Рассказ «Весна, Света!» из новой книги Анны Матвеевой

СНОБКультура

Анна Матвеева: Весна, Света!

В новой книге Анны Матвеевой «Катя едет в Сочи» собраны девять рассказов. Все они — о схожести людей друг с другом в разные периоды жизни. Сборник выходит в эти выходные под «Редакцией Елены Шубиной». «Сноб» публикует один из рассказов

caa6796baf5cf04f274b9fcebb4df1608cfa1e09a82010d46e68e72ea7194bf9.jpg
Фото: Polina Kovaleva/Pexels

Весна, Света!

Светлой памяти В.М.В.

Журналистка Светлана Шелковая бежала к художнику, чтобы записать интервью. Сначала художника будут снимать для газеты, только потом интервьюировать, но Светино присутствие требовалось на всех этапах.

Художника звали Георгий Карпович Шагалов, он был очень известный, занятой и немолодой. Потому-то Шелковая бежала, а не шла, — она опаздывала, до трех часов оставалось всего три минуты. А еще нужно было обогнуть серое здание, перепрыгнуть через живописную, как у Саврасова, лужу и найти фотостудию, где она прежде никогда не бывала.

Интервью организовал главный редактор лично, он тридцать раз звонил и уточнял, где сейчас находится корреспондентка Шелковая и почему она до сих пор не явилась к месту назначения (редактор был из отставных военных).

Света опаздывала не по своей вине, но это было неважно — на самом деле для того, чтобы приходить вовремя, достаточно выйти из дому на полчаса раньше, учил ее редактор Николай Тимофеевич.

Всюду опаздывать Света начала года полтора назад, когда ее дочка пошла в первый класс. У Светы были зимний сын, летняя дочка и такое количество невыполненных дел, что можно было бы исписать толстый ежедневник, ни разу не повторившись.

В незапамятные годы, когда время не бежало стремительно, будто ему дали под зад — как это происходит сегодня, — а двигалось медленно, как в плохом сериале, у Светы были еще и дерзкие мечты, но теперь с ними все, покончено. Еще и с мечтами не управиться.

Дочка сегодня с утра жаловалась на боль в животе, делала скорбное лицо, как всегда, если ей хотелось остаться дома, а причин для этого не было. Сын, как всегда, пытался поймать сестру на вранье, и журналистка Шелковая, разводя вопящих чад по разным углам и пытаясь одновременно с этим собрать их для присутствия в социуме, в очередной раз спросила себя (и провидение): когда же ей станет хоть немного легче?

Света лихо перемахнула через саврасовскую лужу и уже через минуту, вся в мыле, как мушкетерская лошадь, стояла перед дверью фотостудии, пыталась отдышаться. Где-то среди ветвей дерева, заслонявшего свет старым жителям старого дома, несмело пела о весне маленькая (большие так робко не умеют) птичка.

Дверь распахнулась после первого же звонка, и Свету ослепила роскошная лысина Николая Тимофеевича. Он носил бритый череп, и это шло к его слегка смятому, как дорогой лен, лицу и к глазам, подтверждавшим идею, что в каждом русском человеке есть сколько-то ордынской крови. Сейчас восточного было не сколько-то, а с лихвой, и, будь они наедине, Тимофеич наверняка метнул бы парочку молний. Но за спиной его вырос высокий, длиннорукий, до смешного похожий на героя любимой дочкиной книги старика Петсона художник Шагалов, поэтому складки на льняном лице пришлось разгладить, а грозу — отложить. Вместо этого Тимофеич сладостно, как перед начальством, залопотал:

— Вот, Георгий Карпович, наша лучшая корреспондентка Светлана Шелковая. Является золотым пером газеты!

Света поморщилась, и Шагалов, она увидела, тоже. «Является» — любимый словесный паразит редактора: то и дело срывается с поводка, дрессировке не поддается, отстрелу не подлежит.

Шагалов без всякой насмешки поклонился Свете. У него были совершенно мальчишеские глаза. Почти такие же у Светиного сына: огромные, хитрющие, только у сына они фиолетовые, а у художника — ясно-голубые.

Вот, кстати, еще одно недовольство миром, которых в последнее время копилось у Светы все больше и больше: люди перестали смотреть друг другу в глаза. Отводят их, будто сделали что-то неприличное. Всем вместе смотреть на нечто отвратительное и уродливое — в порядке вещей, а прямых взглядов теперь боятся, как непристойных предложений.

Шагалов смотрел прямо в глаза и этим еще больше понравился Свете. Конечно, она знала о нем многое, отлично помнила его работы — на некоторых в буквальном смысле слова выросла. Иллюстрации к старинным романам были таинственными, будто художник чудом путешествовал в прошлое и успел узнать о древних текстах то, что никому из потомков не открывалось.

Это были работы, как говорил сам Шагалов, «для занудного рассматривания» — жаль было расставаться с ними на выставке или перелистнув страницу. Подобные чувства вызывает еще Филонов. И Брейгель.

Света, никакой не специалист, а рядовая журналистка рядовой газеты, точно знала, что ей в искусстве нравится, а что нет, но объяснить, почему одно — никак, а другое — лучше всего на свете, каждый раз получалось с натяжкой. Но если бы работы Шагалова не нравились Свете, он бы и сам ей не понравился: всегда так.

Бывают художники, которые много рассуждают о «себе в искусстве», дарят теоретическую базу любой почеркушке и лично выступают единственным, а то и лучшим из всех собственным произведением. Такие Шелковой тоже встречались (один всегда ходил в шляпе), но Шагалов — она поняла это сразу — из другой «партии».

Редактор сиял лысиной далеко впереди, Света и художник еле за ним поспевали. «Вот военщина!» — беззлобно подумала журналистка. Тимофеич если и раздражал ее, так только как родной, предсказуемый человек.

— Сюда, пожалуйста, присаживайтесь, — журчал Тимофеич, чуть ли не взбивая диванную подушечку, которую он, судя по всему, собрался положить под голову — или под спину? — Шагалову. Художник морщился все сильнее, хотя морщины, расчертившие лицо согласно возрасту, были не от злобных мыслей, а от смеха. Он был веселый человек, и наверняка умел слушать, и, конечно, был наблюдателен, как и полагается художнику. Непонятно, почему Тимофеич так переволновался, — бывали у них и более важные гости, но выход с подушечкой тянул как минимум на губернатора. «Засиделся в кабинете, бедняга, — решила Света. — Совсем от людей отвык».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Кашляю, задыхаюсь, умираю: как живет женщина с аллергией на мужа Кашляю, задыхаюсь, умираю: как живет женщина с аллергией на мужа

Они не подозревали, что из-за странной болезни их семейная жизнь разладится

Cosmopolitan
Ночное небо Канарских островов признано «самым темным» на планете Ночное небо Канарских островов признано «самым темным» на планете

Самое темное небо на планете

National Geographic
Бизнес как по маслу: зачем производитель биотоплива Neste скупает жир от фритюра Бизнес как по маслу: зачем производитель биотоплива Neste скупает жир от фритюра

Neste остается крупнейшим в мире производителем возобновляемого дизеля

Forbes
В какой Вселенной мы живем? В какой Вселенной мы живем?

Научно-популярный очерк о Вселенной, в которой мы живем

National Geographic
Замужем за злом: трагическая судьба жены Сталина Надежды Аллилуевой Замужем за злом: трагическая судьба жены Сталина Надежды Аллилуевой

Надежда Аллилуева, жена Сталина

Cosmopolitan
«Вредные привычки» лица: зачем нужно контролировать мимику? «Вредные привычки» лица: зачем нужно контролировать мимику?

Почему необходимо контролировать лицо и как это делать

Psychologies
Время на скорость не равно пути Время на скорость не равно пути

Транспортная доступность Белгородской и Иркутской областей

Эксперт
«Не продавай свою душу дешево»: чему учит стоицизм, по которому сходит с ума Кремниевая долина «Не продавай свою душу дешево»: чему учит стоицизм, по которому сходит с ума Кремниевая долина

Идеи античных философов стали невероятно популярными среди предпринимателей

Forbes
Танкист-девица: как три года Александра Ращупкина скрывала, что она — женщина Танкист-девица: как три года Александра Ращупкина скрывала, что она — женщина

«Какие еще танковые войска? Идите домой, девушка!»

Cosmopolitan
Отрывок из книги Ребекки Хендерсон «Капитализм в огне» Отрывок из книги Ребекки Хендерсон «Капитализм в огне»

Отрывок из книги «Капитализм в огне», где рассматривается опыт KAF и Toyota

Esquire
Первая одежда ребенка: правила выбора Первая одежда ребенка: правила выбора

Какой же минимум вещей понадобится малышу в первые месяцы?

9 месяцев
Мария Смольникова: «Если я кого-то играю, все обретает смысл» Мария Смольникова: «Если я кого-то играю, все обретает смысл»

Мария Смольникова — о переходе в новый театр и работе с Дмитрием Крымовым

Эксперт
«Сказал девушке, что придумал звук камеры на iPhone — она лишь странно посмотрела»: история саунд-дизайнера Джима Рикса «Сказал девушке, что придумал звук камеры на iPhone — она лишь странно посмотрела»: история саунд-дизайнера Джима Рикса

Джим Рикс придумал звуки щелчка камеры iPhone и приветствия Mac

VC.RU
Я тебя копчу Я тебя копчу

Почему мы начали коптить овощи?

Bones
12 фактов о «Евровидении»: чего мы не знаем о популярном конкурсе 12 фактов о «Евровидении»: чего мы не знаем о популярном конкурсе

Самые интересные факты о «Евровидении»

РБК
Магия архитектуры Магия архитектуры

В столице Поволжья находятся десятки шедевров русского зодчества

Дилетант
5 причин, почему лучше тратить деньги на новый опыт, а не на вещи 5 причин, почему лучше тратить деньги на новый опыт, а не на вещи

Можно ли купить себе счастье?

Playboy
В Канаде запустили приложение для управления выбором людей за деньги В Канаде запустили приложение для управления выбором людей за деньги

Кортни Смит создала приложение, позволяющее контролировать решения людей

Inc.
Кетодиета: что наука думает о рационе, в котором много жиров и мало углеводов Кетодиета: что наука думает о рационе, в котором много жиров и мало углеводов

На кетодиете очень быстро худеют, но безопасна ли она для здоровья?

Reminder
Прощальный гудок для старой экономики: зачем «Яндексу» банк Прощальный гудок для старой экономики: зачем «Яндексу» банк

Зачем «Яндексу» банк и что он получит с покупкой «Акрополя»

Forbes
Ученые напугали синантропных пауков муравьиным запахом Ученые напугали синантропных пауков муравьиным запахом

Вещества, выделяемые муравьями, могут стать основой для антипаучьих репеллентов

N+1
Мне было больно! Проклова, Варлей и другие актрисы, пострадавшие от насильников Мне было больно! Проклова, Варлей и другие актрисы, пострадавшие от насильников

Советские и российские актрисы, публично уличившие режиссеров в харассменте

Cosmopolitan
Сергей Лазарев: «Я не даю себе права на ошибку» Сергей Лазарев: «Я не даю себе права на ошибку»

Сергей Лазарев – о первых серьезных наградах и ностальгии по студенчеству

Cosmopolitan
7 фраз, которыми нельзя утешить человека 7 фраз, которыми нельзя утешить человека

Рассказываем, что не стоит говорить человеку, которому сейчас плохо

Psychologies
Найден способ преодолеть предел максимальной продолжительности жизни человека Найден способ преодолеть предел максимальной продолжительности жизни человека

Ученые выявили фактор, ограничивающий продолжительность жизни человека

Популярная механика
Любовь или война? Почему мы ссоримся с партнером и как это исправить Любовь или война? Почему мы ссоримся с партнером и как это исправить

Как складываются сценарии домашних «войн»?

Psychologies
7 дурацких идей, принесших авторам миллионы 7 дурацких идей, принесших авторам миллионы

Поверь, даже твоя пупочная шерсть может оказаться кому-то нужна!

Maxim
Влияние потребителей на устойчивое развитие компаний: тактический маркетинг или стратегическое планирование Влияние потребителей на устойчивое развитие компаний: тактический маркетинг или стратегическое планирование

Драйверами устойчивого развития в мире сегодня являются частные компании

Forbes
Гора серебряная Гора серебряная

Как добывают благородные металлы

Популярная механика
«Дежурного я расцеловал, а больше никого нет» «Дежурного я расцеловал, а больше никого нет»

Как советские люди узнавали, что закончилась война

Weekend
Открыть в приложении