В интеллекте отказать

Житель Челябинска считает, что провел 10 лет в интернате по ошибочному диагнозу

Русский репортерОбщество

В интеллекте отказать

Житель Челябинска доказывает, что провел 10 лет в коррекционном интернате по ошибочному диагнозу

Текст: Виктор Дятликович

24-летний Александр Смольников пытается отсудить у государства 10 миллионов рублей. Он считает, что незаконно провел все детство в интернате для детей с легкой умственной отсталостью. Это первый подобный судебный процесс в России, утверждает его адвокат Денис Резниченко. Прецедент важен — специалисты говорят о большом количестве ошибочных диагнозов в отношении детей-сирот. Корреспондент «РР» следил за процессом и разбирался в проблеме

Поселок мясокомбината — депрессивный микрорайон на окраине Челябинска, зажатый между железной дорогой, шестиполосным шоссе и полуразрушенной промзоной. Но асфальт на дороге и тротуарах новый, газоны ухожены. Все благодаря активности Александра Смольникова, который поселился здесь несколько лет назад.

— Досталась мне доля в квартире в наследство от матери, переехал сюда, смотрю — поселок совсем загажен, — рассказывает Александр «РР». — Я дошел с претензиями до главы Челябинска. Он приехал, прошелся здесь со всеми чиновниками и только тогда поселок начали хоть как-то благоустраивать. И я теперь каждый год не по разу им напоминаю: «Чиновники, пока я здесь живу, вы про нас не забудете».

Александр чисто и опрятно одет, речь стройная, гражданская позиция — активная. Глядя на него, трудно поверить, что все детство он провел в коррекционном интернате с диагнозом «легкая умственная отсталость».

Обычная, казалось бы, история — неблагополучная семья, лишение родительских прав, сирота с отставанием в развитии. Если бы не одно «но» — в 16 лет диагноз Александру изменили, а в 18 лет и вовсе сняли.

Теперь Александр требует от государства 10 миллионов рублей в качестве компенсации — и за то, что лишился возможности получить нормальное образование (в интернате учат лишь по программе четырех классов и не выдают полноценный аттестат о среднем образовании), и за методы обращения в интернате («дубасили, забирали еду, унижали»).

Врачи и органы опеки не признают факт диагностической ошибки и другие претензии бывшего воспитанника не принимают

Диагноз без документов

На попечении государства Александр оказался в раннем детстве — мать лишили родительских прав. В семь лет он попал в коррекционную школу-интернат № 9. На каком основании — главная загадка этого дела.

В теории система должна работать так. Если руководство сиротского заведения считает, что ребенок отстает в развитии, его отправляют на психолого-медико-педагогическую комиссию (ПМПК). Признает комиссия нормальным — учишься по программе средней школы, признает отстающим в развитии — рекомендует обучение по так называемой программе VIII вида, для детей с умственной отсталостью.

Чтобы отправить ребенка на комиссию, нужны серьезные основания. «Ребенка должны осмотреть невролог, психиатр, ЛОР. Без этого развернутого медицинского обследования комиссия не может состояться», — объясняет главный специалист службы инклюзивного образования Министерства образования Челябинской области Елена Зайнулова.

Но в личном деле Александра нет никаких документов, которые бы подтверждали, что в раннем детстве его осматривали психиатр или невролог. Нет и самого заключения ПМПК, на основании которого из обычного детского дома его перевели в коррекционный интернат.

— В моей медицинской карте есть запись, что я проходил какую-то комиссию в марте 2001 года, когда мне было семь лет. Написано, что анамнез неизвестен, но стоит диагноз: «Олигофрения в степени легкой дебильности. Рекомендовано обучение по программе школы-интерната VIII вида». Непонятно, на основании какого документа сделали эту запись, кто ее сделал — подписи сотрудника нет. Сам я никакой комиссии не помню.

В следующие годы ПМПК при Областном центре диагностики и консультирования несколько раз подтверждала диагноз Александра и рекомендовала оставить его в интернате. Центр и выступает главным ответчиком по делу. Руководитель Центра Ольга Кондакова отказалась давать комментарии «РР» до завершения судебного процесса.

Претензии к решениям ПМПК у Александра возникли после того, как в возрасте 16 лет врачи Областной психоневрологической больницы № 1 сменили ему диагноз на «смешанные расстройства поведения и эмоций» (он уже не позволяет держать ребенка в коррекционном интернате). А спустя еще два года сняли и его — на руках у Александра справка с резюме «Психически здоров»

Всесильные комиссии

Проблема с постановкой диагноза у детей-сирот комплексная, особо остро она стояла в 90-е и нулевые годы — именно тогда, когда Александр и попал в систему сиротских учреждений, говорит сотрудница Благотворительного фонда помощи детям-сиротам «Здесь и сейчас», педагог с 30-летним стажем Наталья Степина.

Главных претензий к работе ПМПК было две. Первая — подозрительно большое количество дискриминирующих диагнозов. Вторая — решение комиссии было своеобразный приговор ребенку, его практически невозможно было отменить или пересмотреть.

— Очевидный факт, что по результатам работы ПМПК дети-сироты часто получали диагноз, который не соответствует их реальному интеллектуальному статусу, — отмечает Степина. — Представьте, что в раннем детстве за ребенком был плохой уход, может, жестокое обращение. Потом его изъяли из семьи, он попал в коллектив, где ему уделялось мало внимания. Такой ребенок замораживается в развитии. И тестирование в течение 10-20 минут на ПМПК не покажет реальный уровень его интеллекта. Кроме того, для ребенка заседание комиссии, где он сидит перед шестью тетеньками в белых халатах, — стресс, и это тоже влияет на результаты тестов.

Наталья Степина рассказывает, что в середине нулевых, по статистике московских сиротских учреждений, диагноз о той или иной степени умственной отсталости имели 46% детей. Это, по ее мнению, странно, даже если принимать во внимание фактор плохой наследственности.

Дополнительную проблему создавало то, что диагноз, даже ошибочно поставленный, практически невозможно было отменить.

— В России до последнего времени не было практики пересмотра диагнозов, — объясняет Степина. — Были редчайшие случаи, когда с большими сложностями удавалось добиваться перевода ребенка в другое учреждение или в семью. И после этого зачастую наблюдалась просто потрясающая динамика развития — выяснялось, что у некоторых вообще нет никакого диагноза. Но первый такой случай в Москве я помню только в 2010 году, и это было возможно, только если за ребенком стояла какая-то сила — приемные родители или заинтересовавшаяся его судьбой сильная общественная организация, готовые пойти против системы. Парадокс заключается и в том, что, добиваясь отмены диагноза, вы должны привести ребенка на ту же самую комиссию, которая ему этот диагноз и поставила. Понятно, что эти люди были пристрастны, говорили: «Нет, мы не ошибались», и были заинтересованы в том, чтобы подтвердить диагноз.

За Александром никакой силы не стояло. И он оставался в системе, которая, по мнению специалистов, не способствовала коррекции ребенка.

— У ребенка с диагнозом более низкий статус. На него меньше обращают внимания, меньше развивают, и часто, попадая в специализированный интернат, он попросту деградирует, — объясняет Наталья Степина.

У самого Александра воспоминания о годах, проведенных в интернате, исключительно негативные:

— Воспитатели били меня палками, вешалками, нас ставили голышом на улицу, выливали на нас сок, кисель, отбирали еду. Вам могут сказать, что я плохо учился, но ты попробуй хорошо учиться, когда тебя утром избили за какую-то провинность, и ты идешь в школу и знаешь, что этот сотрудник придет на вторую смену, потому что она взяла подработку. У тебя нет цели обучаться — ты думаешь только о том, как пережить издевательства.

От нынешнего дома Александра до интерната — 15 минут неспешным ходом. Типовое двухэтажное здание за кованым забором, ворота открыты, и постороннему человеку оно не кажется каким-то зловещим. «Это для вас, а я каждый раз, когда мимо прохожу, вспоминаю — вот за тем окном меня так избили, за другим эдак», — говорит Александр.

По итогам стационарного обследования в возрасте 18 лет Александра Смольникова признали психически здоровым

Из интерната выходит воспитатель, идет к ближайшей остановке, проходит мимо нас: «Здравствуй, Саша». Беспокойного воспитанника здесь, конечно, помнят. Но разговаривать о его претензиях не хотят — директор школы-интерната Светлана Рудько от встречи с нами отказалась. Во времена, о которых рассказывает Александр, она работала здесь, была заместителем директора. В телефонном разговоре была кратка: «Мое субъективное мнение — мы для Александра сделали все, что могли. То, что он сейчас так грамотно обращается в разные органы, в суд и защищает свои интересы, говорит о том, что наши специалисты работали с ним профессионально и успешно. А его претензии в адрес воспитателей... Если они есть, пусть подает заявление в следственные органы на конкретных людей, но не порочит всю систему в целом».

Система меняется

У Жанны Кульковой своеобразный конфликт интересов. Она руководила Областным центре диагностики и консультирования, когда его специалисты подтверждали Александру спорный диагноз. Сейчас у нее частная психологическая практика и статус общественного помощника уполномоченного по правам человека в Челябинской области. А в материалах суда — результаты проведенного ею недавно теста Векслера. Александр пришел к ней как обычный клиент, заплатил 1700 рублей за прием и получил заключение:

«Средний уровень интеллекта. ...Высоко развито социальное поведение… Высокие показатели устойчивости и произвольности внимания».

Ошибались ее подчиненные в 2000-е годы или она сейчас? Мог ли так успешно пройти тест человек с «легкой умственной отсталостью»? Жанна Кулькова, отдаем ей должное, от разговора не уходит и объясняет, что одно другого не исключает: «Тест показал уровень интеллекта Александра в границах нормы. Но надо понимать, что методика Векслера — лишь один из десятка основных психодиагностических методов, и часто его результаты не совпадают с итоговым клиническим диагнозом».

Тем не менее Кулькова признает, что семилетнему Александру первичный диагноз могли поставить ошибочно:

— Бывает, что первое обследование ребенка специалисты проводят в тот момент, когда он лишается родителей, когда его изымают из семьи. Резкое изменение социальной ситуации часто дает негативные сбои психологического состояния, приводит к устойчивым негативным поведенческим реакциям, которые при поверхностном знакомстве могут напоминать определенные симптомы психических расстройств.

Поэтому в последние годы, добавляет она, работа ПМПК изменилась. Специалисты настаивают на определенном адаптационном периоде, чтобы ребенок успокоился, пережил резкие изменения в своей жизни — только после этого можно проводить комплексное исследование. Практикуется и наблюдение за ребенком в динамике, то есть не один раз на протяжении длительного времени.

В том, что характер работы ПМПК изменился, убедились и корреспонденты «РР», посетив Областной центр диагностики и консультирования. Ребенок, пришедший на комиссию, уже не «держит ответ» перед консилиумом специалистов — с ним работает один человек, остальные наблюдают за процессом из-за непрозрачного стекла. Это позволяет снизить уровень стресса.

— Если у специалистов остаются сомнения, какое заключение вынести, мы назначаем контрольное обследование не раньше чем через полгода, — поясняет заместитель директора Центра Марина Меркулова. — Кроме того, раз в несколько лет проводится обязательное плановое исследование. И если ребенок скорректировался, нарушение устранено, он переводится на общеобразовательную программу и учится в обычной массовой школе.

— Практика последних лет — детям дошкольного возраста такие серьезные диагнозы, как умственная отсталость, выставляются крайне редко, — уверяет Елена Зайнулова. — Детям всегда дается шанс. Детская психика достаточно подвижна в этом возрасте, и хорошая коррекционная работа, адекватная медикаментозная поддержка могут вывести ребенка на достаточно неплохой уровень.

То, что перемены происходят, признают и независимые специалисты.

— В 2006 году государство официально декларировало, что оно хочет, чтобы дети жили в семье, был объявлен приоритет семейных форм устройства, — объясняет Наталья Степина. — Специальное постановление правительства № 481 «О деятельности организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей…» 2014 года наконец-то признало, что любое детское учреждение является временным местом размещения детей и основная его цель — устроить их в семью. Все детские дома должны реформироваться, превратиться в центры содействия семейному воспитанию.

Это дало результаты — число сирот, не устроенных в семьи, сократилось за последние годы со 186 до 48 тысяч (см. график).

Приемные родители более ревностно относятся к правам ребенка. Тем более что положения об инклюзивном образовании, закрепленные в 2012 году законодательно, дают им больше возможностей. Теперь, даже если у ребенка есть легкая форма умственной отсталости, он может учиться в инклюзивном классе обычной школы и даже по программе обычной школы. Решение за родителями или другими законными представителями.

— ПМПК с их рекомендациями, которые раньше воспринимались как приказы, стали играть меньшую роль в судьбе ребенка, перестали быть всесильными, — констатирует Наталья Степина.

Не повезло родиться в «XIV веке»

А что же случай Александра? Специалисты, по сути, признают, что ему просто не повезло родиться на пару десятков лет позже. Формально и в 1990-е, и в 2000-е у руководителей сиротских учреждений были все возможности, чтобы сменить диагноз успешному ребенку. Но они ими практически не пользовались.

Александр утверждает, что многие воспитанники интерната, став совершеннолетними, сняли диагноз «умственная отсталость»

— Если законный представитель ребенка видит, что ребенок развивается, стал лучше справляться с учебной программой, то в любой момент его можно привести на ПМПК [для корректировки диагноза], — объясняет Елена Зайнулова. — В школе-интернате № 9 тоже знали это. Если они видели, что этот ребенок (Александр Смольников. — «РР») — звездочка в классе, интеллектуально более развит, чем другие дети, в первую очередь следовало обратиться в ПМПК.

Следовало, но не обратились. Более того, согласно документам личного дела, впервые для подтверждения диагноза сотрудники интерната отправили Александра на ПМПК только в 2007 году — через шесть лет после того, как он в интернате появился.

Та же Жанна Кулькова, признавая возможность ошибочного диагноза, считает исковые претензии Смольникова необоснованными:

— По большому счету новые принципы работы специалистов ПМПК возникли гораздо позже, чем разворачивалась история Александра. И его претензии слегка напоминают претензии к Минздраву по поводу гибели людей от чумы в ХIV веке.

— То есть Александру не повезло, что он жил в этом «ХIV веке»?

— Скажем так: получается, что именно такие ситуации, работа с такими детьми, как Александр, вывела нас на необходимость проводить обследование общего интеллектуального развития детей, руководствуясь другими принципами, используя другие методы.

Признавая, что в прошлом система была неидеальна, врачи и органы опеки не готовы признать ошибки в отношении конкретного человека. Поэтому в суде юристы ответчиков отстаивают позицию, согласно которой Александра поместили в школу-интернат обоснованно. Очередное заседание суда назначено на конец сентября.

За счет чего уменьшается число детей-сирот

Формы семейного устройства детей, оставшихся без попечения родителей*

Сколько детей нуждается в устройстве в семью

Численность детей, состоящих на учете в государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей, (тыс. чел.)

Фотографии: Из личного архива Александра Смольникова

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Человек не паук Человек не паук

Говорит и показывает герой нашего времени

Русский репортер, май'19
Теперь нужно переступить через себя Теперь нужно переступить через себя

Екатеринбуржцы радуются, что их город остается колыбелью демократии

Эксперт, май'19
На темной стороне На темной стороне

Правильно расставлять акценты в макияже учимся у визажистов Dior

Cosmopolitan, июнь'19
Первые откровенные съемки юной Кейт Мосс, Анджелины Джоли и других звезд Первые откровенные съемки юной Кейт Мосс, Анджелины Джоли и других звезд

Раритетные съемки наших любимых знаменитостей

Cosmopolitan, сентябрь'18
Мифы о героях. Чужие истории успеха вам не помогут Мифы о героях. Чужие истории успеха вам не помогут

Чужой успех не вдохновит вас примером

Forbes, сентябрь'18
5 признаков того, что тебя пора повысить (а то сколько можно) 5 признаков того, что тебя пора повысить (а то сколько можно)

Пришло время наконец понять, нужно ли тебе просить повышения

Playboy, сентябрь'18
Квартира с садом на крыше Квартира с садом на крыше

Квартира в парижском районе Марэ на крыше дома

AD, октябрь'18
Сотвори себе Q мира... Сотвори себе Q мира...

Появление Audi Q2 вынудило Q3 подрасти — теперь это не самая младшая модель

Quattroruote, октябрь'18
Превозмогая роль: знаменитые герои боевиков делятся секретами своих тренировок Превозмогая роль: знаменитые герои боевиков делятся секретами своих тренировок

Превозмогая роль: знаменитые герои боевиков делятся секретами своих тренировок

Maxim, сентябрь'18
“Volkswagen Коммерческие автомобили” на выставке «Гидроавиасалон-2018» “Volkswagen Коммерческие автомобили” на выставке «Гидроавиасалон-2018»

“Volkswagen Коммерческие автомобили” на выставке «Гидроавиасалон-2018»

National Geographic, сентябрь'18
В сирийском Идлибе сохранится деэскалация В сирийском Идлибе сохранится деэскалация

Лидеры двух стран договорились избежать масштабной военной операции в Идлибе

РБК, сентябрь'18
Змеи и другие сокровища Bvlgari на выставке в Кремле Змеи и другие сокровища Bvlgari на выставке в Кремле

В Музеях Москвского Кремля открывается ретроспектива ювелирного дома Bvlgari

Forbes, сентябрь'18
Маленький победоносный холивар Маленький победоносный холивар

Почему человек так любит холивары и как зацепить публику в соцсетях

Maxim, октябрь'18
Как натренировать руки, прилагая минимум усилий Как натренировать руки, прилагая минимум усилий

Как натренировать руки, прилагая минимум усилий

Maxim, сентябрь'18
Российская инфраструктура до Суэца доведет Российская инфраструктура до Суэца доведет

Какие проекты профинансирует Фонд развития

РБК, сентябрь'18
Армения. Солнце внутри Армения. Солнце внутри

Лучшее время для поездки в Армению – осень

Домашний Очаг, октябрь'18
Red Dead Redemption 2 и другие главные игровые новинки месяца Red Dead Redemption 2 и другие главные игровые новинки месяца

Игры месяца

Maxim, сентябрь'18
Головная боль Головная боль

Невролог-эпилептолог Никита Жуков о головной боли

Maxim, октябрь'18
Валерия: «Горжусь, что дети не просят денег» Валерия: «Горжусь, что дети не просят денег»

Артистка Валерия призналась, из-за чего ссорится с Иосифом Пригожиным

StarHit, сентябрь'18
Украденные технологии: что человечество заимствует у природы Украденные технологии: что человечество заимствует у природы

Украденные технологии: что человечество заимствует у природы

Forbes, сентябрь'18
16 впечатляющих кадров дикой природы 16 впечатляющих кадров дикой природы

Работы, вошедшие в шортлист премии Wildlife Photographer Of The Year 2018

Esquire, сентябрь'18
Как спасают животных во время урагана «Флоренс»: видео Как спасают животных во время урагана «Флоренс»: видео

Люди на лодках вывозят зверей из водной ловушки, которую устроил ураган

National Geographic, сентябрь'18
Первый кризис. Отрывок из книги Олега Тинькова «Революция» Первый кризис. Отрывок из книги Олега Тинькова «Революция»

Как разгорелся банковский кризис 2014 года и какие клиенты не возвращают кредиты

Forbes, сентябрь'18
Хотите уснуть? Прочитайте эту статью Хотите уснуть? Прочитайте эту статью

Что именно происходит во сне и почему

National Geographic, октябрь'18
Мир по линии разграничения Мир по линии разграничения

О чем лидеры двух Корей договорились в Пхеньяне

РБК, сентябрь'18
Вечная любовь Вечная любовь

Любовь Аксёнова о любви к себе и богинях, которые живут в каждой женщине

OK!, сентябрь'18
13 легендарных усов всех времен и народов — от Фриды Кало до Бората 13 легендарных усов всех времен и народов — от Фриды Кало до Бората

Посмотрев на эти усы, тебе сразу захочется обзавестись такими же

Playboy, сентябрь'18
Серп и колос. Русская пшеница угрожает американским фермерам Серп и колос. Русская пшеница угрожает американским фермерам

Санкции помогают рекордному экспорту российского зерна

Forbes, сентябрь'18
Обнаженное творчество: 6 изображений проституток, которые стали шедеврами Обнаженное творчество: 6 изображений проституток, которые стали шедеврами

Немало творческих людей интересовались темой продажной любви

Cosmopolitan, сентябрь'18
Лифчик на миллион: самые дорогие бюстгальтеры Victoria's Secret Лифчик на миллион: самые дорогие бюстгальтеры Victoria's Secret

Кто демонстрировал самые дорогие бюстгальтеры Victoria’s Secret

Cosmopolitan, сентябрь'18