В издательстве АСТ выходит новая книга Марии Степановой «Против любви»

EsquireСобытия

Мария Степанова — о “Щегле” Донны Тартт и о том, как американке удалось написать большой английский роман

В издательстве АСТ выходит новая книга Марии Степановой «Против любви». Это сборник эссе разных лет,посвященных выдающимся людям XX века — от Александра Блока до Сьюзен Зонтаг и Майкла Джексона. Публикуем отрывок, посвященной одному из самых значимых современных романов — «Щеглу» Донны Тартт.

Что уж там, эта книга мне очень нравится, так нравится, что два дня назад я открыла русскую версию где-то на первых страницах — хотела сверить цитату — и опять проехала, как по водной трубе, по всем предусмотренным сюжетным коленам и поворотам, до самого конца, до Рождества в амстердамском гостиничном номере, и чуть дальше, и там уж счастливо выдохнула, все кончилось, как надо, как я помню, все на месте. Есть тип читателей, который больше всего в книгах любит тот, по понятным причинам недлинный, отрезок, когда порядок вещей еще не нарушен — пока не началось. Там, где все хорошо, война не объявлена, мать жива, семья не разорилась, то, что составляет суть книги, еще не начало происходить: жизнь еще не разрушена законами сюжетостроения. Анна Каренина, скажем, только едет в поезде, поправляет красный мешочек, читает английский роман, где “все хотелось делать самой”, поправлять подушку больному, скакать за волками, удивляя охотников своею смелостию: жить. И эта острая, предначальная радужность (как у рая, который неминуемо потеряешь) заставляет и с половины книги оборачиваться на ее первые страницы. Там лучше всего, все заряжено будущим волшебством, но еще не скатилось в определенность, где из всех возможностей уже выбрана одна — всего-то навсего сюжет великого романа.

Этот участок незамутненного мира в “Щегле” у Донны Тартт совсем коротенький, его едва успеваешь пробежать, чтобы провалиться в сюжет, уже обещанный всеми обложками и рецензентами (в-результате-взрыва-в-музее-мальчик-теряет-мать-и-ворует-великое-полотно). Там все начинается с пасмурного утра, проблемы в школе, надо идти разбираться, пробки, дождь, какие-то разговоры, материнский белый тренч; и вспоминается потом на всем протяжении книги как ее полдневный час, слепящий краешек ненарушимого блага.

Дальше, если пунктиром, произойдет все обещанное и много еще чего: несколько авантюрных романов, скрученных в один жгут (русская мафия, торговля краденым, торговля поддельным антиквариатом, игорный бизнес), детская любовь, растянутая на долгие года, детская дружба, выпрыгнувшая из забытья, как чертик из табакерки, две собаки и один нарисованный щегол. Все это похоже на бестселлер из списка Best books of the year (а “Щегол” им и является), так что кажется непонятным, зачем о нем разговаривать-то, прочти, получи свою нехитрую радость и тянись за следующим.

Тем не менее по его поводу говорят — в основном что-то полуслучайное от спешки и восторга, как впопыхах написанная аннотация. Например, что наконец-то явился великий американский роман, так долго не было — и вот он. (В последний раз, кажется, в этой оркестровке давали “Поправки” Франзена, и тут уж не было никаких разночтений: большой, американский, говорящий о современности, поднимающий-острые-вопросы, дающий-трудные-unsettling-ответы.) “Щегол”, большой, восьмисотстраничный — что делает обжигающе приятным чтение этой книги вживую, с бумаги, когда чуешь под пальцами толщу оставшихся страниц и знаешь, что еще надолго хватит — как бы и предназначен для того, чтобы соответствовать любым ожиданиям, не отказываясь ни от одного прочтения. Но вот разного рода актуальность там вызывающе, демонстративно отставлена в сторону — и даже взрыв в музее, с которого начинается длинная волна событий, никак не зарифмован с 11 сентября, где-то в тексте упомянули — и будет. Между тем свой великий американский роман южанка Тартт уже написала, и тогда он мало кому понравился. Это был “Маленький друг”, история, по поводу которой тогда к месту и не к месту поминали Гека Финна и Глазастика Финч — так же, как теперь настойчиво отсылают к Диккенсу.

Кадр из экранизации "Щегла", которая выйдет в октябре 2019 года.

2

Этот способ чтения не хуже любого другого. Род письма, выбранный Тартт, подразумевает молчаливое присутствие двух или трех образцов, живущих, как лары с пенатами, в красном углу ее повествования. Время от времени она приносит им жертвы — несколько хлебных крошек, каплю вина, беглое, с улыбкой, упоминание или полунамек. Но выходить из угла им не положено, они не отгадка и не ключ к отгадке. Больше всего их участие похоже на ненавязчивый инстаграмовский фильтр, исподтишка обозначающий возможность иного смысла. В “Щегле” действительно не без Диккенса — и дело далеко не ограничивается “Большими надеждами”, о которых принято вспоминать по его поводу. Тут и Оливер Твист, и Дэвид Копперфильд, и вся армия широкосердечных стариков с рождественскими огнями, темными домами, полными неожиданных вещей, и властью прямого, решительного добра. Все это здесь, на мотив .забыть ли старую любовь и дружбу прежних дней.: осиротевшего мальчика увозят неизвестно куда, постаревшая леди сидит в опустевшем богатом доме, друг-враг появляется и исчезает, злодеи злодействуют. Но все это — скорее акварельный фон, способ подкрасить пространство между координатными осями, которые как раз прочерчены с крайней четкостью, так, чтобы никак нельзя было ошибиться и не понять, что имеется в виду. А произошло, кажется, вот что: американка Тартт заказала себе написать большой английский роман, и у нее получилось.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Пять полезных сладостей Пять полезных сладостей

Какие полезные вкусности стоит включить в привычный рацион

Psychologies
Стандарты красоты прошлого, которые выглядят шокирующе Стандарты красоты прошлого, которые выглядят шокирующе

На что приходилось идти нашим предкам, чтобы выглядеть привлекательно

Cosmopolitan
Фернандо Алонсо: «Я каждый день думаю, как сильно мне повезло» Фернандо Алонсо: «Я каждый день думаю, как сильно мне повезло»

Гонщик Фернандо Алонсо о том, что больше всего он хочет жить нормальной жизнью

Esquire
Игнат Куликов: Игнат Куликов:

Мы поговорили с шеф-поваром ресторана Dante Kitchen+Bar

Cosmopolitan
Есть песня прямо о нас — называется «Всё» Есть песня прямо о нас — называется «Всё»

Эта пара прошла испытание огнем, водой и медными трубами

OK!
ПДД: соблюсти нельзя нарушить ПДД: соблюсти нельзя нарушить

ПДД: соблюсти нельзя нарушить

АвтоМир
Точный бросок! Точный бросок!

Центровой команды «Химки-Подмосковье» Родион Ардисламов

Playboy
Жесткий отбор. Как вести себя на стресс-интервью Жесткий отбор. Как вести себя на стресс-интервью

Жесткий отбор. Как вести себя на стресс-интервью

Forbes
Как починить LED-лампочку самостоятельно: пошаговая инструкция Как починить LED-лампочку самостоятельно: пошаговая инструкция

Опять перегорела светодиодная лампочка? Не торопитесь ее выкидывать

CHIP
Фарфоровые часы на секретере Фарфоровые часы на секретере

Как премиальные предметы быта входили в жизнь подданных российской империи

Forbes
Филипп красивый Филипп красивый

В честь двадцатилетнего юбилея марки Филипп Пляйн рассказал Vogue о своих музах

Vogue
30 великих кинонаставлений, достойных «Оскара» 30 великих кинонаставлений, достойных «Оскара»

Самые практические лайфхаки, которые дают наши с тобой любимые киногерои

Maxim
Социальное неравенство в России достигло минимума с 2006 года Социальное неравенство в России достигло минимума с 2006 года

Зафиксирован самый низкий уровень социального неравенства в России с 2006 года

Forbes
Хочу и буду! Хочу и буду!

25 новогодних обещаний, которые вы сможете выполнить

Домашний Очаг
Илья Авербух: Наверное, я не создан для любви Илья Авербух: Наверное, я не создан для любви

Испытывать такие чувства, как Ромео и Джульетта, дано не всем

Лиза
Расследование MAXIM: Dolce & Gabbana пришлось отменить показ в Китае из-за двух маленьких черточек Расследование MAXIM: Dolce & Gabbana пришлось отменить показ в Китае из-за двух маленьких черточек

Dolce & Gabbana пришлось отменить показ в Китае из-за двух маленьких черточек

Maxim
Бертильонаж: 5 занимательных фактов из истории криминалистики Бертильонаж: 5 занимательных фактов из истории криминалистики

В XIX веке полиции испытывали затруднения с идентификацией преступников

Популярная механика
Дом во льдах Дом во льдах

История дрейфующих станций «Северный полюс» – это летопись подвига во имя науки

Популярная механика
Молодые и богатые. Готовы ли девелоперы элитного жилья к покупателям-миллениалам Молодые и богатые. Готовы ли девелоперы элитного жилья к покупателям-миллениалам

Готовы ли девелоперы к тому, что покупатель премиального жилья начнет молодеть

Forbes
Что смотреть: 10 детективов, которые будут держать тебя в напряжении до конца Что смотреть: 10 детективов, которые будут держать тебя в напряжении до конца

Подборка фильмов с напряженным сюжетом и неожиданным финалом

Cosmopolitan
Hyundai Santa Fe Hyundai Santa Fe

Hyundai Santa Fe. Ставка на комфорт, безопасность и премиальное качество

Quattroruote
3 техники, чтобы преодолеть сексуальные барьеры 3 техники, чтобы преодолеть сексуальные барьеры

Что мешает нам озвучивать желания и откровенно говорить об ощущениях?

Psychologies
Вася Ложкин и страшная еврейская тайна Вася Ложкин и страшная еврейская тайна

Вася Ложкин и страшная еврейская тайна

Русский репортер
Самые необычные бордели в мире Самые необычные бордели в мире

Современные сутенеры и мадам всех мастей идут на любые уловки

Maxim
Как воспитать ребенка-лидера? Секреты частных британских школ Как воспитать ребенка-лидера? Секреты частных британских школ

Навыки, которые нужно развить у ребенка, чтобы он вырос успешным человеком

Forbes
Как иметь идеальный пресс в 20, 30 и 40 лет? Основные шаги и упражнения Как иметь идеальный пресс в 20, 30 и 40 лет? Основные шаги и упражнения

Как иметь идеальный пресс в 20, 30 и 40 лет? Основные шаги и упражнения

Playboy
В правительстве вновь задумались о повышении цен на газировку В правительстве вновь задумались о повышении цен на газировку

В правительстве вновь задумались о повышении цен на газировку

Forbes
Болезни стареющего мира: чем грозит долгая жизнь Болезни стареющего мира: чем грозит долгая жизнь

Уровень жизни в современном мире растет, а медицина продолжает развиваться

Forbes
Назад в будущее: раскол в американском обществе углубляется Назад в будущее: раскол в американском обществе углубляется

Эксперты прогнозируют углубление раскола в американском обществе

Forbes
Свет Вены Свет Вены

Австрийскому производителю светильников Kolarz 100 лет

SALON-Interior
Открыть в приложении