальным энергетическим компаниям 47 участков суммарной площадью 4 млн кв. км с общими запасами 90 млрд баррелей нефти и 319 трлн кубометров газа (всего 90% американского шельфа), что скажется на нефтяных котировках в сторону их уменьшения и отразится на странах —экспортерах нефти.

А еще летом 2017 года Трамп заявил о выходе из Парижского соглашения по климату, так как его выполнение стоило бы США 2,7 млн рабочих мест.

Отдельное внимание уделяется задаче повышения энергетической безопасности и обеспечения доступа к «диверсифицированным, доступным и надежным» источникам энергии к 2022 году. Таким образом Трамп пытается провести процесс решоринга, то есть вернуть выведенные ранее из США капиталы с помощью снижения ставки налогообложения и не допустить сокращения рабочих мест внутри страны. Фактически вложения в ТЭК должны послужить импульсом для реиндустриализации американской экономики.

Но есть и внешнеполитическая сторона энергетического вопроса. Так, в JSP говорится о намерении использовать «целевые энергетические санкции» и другие меры, чтобы лишить террористические организации и «государства-изгои» доступа к средствам, полученным от продажи природных ресурсов, а также препятствовать странам-монополистам, «использующим энергию в качестве политического и экономического оружия». Эти меры будут применяться в отношении тех государств, которые ведут себя «вне существующих договоров, соглашений и международных норм», в значительной мере определяемых США. Это значит, что санкции рассматриваются в качестве экономического оружия, в применении которого США обвиняют другие государства.

Таким образом, из JSP 2018–2022 следует, что стратегию становления США как энергетической сверхдержавы (America First Energy Plan) Дональд Трамп и его окружение рассматривает как оружие против геополитических противников. В группе наивысшего риска Венесуэла, Нигерия и Россия. Например, действующая американская администрация пытается наладить экспорт СПГ на европейский рынок, чтобы вытеснить оттуда Россию. Важная роль в этой борьбе отводится украинскому направлению. Государственный переворот 2014 года, помимо прочего, преследовал цель осложнить транзит российского природного газа по ГТС Украины. Ситуация осложняется еще и тем, что Москва не может сразу заменить украинский транзит другими направлениями до конца 2019 года. За это время Вашингтон способен еще больше усилить информационную кампанию против газопровода «Северный поток — 2», выставив Россию «ненадежным поставщиком», использующим поставки газа в качестве геополитического оружия. Кроме того, против компаний, занимающихся строительством этого газопровода, могут быть введены санкции в рамках законопроекта CAATSA (закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций»).

Грядущая схватка

Анализ документов Госдепартамента и USAID фиксирует смещение акцента нынешней администрации на противодействие противникам США классическими военными методами сдерживания. Основной метод при Обаме — хаотизация регионов. Он соответствует цели глобалистов — разрушению государственных суверенитетов. Сторонники более прямого подхода исходят из того, что прямое — директивное, военно-силовое — управление дестабилизированных регионов в конечном счете не только более эффективно, но и менее затратно, чем опосредованное. Их цель состоит не столько в хаотизации ключевых зон, как в случае с Сирией, а в военно-стратегическом и технологическом доминировании над странами-противниками. JSP 2018–2022 и другие документы, принятые уже при Трампе, указывают на его приверженность принципу «США — сверхдержава», что означает необходимость усиления прежде всего реального сектора экономики. Главные двигатели такого развития — ВПК и ТЭК, протекционизм и перекладывание бремени расходов на безопасность на своих сателлитов по НАТО. Наконец, Трамп сократил финансирование программ и функций Госдепартамента и USAID и одновременно увеличил бюджет Пентагона. В то же время глобалисты не сдались и продолжают вести жесткую идеологическую войну за возвращение контроля над Белым домом. Официально следующий раунд битвы пройдет в конце 2020 года, однако, если подвернется возможность, Трампа могут убрать и раньше. В любой момент.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Новый курс со старым багажом Новый курс со старым багажом

Глобальных перемен в политической системе страны ждать не стоит

Эксперт, июль'19
Генеральная уборка Генеральная уборка

Арктика подобна уголкам квартиры, уборку в которых проводят раз в год

Вокруг света, июль'19
«Мама будет рада» – отличная итальянская траттория на Страстном бульваре «Мама будет рада» – отличная итальянская траттория на Страстном бульваре

Всего три слова – пицца, паста и тунец

GQ, январь'19
Сергей Степанченко: «Мне помогал случай» Сергей Степанченко: «Мне помогал случай»

О своем актерском ремесле Сергей Степанченко говорит довольно легкомысленно

Караван историй, февраль'19
Умны не по чину Умны не по чину

Государство вплотную занялось обучением и переподготовкой чиновников

Огонёк, январь'19
Маяки Маяки

Маяки — это про добро и надежду

Seasons of life, январь'19
Сервисный сбор в визовых центрах Германии подорожает с 4 февраля Сервисный сбор в визовых центрах Германии подорожает с 4 февраля

Сервисный сбор в визовых центрах Германии подорожает с 4 февраля

National Geographic, январь'19
В Петербурге на сайте бюджетных инициатив утвердили идею покрасить чаек в цвета российского флага В Петербурге на сайте бюджетных инициатив утвердили идею покрасить чаек в цвета российского флага

В Петербурге утвердили идею покрасить чаек в цвета российского флага

Maxim, январь'19
РАН становится главным научным экспертом РАН становится главным научным экспертом

Минувший год отмечен важными научными достижениями наших ученых

Эксперт, январь'19
Что такое плохо Что такое плохо

Дима Билан попытался убедить Glamour, что он плохой мальчишка

Glamour, февраль'19
Лунный заяц, картофель и звезды Лунный заяц, картофель и звезды

Китайская миссия Chang’e 4 – первая на обратной стороне луны

Популярная механика, февраль'19
Елена Воробей «Никогда не лягу в постель с Элтоном Джоном» Елена Воробей «Никогда не лягу в постель с Элтоном Джоном»

Покупка яхты, бессонные ночи, войны с соседями и прочие секреты юмористки

StarHit, январь'19
Не теряя головы Не теряя головы

Головная боль бывает разной, но лечим мы ее, как правило, одинаково

Добрые советы, февраль'19
Мыльные пузыри Мелоди Янг Мыльные пузыри Мелоди Янг

Мыльные пузыри Мелоди Янг

Популярная механика, февраль'19
Игра для настоящих мужчин Игра для настоящих мужчин

Нужно играть в «Калибр», чтобы выяснить, кто лучше

Популярная механика, февраль'19
Удар по весу Удар по весу

Пора приводить себя в форму после десятидневного застольного чревоугодия

StarHit, январь'19
Шесть опасных экспериментов, которые ученые проводили над собой Шесть опасных экспериментов, которые ученые проводили над собой

Проверять медицинские теории лучше всего на себе самом

Maxim, январь'19
Носорог бросается на машину с туристами: видео Носорог бросается на машину с туристами: видео

Носорог бросился на машину с туристами. Агрессию зверя мог вызвать шум

National Geographic, январь'19
Пой, танцуй, люби! Пой, танцуй, люби!

Кипящий котел красок — карнавал в Тенерифе

Вокруг света, февраль'19
Онлайн-тренировки: за и против Онлайн-тренировки: за и против

Онлайн-тренировки: за и против Антон Зоркин о дистанционном спорте

Men’s Health, февраль'19
Созданы антибактериальные повязки, не требующие смены Созданы антибактериальные повязки, не требующие смены

Совместная разработка российских и чешских ученых поможет миллионам людей

National Geographic, январь'19
Названа «самая хорошая страна»: новый рейтинг Названа «самая хорошая страна»: новый рейтинг

Составлен рейтинг «хороших стран», способствующих общему благу человечества

National Geographic, январь'19
Киберспорт: главные герои, большие деньги и жесткие законы виртуальных игр Киберспорт: главные герои, большие деньги и жесткие законы виртуальных игр

Мы попробовали изучить некоторые законы и требования киберспорта

Men’s Health, январь'19
Лайфхак-гид по зимней езде Лайфхак-гид по зимней езде

Десяток советов, как завестись и поехать зимой

Maxim, январь'19
В Западной Антарктиде пробурили рекордно глубокую скважину В Западной Антарктиде пробурили рекордно глубокую скважину

В Западной Антарктиде пробурили рекордно глубокую скважину

National Geographic, январь'19
Пятьдесят оттенков свободы Пятьдесят оттенков свободы

Хелена Кристенсен отметила юбилей на ферме в горах под Нью-Йорком

Tatler, февраль'19
Мексиканский ядозуб – первенец Московского зоопарка в новом году Мексиканский ядозуб – первенец Московского зоопарка в новом году

Детеныш редкой североамериканской рептилии появился на свет 1 января

National Geographic, январь'19
Как выглядеть модно, когда на улице очень холодно Как выглядеть модно, когда на улице очень холодно

Пять идей, как быть стильным и не мерзнуть

GQ, январь'19
Глюк’oZa: «Рожу третьего, когда придет время» Глюк’oZa: «Рожу третьего, когда придет время»

Певица о том, почему не показывает свои переживания

StarHit, январь'19
Расида Лакоба Расида Лакоба

Создательница марки Rasario раскрывает секрет успеха российского бренда

Elle, февраль'19